Супруг Господин Че

Английский ты благополучно проспала, потому что уснула лишь под утро, а проснувшись, из зеркала на тебя смотрело чудовище. Весь последующий день ты старалась не видеть знакомые лица, но позже ты спросила себя, а зачем, собственно, тебе прятаться? Поэтому, переполняемая скорее агрессией, чем безразличием, ты заявилась в столовую, простояла очередь, уже приметив стол со знакомыми придурками, и, взяв поднос, направилась к ним. — О, мой любимый донсен, — улыбнулся Вонхо, ты села рядом с ним и получилось так, что напротив Хёнвона. Парень даже не взглянул на тебя, ты же прожигала его уничижительным взглядом. — Что с тобой? — обратилась к тебе подруга, все же больше смотря на то, как Минхёк набивает свои щечки едой. — Все просто чудесно, — буркнула ты. Неожиданно Хёнвон повернул голову к тебе и улыбнулся так, как он делает, когда ему плевать. Сука! — Правда? — спросил он с сарказмом. — Я вообще не с тобой разговариваю! — А мне показалось, что это было обращено ко мне. — Ну да, как же! Гермафродит хренов, только к тебе я еще не обращалась! — Закрой свой рот, истеричка! — Что это с ними? — спросил Чжухон. — У кого-то недотрах, — пропел Вонхо. — Я тебя вилкой проколю, если ты не замолчишь! Если ты думаешь о сексе, это не значит, что все думают! — нагрубила ты ошалевшему Вонхо. — У кого что болит? — опять влез Хёнвон. — Да, как раз у тебя и болит! — все этот время ты тыкала вилкой в тарелку с салатом, потому что тебе хотелось убивать. Хотелось крови и мести, хотелось, чтобы он почувствовал тоже что и ты. — Я не собираюсь разговаривать с обделенными серым веществом людьми, — фыркнул Хёнвон и вышел со стола. — Тварь! Урод! Козёл! Ненавижу его! Чтоб его автобус перекатил, чтоб его физрук изнасиловал! — продолжая тыкать вилкой в салат, проклинала ты. — Он что, все-таки переспал с тобой и бросил? — с сочувственным видом посмотрел на тебя Вонхо, хотя в его глазах играли черти. — Закройся! Ничего мы не спали, просто он меня бесит! — ты вспомнила то, что было накануне вечером, и вспыхнула, — приятного аппетита! — ты вышла из-за стола и направилась прямиком в комнату к парню. Когда ты добралась таки до комнаты, ты начала неистово стучать, будто от этого зависит спасение человечества, как минимум! Заёбанный, в буквальном смысле (и тут встаёт вопрос, а когда он успел?), Хёнвон открыл тебе дверь. Ты шокировано раскрыла рот, да и он тоже от удивления. Из-за его плеча выглянула высветленная блондинка в миленьком голубом платьице. — Что ты тут делаешь? — спросил Хёнвон, поправляя свои волосы! Ах, вот значит, какой он принципиальный, да? Вчера тебя засосал, а сегодня это уёбище? — Привет, я Мэгги, девушка Хённи, — пропела эта замухрышка, протягивая тебе свою ухоженную ручку. Ну, пиздец! Осталось только тебе блевануть ей на голову, чтобы она поняла, что ты не намерена с ней дружить и отрыжки для полного счастья не хватает! — Бывшая девушка, — зачем-то поправил Хёнвон и у тебя появилась надежда. А когда появляется такое, как надежда, то можно и хернёй пострадать. Твоя рука с темно синим лаком вцепилась в нежную ручку этой девчонки. — Ой, как приятно-то! — расталкивая эту до судороги миленькую парочку, ты сломилась в комнату Хёнвона, это ведь и комната Вонхо, а ты его любимый донсен! — А ты кто? — Я? А мы с Хённи друзья! — нацепила ты фальшивую улыбку, отчего стала, скорее всего, еще более устрашающей, чем дружелюбной. Но ты не хотела дружить, тебе хотелось крови, хотелось оторванных волос, пусть и для этого у тебя не было ни прав, ни оснований. Хёнвон вылупил свои глаза, ему было до чертиков неудобно, а ты все рассматривала эту девушку, с тупым именем и пыталась понять, правда, она бывшая или уже не бывшая? Сразу было видно, что она скромна и добра, не чета тебе, что она, наверняка, кормит бездомных зверушек на улице и учится на медицинском, а так как в университете не было медицинского, то, скорее всего, она учится на отделении классической музыки, как Вонхо. Но какой бы она не была стремной, ты должна была признать, что она настоящая принцесса, она идеально подходит к Хёнвону. — О, друзья, — наконец, проговорила девушка. — Да, и я пришла, чтобы провести как бы дружескую беседу с Хёнвоном, — обратилась ты к девушке, — ты