Оборотень - не только ценный мех...

Привет от Амаголии! Планы поменялись, главы стали короче, на чуть-чуть, так что я злая и коварная ХД Муахаха) Дашка проснулась от лучей холодного негреющего солнца, скользнувших по лицу. Поморщившись, немного надув губы, девушка приоткрыла один глаз, понимая, что сейчас часа три дня, учитывая, где находится солнце. Тернова не помнила ни одного сна, как и то, что бормотала. Она вообще редко запоминала то, что ей снилось, а то, что она иногда разговаривает во сне, узнала лишь недавно от Гробыни и Тани. Какое-то время Дарья вспоминала все, что случилось до того, как она оказалась в своей постели. Мысли о том, что они делали с Артуром в его комнате, заставили девушку сладко потянуться под его рукой, так и обнимающей ее. -Ой! – удивленно вскрикнула Даша, чувствуя нечто твердое и упругое в районе ягодиц. – Артур? Барсов крепко спал, и явно как всегда под утро, мысли плавно перескочили на девушек. Так же, как и во всех остальных случаях, его тело не стало оставаться в стороне, и среагировало на возбуждающие картинки подсознания. Поэтому проснувшись на восклицание Дарьи, Артур сладко потянулся, не против поспать еще, и поближе придвинулся к девушке. - Ммм? На вопрос, что это, это – утро, Дашенька… И тебе, кстати, тоже, доброе утро… - Пробурчал Ильин, снова устраивая нос на шее Терновой, чуть потеревшись бедрами о нее. - Сейчас день, - выдохнула Дашка. – Так что добрый день… Вжавшись в парня, она провела по его груди пальчиками, закинула ногу на бедро и медленно двинулась вверх и вниз, с интересом ожидая реакцию Барсова. Сама она вдруг почувствовала прилив того же чувства, что и накануне, когда кровь будто начинают кипятить, а к низу привязывают гирю, и при этом поверх всего приятное сладкое ощущение лени, осознания выходных и красивого парня рядом. - Ммм… - Тернова улыбнулась. – Мне нравится, когда ты зовешь меня «Дашенькой»… Больше никто так не зовет… Артур усмехнулся, достоинство на ласки отреагировало сильнее, и парень выдохнул, улыбаясь. - Еще бы тебя кто-нибудь так называл! – В шутку возмутился он, погладив по плечам и перебираясь на грудь, с весьма далеко идущими планами. - О, мальчи-Ик-кки и деввоч-Ик-ки!!! – В комнату ввалилась пьяная в хлам полуголая Гробыня, придерживаясь за косяк, чтобы не рухнуть. – Второооой день… Вспстали, и пшли! – И вывалилась обратно, не закрывая двери. Барсов громко засмеялся, у него пропало все возбуждение. Нежно поцеловав Дарью, парень встал с кровати, идя в ванную по делам. Умывшись, Ильин вернулся в комнату и посмотрел на Тернову. - Поднимайся, пошли завтракать… Сегодня только суббота! – Он широко улыбнулся. Дашка простонала, сползая вниз по подушке и прячась под одеялом: - Нееет… Не пойду… Мне и тут хорошооо…Я в домике! Тернова свернулась в клубочек, чувствуя себя как в гнездышке, тепло, темно и уютно. И надо же было появиться Гробыне… А все так хорошо начиналось… - Я еще посплю… А вечно голодным нужно идти кушать… Няняняяяяя… Тортика мне принеси… Дашка фыркнула, утаскивая под одеяло подушку и, обняв ее, закрыла глаза. - Ладно. Но за тортиком приходи сама. Мне кажется, там его сейчас нет. Самое актуальное блюдо – рассол. – Барсов усмехнулся, выходя из комнаты и закрывая за собой дверь, направляясь к себе. Переодевшись в нормальную одежду, Артур подошел к окну, закуривая. - И мне тоже, пожалуйста. – В комнату зашел на удивление трезвый Гломов, и протянул руку за сигаретой. Барсов выдал ему пачку, наблюдая, как Гуня опытным жестом выщелкнул сигарету и прикурил. - Как ночь? – Завел светскую беседу Гунио, приходя в хорошее расположение духа после первой же затяжки. - Отлично. – Пожал плечами