Оборотень - не только ценный мех...

Собрав сумку после пары, Гроттер вышла из кабинета, держа за руку Глеба. И тут же подверглась крепким объятиям на уровне пояса. - Привет, Ань. Как прошли уроки? – Улыбнулась рыжая, не только девочке, но и Тиму неподалеку, который выискивал своих «родителей». - Потрясающе! Я хочу уже делать домашнее задание, и мне с тобой надо поговорить, можно? – Бейбарсова подняла голову и отпустила Гроттер, заглядывая ей в глаза. - Конечно. Если бы твой энтузиазм, да Тимура заразить… - Таня рассмеялась, видя кислое лицо оборотня, которому, по всей видимости, вообще было не по нраву сидеть и учится и его несколько напрягало искреннее желание Анечки. - Тогда пойдем. Глеб, ты за нами не ходи, ты не девочка. – Сестренка целеустремленно потащила Гроттершу за собой, а сама Гроттерша сделала большие глаза Бейбарсову, на ходу пожимая плечами. Она не могла даже представить, о чем хочет поговорить Аня, да еще с такой секретностью. - Тань, а вот ты с Глебом встречаешься… Он же тебе нравится, да? – Замялась брюнетка, теребя рукав кофточки, когда завела девушку в какой-то ближайший переход. - Он мне больше, чем нравится. А что такое? – Таня несколько напряглась, ожидая услышать что-то вроде «А я тебе нравлюсь? Тогда можешь больше с Глебом не дружить?». - Ну тогда подскажи мне, что делать надо, если мальчик нравится… - Покраснела Аня, отворачиваясь от Гроттер. Вот черт… Бейбарсову это не понравится… - Кхм… Эм… Надо узнать, нравишься ли ты ему. – Таня пыталась придумать какой-то нормальный совет, просто Анечка явно не к той обратилась за помощью. – Подружись с ним, узнай его интересы, пристрастия… Очень важно, чтобы они у вас совпадали, тогда ты сможешь говорить с ним на общие темы. Глеб меня точно прикончит. - О… Хорошо, спасибо тебе! – Улыбнулась светлая девочка и вприпрыжку потащила Таню в столовую, не дав рыжей ни малейшего шанса спросить про предмет симпатии. Усевшись рядом с Глебом, Гроттер снова сделала большие глаза и покачала головой. Пока ничего не было ясно, она решила не говорить старшему брату про терзания его младшей сестры. В конце концов, Глеб «не девочка» и понять не сможет. Дарья тряхнула головой, направляясь в столовую за руку с Барсовым. Увидев Тимура, она улыбнулась мальчику, возникнувшему по другую сторону от нее. - Как тебе нежитеведенье и история магии? – Дашка знала, что первыми у младшего Терного были сегодня Медузия и Сарданапал. - Первое – мощно, второе – скучная хрень. Я спал. – заявил Тимур. - А как однокурсники? - Есть пара нормальных, но в основном сопляки и маменькины сыночки. Девчонки постоянно хихикают. - Почему? – удивилась Дашка. - Тим, сегодня есть дела. После ужина не пропадай. – Сказал Артур, доведя свою «семью» до Зала Двух Стихий и садясь за стол, принимаясь за важный процесс поглощения пищи и переваривания калорий. Тимур не ответил, кивнул Артуру и, сев за стол, тут же принялась спешно уплетать еду. - Тим, а ты больше любишь фрукты или овощи? – спросила его Анечка, приземлившись на соседний стул. - Я все люблю, но всякую зелень меньше, чем мясо, - ответил Мур, наливая себе супа. Точнее, Дашка думала, что себе. На деле же он поставил тарелку перед Аней. – На, а то не дотянешься. Спрятав улыбку, Тернова уткнулась в свою тарелку, соприкасаясь ногой с ногой Артура, раздумывая над тем, почему девочки в классе Тима хихикают. Что-то в этом было. Сзади к Тимуру подошла девочка с очень толстой русой косой и серыми глазами. В руках у нее была тарелка доверху забитая пирожками с мясом, как почуяла Дашка. Мур обернулся раньше, чем девочка коснулась его плеча, и она, чуть покраснев, протянула ему тарелку с пирожками: - Спасибо, что заступился сегодня за меня, - поблагодарила она. – Вот, держи… - О, спасибо, Маш, пирожки с мясом – это тема! Вечность их не жр… ел, - парень принял