Оборотень - не только ценный мех...

Итак) Продолжение следует) Обычно я пишу после главы, но сейчас надо сделать два объявления, дабы потом не возникло путаницы. Во-первых. ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ - Смена пола (gender switch)!!! ТЕМ, КОМУ НЕ НРАВИТСЯ ДАННОЕ НАПРАВЛЕНИЕ - ЗАКРОЙТЕ ФИК! Данное предупреждение будет действовать несколько глав. Во-вторых. Между последней, 22 главой, и этой, 23, проходит полторы недели. В принципе, это указывается в самом тексте, разумно объясняется, просто не удивляйтесь. Приятного чтения!) Хотелось бы видеть ваши лица при прочтении... Но остается видеть лишь комментарии) - Ромашки спряяяяятались, поникли люююютикииии… Теееерноооова злааая десяяятыый деееень… Зачееем жеее дууурооочкааа оборотню повееееерииилааа… Ненастояяяяящаяяя у ниииих лююююбооовь! – началась утро в комнате с Черными Шторами с далеко не оперного пения Гробыни. Дашка съежилась в комочек под одеялом, полностью скрывшись под ним, позволяя Склеповой и дальше солить и перчить свое сердце по вкусу. Девушка перестала реагировать на подобные инсинуации еще где-то на пятом дне «исчезновения» Барсова. Первые три дня она свято верила в то, что у него нет возможности ответить на ее письма, звонки по зудильнику, но когда купидоны скопом вернули ей собственную корреспонденцию… Это был удар. Хуже, чем проигрыш невидимкам по вине Тани. Хуже, чем окончательный перевод на темное отделение. - Склеп, заглохни, - буркнула Таня со своей кровати, покосившись на лежбище, устроенное Дашкой из собственной постели. Сегодня был понедельник. В пятницу Тернова внаглую заколола пару сглаза Зубодерихи (не опасно) и нежитеведенье (опасно), и с того дня не выходила из комнаты. Да что там из комнаты! Она и с постели-то вставала, похоже, только по нужде, превратив ту в огромное гнездо из пледов, одеял и подушек. Еду в нее пихали чуть ли не втроем с Ягуном и Ванькой. - Гроттер, вот че ты начала переть сразу? Уговоры мы пробовали? Пробовали. Угрожали? Угрожали! Самое время ее выбесить! Танька поднялась с кровати и осторожно мигрировала на край койки Терновой. - Даш, а Даш. Вставай, а? Ты же не можешь здесь совсем запереться… Гробыня включила зудильник и поймала радио лопухоидов. - Мы красивые… позитивные… и спортивные… - принялась напевать Склеп, выбирая в шкафу очередную мини юбку. – О! Больше! Больше Артура!!! И макияжа и маникюра… Больше! Больше Артура! На наволочку под щекой Дашки скатилась очередная слеза, но девушка продолжала партизански молчать. Нет, не доставит она Гробыне такое удовольствие. - А вот и армия купидонов на наше окно! – возвестила Склепша. – Андреевна, это по твою душу-то, отвергнутая ты наша, морально растоптанная, но по-прежнему девственно-чистая! Или наш пострел везде поспел, и улизнул по старинной традиции всех мужиков? Даша тяжело вздохнула, чувствуя такую ярость… Пять минут спустя, когда гробик Склеповой уже прогорел до углей, а Таня почти собрала все осколки от всех поверхностей в совок, поглядывая на саму Гробыню, оказавшуюся на шкафу в обнимку с Пажом взглядом «а я предупреждала», Дашка поднялась с кровати и пошаркала в ванную, ни на кого не глядя. Безжизненно уставившись на себя в зеркало, Дарья безучастно отметила красные опухшие глаза, черные, почти иссиня-черные мешки под ними, сухую кожу и алые, искусанные до крови губы (попытки сдержать ночные рыдания). Испустив тяжелый вздох, она умылась и вернулась в комнату, где соседки уже магией восстанавливали все разрушенное. Одевшись в затертые джинсы, мешковатый грязно-коричневй свитер и обув раздолбанные кроссовки, она подхвотила рюкзак и пошаркала в гостиную. - Епт! Явление Терновой народу! – гоготнул не в тему Демьян. - Демочка… - ласково позвал его Ягун. – Ты никогда не замечал, как много слов начинается на первую букву твоего имени? Дебил, дегенерат, долбое… Ни на кого не глядя, Дашка молча вышла из гостиной, направляясь сразу на защиту о духов к Поклепу. Артур, то есть в данном виде, Арина, тихо матерился про себя. Полторы недели назад черт дернул его прочитать заклинание в книге, подаренной матерью. И он обратился в девушку. Как это снять и что теперь