На лабутенах и в ох..тельных штанах

Джон решил, что он сходит с ума… Для этого у почтенного доктора в данный момент были все основания. То, что он узрел, заглянув в спальню своего друга и соседа, было за границей разумного… Великий человек, Шерлок Холмс, гений сыска и гроза мировой преступности, стоял перед зеркалом и, морщась, натягивал пошловатого вида блондинистый парик… Женский… Однако длинные белокурые патлы — это не единственное, что так сильно потрясло бедного доктора. Основной шок случился от того, во что Шерлок был одет. О, Джон едва держался, чтобы не сползти по стене и, безумно вращая глазами, пялился на нежно-кремового цвета туфли с рыжей подошвой на огромном каблуке, на которых его гениальный сосед лихо перетаптывался перед зеркалом. Кроме монструозной обуви на Холмсе были джинсы. Оооо, Уотсон порочно закусил губу… может, даже обе сразу. Это безобразие и джинсами-то назвать язык не поворачивался. Нечто безумно узкое, обтягивающее, подчеркивая, все, что только возможно было подчеркнуть, да еще и безобразно низко сидящее… Создатель… Венчало это непотребство белая повязанная на груди узлом рубаха. — Шер… — только и смог вымолвить Джон, хватая ртом воздух. — Что это? — Последний писк. Самая модная обувь в этом сезоне,  — невозмутимо отозвался детектив, не оборачиваясь и пристраивая-таки на голове белые фальшивые локоны, а после не услышав реакции, все же обернулся и глянул на доктора. - Оу. Так ты не про обувь? Джон кивнул. — Собираюсь в Скотланд-Ярд, — просветил его гений, снова уставившись на себя в зеркало. — Куууууда? — взвыл доктор, мгновенно представляя какой фурор произведет в Ярде его сосед, явившись туда в эдаком виде. — К Лестрейду, — хмыкнул Шерлок, распределяя кудряшки по плечам. — В таком вот…? — Джон решительно шагнул поперек дверного проема, имея весьма четкое намерение преградить другу путь и спасти того от себя самого и заодно от всемирного позора. Он уже видел завтрашние заголовки всех таблоидов города: «Интернет-феномен детектив Шерлок Холмс наконец-то подтвердил свое безумие и заодно ориентацию» — Это был спор, — спокойно сообщил Шерлок таким тоном, как будто он просил миссис Хадсон принести ему пару печений к чаю, — я проиграл желание. — Да как же это… — Джон был в отчаянии. Все оказалось куда хуже, чем он предполагал — Шерлок был в своем уме, а, следовательно, остановить его было практически невозможно, — ты же не можешь… — Должен, — Шерлок мазнул по губам ярко-рыжей помадой в тон к подошвам ужасных туфель, — пари есть пари. — Да кто на такое вообще способен? Загадать такое желание? — Майкрофт, конечно, — Шерлок кокетливо улыбнулся и, подмигнув своему другу подведенным глазом, распутно покачивая бедрами, затянутыми в ох..тельные штаны, скрылся на лестнице. — К ужину не жди, — донеслось до Джона уже снизу. — Ясное дело, — проговорил убитый Джон, — не удивлюсь, если наутро тебя придется вынимать из кутузки, загребут ведь за проституцию… Майкрофт, вот ведь тварь закатная… Уотсон достал телефон и набрал сверхсекретный номер самого британского совершенства. В трубке пискнуло, и послышался чопорный и равнодушный голос извращенного засранца: — Я вас слушаю, Джон. — Вы… вы… — доктор даже не мог найти достойных слов, чтобы выразить всю глубину своего возмущения, — да как вам в голову вообще пришло заставить сделать такое собственного брата? — Хм… Он уже что-то сделал? — в голосе старшего Холмса послышалась заинтересованность. — В смысле? Ах нет… Но видели бы вы, в каком виде он отправился в Ярд! — Джон почти кричал. — Я видел, — спокойно сообщил Майкрофт, — по мне так слишком вульгарно, но это был его выбор. И потом, не я предложил это пари. И уж тем более не я виноват в том, что Шерлок проиграл. — А кто? — Джон насторожился, оказывается, это был целый заговор против его друга. — Вы, доктор, — елейно сообщил Майкрофт. — В смысле? — Мы поспорили на то, что Шерлок за два месяца затащит вас в кровать, однако вы оказались весьма крепким орешком, Джон. Так что мой самоуверенный братец обречен провести в таком виде пару дней. — Вы чудовище… — простонал Джон в трубку, пытаясь переварить полученную информацию и понять, каким местом он во все это влип, а впрочем, не важно, — чудовище, Майкрофт! — А вы, Джон в следующий раз будьте более внимательны к знакам и намекам, которые делает вам Шерлок, — Холмс-старший совершенно не испугался повешенного на него Джоном ярлыка, он хмыкнул, а потом невозмутимо сказал: — Всего доброго, доктор. В трубке послышались гудки… Шерлоков брат повесил трубку, оставляя Джона в полном недоумении. Подумать было над чем, однако сейчас это было решительно невозможно. Джон обессиленно опустился в кресло и уставился невидящим взором в пустующее кресло друга. Перед глазами то и дело всплывала ладная задница соседа, обтянутая невозможными штанами… Чертовы Холмсы…