Артур, и вышел без лишних разговоров в гостиную, наблюдая остатки роскоши. Чьи-то предметы одежды по всей комнате, чьи-то ноги торчат из камина, благо, погасшего, очки Шурасика на люстре, где был их владелец – непонятно. Хмыкая, Барсов подошел к столу, вызывая себе салатики, отбивные, жареную и печеную курицу, картошку, соки и горячий чай. И приступил к полноценному обеду. На запах еды выползали остальные ученики, так что между делом за столом не осталось пустого места. И чем больше поглощалось еды, тем веселее был шум. - Слушайте! Сегодня у Терновой днюха! Где Дашка?! – Протрезвевшая Гробыня огляделась по сторонам, сначала находя Артура, и крайне удивляясь, когда рядом с ним не оказалось Дарьи. – Ты куда ее дел? – Из пьяной памяти Гробыни уже стерлось воспоминание о заходе в собственную комнату. - Она еще спит. Скоро придет. Впрочем, Дашка хотела шоколадный торт… - Артур усмехнулся, приступая к куриной запеченной грудке. – Только давай она сама проснется… - Нет, ну что ты! У нас тут без нее ничего не выходит… - Склепова попыталась юркнуть в комнату, но наткнулась на Артура, который без улыбки смотрел на нее сверху вниз. - Я сказал, она сама проснется. Иди за стол. Живо. – Мрачно приказал Барсов. Гробыня фыркнула и снова села за стол, как и Артур. Дашка проспала где-то еще часа полтора, и где-то к пяти вечера, повалявшись еще минут двадцать, соизволила подняться. Хорошенько потянувшись, она пошла в душ. Где почистила зубы, умылась, помыла голову, а вернувшись в комнату высушила длинные волосы заклинанием. Открыв шкаф, она уставилась на одежду, не зная, что одеть. В окно постучали и, повернувшись, Даша увидела двух купидончиков, несущих между собой большой сверток и огромный букет ромашек. Папа… После матча им удалось поговорить минуты три, а потом Андрей Павлович срочно телепортировал куда-то в Египет, налаживать контакты с тамошними магами. Крылатые почтальоны, не потребовав платы, отдали сверток и умыкнули прочь, а девушка, сев на кровать, сначала прочла письмо от отца. В нем сообщались поздравления, подробный комментарий ее игры, облегчение, что она наконец-то на темном отделении, пара шуточек про Барсова и то, что мама бы гордилась ей. Аккуратно сложив письмо, Дашка убрала его в большой конверт, где хранила все письма от отца. Поставив букетище в вазу на своем столе рядом с корзиной от Артура, она открыла сверток и восхищенно ахнула. Андрей Павлович презентовал ей кожаную куртку, которой была окутана еще одна коробка. Раскрыв ее, Дашка изумленно ахнула. Платье… Оно шикарно… Девушка выудила его из коробки и подошла к зеркалу. Без бретелей, обтягивающее от груди до бедер, расходящееся к полу, с двумя разрезами до середины бедра по бокам, насыщенного синего цвета, сверху расшитое серебряными нитями, оно стопроцентно было подобрано под глаза Дарьи и приходилось ей точно в пору. Но это были еще не все подарки. В коробке была еще одна маленькая коробочка-шкатулка (отец обожал дарить ей подарки в стиле матрешки, никогда не обходясь одним). Откинув крышечку прикосновением кольца, Даша увидела четыре кулона на серебряных цепочках, серьги в рок-стиле и еще одни в египетском. Улыбнувшись, смахнув слезинку, выступившую от осознания того, что отец понимает ее дух, что она разная, а не ходит под одним клеймом «рокер», «драконоболист» или «аристократка». Он подарил ей вещи, соответствующие каждому ее образу. Убрав все по местам, Тернова, решив, что раз уж день Рождения, то надо одеться как-то по-особому, коли уж решила праздновать. Ну ладно. Была не была. Распечатав черного цвета чулки, она осторожно натянула их на гладкие ровные ножки, а поверх черного нижнего белья надела