делать, не знала ни Мария, ни Андрей Павлович, к которому Ильины обратились. Ну да, из Барсова получилась отличная девушка - светлые прямые волосы до лопаток (как они отросли - никто не знал), тот же оттенок глаз, такая же способность оборачиваться в пантеру, рост, правда, ниже, но все равно модельный, узкие бедра и аппетитная грудь. Если бы не постоянно мрачное выражение лица, Арину можно было бы назвать красавицей. Если бы. Артур попросил Андрея ничего не говорить Даше, потому что а) ему было стыдно признаться в собственной глупости, б) ему было стыдно говорить о собственной несостоятельности в магическом плане. Письма отсылать он не мог, так как купидоны бы живо растрепали, от кого носят послания, а по зудильнику, естественно, общаться было запрещено. Мария видела, как томится сын в четырех стенах и спешно связалась с Сарданапалом, объяснив ему проблему. Тот пока так же не видел выхода, но, чтобы Артур продолжал учиться (в конце концов ему сдавать экзамены за все курсы), предложил вариант с "дальней родственницей", пока что-нибудь не придумают. О тайне академик так же поклялся молчать Разрази Громусом, что вполне устраивало Барсова. Коврик пришлось оставить у матери, так как сразу бы все опознали единственный в своем роде летательный инструмент. И мрачная Арина приземлилась возле главных ворот, слезая с новенького мощного пылесоса, украшенный Марией всякими фенечками. За девушкой прилетели пара чемоданов, которые Артур сам перекрасил из розового в черный, чуть насмерть не поссорившись с матерью за подобные шуточки. Буркнув Пельменнику пароль, Арина прошла в замок, поднимаясь сразу в общую гостиную и наклоняя голову, чтобы дать всем разглядеть себя. "И снова здравствуйте. Ничего не поменялось." Перстень на указательном пальце мать Артура замаскировала под неброское кольцо без камня, так как подобные украшения все были в единственном роде, и выдавать сына такой мелочью очень не хотелось. - Добрый день. - Очаровательно улыбнулась через силу Арина и прошла к свободной, ранее закрытой, комнате, зная, что будет жить одна. И именно потому, что с парнями жить уже нельзя, а с девушками - Сарданапал покраснел при этом разговоре и выделил одиночную комнату. Пока все адаптировались к новенькой, Артур успел проскользнуть в комнату и закрыть дверь, прикрывая глаза и раздумывая, что теперь делать и как себя вести. Запрет на полеты, запрет на перевоплощение, трата времени на макияж и привыкание к ношению белья. Барсов тихо злился. Очень злился. За две недели «дома» он подучился у матери, теперь если и не опережая однокурсников, то хотя бы не отставая. Переодевшись с полета в шерстяное платье по фигуре, светло-зеленого цвета, под глаза, и высокие сапоги по колено из замши без каблуков, он снова посмотрел на себя в зеркало. Благо, что фигура была девичьей, а не как у парня. Мышцы исчезли, плечи стали уже, талия тоньше. Забрав волосы в высокий хвост, открывая красивую шею, Арина мрачно посмотрела на свое отражение. Показав язык, девушка подхватила сумку с вещами, и пошла через гостиную на защиту от духов. В сумке лежала тщательно запечатанная записка, якобы от Артура, которая объясняла его пропажу. Посмотрев на Дашку с замиранием сердца, Ильина села рядом за соседнюю парту, закидывая ногу за ногу. Уроки Марии дали свои плоды – Барсов вел себя как девушка, ничем не отличаясь от остальных. Дашка тупо гипнотизировала парту, ожидая начала урока. Ей было плевать на шепотки Пупсиковой и Попугаевой, на насмешливые взгляды Шито-Крыто, на дурацкие попытки заговорить от Жикина и Дыра. Сев в одиночестве, на самое дебильное место, вокруг которого всегда оставались свободные парты на радиус в три метра, какое только могло быть, потому как сидевшего здесь по какой-то странной причине всегда вызывали к доске (об этом Дарья забыла ввиду душевных переживаний), она никак не ожидала, что кто-то захочет составить ей компанию. Этим непонятливым «кем-то» оказалась светловолосая девушка, новенькая, о которой что-то вроде бы трещала Гробыня вчера или позавчера… Дашка давно уже потерялась во времени. Существовало только «до ухода Артура» и «крах». - Привет. – Попыталась