Супруг Господин Че

Ты замученная завалилась в комнату к Вонхо. Сразу набрасываясь на сонного Хёнвона. — Серьёзно? Свиные ребрышки по-испански, которые хуй где найдешь, да? — Дикарка, а просто ребрышки не могла купить? — Пошли со мной! — Куда? — Пошли, иначе я опять сделаю что-то не то, и в этом будешь виноват ты! — Зачем? — Ты тупой? Хёнвон поднялся с кровати, медленно натянул пиджак, поправил его, не сводя с тебя пристального взгляда, откинул пальчиками волосы и вышел из комнаты, не забыв интеллигентно, мать его, закрыть за собой. Сучка. Ты легла на кровать Вонхо, парень сел перед тобой. — Ну как он тебе? — Строит из себя короля и раздражает меня своими выходками, буржуй, блять! Ненавижу! — Я думал, он тебе нравится. — Знаешь, если не обращать внимания на что-то, то я очень бы даже не против завалить его, понимаешь? Он жутко привлекательный. Но порой размазать бы его мордашку по стенке. — Значит, ты его хочешь? Все с тобой ясно. — Вонхо, почему я должна обсуждать это с тобой? — Потому что я красив, умен, сексуален? — Возможно, но нет, и не мечтай. — Но Хёнвон… он ведь с другой планеты парень. Он трахается только с теми девушками, с которыми состоит в отношениях, в серьезных и длительных. Хотя нет, не так, — он поднял указательный палец вверх и прочистил горло, придавая словам торжественность, — не трахается, а занимается любовью! Согласись, это затрудняет положение? — Какое положение? — Завалить его, — подмигнул Вонхо. В этот момент вошел Хёнвон, и, не обращая на вас внимания, взял забытую недочитанную книгу с кровати, и снова исчез. — Как думаешь, он слышал? — Даже если слышал, то, думаю, он убежит от тебя в Китай. — Пиздец! Просто чудесно! Парень, который меня бесит, теперь думает, что я озабоченная маньячка! — простонала ты, тряся парня за плечи. — Какие вы бабы странные. Просто будь…эм… женственней! Ты порой как сапожник, уши вянут. Будь цветочком, милой девушкой… — Да иди ты нахуй, советчик! Не буду я охотиться за ним! Мне все равно. — Окей, окей, только скажи, какая лучше, — он поднял две вешалки с рубашками, — эта или эта? — Черный — это сексуально, — ты подняла большой палец вверх, показывая одобрение. — Кто на этот раз? — Страстная любительница классической музыки, с которой, я пересплю в конце недели, если она увидит, как я играю на пианино, — Так и знала. *** Ты, запыхавшаяся, остановилась перед дверью комнаты своей подруги. Но не успела постучаться, как дверь сама открылась, а на пороге нарисовался Минхёк. Безумные горящие глаза, искусанные губы и «гнездо» на голове. — Привет! — Подожди, Солнце, — подруга, не смотря на тебя, развернула Минхёка к себе и стала покрывать его лицо поцелуями, сопровождая все это звучными чмоками. Ты подавила рвотный позыв от обильного количества розовых субстанций, то бишь соплей. — Еще увидимся? — Конечно, любимая! — Минхёк, не смотря на тебя, быстренько свалил, а твоя подруга, даже не заметив тебя, все ещё продолжая пялиться на задницу парня, которая стремительно удалялась. — Здравствуй! — громко крикнула ты. Девушка подпрыгнула и испуганно посмотрела на тебя, она тут же поправила волосы, закрывая шею. Она стала более адекватной после ухода парня. — Привет. — «Любимый»? Че за блять? Смотрю, ты не скучаешь? Ну и как это так, а? Ты что серьезно? С ним? С парнем, которого ты не знаешь толком? — Зачем мне знать? — вспыхнула девушка. — А, ну конечно, — ты отодвинула волосы, рассматривая кровоподтеки, — а это засосы, да? Не надо для этого знать человека, да? — То есть, а почему бы и нет? Почему нет, если я знаю, что он