Let's eat together

Сладкие гренки, яичница-болтунья, бекон, связка сосисок и апельсиновый сок. Намджун поморщил нос и беспомощно взглянул на пожилую официантку, что вежливо (и в какой-то степени неловко) улыбалась ему в ответ, пока он робко отодвигал тарелку в её сторону. - Эм, мисс, это не мой заказ. Официантке, казалось, хоть бы хны - ни один мускул не дрогнул. Лишь её улыбающиеся с морщинками глаза на малую долю распахнулись, а губами она выдала простецкое «о». Заказ явно был не его - на оладьи с чёрным кофе это мало похоже. Однако он не мог не простить ей оплошность – её дружелюбная и очаровательная улыбка оставалось всё такой же по-родственному тёплой, несмотря на морщинки. - Не твой? Оу, тогда это, должно быть, вон того доброго мужчины, - ответила она, отодвигаясь и кивая в сторону занятого столика в нескольких метрах от них. Намджуну с его места была видна лишь спина незнакомца, поэтому он просто пожал плечами, кивая официантке. Она от всего сердца смеялась, и Намджун, откровенно говоря, не понимал, почему хозяин этого небольшого ресторанчика до сих пор её держит, несмотря на подобные оплошности. - Я извиняюсь, моя память ни к чёрту, и она проделывает со мной такое временами. Значит, твой заказ я ему отдала, вот непутёвая. Подожди с минутку, дорогуша. Намджун помог поставить тарелки и стакан с соком обратно на поднос и глядел, как она с трудом семенила к другому столику тихого ресторанчика, после чего похлопала по плечу молодого мужчины и завела с ним разговор. Он приметил профиль мужчины. Изумлению не было предела - так мило морщились его глаза, когда тот улыбался. Официантка отдала мужчине его же заказ, а когда указала на Намджуна, у того сердце пропустило удар, и он не мог отвести глаз от тех, что смотрели прямо ему в ответ. Придя в себя, он молниеносно опустил взгляд, ведь ковёр под столом в тысячу раз интереснее. Кровь внезапно прилила к лицу, когда до его ушей долетел мягкий, ласкающий уши смешок, который, как понял Намджун, исходил именно от того мужчины. Ему удалось поднять взгляд лишь тогда, когда вернулась официантка, виновато улыбаясь и расставляя на стол заслуженные оладьи с чёрным кофе. - Дико извиняюсь за эту перетасовочку, дорогуша. Приятного аппетита. Тебе очень повезло, что тот молодой человек ни к чему твоему даже не притронулся. - Да, повезло, - усмешкой ответил он, чуть кланяясь в благодарность, официантка поклонилась в ответ восвояси. Пока он потягивал свой чёрный кофе, он заметил за собой взгляды, которыми покрывал всё того же мужчину: его приметно широкие плечи и русые волосы. После глубокого изучения всей его задней части (другие ракурсы, к сожалению, были скрыты для его глаз), он решил для себя, что у мужчины наверняка хороший аппетит, вспоминая, сколько всего разного было на подносе. Он смеялся про себя, слегка недоумевая, как в такого человека с таким милым личиком может столько влезать. Заканчивая трапезу, он остановился на том, что некоторые люди бывают просто одарены прелестными мордашками и отличным метаболизмом. Намджун думал, что это в последний раз, когда он видит этого мужчину, когда происходит вся эта путаница, и поэтому он тихо и однобоко прощается с ним кивком головы, засовывая руки в карманы на выходе из ресторанчика навстречу новому дню. Однако неправ он оказался. Подобное происходит снова. Намджуну принесли яйца Бенедикт, тосты с маслом, оладушки и горячий шоколад. Он поднял взгляд, чтобы попросить свой заказ, но на кухне явно творилась какая-то заваруха (он слышал подобие панических криков в момент, когда только вошел в ресторанчик, такие как «не смешивай все яйца вместе!» или «разумеется, тосты выпрыгивают горячими!», режущие тишину домашней атмосферы), что пожилая официантка и вовсе испарилась, прибежав на помощь вглубь кухни, оставляя Намджуна одного наедине с неправильным заказом. На этот раз винить её он не мог – их штат явно страдает от малого количества опытных сотрудников, подумал он, поэтому она наверняка перенервничала. С тяжелым вздохом он искал из окружения того, кому на самом деле принадлежал заказ, и его сердечко подпрыгнуло к самому горлу, когда он обнаружил одинокого посетителя, сидящего в уголке. На этот раз на нём была разноцветная толстовка, но на всё те же широкие плечи и русые волосы выдали гостя с потрохами. Намджун был предельно уверен в том, что это тот самый привлекательный парень со вчерашнего дня. Тот смотрел на него в ответ, и даже со своего места Намджун мог разглядеть едва прикрытые веками глаза, а еще