улыбнуться Арина, поворачиваясь боком к Даше, впитывая в себя ее внешний вид. Черт… Дашенька… Моя черепашка… Бедная моя, прости пожалуйста. - Привет, - одеревенело поздоровалась Тернова, едва разомкнув покрытые сухой коркой губы. Вид новенькой чем-то больно резанул ее. Что-то неуловимое, эфемерное проскользнуло перед глазами, но тут же растаяло. - Я Арина Ильина, я теперь здесь буду учиться. – Продолжила «новенькая», а потом достала записку от Артура, подкладывая свернутый двойной листок в клеточку Терновой. Взяв записку отчего-то задрожавшей рукой, Дашка едва сдержалась, чтобы не распечатать ее тут же, но вовремя одернула себя. Запрятав столь долгожданное и вместе с тем пугающее письмо в тетрадь, она вернулась к созерцанию собственных рук, культями торчащих из рукавов балахона, зовущегося свитером. - Ну что, может представится наша новенькая ученица? – Внезапно обратился к Арине Поклеп, и она перевела спокойный взгляд на учителя, едва касаясь стола, чтобы подняться на ноги и выйти к доске. Пытаясь не обращать внимания на похотливые взгляды мужской части аудитории, Ильина вскинула голову, усмехаясь краем губ. - Меня зовут Арина Ильина. Я дальняя родственница Артура. Можно сказать, кузина. Я перевелась из Магфорда сюда. – Мария подготовила все необходимые документы, так что легенда была безупречной. Девушка сложила руки под грудью, чувствуя упругие холмики и возвышаясь над Поклепом на полголовы. – Говорю хорошо по-русски, так как со мной занимались. – Арина умолчала, что с ней занимались как раз английским, чтобы если что – не опозориться. Она посмотрела на Дашу, думая, прочитала она записку или нет. Тем более, содержание там было неоднозначным: «Дашенька, маленькая моя черепашка. Прости за такую пропажу. Это все дурные семейные дела, из-за которых меня не могут найти купидоны, а зудильник тут просто не ловит. Я едва смог выловить Арину, о которой раньше не знал, и попросить ее, чтобы она передала тебе записку. Дашка, я тебя не бросил, я тебя люблю (фраза была несколько раз зачеркнута, но общее направление фразы было понятно). Я вернусь, как только смогу. Это зависит не от меня. Пожалуйста, не злись на меня. Я очень скучаю по тебе, и жалею, что не могу обнять тебя. Извини за проблему со связью. Тут все очень запутанно. Думаю, я смогу договорится, чтобы ты отсылала письма через Марию, она периодически ко мне ездит. Дашка, не грусти, я постараюсь скоро вернуться, и сумею извиниться за свою пропажу, которую ничем не объяснил и не предупредил. Позаботься об Арине, ей трудно сейчас. Я… Тебя люблю, Даш. Правда. Твой Артур.» Ильина перевела взгляд на Поклепа, ни капли не смущаясь из-за его взглядов - буравчиков. - Я могу сесть? – Арина только сейчас вспомнила по поводу татуировки на спине, запоминая, чтобы ее замаскировать заклинанием и потом не светить голой спиной. Учитывая, что сейчас почти конец октября, то поводов для раздевания не будет. - Да. – Недовольно буркнул Поклеп, не найдя к чему придраться, и девушка грациозно прошла на свое место, садясь боком, а потом элегантно убирая ноги под стол, принимаясь рисовать в тетрадки завитушки, думая о реакции Терновой на письмо. Из раздумий Дашку выдернул Поклеп, приказавший шагать к доске и выводить формулы из домашнего задания. Пошаркав по проходу, едва не запнувшись об ногу Пня, у которого была дурная привычка их разбрасывать, Дашка остановился у доски, взяла мел и принялась вычерчивать то, что велели, доверяя нагревшемуся кольцу. Поклеп брякнул, крякнул, буркнул, придирчиво что-то подправил, что-то гаденькое сказал, махнул рукой и Даша, словно во сне, отправилась обратно. Едва дождавшись перемены, Тернова молниеносно собралась и вышла из кабинета, чуть не налетев на Жикина, похоже, собиравшегося пригласить ее на свидание, или направляющегося к новенькой, чтобы позвать ту. Арина молча проводила взглядом Тернову, думая, как теперь с ней общаться, и продолжила писать конспект, изредка поглядывая на доску. И все гадала, прочитала уже Даша записку, или нет. Хотя судя по скорости, с какой ее вынесло из кабинета, именно этим Тернова и собиралась заняться. Вздохнув, Ильина посмотрела