Flight 387

      — Хён, не забывай меня. Ты мне обещал.       — Глупый, как я могу? — ответил брюнет, прижимая хрупкое тело юноши к себе.       — Хён, я буду скучать, — тихо выдыхает младший, крепче обнимая.       — Я вернусь.       — Я буду ждать. * * * 3 года спустя.       Чонгук запахивает чёрное кашемировое пальто, шмыгая носом. Холодная осень подходит к концу, уступая место прекрасной белокурой королеве — зиме. Вот уже три года прошло с того времени. Чонгук держит огромный букет красных роз. Вы спросите почему? Разве это дарят парням при встрече? В их случае — да. «Я вернусь», — говорил он, чёртов Ким Тэхён.       Он солгал.       Он не вернулся.       Хён не вернулся к нему.       Три года назад рейс #387 не долетел до пункта назначения. Техническая неисправность. Одна ошибка — тысячи жизней. Жизнь Ким Тэхёна оборвалась тогда. Но что Чонгуку жизни тысячи людей, когда погиб сам он, вместе с ним? В тот день погибли двое. * * * Flashback       После посадки Тэхёна, Чонгук решил позвонить Чимину, чтобы хоть как-то скрасить своё одиночество. Хён улетел час назад, а душа уже рвалась к нему. Достав свой телефон, Чон не спешил звонить Чиму, открыв галерею с особенной папкой. Юноша начал листать фото, нежно улыбаясь. Да, это его хён. Абсолютно весь, какой он есть. Очень красивый. Идеальный в своей несовершенности. Даже заспанный и без макияжа. Самый лучший. И да, только его, Чонгука. Всё же набрав Чимину, парень договаривается о походе в клуб, дабы опустить грустные мысли и развеяться.       Встретившись, парни идут в клуб и пьют, много пьют.       Их встречает громкое помещение, наполненное разгоряченными в танце телами, смесью запахов духов и пота, разными красками прожекторов. Разум опьяняет в непомерных дозах алкоголь. Чонгук забывается, ему хорошо. Хён же обещал ему, так ведь?       Вернувшись домой в часа четыре утра, Гук падает прямо в одежде, почему-то грязной и местами порванной, на кровать и засыпает.       Утро встречает его похмельем и почему-то неприятным чувством, которое сосёт под ложечкой. Дойдя до кухни, Чонгук достает стеклянную бутылку минералки из холодильника и стандарт аспирина. Проходя в гостиную, он включает ТВ с новостями, чтобы было не так скучно. Достает пару таблеток и идет за стаканом. В выпуске новостей «Горячие Новости» что-то очень четко говорит диктор про разбившийся самолёт. А на каком рейсе летел его Тэхён? 3… 2… 1…       Бутылка выскальзывает из рук, разбиваясь на сотни осколков. Чонгук разбивается на миллиарды. «Рейс #387, вылетевший вчера в 18.00 из Сеульского аэропорта маршрутом в Лондон, потерпел крушение, выживших нет…» — дальше Чонгук не слышал и не чувствовал ничего. Ни следующих слов диктора, ни боли от вонзившихся осколков в ступню ноги. В голове билась мысль. «Тэхён. рейс #387. Крушение. Выживших нет.»       Чонгук ломается. И ломает. Разносит к чёрту всю квартиру, не оставляя ни единой целой вещи. И орёт, до срыва голоса, до беспамятства. Напивается в тот же день и дерётся, за что попадает в полицейский участок. Но это плевать, не плевать, что его хён не сдержал обещание. Это не плевать. Это расползающаяся чернота в груди. Это вырвали сердце и засунули в мясорубку. Это пробили грудную клетку. Так не бывает. Его хён никогда не врал. Его хён умер, только его Тэхён, его, Чон Чонгука. Умер и Чонгук. End Flashback * * *       Чонгук уже не стоит с цветами. Его ломает. Согнутое тело на коленях. Надгробная плита с этим именем. Ким Тэхён. Кто бы мог сказать, что это двадцатипятилетний парень? Чонгук постарел лет на двадцать. Его рвёт изнутри и снова и снова. Чонгук плачет. Чонгук захлебывается слезами над могилой, зажав ладонью рот, еле сдерживая рвущиеся рыдания и крики. Он сгорает. И будет сгорать до самой смерти.       За три года Чон Чонгук так и не принял смерть Ким Тэхёна. Никогда не примет. Хён не мог соврать ему. Он обещал, а Чонгук верит и держится на воспоминаниях о днях, прожитых с его, Чонгука, Тэхёном. Но давно повёрнутый мозг понимает, что нет Тэхёна. Он соврал. Его хён не сдержал обещание. * * * Я вернусь. Я буду ждать. * * * The End.