тарелку. – Обращайся, ввалю еще, мне не сложно. Ага, Тимур заступился за девочку со своего курса… Это так мииило… - Дашка посмотрела на Артура, широко улыбаясь любимому, так, что вполне можно было догадаться о чем она думает. - Что, Кузнецова, героя своего пошла благодарить, а? – крикнул от третьего стола задиристого вида парнишка. Обернувшись, Мур посмотрел на парня: - Ты хлебало там свое прикрой, Хорьков, или за перемену бессмертным стал? Достойного ответа у оппонента не нашлось, Маша же покраснела, как рак, и отошла к своему столу. Дашка поняла, что она светлая. - На, Ань, угощайся, - Тим поставил тарелку с пирожками между собой и маленькой Бейбарсовой. - Нет, спасибо, я их терпеть не могу, - помотала головой Аня, даже не посмотрев на Тернова. Дашка искоса переглянулась с Таней. Только вчера вечером сестра Глеба спокойно ела такой пирожок и по ней совершенно нельзя было сказать, что она их на дух не переносит. Древнир… Ого-го, вот и первая ревность… Усмехнувшись себе под нос, качая головой, Дашка устроилась у Артура под правой рукой. Глеб, не будучи глупым, не стал спрашивать Гроттер, о чем это с ней разговаривала его сестра. Он подозревал, что ему совершенно не понравится тема разговора, и что она для его ушей не предназначена. Некромаг даже сдержался от подзеркаливания, настолько его интуиция предостерегала, что лучше этого не делать. Однако, глядя на разборки малышни, все встало на свои места. Качнув головой, парень предпочел приступить к обеду. В конце концов, им всего по двенадцать, и все симпатии еще сто раз успеют поменяться. Барсов с усмешкой наблюдал за младшими, вспоминая себя в этом возрасте в детдоме. Как правило, после обращений к нему таких реплик от всяких Хорьковых не возникало. Бил он сразу так, чтобы не вставали. Поэтому и переводили его из детдома в детдом. Уютно устроив Тернову у себя под боком, Артур краем глаза присматривал за Тимуром, чтобы он защищал, но границ не переходил. А то мало ли, еще стукнет кого-то слишком сильно, и все. Прощай Тибидохс, здравствуй, Дубодам. Это, конечно, вряд ли, но неприятности будут. А кому они нужны? Таня кивнула на взгляд подруги, без труда поняв о чем та думает. Конечно, было глупо предполагать, что Ане мог понравится кто-то другой, но так же глупо рассчитывать, что оборотень будет нравится только ей. Бейбарсова же, все обдумав, принялась за обед, гадая, что можно еще сделать или спросить у Тимура. - Тим, а ты какие мультики смотрел? – Наконец выдала Аня, по жизни не умея долго сердиться или обижаться. Гроттер подумала, что пока Бейбарсов не вмешается, у его сестры с маленьким оборотнем могут сложиться весьма крепкие дружеские отношения. О другом она не думала, беря в расчет маленький возраст. Только вот не учла, что за те года, которые ее не было в лопухоидном мире, жизнь там изменилась, и нельзя сказать, в хорошую или плохую сторону. Люди стали раскрепощеннее и смелее до безрассудства, а по телевидению крутят такое, до чего детей стоит даже не допускать. К сожалению, Таня не подумала о том, что Аню от Интернета и телевизора никто не оттаскивал и она, в свои двенадцать лет, может знать намного больше, чем показывает или говорит. И просто чудо, что Бейбарсова остается таким светлым искренним ребенком. - Да какие показывали, такие и смотрел. – Пожал плечами Тимур, со вкусом вгрызаясь в пирожок от Маши Кузнецовой. Девочка не сдавалась, упрямо тряхнув двумя косичками, по толщине не сравнимых с косой этой самой Кузнецовой, но и назвать их крысиными хвостиками так же было нельзя. - А ты видел «Короля Льва»? Это мой любимый мультик. – Продолжила Аня, и ее внезапно даже для себя поддержал Артур. - Я видел «Короля Льва»… - Пробормотал двухметровый шкафчик с собранными в хвост волосами и застенчиво уткнулся носом в волосы жены. На него с удивлением посмотрели все окружающие, отчего