FIDES

      Уютная плюшевая софа предательски скрипела в ответ на каждое движение, и у Нины появилось предположение, что Снейп сделал предмет мебели таким шумным намеренно. Это вызывало улыбку. Девушка уже больше двух часов лежала и думала обо всём, вглядываясь в серый, но совсем не пугающий её, полумрак помещения. С дивана слышалось мерное дыхание Снейпа. Без сомнения, он спал, вымотавшийся за последние сутки. Девушка повыше подтянула свой пиджак, которым накрылась, - Северус напрочь забыл про одеяло, и попыталась уснуть. Спать решительно не хотелось, - сказалось и то, что она выспалась в медпункте, и положительный эффект выпитых разных зелий. Уткнувшись в мягкую подушку, Нина грезила о своей новой жизни, и улыбка не сходила с её лица. «Долго ли всё это продлится, как ей себя вести, как быть с Энди, как помочь Снейпу, - ведь он уже сейчас очень измотан, хоть и не позволит никому подозревать такое…», - девушка перекладывала голову с одной стороны на другую, и не могла даже глаз сомкнуть. Провалявшись ещё часа полтора, Нина тихо, не дыша, села на кровати, выдав себя лишь одним слабым скрипом пружин. Да если б не эти пружины, она бы всю ночь ёрзала по кровати в своих думах, но нельзя. Много шума. Девушка решила, что можно снять с головы бинт, и освободилась от него, ощупывая место ушиба и рану. Так же на ощупь завязав шнурки чёрных кед, стоявших рядом, она встала. Диван Снейпа был повёрнут в противоположную сторону, и он мог её только услышать, но, судя по ровному дыханию, спал. Нина достала из кармана сувенирную палочку, и, заслоняя рукой кончик, нажала кнопку. Синеватый луч был довольно слабым, девушка без опаски опустила руку. Но света хватит, чтобы осмотреться и ничего не уронить. Её синего рюкзачка нигде не было видно, и девушка обошла шкафы, полные всяких склянок, сушёных и заспиртованных мерзостей, и трав, большей частью превратившихся в труху. «Пыльно-то как», - подумала она, - «почему тут не убираются домовики?». Задержалась гостья возле двух шкафов у двери, заставленных книгами, - один шкаф блестел новой полировкой и был застеклён, это мешало прочесть названия томов из-за бликов фонарика. Зато второй впечатлял как размером, так и ветхостью, казалось, готовый упасть на любого, кто потянется к знаниям. Неудивительно, что полки обросли паутиной. Книги здесь стояли в беспорядке, рваные корешки и потёртые переплёты не притягивали взгляд, хоть и подтверждали, что фолианты в своё время пользовались немалой популярностью у читателей. Осмотрев кабинет, девушка наметила свою траекторию движения и выключила свет. Пару минут пришлось снова привыкать к серым сумеркам и мягкому свечению каменных сводов потолка. Почему он светится? Прокравшись на цыпочках за спинкой дивана, Нина осторожно шагнула в поле зрения спящего Снейпа. Зельевар лежал, завернувшись в свою мантию и даже не сняв обувь. Любой шаг может разбудить его, а палочка недалеко, - под подушкой, - Нина и в полутьме видела на фоне белой простыни торчащую тёмную рукоятку. Уже рядом с дверью её чёрная одежда полностью сливалась с темнотой кабинета. Дверь открылась без усилий и скрипа, которого так боялась наша героиня. «Никаких заклятий», - улыбнулась она. Видимо, Снейп считал, что чар на входной двери в кабинет достаточно. Девушка оказалась в коротеньком коридоре с ещё двумя дверями и мутной половиной окна, и снова зажгла мини-фонарик. Потянув ручку первой двери, Нина увидела маленькую ванную комнату со всеми положенными ей атрибутами, и уверенно вошла во вторую дверь. Здесь почти всё пространство занимала кровать, на которой и раскинулась Энди. Сквозь цветное стекло окна пробивался неясными, размытых цветов лучами лунный свет. Нижняя половина окна находилась ниже уровня земли и света не давала вообще. Недавняя «пленница» Снейпа держала подушку на животе, обхватив руками, и Нина сразу поняла, что она не спит. - Нина? Это ты, Нина? Я уж подумала, что дико перебрала. Тут такое щас было… какие-то гоблины, или как их, эльфы, типо как Добби, помнишь? - Энди разлепила глаза и села на кровати. На ней была белая больничная пижама, такая же, как днём сняла с себя Нина в палате мадам Помфри. – Они мне тут какое-то пойло совали, думала сон снится, а потом смотрю, чашка-то осталась! – девица махнула на тумбочку. – Вот приглючило, наверно медбрат был настолько страшный… а прикинь, если это была девчонка? – Энди рассмеялась. – Блин, голова трещит. А эти главное не сказали, что со мной, два их было, халаты какие-то грязные, но белые тоже, еду приносили на подносе, молча, а может, показалось. Тарелки-то нет. Нин, у тебя сигаретки