Запрет

POV Эдвард

Если бы я мог спать, то меня непременно разбудило бы солнце, нещадно врывающееся сквозь окна в мою комнату. Вместе этого я мог лишь с отвращением наблюдать за тем, как сияет моё тело, будто покрытое россыпью бриллиантов. Свет искажался, отражаясь от меня, и я будто бы сиял изнутри. Мне стало почти тошно от самого себя. Кожа убийцы. Причин для плохого настроения было достаточно, и чтобы как-то развеяться, я направился к излюбленному месту в доме - к роялю. Родственников в доме нет, все братья и сестры, пользуясь хорошей погодой, отправились на охоту, и слышно лишь, как Карлайл перелистывает страницы книг, а Эсми тихонько мурлычет себе под нос какую-то мелодию, сидя в кресле в кабинете мужа. Открыв крышку рояля, я провел пальцами по клавишам, смахивая невидимые пылинки. Как же я люблю этот инструмент. Играя, я старался не думать о своих проблемах, но полностью сосредоточиться на музыке мне не удавалось. Первой проблемой, или нерешенной задачей, было таинственное убийство охранника на местном старом складе. Обследовав труп, отец заявил нам, что к кончине несчастного приложил руку вампир. Я до сих пор обдумываю то, как он успокаивал вспыльчивого Эмметта. — Мы обязаны вмешаться, этот наглец посмел охотиться в Форксе, на нашей территории! — Пыл братца тяжело было сдерживать, он готов был отправиться и покарать преступника хоть сейчас. — Эмметт прав, — вступился Джаспер, поочередно заглядывая к каждому из присутствующих в глаза и внушая нам спокойствие. Карлайл лишь отмахнулся. — Мы не должны оставлять этого просто так. А иначе сюда наведаются Вольтури, никто из нас не хочет с ними встречаться, верно? Джаспер приобнял крошечную Элис, которая при упоминании правящего клана испуганно переглянулась со мной. Над нами обоими висела угроза оказаться в их свите. Розали успокаивающее поглаживала Эмметта по руке. Все в ожидании уставились на главу клана. Что бы они все ни решили, последнее слово было всегда за Карлайлом. Тот обвёл семью взглядом. Именно семью, а не просто клан. Я уже давно догадался о его решении, но что-то мешало мне окончательно разобраться в его мыслях. — Я не смею подвергать каждого из вас опасности, — он говорил тихо, но все отчётливо слышали его. — Эмметт, я ценю то, что ты так беспокоишься о нашей безопасности. Но это нас не касается, это касается только Аро и его братьев, это они взвалили на себя ношу следить за соблюдением законов. Элис заранее узнает об их приближении, и ничего не будет угрожать ей с Эдвардом, — видя, что дети готовы спорить, Карлайл поднял правую руку вверх. —и этот разговор окончен, не желаю ничего больше слышать. Эмметт, клацнув зубами, выбежал из дома. Розали рванула за ним, и мы услышали громкий треск, с которым ствол огромной ивы согнулся по полам. Решив больше не возвращаться к этой теме, я сосредоточился на рояле. Произведение моего собственного сочинения подходило к концу, и последние ноты выдались совсем печальными. Солнце уже не так сильно светило в окна, я встал из-за инструмента и подошёл к окну. Надо же, погода испортилась всего за час. Клён, растущий прямо перед домом, покачивался взад и вперёд под напором набирающего силу ветра. Присмотревшись, я заметил косые линии дождя где-то над Сиэтлом, над городом нависли тучи. Я хмыкнул, будто непогоде на зло. Все уже давно привыкли к столь изменчивому климату. Заскучав, я машинально прислушался, сделав это, не отдавая себе отчёта. Это выходило уже на подсознательном уровне, и хочешь, не хочешь, но становишься невольным свидетелем чужих мыслей. Карлайл, по обыкновению, увлёкся точными науками. Я редко "слышал" в его мыслях что-то другое. Он профессионально маскировал свои мысли в моём присутствии, будто пряча что-то. Я доверяю своему отцу безукоризненно, поэтому не смею даже подозревать его в чём-то. Этого мужчину, искренне верующего в спасение нашей, так сказать, души, я считаю собственным спасителем. Не только спасителем моего тела, но и всего того, что осталось в нём человечного. В голове у Эсми все было намного проще. Я как будто её глазами смотрел на Карлайла. Её переполняла любовь, нежность застилала глаза. Мне больно было даже смотреть на безразличие, с которым относился к ней