Барсов, аки девица, покраснел и вообще смутился. - Ну я видел. – Протянул Тимур, не понимая, к чему клонит Бейбарсова, не забывая уплетать пирожки. - И тебе понравился? – Таня восхищалась упорством Ани, которое так же присутствовало и у ее старшего брата, наблюдая за тем, как девочка все же втянула пацана в разговор, переходя на фильмы и забавно морща нос, когда ей что-то не нравилось. Гроттер оставалось лишь умиленно улыбаться, крепко держа за руку своего парня. Пока она не вспомнила про дела. - Ой. Мне же надо к Клоппику и Тарараху забежать перед уроком! Я побежала. Встретимся у кабинета Сарданапала. Выбравшись из-за стола, радуясь, что джинсы нашли свое место и теперь болтались на бедрах, открывая косточки таза, девушка помчалась к любимому преподавателю за волосками единорога и его измельченным рогом. Бубня и бурча, ругаясь, что она давно не заходила, питекантроп выдал ей необходимое, и рыжая побежала в другую сторону, пользуясь отсутствием малютки Клоппика и беззастенчиво тыря у него парочку кристаллов лунного света, молочко медуницы и незаканчивающийся мелок из остатков кита-пророка. Белые свечи были у нее в комнате, как и необходимые травы, так что Гроттер влетела вовремя и рухнула на Глеба за партой, пролетев мимо своего стула. - А вот и я! – Возвестила рыжая, раскрасневшаяся от бега и широко улыбающаяся. Барсов иронично на нее посмотрел и хмыкнул, продолжая для всех делать вид, что шепчет Даше, а на самом деле зависая над ее ушком, уткнувшись носом в висок и обнимая за плечи. Артур рассчитал, что успеет поспать до ужина, чтобы ночью быть бодрым и активным, так что теперь плавно готовился ко сну, а лекция Сарданапала в этом помогала. - А вот и ты, - усмехнулся Глеб, поймав Таню в свои руки. – Все дела попеределала? Некромаг осторожно усадил девушку на соседний стул, почему-то подумав, что Сарданапал, если заметит, будет резко против, чтобы Гроттер сидела у него на коленях, да и сама девушка вряд ли одобрит такое. Это же может привлечь внимание, а Таня всегда старалась быть в тени, даже намеренно убеждая в себя, что никаких особых сил у нее нет. Возможно подсознательно, но она хотела обычности и неприметности. Глеб понимал, что до этого Таня всегда была в центре внимания, и поводы этого внимания ей совершенно не нравились, но все же… Все же он не хотел, чтобы ее яркость исчезла, задавленная ее собственной боязнью этого самого внимания. Склонившись к Гроттер, парень прошептал ей в ухо: - Ты – особенная. Смирись с этим, - он нежно поцеловал ее в ушко, а потом отстранился, пока она не успела сделать это сама, возмущаясь, что они, вообще-то на паре директора Тибидохса. Таня разложила вещи, принимаясь слушать лекцию, как ее записи прервал Глеб, и девушка вздрогнула от его поцелуя и слов. Наклонив голову, закрываясь от Сарданапала завесой распущенных волос (пучок растрепался по дороге, а собрать его рыжая не успела), девушка внимательно посмотрела на Бейбарсова. И просто кивнула, улыбнувшись. Само предчувствие ритуала наполняло ее энергией. Ради пробы, Гроттер легко коснулась руки некромага и ударила его током, тут же убирая пальцы и посмеиваясь. Такое постоянно случалось именно если Таня знала, что скоро будет колдовать и не просто произносить заклинания и выпускать искры, а «серьезно». - Я тебя люблю. – Одними губами, как самую страшную тайну, произнесла Гроттер, упираясь подбородком в тыльную сторону руки и снова начиная писать лекцию, изредка поглядывая на Бейбарсова из-за шторы волос, скрывающей ее полностью до стола, не в силах сдержать лукавую и умиротворенную улыбку. - Не сопи мне в ухо… - хихикнула Дашка. – Щекотно… Тернова закусила губу и опустила голову, закрыв лицо ладонью. - Любимый муж, я вообще-то лекцию писать пытаюсь… А ты – лентяй и соня… А давай пойдем после этой пары поспим вместе, м? – Дашка чуть покраснела, уткнувшись