с усталостью на Жикина, жалея, что просто не может его треснуть. Сила не та. Забурившись на башню, достав из рюкзака письмо и Мурлыку, перекочевавшего в ее сумку, как тогда, на первом курсе, Андреевна, чуть посомневавшись, раскрыла послание. Слезы потекли уже с первых строк. Перечитав все письмо около четырех раз за пять минут, она аккуратно сложила его и спрятала в Мурлыку, после чего прижала к себе игрушку и разрыдалась, зарываясь в нее носом. - Арина, да? Приятно познакомится, я Жорж Жикин… - Он попытался поцеловать ладонь Барсова, на что тот с мученическим выражением ответил вежливой улыбкой, про себя бормоча кто такой Жикин, в каком месте он Жорж и как давно ему нос не ломали. - Может, сопроводить тебя до кабинета? Ты можешь заблудиться, а такой красивой девушке опасно блуждать в одиночестве. – Продолжал изливаться сиропом Жора, так что Артура натурально затошнило. - I don’t understand. Sorry. – Выдернув руку, Арина быстрым шагом пошла в другую сторону, зная, как можно сократить путь, а заодно, пробежаться в образе пантеры. Чудом ни на кого не налетев, девушка с сожалением перевоплотилась обратно, поправила хвост, и легко пошла к кабинету, с мрачной ухмылкой вспоминая опешившего Жикина. Ему просто повезло, что мне запретили бить кого-то. Типо девушки не бьют, а если после удара парень повалится на пол, то возникнут подозрения, как такое может быть. Следующие уроки (Сарданапал и Тарарах) Тернова пропустила, равно как и обед, пытаясь накарябать что-то в ответ Артуру. Каждый раз что-то выходило не так. То на бумагу слезы попадали, то слова и предложения повторялись взахлеб… В конце концов получилось всего три строки, полных того, что чувствовала девушка. «Каждая минута без тебя пронизана холодом и пустотой. Будь осторожен и возвращайся ко мне скорее. Люблю. Твоя Даша. » Четырнадцать слов дались девушке с таким трудом, словно она писала по меньшей мере книгу о высшей математике у лопухоидов, в которой ничего не смыслила. Тем не менее она сказала самое главное. Люблю… Твоя, Артур. Всегда твоя… Свернувшись в уголку башни, Даша прикрыла глаза, набираясь сил встать и пойти вниз, до комнаты. Облегчение, нашедшее на нее вместе с тоской, не поддавалось описанию. Только лежанию и слезам. Высидев Сарданапала вместе с Тарарахом, попутно избегая приставаний от всего мужского населения Тибидохса, порядком взбешенная Арина влетела в столовую, по привычке усаживаясь на свое место рядом с Ванькой и Ягуном, напротив Тани. Видя обескураженные лица друзей, Ильина опомнилась. - Кхм. Извините. Можно, я буду сидеть с вами? Брат много о вас рассказывал, а учитывая, что я больше никого не знаю… - Девушка взволнованно прикусила пухлую губку, и, разумеется, ей никто не смог отказать. Если уж Артуру никто не отказывал не только из-за его внешности, но и звериного магнетизма, то в Арине проявилось все в полной мере. - Конечно. Я Баб-Ягун, а это Ванька Валялкин, ну, а уж малютку Гроттер не знать даже в Магфорде стыдно. – Девушка улыбнулась каждому из друзей, вынужденная заново с ними знакомиться. - А Даша придет? – Осторожно спросила Ильина, и троица переглянулась, в итоге синхронно пожимая плечами. - Это же Тернова. Может, придет, может, не придет. Блондинка кивнула и больше вопросов не задавала, умеривая свой аппетит, так как по легенде, Арина не была оборотнем, ведь Артура укусили, и это не передавалось из поколение в поколение. Следовательно, есть девушка должна была как и все нормальные люди. То есть – мало по меркам оборотня. Надеясь, что Даша появится в гостиной, Ильина отправилась туда, не обращая внимания на присвисты парней. Глядя на Лоткову, которая почувствовала соперницу, Арина самым очаровательнейшим образом улыбнулась, послав ей воздушный поцелуй. Катенька такой наглости не вынесла и фыркнула, уматывая куда-то в боковой коридор. Не все так плохо, да? Нет, ну правда. А еще мне надо посмотреть что-нибудь в школьной библиотеке, мало ли… Поэтому планы несколько поменялись. Решив, что Даша никуда не денется, а ему ходить в блондинистой девушке не кайфово, Артур улыбнулся друзьям и быстро слинял в библиотеку. Возник другой вопрос – как подмазаться