отец. Я сжал зубы, хмуро следя за ходом мыслей Эсми. Она винила себя! Винила себя в том, что он к ней охладел. Он не показывал этого явно, все так же обнимал её при встрече, целовал, брал за руку, но все эти жесты не несли в себе такую любовь, как жесты Эсми. Не было в его взгляде того чувства, переполнявшего его на протяжении нескольких десятилетий, когда они с матерью были счастливы. Я злился на отца, но не смел встревать в их отношения . В конце концов, они взрослые люди, должны сами разобраться в своих чувствах. Но для себя я решил: когда появится та самая, я буду рядом. Буду проводить с ней каждую минуту, а не подобно отцу запираться в кабинетах или убегать на работу, ссылаясь на трудности. Да какие, чертыхался я про себя, могут быть трудности, когда ты вечен? Тебе не требуется сон и отдых, неужели нельзя уделять супруге час своего бесконечного времени? Я буду ласков и откровенен со своей половинкой. Я удивился самому себе, когда представил в этой роли Беллу Свон. Её образ совершенно неожиданно вторгся в мой разум и поселился там надолго, не давая покоя. Как только я подумал о ней и о первой нашей встрече, в горле возобновилось неприятное жжение. Посчитав нужным поймать парочку косуль, бродящих в опасной близости от дома, я облизнулся, предвкушал сытный обед. Одним прыжком преодолев всю лужайку, где мы обычно играли с семьей в бейсбол, я скрылся за обломками старой ивы, которую недавно громил неумолимый Эмметт. В метре от меня травоядное существо наклонилось, щипая траву и не подозревая о грядущей смерти.

***

Выпив вот уже третьего оленя, я, насытившись, принял решение вернуться в дом. Я чувствовал приближение грозы, и знал, что охотиться в дождливую погоду опасно, все запахи усиливаются, и если незадачливый турист окажется поблизости, я не смогу устоять. Да, Белла значилась вторым пунктом в моём "Списке проблем". Я знаю её всего несколько дней, а уже возненавидел солнце за то, что оно запрещает в некоторые дни мне видеть девушку. Как она сегодня там, в школе? До сих переживает об аварии? Внутренний голос нашёптывал, что переживает она вовсе не из-за аварии. Маленькая догадливая девочка. Она начала распутывать сложный клубок из всех тайн, в которые вплетён я, не подозревая о том, что может и сама увязнуть в этих сетях. Нужно быть честным с самим собой - я желал того, чтобы она догадалась обо всём, тогда не пришлось бы испытывать такую жестокую боль каждый раз, когда я вру ей в глаза. Она не верит, по ней видно. Упёртая, до жути. Я ухмылялся своим мыслям. Если бы только она всё поняла... Мы могли бы быть вместе. Меня передёрнуло от собственного эгоизма. Решил всё за двоих, не спросив мнения Беллы. Как ни странно , её мнение оттеснило моё на задний план. Вернувшись в дом, я увидел родителей, спускавшихся по лестнице со второго этажа. Я успел заметить горечь на лице Эсми, но она быстро спрятала её, и заулыбалась, увидев меня. — Эдвард, милый, ты играешь прекрасно, — мама подошла ко мне походкой танцовщицы и провела руками по моим тёмным кудрям. — я бы слушала вечно. — Так присаживайся, я сыграю. — Я пожал плечами, уже оборачиваясь, чтобы сесть за рояль. Эсми питала невероятную слабость к моей музыке, а я через звуки пытался выразить всю свою любовь к матери. Она грустно покачала головой, кладя руку мне на плечо. Карлайл тем временем, казалось бы, заинтересованно за нами наблюдал, но взгляд его был отстраненным, словно он смотрел сквозь нас и видел что-то, чего мы не могли заметить. Он явно о чем-то беспокоился, хмуря брови и сведя их к переносице. — Мне сейчас нужно в город, по делам. Подбросишь? — Эсми ослепительно мне улыбнулась. Я с готовностью встал, такая маленькая услуга - меньшее, что я могу сделать для матери. Она была одета строго, в чёрную блузку и тёмно серую юбку, обойдясь сегодня без каблуков. Она выглядела элегантно, но не вызывающе. Такая домашняя и родная. Когда я проходил мимо отца, то заметил, как он многозначительно приподнял брови. Это было сигналом к тому, чтобы я залез к нему в голову. Видимо, было что-то, что он не хотел говорить вслух при жене. Он все еще выглядел обеспокоенно, и я запереживал, не случилось ли чего. Выслушав его странную просьбу, я постарался