в тетрадь и делая вид, что на самом деле что-то пишет. Ей можно было говорить совсем тихо, Артур и так услышит. – Я бы растянулась на тебе… - Отличный план. – Оценил Артур, снова наклоняясь к уху Терновой, тем временем вытягивая руки по парте и сам растягиваясь, укладываясь спать прямо тут. Ну как-то не училось ему сегодня. И моментально вырубился, благо, не храпел никогда, а то Сарданапала бы никто не услышал. Проснувшись как раз перед звонком, Артур сладко потянулся и зевнул, щелкнув челюстью. - Идем, маленькая? Я кровати ведь сдвинул, теперь там такое раздолье… Главное, чтобы Тим опять не пришел. Хмыкнул парень, обнимая Дашку и потягиваясь, поднимая ее на руках. - Ой! – взвизгнула Дашка, оказавшись на руках Артура выше его головы. – Я тебе штанга что-ли? Проходящие мимо Попугаева и Пупсикова захихикали. Можно было не сомневаться, что через час весь Тибидохс будет знать, какой сильный Барсов и с какой легкостью он поднимает свою жену. Конечно же это породит еще больше завистливых вздохов в сторону Даши и прибавит поклонниц в армию оборотня. Тернова была уверена, что скоро появятся футболки «I’m in team Barsov» и каждую обладательницу такой вещички ей захочется проклянуть полным выпаданием волос и зубов. Отказавшись спуститься с рук Артура, Дашка обняла его за шею и болтала ножками в белых сапожках всю дорогу до Жилого Этажа, попутно делясь с ним Идеей: - А давай просто я уже к тебе в комнату перееду, а Глеба полностью пропишем к Тане, м? Ну что мы шатаемся туда-сюда… У меня половина одежды в шкафу в своей комнате, половина в сумках в твоей, а утром я опасаюсь заходить чего-нибудь брать, мало ли чему могу помешать… Глеб-то к себе свои вещи просто призывает, а я так не могу… Давай, а? Дашка потерлась носиком о шею любимого, и ее рысь стала тереться об ягуара, игриво щуря глаза и мягко тыча его лапами. - Мы с тобою поженились. Ты, смотри, не прогляди! Чтобы ночью не украли, Под себя меня клади! С задором пропела частушку Катерина Владимировна, выпустив красную искру. - Бабуль! – возмутилась Тернова. – Нет, ты слышал, а? Пританцовывая, Таня вывела за руку Глеба, продолжая улыбаться и даже что-то напевать, едва не крутясь вокруг себя. Волнения ушли, оставляя светлое чувство умиротворенности. - Мне не терпится переодеться. Видишь, насколько я похудела? – Рассмеялась Гроттер, приподнимая водолазку и сама почти с умилением разглядывая косточки таза, ниже которых висели джинсы. Никакого животика, подкаченные мышцы пресса, косточки видны, но без фанатизма. И талия тонкая. Если бы не узкая полоска оранжевых стринг, было бы вообще замечательно. Впрочем, Таня все равно опустила водолазку быстро, хотя мимо проходящие парни успели посмотреть на животик девушки. Она же только рассмеялась, обнимая за пояс Глеба и отправляясь в комнату. - Вижу-вижу, - хмыкнул Глеб. – Просто, в твоей жизни очень много физических тренировок разного характера. Подхватив Таню, повторяя про себя ее искреннее признание, Глеб посадил любимую на себя, недовольно глянул на парней, видевших ее животик, отчего те споткнулись и упали, хватаясь друг за друга, Бейбарсов телепортировал, отойдя в нишу. - Вот. А то ты такая легкая и хрупкая… Вдруг, пока дойдешь, опять пару килограммов потеряешь… - досадливо покачал головою Глеб, тут же целуя Гроттер. - Ревнивец. – Засмеялась Таня, констатируя факт и крепко обнимая Бейбарсова за шею, перебирая его волосы. – Не делай так больше, темный. Ну посмотрели и посмотрели. Я же только твоя, вот и не стоит обращать на них внимание. Хотя… Мне нравится, что ты ревнуешь в допустимых нормах. Гроттер ответила на поцелуй, чувствуя покалывание по всему телу от телепортации, и снова улыбнулась, и не думая слезать с Глеба. - К справке – проверять звонки зудильника и спрашивать друзей, о чем мы с ними разговаривали – недопустимо. Это