ведь сам сказал, после ланча зайти? — обратилась ты к Хёнвону. Он разозлился, и ты поняла это по потемневшим глазам, по подрагивающим губами, по сжимающимся и разжимающимся кулакам, из-за чего выступили голубые вены через его бледную кожу. Хренов аристократ голубых кровей! Сейчас тебе было страшно, потому что сейчас он был не таким, каким его привыкли видеть все, сейчас ты хотела его, но, черт, почему именно он? Но ты действовала ему на нервы и, как иронично, он тебе тоже. — Разговор, да? — переспросил Хёнвон, смотря, как ты будешь выкручиваться. — Да, — чуть подрагивающим голосом ответила ты и опустила голову, — насчет моей умершей мамы, — ты сказала это полу, потому что говорить это в глаза было подло, даже для тебя. — Оу, мне так жаль, — прошептала Мэгги. Ты подняла на неё взгляд. Срань Господня, ей, и правда, жаль! Ты нервничала, как бы она не разревелась. Хёнвон застыл, он не знал, что делать. — Ничего, просто Хёнвон… я думала, он меня поддержит… — Конечно-конечно, не буду вам мешать, — девушку как ветром сдуло, и вы остались одни. Хёнвон все еще стоял растерянным, когда ты подошла и поцеловала его. Он ответил, ты готова была вопить! Вы потянулись на его кровать, все еще целуясь, он прикасался к тебе, как вчера, только нежнее. Ты целовала так жадно, будто никогда его не видела и не чувствовала. Ты села на него «верхом», продолжая ласкать и целовать, ты забыла все, но когда ты собиралась снять с себя кофту, он едва слышно прошептал, что ему жаль. — Что, прости? — ты остановилась. — Мне жаль, — повторил он, выравнивая дыхание и облизывая опухшие губы, ты бы с великим удовольствием снова поцеловала бы его, если бы не его странно-виноватое выражение лица. — Твою маму… — Блять, Хёнвон, ты серьезно? — ты стукнула его по плечу и слезла с него. — Что? — Да, никто не умирал! Я соврала! Я даже пальцы скрестила, когда вам это сказала. А сказала я это для этой… — Что? — он вскочил, еще более заёбанный, чем был, такой весь всклоченный, помятый, красота! — Как ты могла! Как можно говорить такие вещи просто так? Это так грязно и подло! — сказал он, оглядывая тебя с ног до головы. Это он так показывал своё презрение. — Правда, — ты усмехнулась, — а переспать со мной, чтобы утешить и успокоить, не грязно и подло? Ты пожалел меня. Меня тошнит от тебя. — Я не собирался спать с тобой! — Скажи это своему младшему другу, — усмехнулась ты, глядя на его вздыбившеюся ширинку, — ты думаешь, что ты весь такой правильный и хороший, но это не так, потому что ты на самом деле другой. — Ты, вздорная, дерзкая девчонка, не смей говорить о том, какой я, лучше меня этого никто не может узнать. — Я хотя бы не притворяюсь кем-то другим! — А я и не притворяюсь! Тебя так бесит все, да? Так что же ты бегаешь за мной, словно собачка на привязи, а? Ты пытаешь полить меня грязью, потому что что-то чувствуешь ко мне, но хочу тебя разочаровать, потому что я ничего к тебе не чувствую. И никогда не буду. А когда ты сама открыто предлагаешь себя, то почему бы и да? И как ты сама выразилась: «Меня тошнит от тебя». — Да иди ты в жопу! — И все? Больше ничего умного не хочешь сказать? — он улыбался и издевался. Он монстр, чудовище, страшилище и, Боже, почему так больно? — Ты самовлюблённый индюк! И девушка твоя индюшка крашенная! И вообще, ты… я ненавижу тебя! Ты меня выбесил с первой встречи!!! Да что ты о себе возомнил?!, — Хёнвон потёр переносицу и мучительно вздохнул. — Знаешь, такое ощущение, что я говорю с вот такой, — он показал пальцами маленький размер какой-то херни, — с вот такой вот тупицей, которая умственно отсталая, даун просто, понимаешь? — В жопу иди! Креветка бледнолицая! — огрызнулась ты. — Ты уже это говорила. — А, блять, как ты меня бесишь! Просто пиздец какой-то! — А НУ ВСЕ РТЫ, БЛЯТЬ, ПОЗАКРЫВАЛИ! ИНАЧЕ Я ВСЕМ СЕЙЧАС ВСТАВЛЮ, МАЛО НЕ ПОКАЖЕТСЯ! УБЛЮДКИ БЕСЧУТВЕННЫЕ! — вы оба с Хёнвоном вздрогнули от крика Чжухона, который колотил в дверь. Вошёл Вонхо. — Ну, чего вы? Наорались? Взаимопоуничтожали? Всё? Все теперь довольны, да? Тогда я пожалуй пойду в душ, и если кто-то еще раз закричит, я выкину его в окно, ясно? — ты закивала, потом тыкнула пальцем в Хёнвона. — Это всё он! — и ушла. Хотя бы последнее слово осталось за тобой.