не будет? - Ты с ума сошла? Ты что, ничего не помнишь? - Честно? С трудом... Наверно, перебрала всё-таки. Знаешь, я редко курю, но сейчас прям надо, не сгоняешь? - Оглянись вокруг! – исступлённо прошипела Нина, призывая разум подруги проснуться. Энди окинула взором помещение. Старинная кровать с дубовым изголовьем и кельтской резьбой; не менее старинные гигантских размеров шкафы, ужасающе пыльные; готическая арка окна с поблёкшим, испещрённым царапинами витражом. - А где я? - Там же, где и я, - буркнула Нина. – В Хогвартсе. - Шутишь? Это всё… было на самом деле? Я не перепила? Это не сон? – Энди подвинулась к Нине, та лишь качнула головой. - Йиихуууу! – взвизгнула португальская туристка, - я в Хогвартсе! В настоящем Хогвартсе! Аааарррр, йехххо! – она слегка подпрыгивала на кровати, размахивая подушкой. И кто бы подумал, что этой «даме» двадцать семь лет от роду… - Не ори, Снейпа разбудишь, - повалила её на одеяло Нина. - Тут Снейп? Йехху! Ты с ним говорила? - Более чем. - И… он… это он, да, такой, как мы его знаем? - А ты ещё не видела его? Он вроде как тут лечить тебя должен был. Кстати, допей то что в чашке, - Нина протянула ей остатки раствора. - Не буду, там дрянь какая-то. - Вот и допей. Это зелье от Снейпа. - Уххх, я в Хогвартсе, и меня лечит Снейп, ну прямо можно включать фантазию, - Энди осушила чашку. - Рано радуешься, - мрачный вид подруги живо спустил Энди с небес на землю, - тебя тут скоро в Азкабан отправят… - Меня… чего? К-куда? Нина взглядом указала на её предплечье. - Чёрт! Да как же… Нет, какой Азкабан, ты что, - девушка взялась тереть свою чёрную метку, ещё и плюнула на кожу, будто надеясь смыть прилежно втравленную краску. – Нинааа, - взвыла она, - чего делать-то, у меня татуировка ещё месяца три продержится! - За это время тебя точно успеют поцеловать все дементоры, - саркастично заметила Нина. – А, нет, мы выловим для тебя гиппогрифа, или лучше стибрим у Дамби феникса, и ты будешь в бегах вместе с Сириусом. Правда он сбежит только в следующем году. - Нииинааа! – Энди вцепилась в одеяло, одновременно морщась от головной боли. Всё-таки, туман в голове ещё не рассеялся, а сотрясение мозга дело нешуточное. - Да успокойся ты. Нам надо придумать, как уверить Снейпа в твоей непричастности. И ещё, будь с ним повежливее. Он спит, но вот-вот явится сюда. Когда обнаружит моё отсутствие. Энди занервничала. - Говорю же, - спокойно. Снейпа я в целом беру на себя, ты, главное, не ляпни лишнего. - Мы сейчас в тайной комнате, да? - Мы сейчас в спальне Северуса, - усмехнулась Нина, - но судя по тому, что в полдень я познакомилась с Локонсом, то да, Поттер сейчас на втором курсе. Посмотреть бы на знаменитую гриффиндорскую троицу наяву… Нина оглядела помещение. Вполне уютно для берлоги Ужаса подземелий, - огромная и чертовски удобная кровать, что хоть весь день спал бы, комод, в углу - шкаф, полочки со всякими мелочами, книжки, - Нина взяла с полки чёрный томик в тонком переплёте. - Латынь… Даты… Он что, дневник ведёт на латыни? – фыркнула она, вернув книжицу на место. - Ты бы не трогала тут ничего, - боязливо заметила Энди. - А мне тут хорошо, - Нина, в самом деле ощущавшая себя как дома, поглядела на цветные блики на простыни, прислушалась к неясному скрежету из угла, - «цикады, версия Хогвартса», зажмурилась и всласть потянулась, а после прищуренными глазами посмотрела на витражное окно. - Луна зашла наверное, - подруги заметили, что стало темнее. Энди молчала, пытаясь собрать мысли в кучку. - Послушай, - сказала ей Нина, - Снейп в шоке был от того, что я знаю про философский камень и всё такое, а особенно из-за письма. Так что два козыря у тебя тоже есть, можешь напирать на детали. - А вот это? – Энди выставила руку вперёд, кроме метки тут ещё были синяки от бинтов. - Между прочим, это Северус бинтовал, - не сдержала смешок Нина, - чтоб никто не увидел. Давно ты сняла? - Да нет, уже вот перед твоим приходом. - Это хорошо, значит, домовики не заметили. А ещё в разговоре не упоминай Люциуса твоего любимого и вообще никого сомнительного, Снейп прицепится к словам так, что ничем не разубедишь. Энди кивнула. - Его, кстати, поразил мой патронус. Знал бы он, что меня это поражает не меньше, - вздохнула Нина не без гордости за своё нежданное умение. - О, вот же мой рюкзачок! – воскликнула она, перелезая через кровать, и тут в комнатке особенно явно раздался шорох. - Нин, ты слышишь? Там в шкафу что-то скребётся, я давно слышу, но сейчас, как ты пришла, мне прям жутко стало, мало ли в Хогвартсе всяких тварей... Вот опять! – Энди сжала запястье Нины. - Спокойно, - снова