приталенное платье выше колена сиреневого цвета с черным широким поясом. Застегнув сзади молнию, девушка встала на черные шпильки с фиолетовыми бантиками, расчесала волосы и подкрасила глаза и губы. Наряд завершило черное болеро с широким рукавом. - Так, Тернова, вроде неплохо. Ладно, собралась и вперед. Выйдя из комнаты, первому на глаза она попалась Кузе Тузикову, который ойкнув, уронил бокал с медовухой. Это привлекло внимание сидящих рядом, и вскоре вся гостиная в шоке смотрела на Тернову. Закатив глаза, девушка развела руками: - Ну что вы на меня уставились, как Поклеп на Милюлю? Нальет кто-нибудь имениннице, нет? Барсов чуть прищурился, изучая вошедшую девушку. Его поразила внешность Дарьи, и при этом стало жутко неудобно за собственный внешний вид. Не замечая, что выглядит в чем угодно, как супер-звезда, Барсов видел красивую одежду на Дашке, и самые обыкновенные на себе. Налив медовуху в бокал, Артур встал с места, подходя к девушке, отдавая бокал. - Ты прекрасна. - Тихо сказал оборотень, показывая, куда надо пройти, чтобы сесть. И сел рядом подвигая тарелку Дашке. - Чего тебе наложить? - Спасибо, вроде как теперь соответствую тебе, - смущенно поблагодарила Дашка, садясь рядом с Артуром, несколько теряясь под столькими пристальными взглядами. Даже Гробыня пока еще не нашла слов, открывая и закрывая рот как рыба. – Я подумала, что можно для разнообразия появиться не в джинсах… Артур посмотрел на Тернову, как на идиотку, не понимая, как можно вообще сравнивать ее в вечернем платье и его в джинсах и майке. Окинув стол пристальным взглядом, Тернова посмотрела на Барсова: - Куриную грудку, вооон тот салатик, и вареной картошки с зеленью… Одуряюще пахнет… - Кхе-кхе! – на стул, словно встать было мало, взгромоздился Ягун. – Минуточку внимания, господа темные и светлые! Видимо, сегодня планеты сошлись в ряд и мы на пороге свадьбы Клепы, раз Дашка наконец-то согласилась отпраздновать свой день Рождения! Дарья, Дашуня, Дашечка, Дашулька, Дашка, Андреевна и… Пардон за плагиат у Пуппера, Дашута! Дорогой наш капитан! От всего светлого отделения желаем тебе… - и тут Ягуна понесло. Этот мастер по части тарахтенья желал всего от здоровья до мастерства в полете, будто отыгрываясь за семь лет до этого, а под конец выдал: - А еще, Дашка, мы тебе желаем когда-нибудь взять двойную фамилию! Вот например Тернова - Ильина! Дашка закашлялась, а Склепо ва выразила протест: - Не, тогда у не будет тройная! Тернова-Барсова-Ильина! - Ягодку листки не портят, - вставила свои 5 копеек Катерина Владимировна, выпустив красную искру. Промолчав, парень положил все, что требовала Дашка, на тарелку и налил еще алкоголя. Выслушав Ягуна, осторожно похлопав девушку по спине, когда она поперхнулась, только хитро улыбаясь, Артур обнял Дашу. - Ба! – вскрикнула Дашка. - О! А какая Дашка ягодка? – поинтересовался Шурасик, которого всегда занимали самые идиотские вопросы. - Клубничка! – гаркнул Пень, пошло ухмыльнувшись, за что получил котлетой в лоб от Валялкина. - Не! – мотнул головой авторитетно Жикин. – Вишенка! - Твою мать… - пробормотала Даша, положив голову на плечо Барсову. – Садовники-то…. - Так! Тему живо перевели! В любом случае, я тут главный садовод, и все ягоды Терновой - мои. Все всем понятно? - Для убедительности сверкнув кошачьими глазами, не выдержал Барсов. Дашка вспыхнула, среагировав на фразу, которой Барсов оборвал перечисление ягод с аргументацией. Главный садовод... Хах… - Горько, Барсов! Горько! - Внезапно крикнула Гробыня, и крик поддержал весь стол. Чтобы не разбудить преподавателей, Артур повернулся к Дарье, и обняв за талию, поцеловал. - Раз, два, три... - Принялись считать