прекрасный нос, и мысль о том, что этот парень на самом деле принцесса в мужском теле из тех книжек, что читала ему мама, белкой в колесе крутилась у него в голове (можно было бы сказать «принц», но он настоятельно верил, что «принцесса в мужском теле» куда более верное описание). Он бы с лёгкостью сейчас барахтался и погрязал в жалости к себе (по сравнению с идеальной внешностью того парня) или же целыми днями бы пялился на эту красоту, но вот живот, неудобно бурча, агрессивно положил вето на оба варианта. В его поле зрения находилась и тарелка, и чашка чёрного кофе, и это определенно был его завтрак, на который поглядывал русый парень. Намджун принял это за знак, что можно подойти и махнуться, как это произошло днём ранее. Встав со своего места и захватив поднос, он приближался к мужчине, чувствуя, как нервы окутывают его с головой, и он лишь успевал молиться, чтобы правая рука не дрожала так очевидно под весом подноса. Успешно преодолев расстояние в пару шагов, он встал перед молодым человеком, натягивая улыбку, и кашлянув, чтобы обратить на себя внимание. И когда русый парень поднял взгляд, Намджун прочувствовал всеми фибрами души, как мир вокруг остановился (даже крики с кухни приглушались), ибо оленьи глаза, что смотрели на него, вблизи оказались в миллионы раз прекраснее, и, скорее всего, «принцесса в мужском теле» - это еще мягко сказано. - Эм, - начал Намджун, держа поднос в одной руке, горячий шоколад в другой, улыбаясь еще шире, ведь это единственный способ превратить ситуацию в менее неловкую, - это ваш заказ, я полагаю? Мужчина улыбнулся, глядя на подошедшего, потом на еду, и кивнул, подтверждая, пока Намджун старался не рассыпаться на мелкие кусочки, потому что господи божечки мои, этот милый парень только что мне улыбнулся. - Ага. Я так и подумал, что у вас окажется мой заказ, так как то, что мне принесли, - мужчина указал на кофе и оладьи, - точь-в-точь то же самое, что и вчера. А я по профессии одно и то же обычно не заказываю. Веду колонку о еде. Оу, милый ресторанный критик. Это объясняет разнообразие заказов. Намджун кивнул, меняя подносы не без помощи русоволосого парня, и вот уже родной кофе с оладушками оказались в его руках. Улыбка ни разу не покидала лица журналиста, после чего он кивком головы поблагодарил Намджуна. - Надеюсь, она ничего не перепутает завтра, - подал голос Намджун. На это мужчина лишь засмеялся, и Намджун изо всех сил пытался не уронить свою еду на холодный линолеум, ибо о господи божечки мои, даже смех у него прелестный. - Бог троицу любит, знаете ли. - Так оно, ага. Что ж, спасибо, - неловко смог выдавить из себя Намджун, в попытке не встречаться с чужими глазами. Молодой человек открыл было рот, видать, хотел сказать что-то, но Намджун уже отвернулся и прошёл к своему месту, не проронив больше ни слова. Бог троицу любит, хотя по правде, думал Намджун, уговаривая сердце не бить внутри чечётку, он был бы не против повторять такое каждый день. Госпожа Удача наверняка сильно его любит, ибо это повторяется на следующий день, и даже послезавтра. На какой-то момент ему кажется это уловкой, придуманной пожилой официанткой, чтобы сблизить их с русоволосым парнем, но её невинная улыбка противоречит сомнительному плану каждый раз, когда он её видит. Он также перестал просить её, чтобы та поменяла их заказы, и вместо этого сам это делает, даже не спрашивая второго мужчину (который, после почти недели, так и остаётся безымянным, к глубокому разочарованию Намджуна – он так и не может перейти черту неловких «добрых утр» и последующих едва слышных «спасибо»). Но дни шли, смена тарелок и чашек начала входить в привычку, а в Намджуне рождалось неисполненное до сих пор желание узнать мужчину поближе. Некая бесстыдная жадность закралась в него и бормотала каждый раз о том, что видеть его за завтраком и знать то, что он ведёт колонку о еде, недостаточно. Намджуну очень хотелось узнать о нём больше, чем просто милое личико и чем он зарабатывает на жизнь (хотя при случае, он бы с удовольствием спросил бы мужчину о том, где у них в городе самый лучший ресторан, с той целью, чтобы пригласить его же туда же и угостить роскошным ужином). Возможно, если б ему хватило смелости, они бы могли каждое утро завтракать вместе, тем самым сэкономив время и избавив тётушку и их самих от проблем с перетасовкой заказов. Оу. Улыбка поползла по лицу Намджуна, в то время как он мысленно поздравлял себя с гениально придуманной идеей. Отлично. Теперь бы знать еще, что сказать.