повторила Нина, засунув подальше собственный страх. Подруге сейчас вреднее волноваться. – Мы же в спальне, неужели ты думаешь, что тут может быть какое-то чудовище? Было бы забавно. В детстве все боялись монстров под кроватью, но профессор зельеварения настолько суров, что и повзрослев держит монстра в своих покоях, - девушка захохотала, и Энди слегка расслабилась. - Но у меня есть одно подозрение, - серьёзней сказала Нина, - эта стена как раз граничит с кабинетом… вдруг в шкафу потайная дверь? – она привстала с кровати. - Не открывай. Ты не у себя дома, не открывай, Нина, - Энди схватила её сзади за футболку и потянула обратно. - Да ладно тебе, - Нина спокойно обернулась, а Энди на всякий случай отсела подальше и закуталась в одеяло. – Чего ты боишься? Что Снейп подслушивает наши бредни? Здесь не может быть посторонних, вход в кабинет заколдован. Если только тут никого не было «до», - сказала девушка, не замечая, как сама нагнетает обстановку. – Кстати, ты обратила внимание, как я теперь хорошо говорю? Мне Северус накапал чего-то там от акцента, результат - прямо королевское произношение, - Нина сделала ещё шаг в сторону шкафа. - Я, конечно, слышала, что вы, русские, без башни, - попыталась улыбнуться Энди, - но может, хотя бы о манерах вспомнишь? Чужой шкаф… Давай подождём профессора и спросим, что там зашуршало под конец ночи… - А про наши манеры, ты, стало быть, не слышала? – наигранно удивилась Нина. – К тому же, когда придёт профессор, задавать вопросы будет он один, - девушка усмехнулась. - Но ты же… Мало ли слухов! Про португальцев байки не так известны, но про наших соседей-испанцев и ты наверно знаешь с десяток небылиц. Нина уже стояла у шкафа, приложив ухо вплотную к дверке. - Что там? – шёпотом спросила подруга. - Там… там кто-то дышит. Прерывисто, резко так, со свистом, - Нина ответила предельно тихим шёпотом, не сумев спрятать в нём беспокойство, и положила ладонь на круглую ручку дверцы. – Может, домовики не ушли в кухню. Снейп же велел им следить за тобой. Это самый простой ответ, - её шёпот стал увереннее и громче. Энди вжалась в изголовье кровати, до самых глаз подняв одеяло. Помедлив, Нина включила в левой руке палочку-фонарик. Девушка открыла дверь шкафа, инстинктивно сделав пару шагов назад, и ударилась пяткой о ножку кровати. Ложе упиралось ей под коленки сзади. Один минус был у комнаты, и это не к месту пронеслось в голове Нины, - здесь ужасно тесно, а девушки безоружны. Шорох затих. За своим дыханием девушки не различали, дышит ли здесь кто-то ещё, и Нина вытянула руку с фонариком прямо к шкафу, из которого показалась чёрная тень. В тот же момент из дверцы вышел профессор зельеварения. Но он был сгорблен и прижимал правую руку к груди, а левой тянулся к Нине. Мертвенно-бледное лицо Снейпа искажали неведомые ужасные страдания, потому что он не мог вымолвить ни слова, только открывал рот, обращая к девушке обезумевший взгляд. Нина отпрянула и тотчас оказалась сидящей на кровати, «подкошенная» краем ложа. Ещё миг, и Снейп рухнул перед ней на пол, приподнимаясь и продолжая тянуть уже обе руки, правая была вымазана в крови. Энди дрожала так, что тряслась вся кровать, Нину, наоборот, парализовал ужас. Девушка не могла ничего произнести, она не могла даже беззвучно открывать рот, как сейчас это происходило с Северусом. Зельевар коротким рывком подтянулся к постели, оперевшись на неё ладонями, и оказался почти что между подруг, и тут Энди закричала. Она орала так, что, наверно слышал весь Лондон, а не только весь замок до самых верхних его этажей, просто орала в голос, перемежая крики не вдохами, а невнятным булькающим мычанием, и в бесконтрольной панике глядя на сломленного, подчинённого боли профессора. Его глаза странно блестели в тусклых лунных отсветах, блестели первобытным, леденящим кровь и душу жутким пламенем вперемешку со страхом. Из рукавов по запястьям стекала кровь, простынь сразу покрыли багровые пятна, на шее Нина видела серьёзную рану, мантия и сюртук на груди были пропитаны кровью, как раз там, где он только что держал ладонь. - Нет, С-с-северус, не сейчас, это же не сейчас..., - еле слышным шёпотом произнесла Нина, чувствуя, что теряет рассудок. Внутри всё покрылось коркой льда, нервы, замороженные этой картиной, отказали. Даже свой голос девушка слышала как через стену, и совсем далеко доносился приглушённый вой Энди, быстро охрипшей от своего крика. Северус поднял дикий, испуганный взгляд на Нину и уронил голову на простынь, по которой продолжали расходиться жуткие пятна. Широко распахнутые глаза девушки наполнили слёзы.