хором ребята. Не успела Дашка отпить еще медовухи, как Склепова подкинула очередную подлянку. Обняв Артура за шею, Тернова раскрылась ему, отвечая на поцелуй, заодно показывая, что соскучилась. Как только его губы коснулись ее, девушка потерялась в ощущениях, реальность отнесло на второй план и, кажется, она слышала хлопанье крыльев. Мда… Вот тебе и любовь окрыляет… Где-то на 28-м счете она начала задумываться о том, сколько они так могут и насколько хватит воздуха. - Слушайте, у них там жабр нет? – подозрительно спросила Шито-Крыто. - Не, Артур ягуар, - решительно отверг это предположение Ягун. - Тридцать пять! Несите пилу, их склеило! – как бэ запаниковала Склепова. Артур не обращал внимания на панику окружающих, и лишь дойдя до 250, когда считать надоело именно ему, Барсов отстранился, и улыбнулся, смотря в глаза Терновой. - 250, чтобы наверняка! – Ухмыльнулся Ильин, а воспрянувший Ягун подскочил с места. - 250, чтобы вы вместе прожили столько же лет! – Поднял бокал комментатор и толпа загудела, чокаясь стаканами. Барсов только усмехнулся на все шутки, не отражая собственного отношения к этому делу. Потому что жениться он не собирался, до тех пор, пока сам не будет способен обеспечивать семью. Дашка почти задохнулась, когда Артур, наконец, отстранился. Пропуская мимо ушей все шуточки, она отпила медовухи и приступила к ужину, взяться за который ей все время мешали. От нее не укрылось равнодушие Артура и, жуя мясо, она задумалась, как долго протянуться их отношения. Три месяца? Пол года? До окончания школы? А потом что? - А давайте в карты на раздевание! – выдвинул идею Пень. Так, надо срочно линять. Мороженое, торт и чай, и моя комната – моя крепость. Никакого раздевания! Глаза у Артура загорелись, подобное развлечение было в новинку, хотя Барсов мог честно назвать себя мастером игры в карты. Наклонившись к Терновой, он усмехнулся, глядя в глаза. - Артур, есть предложение сбежать, - прошептала она на ухо парню, глядя как Жикин отправился за колодой. - Зачем? Давай сыграем? Или ты не умеешь? Тогда сыграем вдвоем за одними картами. Что же ты, показалась, и сразу обратно в домик? Ну и кто будет теперь говорить, что не похож на черепашку? – Артур нежно поцеловал девушку в нос, широко усмехаясь. - Так играем или нет? - Да не черепашка я! – возмутилась Дашка. – Но ты учти, что Дыр шулер, Ягун зеркалит, а у Шито-Крыто в роду одни картежники! Вообще Тернова умела играть, хорошо скользила в правилах игр, была азартна и чего уж говорить, темная кровь давала о себе знать, в прошлом году ей в козла проиграл Ягун, на целых два месяца отказавшись от прибамбасов, а после него еще полкурса. Учитывая, что игры были на желание, а Дашка рисковала по-крупному, понимая, какое желание будет к ней с мужской стороны, влипали некоторые не хило. Вот только сейчас девушка была настроена как-то утопично. - Лаадно… Давай за одними картами… Пару партий. Правда, тогда раздеваться придется обоим… Барсов лукаво улыбнулся, целуя Дашку в волосы, а на самом деле сглаживая всех присутствующих. - Да чтоб вы все забыли, как жульничать и карты менять! – Артур с невинной ухмылкой огляделся вокруг, видя, что у Пня вываливаются карты, которые он заранее всунул в рукав, а Ягун трясет головой, пытаясь сконцентрироваться на чем-нибудь. - Вот так. Уровняем шансы, господа. Если не возражаете, раздам я. – Ильин перегнулся через очищенный стол, и перехватил карты у Жикина, который точно не возражал. - А почему, собственно, ты? – Тут возмутилась Склепова, прищурившись глядя на Артура. Тот дернул себя за короткий рукав майки, очаровательно улыбаясь. - Даже если я буду жульничать, это будет ловкость рук и