попахивает маньячеством. Таня откинулась назад, выгибаясь в руках некромага и полностью доверяя ему, зная, что тот удержит. Медленно стянув водолазку, девушка откинула ее на кровать, и вернулась в вертикальное положение, облизываясь. - Кхм… Пока помню… Поможешь мне? Просто подстрахуешь. Мы обычно с Терновой подобное делали, но сейчас у них свои заботы. По опыту могу сказать, что одиночные ритуалы до добра не доводят. – Последний одиночный ритуал вызвал Безумного Стекольщика, за что Тибидохс не уставал «благодарить» Таню. Как и за то, что из-за Стекольщика так же прорвались четыре бога, горя мщением за прошлые обиды. Слов благодарности в тот раз на Гроттер вывалили много, буквально до ушей. С тех пор Таня никогда не проводит в одиночку ни один ритуал, даже если уверена в нем на сто процентов. Себе дороже. Она-то в себе уверена, а вот в силах внешних – нет. - И тогда нам нельзя отвлекаться. Ты бывал консортом в ритуале? – Гроттер слезла с парня, подходя к шкафу и принимаясь в нем рыться, разыскивая подходящую одежду. – Это будет забавно… - Пробормотала рыжая больше для себя. – Ты в синем? Замечательно, подходит. Глеб промолчал при каких ритуалах он бывал консортом, и из чего там выкладывался круг и чем в них чертились руны. Ответив на все поцелуи своей апельсиновой, Глеб пообещал зудильники не прослушивать и по друзьям за пересказами разговоров не бегать. Найдя-таки похожее по цвету синее платье, радуясь предусмотрительности Ильиной, девушка повернулась спиной к Глебу, расстегивая оранжевый лифчик и меняя его на темно-синий, под платье. Без воротника, держащееся на плечах, с длинными рукавами и довольно короткое, платье из шерсти украшалось двумя карманами и узким поясом. Забрав пока волосы в хвост, чтобы не мешались, девушка принялась чертить на полу ритуальный круг незаканчивающимся мелком, сверяясь со своей записной книжкой, бормоча себе под нос нужные размеры и руны, тщательно проверяя каждую. Белая линия через всю комнату стала центральной и определяющей ровность круга. Отодвинув ноги Бейбарсова, которые мешались, Таня завела прядь за ухо, наконец завершая работу. Она встала на ноги, отряхивая коленки и с высоты оценила свою работу, удовлетворенно кивая сама себе. - Теперь все остальное. Не дай мне пропасть, хорошо? – Усмехнулась Гроттер, подходя к Глебу и через поцелуй набираясь уверенности и сил для предстоящего действа, вставая на носочки, так как была босиком, а Бейбарсов слишком высокий. - Я не дам тебе исчезнуть, - твердо проговорил некромаг, серьезно посмотрев на девушку. Улыбаясь и довольно облизываясь, Таня вынула из сумки кристаллы, и ингредиенты для нужного благовония. Поставив кристаллы на север и юг, девушка снова поправила прядь, и принялась толочь травы в ступке, бормоча нужные слова для закрепления эффекта. - Шалфей и свечи в тумбочке, достань, пожалуйста. Свечи по кругу, их восемь, шалфей можно поджигать, там есть и подставка. – Не отвлекаясь, попросила рыжая, на минуту отстраняясь и впитывая глазами вспыхнувшее пламя от добавленного в ступку молочка медуницы. - Я все слышал. – Улыбнулся Барсов. – И считаю, что твоя бабушка права. И ты тоже. Если сделать неофициально это все, то не думаю, что появятся проблемы. Главное, не палиться перед преподами. Собственно, я сомневаюсь, что они не в курсе, что мы женаты, и что какой день ночуем вместе. Это же видно. – Артур поцеловал свою жену в макушку, отправляясь в комнату. - Только судя по напряжению света, который все увеличивается в вашей девичьей комнате, Таня начала какой-то ритуал. Сейчас мы за вещами заходить не будем. Интересно, как Глеб это выдерживает? Даже мне глазам больно, а он потемнее меня будет. Занеся Дашку в комнату, Артур уложил ее на кровать, и выпрямился, лукаво смотря на свою благоверную. - Ты хотела узнать, что я хотел сделать с тобой в шапочке? Так