к джину, чтобы тот дал доступ к темным книгам. Однако сообщив, что она сестра Артура, Ильина подмаслила Абдуллу, и в итоге сидела на своем любимом месте в углу, обставленная пыльными тяжеленными фолиантами по темной магии, просматривая все, что могло быть как-то связанно с тем проклятием, что он сам на себя наложил. Часов в пять вечера Даша окончательно продрогла, успокоилась и спустилась с башни в жилые коридоры. Кивнув в ответ на приветствия знакомых, она выловила купидона, вручила ему магически запечатанный конверт (открыть его мог только оттиск кольца Артура), заправила карапуза в подтяжках мармеладом и отпустила к Марии Ильиной. - Дашуля! Вздрогнув от неожиданности, Тернова обернулась и тут же сфокусировалась на Коршунове, спешащем к ней на всех парах. Поморщившись от обращения, она выжидающе посмотрела на бывшего парня, обняв себя руками. - Что. - Я теперь в команде вместо так нежданно-негаданно кинувшего тебя Барсова. Забавно, что мы снова поменялись с ним местами, не правда ли? - Дима подошел вплотную, ближе, чем Терновой хотелось бы. - Да, забавно. Вот только ты всего лишь его замена на драконбольном поле, в то время как он всегда и везде в первом составе, - выплюнула Дашка, отодвигаясь и чувствуя лопатками каменную стену. Дмитрий зло прищурился: - И у тебя между ног тоже? Посмотри на себя… Только свою семью позоришь… Спуталась с оборотнем, который чхал на тебя и свалил, наверное, как только получил, что хотел. Он тебя там не обрюхатил, часом? Или твое нынешнее сходство с утопленницей оттого, что ожиданий его не оправдала? Ну так я всегда тебе говорил, что ты недотрога и тебе нужно… Дальше капитан команды сборной Тибидохса слушать не стала. Вдарив Дмитрия по коленной чашечке правой ноги со всей дури, успевая удивиться, что в ход пошла физическая расправа, а не магическая, и это все, скорее всего, влияние Барсова, Дашка вместе с тем зарядила эксбойфренду по роже, в результате чего тот упал. - Что мне нужно я прекрасно знаю сама, - синие глаза девушки подернулись багряной пленкой. - А вот тебе понадобятся протезы на все части тела, если еще хоть раз пальцем меня тронешь. С отвращением глянув на распростертого перед ней имбецила, что-то говорящего себе под нос о страшной мсте, Даша развернулась и направилась к лестнице Алантов, на ходу доставая Мурлыку и начиная судорожно его мять. Сейчас ей как никогда хотелось очутиться в горячих руках Барсова, уткнуться носом ему в шею и заснуть, крепко прижимаясь к нему. Арина пролистала большинство томов, не найдя даже намека или упоминания проклятия. Вообще ничего. А к джину обращаться было страшно, потому что он не отличался особым даром хранения секретов. И еще есть хотелось, есть. Едва ногти не кусая от голода, девушка быстро собралась и отправилась в зал Двух стихий, чтобы потырить кусочек скатерти-самобранки. От полного вандализма Ильину отговорила мысль, что у мамы можно попросить свою личную скатерку, и не мучиться с ворованными кусками полотна. А то питаться солеными огурцами да котлетами, как Валялкин, Артуру не улыбалось. Стоя внизу у лестницы, блондинка заметила ссору между Дашей и Димой, и вспылила. Дождавшись, пока Тернова уйдет, Арина перевоплотилась в нише, и быстрыми скачками помчалась наверх, угрожающе скаля зубы. Заметив пантеру, Коршунов завизжал, отчего Ильина резко притормозила, прижимая уши, а потом на спринтерской скорости помчался в гостиную, крича про нападение черного ягуара. Арина обдумала ситуацию, что появление знакомой зверушки могут связать с ней, поэтому поскакала в несколько другую сторону, выбегая на крепостную стену. А теперь начиналось самое сложное. По карнизам, по карнизам, черной тенью стелясь от одного окна к другому, пантера наконец добралась до своего, вваливаясь в комнату. Быстро перевоплотившись, девушка посмотрела вниз, содрогаясь от высоты, на которой проделывала кульбиты. - Вот черт… От Коршунова одни неприятности всегда… - Покачав головой, Артур сел за стол, чтобы написать матери о просьбе. Плюнув на это дело, Ильина достала зудильник, и вызвала Марию. - Мам. Тут такое дело. Нет в книгах ничего по этому поводу. Вообще ничего. Я