никакого мошенничества, а не подложенные карты. – Барсов выразительно покосился на Пня, и все вопросы отпали. Выдохнув, Артур ловко перетасовал карты, вспоминая уроки одного из уличного мошенника, который дурил всех в карты. Эти уловки Барсов тоже знал, но сейчас просто раскладывал веером карты, быстро тасовал и показывал фокусы с исчезанием карты между пальцами. Когда это ему надоело, Артур разложил карты на игроков, и сам сел на свое место. - Правила просты. Кто выходит первым, загадывает желание тому, кто вышел последним, то есть полностью проигравшему. – Сразу сказал Пень. Все согласились и игра началась. Дашка удобно устроилась на коленях Артура боком, дав ему обзор на свое декольте и смотря за остальными пятью игроками: справа налево Шито-Крыто, Семь-Пень-Дыр, Ягун, Склепова, Жикин, и посочувствовала внуку Ягге, рискнувшего сесть за игру со сплошными темными. Остальные сели вокруг, решив понаблюдать за игрой и поболеть за тех, кому симпатизировали. Самая внушительная поддержка была у Гробыни. Так как за ней расположился Гуня, внушительный как скала и явно с желанием начистить чье-то рыло. Хотя после вчерашнего, Тернова не без оснований считала, что у Жики и Пня есть все шансы оказаться намотанными на кулак Гуни. Глянув на карты Барсова и посмотрев на козырь на кону, Дашка ни чем не выдала, у кого здесь на руке четыре козыря. Младший козырь оказался у Гробыни и она пошла на Жору с двух девяток. Валить Жикина было на руку, так как он должен был ходить на Барсова. Выхватив подходящую карту у Артура, Дашка кинула ее и Жора, мрачно посмотрев на нее, загреб. - Стойте-ка, - нахмурился Пень. – Тернова, ты в картах, как я в ставках, ну-ка отсядь от Барсова, мадам «Я надула в козла весь курс». - А ты заставь, - показала язык Дашка. – Артур, мне пересесть? Артур усмехнулся, что-что, а кошачью интуицию отключить и блокировать было нельзя. Просто перетасовать надо было правильно. Услышав предложение Пня, Барсов хитро улыбнулся. - Дашенька, отсядь на один кон, пожалуйста. Только на один. - Пень нахмурился, а Артур нежно поцеловал девушку, сажая ее рядом на стул. - А теперь начнем. - Тут же собрался темный наследственный маг, в прошлом выигравший полугодовой запас еды и трехмесячную квартплату. Через пару ходов Барсов первым вышел, тут же пересаживая Тернову к себе на колени. - Товарищи, дело не в Даше... - Довольно ухмыльнулся Артур, целуя в шею девушку, наблюдая краем глаза за игрой. Даша, вернувшись на колени к Артуру, усмехнулась, устраиваясь таким же образом. Положив голову Барсову на плечо, поглаживая его одной рукой, для всех как бы лежащих у нее на коленях, но на самом деле бродящей под футболкой Артура, чуть выше пояса, Тернова продолжила наблюдать за игрой, болея за Ягуна. Повернув голову, реагируя на поцелуй в шею, девушка поцеловала своего парня, на минуту отрешаясь от реального мира. Второй вышла Шито-Крыто, вот уж кого прищучить в карточных играх было сложно донельзя. Мало того, что она была совершенно непредсказуема и в роду имела величайших шулеров и построивших все состояние ее семьи, так еще и карта к ней шла, да и жульничать она умела одной ловкость рук. Ягун вышел следом, игра развернулась между Пнем, Склеповой и Жикой. Склепова обхитрив всех, прикинувшись безкозырной, хотя Дашка-то помнила, что Артур накинул ей два козыря, перед тем как выйти, облапошила Жику за милу душу. Так что минуту спустя проигрыш красавчика всея Тибидохс был очевиден. С половиной колоды в руках против трех карт Пня не особо-то поиграешь. Жикин, просветлев, посмотрел на Дашу: - Помощь другу! Еще никто не отменял! Каждый игрок может один раз за все партии обратиться к другу и