сделать вид, что это нисколько меня не удивило, кивнул отцу и повёл мать в гараж. Эсми и вовсе не заметила нашего беззвучного диалога, а может просто предпочла сделать вид, что не заметила. Я открыл перед ней переднюю дверцу своей машины. Дорога протекала быстро, ненавязчивая Эсми, видя, что меня что-то беспокоит, не стала задавать лишних вопросов. А я в свою очередь, боялся говорить с ней, боясь каким-то образом затронуть тему о Карлайле. Женщина больше не пыталась скрыть своей грусти и задумчиво разглядывала свой маникюр. За окнами с огромной скоростью проносились зеленые пейзажи, а на небе сгущались тучи. Вот-вот первые капли застучат по крыше автомобиля. Высадив Эсми перед единственным многоэтажным зданием в городе, я пожелал ей удачи. Поправив прическу, она направилась к дверям: грациозная, красивая, она притягивала взгляды редких прохожих, но её мысли занимал только один. Я со злостью ударил по педали газа, рванув в сторону школы Форкса. Проезжая мимо неё, я с досадой отметил, что не успел, занятия закончились, а большинство учеников уже покинуло территорию. Я приоткрыл окно машины. В салон ворвался свежий воздух, принеся с собой мешанину из разных ароматов, но ярче всех выделялся один. Ведя машину вдоль тротуара, я выискивал знакомую фигуру, доверяя своему чутью. Как назло, я встретил только этого придурка Ньютона, и, забравшись к нему в голову, я увидел его недавнюю ссору с Беллой. Значит, я на правильном пути, девушка действительно отправилась этой дорогой. Наконец, я заметил её. Стараясь согреться, Белла натянула рукава рубашки до пальцев, а вот пошатывающаяся походка выдавала озноб и дрожь, колотящую неприкрытые ноги. Я испугался, зная, что людям свойственна простуда, и прибавил газу. Обогнав её, я припарковался за ближайшим поворотом. Выйдя из машины, я облокотился о капот. Теперь я заметил, что Изабелла пребывала в ужасном настроении, заткнув наушниками уши и пиная всё, что попадалось на её пути. Я пообещал себе, что оторву Ньютону голову, если еще хоть раз Свон расстроится из-за его идиотизма. Порой он перебарщивал со своей щенячьей преданностью, и это доставляло одни только неприятности. Белла, не замечая меня и смотря себе под ноги, пнула в мою сторону камень, и он с характерным звуком врезался в колесо моего автомобиля. Я улыбнулся и быстро догнал хулиганку. Я почувствовал, как она встрепенулась, когда я возник перед ней, она готова была закричать от испуга, когда я дотронулся до неё. Рот наполнился ядом, когда я почувствовал, как её сердце с большей скоростью стало гнать кровь по организму, учащенно стуча. — И нечего так визжать, — я постарался натянуть на лицо добродушную улыбку, внутреннее борясь с жаждой. — Я же не визжал, когда ты камнем в мою машину попала. Поборов свои инстинкты, я сократил расстояние между нами до минимума. Белла постепенно успокаивалась, стук сердца пришёл в норму, и я удовлетворенно кивнул, а она явно не поняла, к чему. — Что ты здесь... — Она замолчала, так и не задав интересующий ее вопрос, когда маленькая капля дождевой воды упала ей на щеку. Девушка выглядела так трогательно, растерянно глядя на меня. Я аккуратно смахнул пальцами с её щеки каплю, не желая видеть влагу на её лице. Нет, только не сейчас. — Все вопросы в машине. Кажется, девчонка пыталась возразить, но напрасно, я уже вёл её к пассажирской дверце. Начинался дождь, и её волосы успели потемнеть от воды, пока я упрашивал её сесть в машину. Она смотрела на меня чуть ли не со страхом, и мне стало больно от такого взгляда. А если она боится не зря? Я монстр, и могу в любой момент навредить ей. Я отошёл от неё на безопасное расстояние, позволяя решать самой. Белла на секунду задержала взгляд на моём лице, встретившись с моими глазами. Вглядываясь в них одно мгновение, она кивнула, найдя в них что-то, что вселило в неё уверенность, и, не дожидаясь меня, сама обогнула автомобиль и уселась на пассажирском месте. В этот момент, глядя сквозь уже залитое дождём окно на лицо девушки, выжидающе глядящей на меня, я почувствовал, что та самая только что села ко мне в машину и смотрит на меня своими восхитительными миндалевидными глазами с доверием, от которого по телу разливается необычайное тепло.