еще завтра посмотрю, но сомневаюсь, что что-то найду… - Тяжело вздохнула Арина, глядя в уставшее лицо матери. Та попыталась улыбнуться. - Ничего. Мы вроде нашли того, кто знал того, кто был знаком с тем, кто жил рядом с тем, кто написал проклятие в книгу после того, как путник рассказал ему про это проклятие. Арина приподняла бровь, гадая, понимает ли сама Мария, что она сейчас сказала, или нет. - Понятно. – Глубокомысленно ответила девушка. – Слушай, мне нужна скатерть-самобранка, я есть хочу. При всех же есть нельзя. А хочется. - Ладно. Мне как раз письмо от Даши пришло, я тебе сейчас вместе со скатертью отправлю. Ты как там, ничего не натворил..а? – Ильина-старшая периодически путалась и называла сына то в мужском роде, то в женском. Что поделать, блондинка. Арина прислушалась к воплям Коршунова в гостиной, который на высоком тоне рассказывал всем, что на него напала пантера, и покачала головой. - Неа. Все в порядке. – Очаровательно улыбнувшись, Барсов выключил зудильник, и пошел в гостиную, так как Дима начал уже вещать по поводу того, что пантера-оборотень и все мы знаем, кто это был. И раз Артура тут нет, значит, это Арина оборотень, такая же нечисть, как ее брат. - Вот сейчас она придет и мы спросим, где она шлялась! – Заговорщицким тоном сказал Дмитрий, не сводя взгляда с главного входа. Арина сложила руки на груди, с интересом смотря на брюнета, стоя у него за спиной. - Кхм… - От этого деликатного кхм Коршунов резко развернулся, с ужасом смотря на спокойную Ильину. – Я могу тебе чем-то помочь? - Ты… Ты как здесь? Что ты здесь делаешь? - Я тут учусь, а в той комнате, где я провела последние три часа, я живу. Тебя что-то не устраивает? - Ты оборотень! - Я? Нет. Ты меня с братом перепутал. Вот он оборотень, пантера. Если ты не в курсе, то это не наследственное, а приобретенное. Поэтому не смотря на наше родство, я не могу перевоплощаться в зверя. А что у тебя с лицом? – Почти заботливо спросила Арина, подходя ближе, словно скользя по полу, не обращая внимания на то, что в гостиной оба отделения, и Даша тоже где-то тут. - Споткнулся на отсутствующей ступеньке. – Прищурился Коршунов, явно вспоминая «ступеньку». Ильина мягко улыбнулась. - Как жаль. Такое красивое лицо… И так мастерски испорчено ступенькой. Ты бы поосторожнее. А то вдруг там не одна ступенька окажется. А несколько. – Усмехнувшись, блондинка отошла, собираясь сесть рядом с камином, не обращая внимания на смешки от Гробыни. Но тут влетел купидон, тащащий сверток, и Арина посмотрела на него, машинально прикидывая расстояние для прыжка. Вот только глаза поменялись на кошачьи. Моргнув, надеясь, что за доли секунды никто ничего не заметил, Барсов взял сверток, отпуская купидона с тульским пряником. - Кстати, ты Дима, да? – «Вспомнила» Арина, поворачиваясь к Коршунову, который устроился на диване между друзей, изредка продолжая косится на Дашку. Подняв голову, парень кивнул, а Ильина холодно посмотрела ему в глаза. - Прежде чем говорить о людях плохое, да еще и за спиной, думай. И не надо меня сравнивать с братом, я на него не похожа. – Держа сверток одной рукой, девушка подняла другую, направляя ее на Коршунова. Того скорежило от сильной боли. Холодно щурясь, Арина добилась, что Дмитрий упал на пол, выгибаясь и не в силах даже кричать, и медленно подошла ближе, снимая порчу и садясь рядом на корточки, легко похлопав по лицу побледневшего парня. - Не трогай тех, кто может ответить. Я понятно сказала? – Тихо холодно спросила Арина, а потом поднялась на ноги, огляделась вокруг и, мимолетно улыбнувшись компании друзей, отправилась в свою комнату, так как теперь есть хотелось просто до боли в животе. Спасибо мама, что научила такому. Пригодилось. Закрыв дверь, Барсов быстро разложил на столе скатерть и принялся жадно есть, едва не мурлыкая от удовольствия. Дойдя до комнаты никем не останавливаемая, Даша завалилась в свое гнездо, обкладывась подушками. Прижав к себе Мурлыку, Тернова прикрыла глаза, казалось, полностью вмотанная этим днем, письмом, Коршуновым и вообще такой долгой рекордной ходьбой по замку за последние десять дней. Но, подремать и снова впасть в анабиоз