передать ему карты! Баста! После басты уже никто поспорить не мог. - Даш, я тя как темный темного прошу. Помоги, а? Барсов же мне сейчас что-то отвратительное загадает! Ну пожалуйста! - Ни за что! – побледнел Пень. Именно это и решило все. Посмотрев на Артура, Дашка подмигнула ему и шепнула: - Придумывай желание Дыру. Неохотно выбравшись с его колен, Дашка взяла карты Жикина, быстро просчитывая варианты, прекрасно помня, что уходило в отбой. - Ну, Пень, поехали, - хмыкнула Дашка и в течении минуты перепахала полкарт Жики Пню. Две минуты они еще прибавили в отбой, а потом Дашка прищучила его зайдя с козыря. Дыр взял, а Тернова протянула ему две шестерки. - А вот и погончики! – сказала она под смешки ребят. - Тернова, дай я тебя расцелую! - облегченно сказал Жора, но Дашка уже ушмыгнула на колени к Барсову, мотая головой. Артур со сложенными руками на груди наблюдал за игрой, с удовольствием принимая обратно Дашку на колени и показывая кулак Жикину. - Больше помощи не будет... А значит, у меня есть большая возможность загадать тебе желание. - Мрачно усмехнулся Барсов, сдавая карты снова, тщательно их перемешав. - А тебе, Пень, есть одно желание. Пошли, скажу. Дашка, за картами следи, но сама их не трогай. И никому не советую. Я заколдовал. - Предупредил Артур, сажая снова Тернову рядом и оттаскивая Пня в сторону, чтобы никто не слушал. Еще и противоушкус поставил. - Мое желание таково. Ты забываешь про все ставки на Дашу и ее невинность. Возвращаешь все деньги тем, кто их выдал. Я понятно объяснил? И больше на эту тему ставки не принимаешь. Это не второе желание, это все к тому же. Барсов спокойно посмотрел в глаза Пня, который все больше мрачнел, и в итоге кивнул. Артур хмыкнул и вернулся за стол, сажая Дарью на свои колени и снова раздавая карты. Этот кон был интереснее для Барсова, потому что у него сначала не было козырей. Однако для того, кто умеет играть, начальные карты - не повод сдаваться. Артур едва не отдал победу Рите, в последний момент выдавая ей даму червей и узнавая, что не вмастил. Довольно улыбаясь, Артур снова поцеловал Тернову в шею. - Это становится интереснее и интереснее... Пень, сделаешь ставки, кто проиграет? - Подколол Ильин, а Пень мрачно огрызнулся, пытаясь завалить Гробыню. - Проиграет Гробыня, - шепнула Дашка на ухо Артуру, хихикая над мрачным Пнем. – Жика и Ягун завалили ее шушерой, а из козырей у нее только семерка треф. Сейчас Ритка свалит все на Пня, Ягун покатит на Склепову дальше, Жика пойдет на Ритку и она выйдет, потом Ягун, если не ступит и вовремя выбросит туз… Даша снова поцеловала Барсова, слыша, как сбываются все ее пророчества. Для такого опытного игрока, как Тернова, закаленной играми с партнерами отца и даже пару раз сыгравшей с ними на серьезных ставках, предвидеть развязку школьных масштабов не составило труда. - Вашу бабушку! Но вот назначишь ты мне еще свидания, Жика! Попробуй только! Артурчик, загадай мне что-нибудь интимное тет-а-тет, а? Хочешь, Гробынюшка тебя поцелует? Спинку помассирует? - Хочешь, Дарьюшка тебя сглазит так, что губы срастутся и покроются шерстью собачей? – приподняла бровь Даша. Все вокруг заржали, а Тернова посмотрела на Барсова, обняв за шею, предупреждая взглядом, что реально сглазит при первой же попытке коснуться ее ягуара. Артуру было реально пофигу, кто проиграет. Он-то выиграл, и сейчас пожинал плоды победы, гладя по спине Дашку, целуя в шею. А вот когда Гробыня проиграла, Артур отвлекся, и хитро улыбнулся, прищуриваясь. - Так... Гробыня! Я знаю, что. Иди ко мне, солнышко. - Склепова на радостях подлетела, а Барсов прошептал ей на ухо свое желание. Гробыня побледнела, фыркнула, высказала