особенный? Для меня особенный! А ты, ты так и останешься одинокой, и будешь потом страдать! — Да ты совсем шлюшкой с мозгами набекрень стала, да? Вот как твой анашист на тебя влияет, да?! — Вы погромче орите, может весь универ узнает! — заорал Чжухон, показывая свою красную макушку из одной двери какой-то комнаты. — Прости, — извинилась ты. — Ладно, стой… давай не будем об этом, — подруга покачала головой. — Ты ведь что-то хотела? — А что, я уже не могу просто так прийти к подруге, по которой соскучилась? — Нет, за два дня ты не соскучишься! — Ты права, мне просто нужна помощь. — Да? Зачем? — Мне надо приготовить свиные ребрышки в специях! — Может ты хотела сказать куриные ножки в соусе? — с сомнением спросила подруга. — Твой Минхёк тебя так затрахал, что ты уже не слышишь меня! Это не для меня! Это для одного мажора, чтоб его… — Красавчик? — Ага… страшный, как атомная война. *** Ты словно пьяная наваливалась на Хёнвона, пока он каждую секунду изрекал проклятия и помогал идти. Эксперимент со свиными ребрышками оказался неудачным, и каким-то хреном ты отравилась, даже не успев угостить Че. Тогда кто бы тащил тебя сейчас в поликлинику? — Вот за что? Какого хера ты сделала это? Совсем крыша едет? Да? — психовал парень, пока медсестра проверяла температуру и прочее. — Надо прочищать желудок, — сказала медсестра, у тебя от этих слов лицо позеленело. — Я ненавижу тебя, — прошептал парень. — Взаимно, — тебя как идиотку переложили на кровать с колёсиками и покатили в палату. — Чтобы ты уже издохла, наконец! — крикнул на прощанье Хёнвон, ты в ответ выставила средний палец. Не дождётся, коза длинноногая! Бесчувственная скотина! Процесс прочищения желудка был мучительным и неприятным, ты, как только могла, поносила Хёнвона и его дурацкие пристрастия. После всего тебе дали снотворное, и ты уснула. Первое, что ты увидела проснувшись, это Хёнвона. Он сидя спал на неудобном больничном кресле. Ты громко зевнула. — Проснулась, суицидница? — Хёнвон тоже зевнул, не прикрывая рот рукой. Ути бозе котеночек! — Что ты тут делаешь? — Жду, когда ты очнешься, чтобы прикончить своими руками. — Испачкаться не боишься? — он встал с кресла и подошел к твоей койке, взял тебя за запястье и посмотрел в глаза. — Больше никогда так не делай! Слышишь? Ты, чокнутая идиотина, больше не смей так делать! — внутри у тебя что-то ёкнуло, значит он переживает? Ведь не будет он просто так тут торчать, да? — Ты меня вообще слушаешь? Обещай мне! Никогда не готовь! — Обещаю, — ты кивнула. Он несильно сжал твою руку, прежде чем отпустить её. — Значит, Хёнвон, ты беспокоишься обо мне? — мило спросила ты, смотря на него. Он фыркнул и пренебрежительно вытер свою руку, которой держал тебя об простыню койки. — Размечталась! И вообще, заткнись уже. — Какой же ты кретин! Самовлюблённая скотина, которой ничего не интересно, кроме своих гребанных шмоток! — глаза парня потемнели и стали страшнее грозовой тучи, он наклонился. — Ты — лицемерная пиявка, от которой я не могу избавиться! — А вот девушку себе ты тоже из журнала выпишешь? — Не твоего ума дела! Все же лучше, чем такая, как ты! — Извинись, иначе пожалеешь о своих словах! — он состроил рожицу. — Да неужели? Что ты мне сделаешь, а? Набросишься с удушающими поцелуями? Почему-то в этот момент, хотя он и не знал, а ты не совсем понимала этого, но он смог причинить боль. Он принёс тебе боль своим существованием. Хёнвон что-то сказал и вышел из палаты, а ты вдруг поняла, что сердце пропустило пару ударов и вообще, когда он был слишком близко, ты всё это время задерживала дыхание.