девушке было не суждено. Буквально через пять минут из гостиной послышались вопли от Димы. Испугавшись, что он трезвонит всем собственные догадки о том, что она якобы беременна и чуть ли не будущая мать одиночка, Андреевна выскочила в гостиную, едва не упав, закутавшись в пледе. Просмотрев всю сцену скандала и показа сил от Арины, Дашка во-первых, убедилась, что новенькая точно родственница ее любимого, вот только, кажется, больше похожа на Марию Ильину, а, во-вторых, что у Коршунова сегодня точно несчастливый день. Попадос за попадосом. Краем уха услышав о нападении черного ягуара она, было, напряглась, но вспомнив о великой способности Димы преувеличивать и фантазировать на пустом месте, решила, что у парня был глюк. Или же очередная попытка очернить Ильиных. Может, он решил отыграться на Арине из-за того, что у него контры с Артуром… Неважно, самого Артура-то нет… Повернувшись на пятках, Тернова вернулась в комнату с твердым намерением зарыться в подушки, но мечта повторно обломалась. На этот раз из-за Ягуна, Таньки и Ваньки, завалившимся к ней. Ничего не говоря, они молча стали собирать ее вещи. - Вы чего… - Ого! С нами заговорили! – возвел палец к потолку Ягун. – Собирайся, Даш. Ты летишь с нами на пикник, принимается только положительный ответ! - Чего? – опешила Дарья. – Нет, не хочу…не буду! - Заставим! – жизнерадостно кивнул лопоухий внук Ягге. – Ванька? Далее, больше не спрашивая, оба лоботряса светлого отделения подошли и насильно взяли Дашку под руки. Высокий Валялкин попросту перевесил ее через плечо, Гроттер подхватила гитару подруги и свой контрабас, Ягун открыл дверь, и вся процессия двинулась на выход. - Валялкин! Опусти меня на пол! Не хочу я никуда! Таня! Скажи своему лопуху! – барабанила Тернова по спине маечника. Тот никак не реагировал, похоже, что-то насвистывая по нос. - Дашк, ну тебе правда надо развеяться! Замуровалась же совсем… Нам больше трех слов не говоришь за сутки! – оправдывалась Гроттер, волоча инструменты. – Посидим у океана, костер разведем, мясо пожарим… - Да НЕ ХОЧУ Я! – проорала Дарья. - А Дашка великий нехочуха! А Дашка великий нехочуха! А Дашка великий нехочуха! – затянули друзья под смешки всех собравшихся в гостиной. - Не, Тернова… Сама посуди, - неожиданно вырисовалась справа Склепова. – Коршунов у тебя уже был? Барсов тоже… Все, иди ловить неводом Карасева или там Палтуса… будет какой-нибудь Геннадий Палтусов! Темные заржали. На их счастье, Дашку уже уволокли. Арина наелась, только затем разворачивая записку от Даши, несколько раз прочитывая эти слова. Решив, что не опустится до конца, и рыдать, как девчонка, не будет, Ильина выглянула в гостиную, обнаруживая, что Тернову выволакивают на прогулку. Услышав про Палтуса, Барсов едва не зарычал, резко захлопывая дверь. Переодевшись в узкие джинсы, свитер и кожаную короткую куртку, Арина тщательно завязала шнурки на кроссовках, и выпрыгнула в окно, поддерживая пылесос в воздухе. Одно дело, если бы ребята направились на знакомое место, где отдыхали Артур с Дашей, и другое, если бы в голову тому же Ягуну взбрело пойти в другое место. Добежать на своих четырех Барсов бы не смог. Поэтому, дав время чуть улететь, блондинка завела пылесос последней модели, который летал практически бесшумно, и последовала за друзьями. Приземлившись в лесу, а не на самом берегу, как друзья, Арина замаскировала средство перелета, перекинулась, и на полусогнутых подкралась поближе, зная, что черную кошку в темноте никто не заметит. Ванька тем временем развел уже костер, а Таня разложила покрывало, вытаскивая стащенный кусок скатерти. Пантера оскалилась, замечая, что мыслит так же, как они, вот только она все же не стала тырить и портить имущество школы. - Дашка, да ладно тебе! Ты с этой Ариной не говорила еще? Может, она знает что-то о Барсове? – Спросил Ягун, разламывая ветки для костра, а потом жизнерадостно ухмыльнулся и оглянулся. – Ща, я еще принесу, и будет у нас костер до неба!!! - Нет, не разговаривала я толком с Ариной. Она мне только записку оставила… Он меня не бросил… с ним что-то случилось… Да не буду я котлету, Вань! - в пятнадцатый раз отмахнулась