переодевайся! – Хитро улыбнулся Ильин, стараясь не мурлыкать, как оборотень от света, накатывающего из другой комнаты, и не щуриться, как темный маг, от того же света. Опять его разрывало на кусочки. - Не заходи в круг. Ни в каком случае. – Предупредила Таня, серьезно смотря в глаза парня, переживая за него, и обнимая за шею. – Я тебя люблю, темный. – Снова улыбнулась Гроттер, целуя с непередаваемой нежностью Бейбарсова, а потом отступая в круг, который моментально вспыхнул по контурам, и автоматически зажглись свечи. Таня села на колени, складывая руки на груди и бормоча под нос слова заклинания. Протянув все требуемое, помогая с осуществлением ритуала, Бейбарсов отошел от границы круга на три шага. Стало светло до боли, слишком светло, разъедающе светло. Трость в руке нагрелась, реагируя на такое количество светлой магии, претящей всей ее сущности и личное хранилище кости мертвеца пришлось временно отозвать в комнату сестер, пока оно не стало противиться и не испортило все собственными импульсами магии смерти. Глеб, по-прежнему стоя, как влитой, смотрел на Таню, не сводя глаз с девушки, игнорируя почти физическую боль от такого обилия света и светлой магии в воздухе. Волк внутри него пятился от всего этого, пока, во весь опор, прижав уши к голове, не устремился в свой темный дремучий лес, стараясь там спрятаться от всепроникающего света. Он не мог, не имел права ничем ответить на это, оставалось только устраниться и перетерпеть. Дашка с интересом посмотрела на любимого и потянулась на кровати: - Как выдерживает? Любит, потому и выдерживает все… Переодеться… Да ты не выдержишь, как только я разденусь… Закусив губу, Тернова медленно стянула с себя свитер и откинула прочь, скользнула руками по животу и так же медленно расстегнула кнопку на джинсах и ширинку. Так же медленно продолжая обнажаться, прекрасно осознавая, что делает, Дашка встала на кровати, оставшись в одном белом лифчике и бирюзовых стрингах, наконец-то оказавшись чуть повыше Артура и положила руки ему на плечи. Синие глаза сверкнули озорством, одно быстрое движение, и резинка уже не сдерживает волосы мужа. Скользнув в них пальцами, Тернова поцеловала любимого: - Итак… где там… шапка… - девушка потерлась о своего любимого оборотня, снова затягивая его в поцелуй. Я заглядываю внутрь себя, ищу себя, свою суть и разум. Моя сила дремлет во мне, помогите мне ее осознать. Все что есть во мне, требуется открыть, светлые силы, темные силы, они принадлежат мне. Сейчас и здесь, являясь светлой, соблюдая равновесие и имея консорта-темного, я прошу дать мне сил перебороть свою слабость и взглянуть правде в глаза. Таня медленно-медленно подняла голову, чувствуя, что ее обволакивает дым от сухого белого шалфея, а зелье начинает испаряться, имея свой неповторимый сладковато-резкий аромат, сравнимый разве что с нашатырем и абрикосом. Гроттер побледнела, погружаясь в себя и не отрываясь глядя в глаза Бейбарсова. Назвав его консортом, она связала их, сделав себе пути отступления в крайней ситуации. Ходя по краю, почти растворяясь в неослепляющем ее свете, Таня не видела некромага, хотя смотрела на него в упор. В ее глазах отражалась вечность свободного эйдоса. Глеб так и не закрыл глаз от слепящего света. Смотря в зеленые глаза Тани, понимая, что она его, скорее всего, не видит, он молча терпел, ощущая уже вполне реальный ожог, начавший покрывать его руки и шею. Где-то на другом конце замка, из библиотеки, прилетел импульс от Свеколт, решившей, что на него напали. Следом та же тревога влилась в него и со стороны Жанны. Послав обеим общую идею, что все в порядке и помощь не нужна, Бейбарсов отрезал себя от них, поставив плотную стену, чтобы некромагини не обожглись через него об вызванный Гроттер свет. - Где шапка, где шапка… Твои вещи… Ты и следи за ними. – Барсов прикрыл