***

Прошло вот уже два дня с рождения его искусного плана, и он, наконец, принялся за его воплощение. (Так-то он попытался воплотить его на следующий же день, но голос его подвёл прямо перед самой кульминацией, и он, наскоро извинившись, вернулся к своему столику. Позорище, вот серьезно). С тарелкой солонины, бекона, глазуньи и стаканом апельсинового сока Намджун шел к мужчине с немного пошатанной храбростью, волнение закалывало его, словно шипами, пока он, наконец, не остановился прямо перед ним. Сегодня на нём были круглой формы очки и серая водолазка, закрывающая шею. От всего этого Намджун пытался взять себя в руки, как можно скорее, а не вырыть себе яму и лебезить там о том, какой же он, чёрт возьми, красивый - Утро доброе, - поздоровался он неким бормотанием и начал расставлять на столе тарелку с соком, избегая убивающего взгляда оленьих глаз. – Вот ваш завтрак. Парень встретил подошедшего утренней улыбкой, передавая Намджуну его заказ: - А вот ваш. Но Намджун колебался, прежде чем взять своё, неловко смеясь и почёсывая шею. На этот раз, он заглянул в глаза сидящему перед ним, и сказал: - Эм, вообще-то...Я тут подумал, вы не против, если мы вместе позавтракаем? Я имею в виду, официантка продолжает путать наши завтраки каждый день, и чтобы избавить её от трудностей в обслуживании нас по отдельности, и нас от ежедневной смены тарелок, я подумал, что будет лучше, если мы просто...ну, знаете, вместе поедим? Всё в порядке, если вы не хотите, имею в виду, не поймите меня неправильно, я не отказываюсь от идеи, чтобы есть отдельно, я просто...предлагаю...покушать вместе. Лишь после того, как Намджун заткнулся, он понял, что не говорил, а, скорее, балаболил нечто непонятное, и что фильтр правильных мыслей, видать, был выключен всё это время. Даже мысль о том, чтобы вырыть себе ямку, становилась куда более привлекательной, чем то, что он сейчас предложил. Он было открыл рот, чтобы извиниться, как чужой смех прервал его на полуслове. - Вы хоть представляете, как долго я ждал от вас этого предложения? – мужчина улыбался, в уголках его глаз появлялись морщинки от привнесенного веселья, пока сердцебиение Намджуна набирало заметную скорость от сказанного. – Прошу, присаживайтесь. Он ждал, пока я предложу. От этой мысли Намджун не смог сдержать улыбки, кивая и присаживаясь напротив. Они махнулись тарелками, напитками, и русоволосый парень без единого слова начал трапезу. Намджуну лишь оставалось смотреть, откровенно восхищаясь, как мужчине напротив удалось запихнуть в свой рот целый кусок бекона и запить это одной третью апельсинового сока. Ему следовало бы сниматься в шоу для знаменитостей, где они едят всё, что им дают, приметил для себя Намджун. Вспомнив о том, что прошло уже много времени с тех пор, как он ел в компании с кем-то, для него было весьма интригующе видеть, как мужчина с настолько красивым лицом ест как... свинюшка (он понимал, насколько опасно использовать именно это слово, но ничего не мог с этим поделать - да и к тому же, он ведь очень и очень красивый... свинюшка). За щеками пропали вот уже две полоски бекона и половина глазуньи, а Намджун только сейчас вышел из транса, мало-помалу осознав, что и не представился толком. Отпив немного чёрного кофе, он протянул руку мужчине напротив, получив в ответ лишь озадаченное, ничего не понимающее выражение лица. - Я забыл представиться, - кротко чеканил Намджун, на секунду встречаясь взглядом, и тут же его отводя, - меня зовут Ким Намджун. - О! Однофамилец! – оживился мужчина, удивляя Намджуна своими горящими глазами. Он вежливо пожал Намджуну руку, улыбаясь всё шире и продолжая диалог. – Меня зовут Ким Сокджин. Ресторанный критик, хотя еду я, в целом, обожаю. Приятно познакомиться, Намджуни! У меня никогда раньше не было того, с кем можно поесть, но предложение мне нравится, поэтому с сегодняшнего дня будем завтракать вместе, идёт? Намджун был шокирован многими вещами – по большей части прозвищем и очень весёлым Сокджином – но уж больно ему нравилась идея совместной трапезы с красивейшей принцессой-свинюшкой-в-мужском-теле по имени Ким Сокджин (ни за что не звать его так вслух). Какие еще скелеты лежат у Сокджина в шкафу, Намджун не знает, но он будет более чем рад познакомиться с ними. Так, он заглянул в глаза Сокджину и с улыбкой ответил: - Идёт.