Даша, обняв колени руками и всматриваясь в огонь, вспоминая совершенно другую прогулку под шум океана. Арина в последний момент успела прыгнуть на верхние ветки, спасаясь от опознания. Впрочем, парень поднял голову, натыкаясь на взгляд янтарных светящихся глаз. - Мамочка моя бабуся!!! – Заорал Баб-Ягун, слыша шипение ягуара, и ломанувшись обратно к костру. А пантера спряталась с другой стороны костра, чтобы ее точно здесь не нашли. - Коршунов был прав! Тут черная пантера! Но она на меня нарычала, чуть не сожрала! Это точно не Барсов! Народ, за нами кто-то следит. – Ягун успокоился, оглядываясь по сторонам, не видя зрачков Арины, которые отражали пламя костра. Вопль Баб-Ягуна встряхнул девушку, и она вскочила на ноги, бешено заозиравшись. Словосочетание «черный ягуар» выжглось в ее сознании, и Тернова направилась туда, откуда только что выскочил Ягун. - Артур? Артур! - Дашк, да не он это был! Просто зверь! – ломанулась за ней Танька. - Артур! – в отчаянье закричала Дашка, продираясь куда-то в заросли, царапая руки о сучья, цепляясь волосами за ветки и слепо вглядываясь в непроглядную темноту октябрьской ночи. – Артур, пожалуйста!!! - Даша, не надо, ну что ты делаешь… Даша… - Ванька с Танькой и Ягун вовремя перехватили подругу, перед самым оврагом, в который та, похоже, собралась шагнуть. Втроем друзья оттянули девушку за свитер и куртку и обняли, бормоча что-то успокаивающе, о том, что раз Артур написал, значит все будет хорошо, просто ему надо с чем-то разобраться… Ничего с ним не случится, в конце концов, это же Барсов, куда он денется… Спустя полчаса Тернову отбуксировали к костру, всучили шашлыка, вина, попытались втянуть в отстраненный разговор… Дашка, украдкой вытирая слезы, чувствуя, как сипит в горле от криков, щурясь, смотрела на огонь. А если ему нужна помощь? Это же Артур… нужно его найти, помочь… не знаю… Долго я не протяну… Вот дура же, нужно было самой к его матери слетать, а потом проследит за ее купидоном, куда она его пересылает… Просто идиотка! - Дашк, ты куда собралась? - К Ильиной, - буркнула Тернова, уже поднимая гитару. - Что? - На ночь глядя? - На Лысую Гору? - В таком состоянии? - Да что вы заладили? – взбеленилась Дашка. – Да, в таком состоянии! Не могу я тут больше! Не могу!!! - Пундус храпундус! – стемительно вскинула кольцо Таня, и Дашка рухнула на песок. – Извини, Даш. Никуда ты не полетишь… - Ох и зла на будет, когда проснется… Придушу я Барсова, когда он вернется. Просто придушу! – потряс кулаком Ягун. Дашенька… Моя маленькая, извини… Тут нельзя по-другому… Пантера легла, не сводя взгляда с девушки на песке. Действительно, по поводу, что Дашка может проследить от Марии за купидоном, они как-то не подумали. Тем более, что для Терновой будет большой неожиданностью, что почтальон прибудет в Тибидохс. Танька замолчала, Ванька тоже примолк, обнимая девушку за плечи. Даже неунывающий Баб-Ягун мрачно помешал угли в костре, а потом поднялся на ноги. - Пойдем отсюда. Ванька, возьми Тернову на ковер. Арина проводила взглядом друзей, и вышла к костру, садясь близко-близко к огню, перевоплощаясь, и обнимая колени. Сейчас Артур был снова одинок, как тогда в Москве, до попадания в Тибидохс. С Марией не было таких близких отношений, чтобы сын ей рассказывал, в чем проблемы, а друзья видели лишь Арину, незнакомку. У него отобрали внешность, девушку, ковер, место в сборной, даже кольцо приходилось менять заклинанием. Ильина внезапно заплакала, пряча лицо в колени. Это получилось совершенно естественно, без усилий. Да еще в голове всплыла записка Дашки, что тоже добавило влаги на лице Арины. Заскулив, девушка постепенно успокоилась, поднимаясь на ноги. Вытерев слезы, она вздохнула и пошла разыскивать пылесос в лесу, который спрятала так, что фиг найдешь. Вот так, господа хорошие... Вот оно, великое предупреждение, о котором все спрашивали... Не так уж и весело, не правда ли? Учитывая, что вы еще не все знаете... Согласна, после предыдущей "сладкой" главы такой переход, как в холодную прорубь, но... Самой грустно, учитывая, что Барсова стандартно пишу я... Сейчас перечитала и такая хандра появилась, прям ууууууу....