пару крепких фраз, и улетела в комнату. - Ты чего ей сказал, а?! Ты ее обидел?! - Возник Гуня, но Барсов мотнул головой и широко улыбнулся. - Не переживай. Она сейчас придет. Правда. - И действительно. Через десять минут, из комнаты вышла Склепова. Но в таком виде, что все были просто в шоке. Без яркого макияжа у нее стали больше глаза. Волосы, явно измененные заклинанием, были светло-русые, натуральные. На руках исчез фиолетовый лак, и сами ногти были обычные. Но что самое удивительное- на Склеповой были обычные джинсы и нежно розовая, с глубоким вырезом, кофта с длинными рукавами. Все ошарашенно смотрели на Гробыню, ее не узнавая, тем более, что каблуков не было, девушка была в балетках. - Барсов, ты маньяк... - Пробормотал Жикин. - А мне нравится. Вы посмотрите, какая она красивая. - Спокойно ответил Артур. Дашка, прищурившись, изучала Склепову а-ля натураль, находя, что Барсов лишил Гробыню ее изюминки, стиля, свойственного ей одной, сделав обычной, как она сама или Танька, или множество остальных девчонок Тибидохса. Но его замечание касательно Гробыни, ударило поддых. Какой девушке в собственное день рождение понравится услышать, как ее парень называет красивой другую, ни разу не сказав этого ей самой? Глубоко вздохнув, она убрала руки с Барсова и, что-то там пробормотав про туалет, соскочила с его колен и ушла в комнату, больше никем не замеченная, так как все все еще отходили от шока Гробыниной красы. Скользнув в душевую, она закрыла дверь и, прижавшись к ней спиной, запрокинула голову, чтобы не дать слезам прорваться наружу. Не заплачу я. Не заплачу и все. Не буду. Конечно, Гробыня у нас красивая в любом виде, а я… А что я? Как там меня классифицирует Склепша? Точнее нас с Танькой? Простушки? Нет, я сказала, не заплачу! Куда потекла тварь!? Глубоко задышав, будто ее сейчас стошнит, Дашка закрыла глаза стараясь думать о ромашках. Вот так и с девушками. Гробыня роза, а я ромашка. Она кто-то из хищников, а я черепашка… Нервный хриплый смешок, еще один, Дашка закусила губу, сдерживаясь и затрясшись изнутри. Ромашка… Черепашка… Замарашка… Ну, в общем, Дашка. Барсов не понял юмора, смотря вслед Даше. Выдохнув, передав колоду Пню, Артур пошел за ней, заходя в комнату и стучась в ванную. - И что это было сейчас? Ничего объяснить не хочешь? А? Парень был собран, балансируя на границе со злостью и яростью. Дашка вздрогнула, услышав стук в дверь, а затем голос Барсова. Прижав руки к лицу, она попыталась сглотнуть ком в горле, по потоку и направленности вопросов чувствуя агрессию и негатив. - Э… Я не знала, что к посещению туалета нужно еще и объяснительную составлять, - хрипло сказала Даша, прекрасно помня, что пробормотала ему, куда идет. – Мне нехорошо, и… - Дашка оборвалась, смахивая слезы. – и, пожалуйста, возвращайся к игре. Черепашке нужно время в своем панцире. Артур прижался лбом к косяку, задумчиво пиная стену носком ноги. - Даш, я слышу, что ты плачешь. Давай ты выйдешь, и мы поговорим? Без всяких уловок и двойных смыслов. Давай? Я вижу, что тебя расстроило, но в упор не понимаю, почему. Потому что тебя не назвал красивой? Но ты не красивая, а прекрасная, и это я говорил. И прекрасная ты, хоть в джинсах, хоть в платье. Во всем. Я тебя успокоил? Почему с оборотнями так сложно? Или это просто сложно с мужчинами? Он слышит, что я плачу. И он считает, что прекрасная, лучше, чем красивая, хотя на самом деле это совершенно разные прилагательные, относящиеся к разными предметам. Вау, не помню, чтоб меня кусал Шурасик. Оказывается, когда дело касается тебя самого, все границы чувствуются очень четко и тонко. Дашка глотнула воздуха, стараясь привести мысли