глаза, спасаясь от света, буквально слыша пульсацию магии в комнате девчонок. – Твою мать… Глеб должен ее вернуть, она слишком далеко уходит! А потом и его невинную по сути звериную сущность, которая никогда не знала обиды или ненависти, зависти и честолюбия, коснулся свет. Вздрогнув, будто его ударили током, Артур невидящими глазами посмотрел на Тернову, вбирая в себя энергию, как батарейка. Ему стало настолько хорошо, спокойно и уютно, так светло-счастливо, как может быть радостно только под Новый год, когда за окном медленно падает снег и ты просыпаешься, полностью выспавшийся, и умиротворенный самим предвкушением светлого праздника. - Моя Дашенька… - Улыбнулся Барсов, погладив ее по щеке и наклоняя голову, снимая с себя футболку и джинсы, осторожно и медленно укладывая девушку на кровать, боясь разрушить торжественность момента. Покрывая обнаженное тело жены легкими и нежными поцелуями, с помощью света видя его с другой точки зрения, Артур плавно соединился, понимая, что такого больше никогда не будет. Его изнутри словно распирало неземным счастьем, которым он стремился поделиться с супругой, доверяя ей как никому другому. - Я тебя люблю… - Тихо произнес оборотень, с улыбкой смотря в глаза Терновой, соединившись так тесно, что сам уже не понимал, где ее тело, а где его. - Иди ко мне… - Завораживая изумрудами глаз, сказала Таня, мягко улыбаясь. – Все будет хорошо. – Свет внутри требовал своей платы, и, чувствуя рядом темного, посчитал, что уничтожение и растворение некромага как нельзя лучше оплатит цену за знание. Гроттер боролась, но пока проигрывала, надеясь, что Глеб не поведется на нее саму же и вспомнит, о чем она его предупреждала – ни за что и ни в каком случае не входить в круг, пока она сама оттуда не выйдет. Юноше потребовалась вся выдержка, чтобы не последовать зову Тани. Благо, хладнокровие некромагов особенно сильно в моменты реальной угрозы. А сейчас свет Гротти представлял реальную угрозу, потому как Бейбарсов не мог ни противопоставить ему собственную тьму (что означало бы борьбу), ни уйти (что означало бы бросить Таню). Твердо стоя за пределом круга, Глеб покачал головою, не обращая внимания на ожоги. - Нельзя, я его люблю… Можно, так будет лучше… - Разговаривала сама с собой рыжая, и внезапно упала на пол, в последний момент подставляя руки, чтобы не стукнуться лицом о грубые доски. В голове пронеслась картинка, что будет с Глебом, если он оступится и хоть краем ноги заступит в круг. Белая вспышка и его некромагия не поможет. Тем более, что трости рядом не было, а волк скрылся. - Не приближайся! – Вскрикнула Гроттер, ногтями царапая пол, пытаясь удержать саму себя и уберечь Глеба. – Я вижу… Свет тебя погубит… Девушка изогнулась, а потом свернулась калачиком в круге. Поддавшись ее силе, свет проник в нее полностью, перестав слепить окружающих темных. Таня увидела всю свою жизнь, по кадрам, находя свои ошибки, жалея их, прощая людям их ошибки, пока не вернулась в свое настоящее. Ровно сев на коленях, вернувшись в изначальную позу, Гроттер нашла единение с самой собой. Ушла неуверенность в себе, своих силах и внешности. Она прекратила остаточно злиться на пустяки. Это было ниже света, который от пяток до макушки наполнял рыжую. Целительство заняло свое место в руках, а пророчество – в голове. Таня приняла свои силы. Забормотав благодарности и стандартное завершение ритуала, Гроттер рухнула на пол без сил, как только произнесла последнее слово. Свечи последний раз вспыхнули, прогорев до основания, и погасли, окончательно поставив точку. Дашка вздрогнула, ощутив то, о чем говорил Артур. Ее словно коснулась ласковая мамина рука, которой девушка никогда не знала, принося с собой восторг, тепло и живой трепет, весеннюю радость и осеннее спокойствие, зимний уют и летний азарт. Рыси, однако, это совершенно не нравилось. Для