в порядок а потом, повернувшись, открыла дверь, все еще вытирая глаза тыльной стороной ладони. - Артур, красивая – женщина, прекрасная – душа или прекрасный – характер, человек. Я не обижаюсь, что ты не называл меня красивой, прекрасно знаю, что максимум до чего дотягиваю – это до хорошенькой, - тихо признала Дашка, не строя по этому поводу никаких миражей. - Просто, наверное, в свой день рождения мне не очень приятно слышать комплимент, точнее констатацию факта, от своего парня другой девушке. А теперь, пожалуйста, дай мне переварить собственную никчемность. Видимо, не судьба мне праздновать свои дни рождения. Как ни крути все говено выходит… Артур помрачнел еще больше, складывая руки на груди. - Вот, значит, как. Из за одного слова сделать целую лекцию. И только потому, что у тебя свои представления о словах. Круто. Молодец, Дашка, в своем репертуаре. Я слышал о таких проявлениях ревности, когда любое слово другой девушке считалось изменой. Но такое... Я не буду оправдываться, так как не вижу своей вины. А что, Елена Прекрасная, из сказок, тоже была добрейший души человек? Так, по твоему? А прекрасные богини, которые были полными эгоистками? Ты не права. Прекрасная- значит красивая в высшей степени. Раздели слово. Пре- значит очень. Красная- устаревшее слово красивая. Подумай над этим. Барсов развернулся и вышел из комнаты, устраиваясь с книжкой на диване, как обычно, вверх ногами. Дашка вернулась обратно в душевую, достала из своего шкафчика вату и с помощью нее смыла косметику, стараясь сосредоточиться исключительно на этом. Глубоко вздохнув, смотря на себя в зеркало, она схватилась руками за раковину, понимая, что проигрывает самой себе, и просто молча наблюдая, как слезы текут вниз, по щекам, собираются на подбородке и падают вниз. И кто кому лекцию прочел? Теперь он думает, что я еще и ревную, а то что мне неприятно в свой день... да ну, хватит. Надоело. Никаких дней рождений больше. Нет у меня своего дня. Точка. Выйдя в комнату, она скинула туфли, убрала их в коробку, стянула болеро, расстегнула и выскользнула из платья, повесила все это на вешалку, скатала с ног чулки, стянула нижнее белье, надела ночнушку и халат, тихо плача. Забравшись в кровать, она погасила везде свет, накрылась одеялом и только тут заплакала глухо, с всхлипами, кусая подушку, вжимаясь лбом в стену. Ее терзала обида, чувство непонятости и еще масса вещей, доступных и понятных только девушкам. Было и больно, и мерзко, и противно от самой себя, а потом наружу стали выползать разные печальные мысли, всегда, каждый год, посещающие ее в этот день. О маме, о собственном несоответствии окружающим, о том, что сколько время не пройдет, ничего не меняется, о сосущем чувстве одиночества, о том, что друзья есть, но она все равно не чувствует себя с ними открытой… Все накатывало как снежный ком и просто придавливало и размазывало Дашку, а потом мысли стали материальны, невыплаканного горя было так много, что оно обратилось против и не спасли даже красные пряди, защита была поставлена от других, никак не рассчитанная на самопроклятие. Дыхание Терновой замедлилось, кожа похолодела и побледнела, что было заметно даже сквозь загар, губы посинели, глаза сомкнулись, и только из-под век медленно текли слезинки, обращаясь в крохотные льдинки и скатываясь куда-то между кроватью и стеной. Ха-ха, недолго счастье длилось))) Ура-ура, не люблю сопли) Да здравствует приближенность к реальности, когда за хорошим следует такое *авно, что просто диву даешься. Ну, это так. К слову пришлось) В группе в ближайшее время будут обновлены альбомы. Так что не забывайте заходить) Кстати, там есть общалка, кто не в курсе)