нее было слишком светло, и она спрятала голову под лапы, свернувшись тесным клубком и зажмурившись, не рискнув куда-то побежать от своей пары. А потом все сменилось счастливым солнечным светом, греющим, а не прожигающим шкуру рыси, и та замурлыкала, перекатываясь на спину и подставляя этому новому, другому, свету пузико и грудку. Дашка, ярко улыбнувшись Артуру, подаваясь всем его движениям, застонала, ощутив полное единение с любимым, какое-то совершенно непередаваемое чувство наполненности и правильности. Все было настолько нежно и чувственно, что у Терновой слезы на глазах выступили от распирающих ее эмоций, не поддающихся словам. - И я тебя люблю… Очень сильно… - прошептала Дарья, смотря в зелено-золотистые глаза мужа. Глеб, убедившись, что ритуал окончен и все затухло, глубоко вздохнул, зовя собственного волка. Тот вылетел из леса обратно, на поле, и полностью заполнил собою некромага, помогая восстановиться и залечиться. Когда от ожогов осталась лишь красноватая кожа, постепенно бледнеющая, Бейбарсов поднял Таню на руки и перенес на кровать, из-под которой вылез напуганный Талеб, на ходу приглаживая вздыбленную шерсть. Сев на край постели, Глеб призвал свою трость обратно, тут же крепко сжав ее в руке и прикрыв глаза, выпуская обратно весь свой мрак, вынужденно притиснутый куда подальше. Скинув обувь и поставив тросточку у стены, парень прилег рядом с Таней, исцеляясь от воздействия света, едва не разъевшего его, как кислота. Кто мог подумать, что Таня устроит такой призыв сил? Сеттер Тани изменился, став более поджарым и уже с огненной шерстью, пылающей, но не обжигающей. Пока девушка приходила в себя, собака потерлась о волка, соскучившись без его общества, растапливая вокруг себя снег, но не причиняя ни малейшего вреда хищнику. Декорации изменились, и изменения стали проникать и в ментальное пространство Бейбарсова. Снег постепенно таял, а тучи расходились, пронизываемые солнечным светом. Черный лес покрывался почками, пока сеттер носился по лугу и с восторгом лаял на первых бабочек, приглашая поиграть и черного волка, призывно виляя хвостом и изредка потираясь о шею. - М, Глеб… - Улыбнулась рыжая, прижимаясь к нему, и кладя ладошку на шею, лаская теплым солнечным светом, окончательно избавляя некромага от ожогов. – Нам надо будет сдвинуть кровати. Скоро придет Даша за своими вещами, а ты сможешь забрать свои из другой комнаты. Ты же согласишься жить уже сейчас со мной? Тебя я почему-то вижу не ясно… Ты слишком близко ко мне. Приподняв голову, Таня внимательно осмотрела Глеба, успевая заметить красные пятна, которые тут же пропали, так как ее рука все еще соприкасалась с его кожей. - Тебе было больно… Извини меня… Я не подумала, что это будет чревато для тебя… - Гроттер закусила губу, только сейчас осознавая, что натворила и как некромаг это все выдержал. – На что это было похоже? Что ты видел? – Находясь с той стороны круга она много чего видела, но было всегда интересно, как это выглядит со стороны. - Со мной все в порядке, - перевернувшись на бок, Глеб поцеловал Таню, убеждаясь, что и с самой девушкой все хорошо. – Конечно я переселюсь к тебе, хотя, по-моему мы уже давно живем вместе. С матча с гандхарвами, - отметил некромаг. Тогда быть рядом друг с другом после того, что случилось с Дашей, было острой необходимостью, а потом это стало настолько привычным и правильным, словно они знали друг друга всю жизнь и состояли в браке лет пятнадцать к ряду. Глеб улыбнулся девушке, мягко целуя ее, этим поцелуем веля выкинуть из головы все свои извинения и чувство вины, потому что не за что было извиняться. В конце концов, она и сама не думала, что все так повернется, да и он тоже хорош, не почувствовал возможного всплеска сил у Тани. - Это… Было светло, но свет был холодным и разъедающим, я бы сказал воинственным. Сейчас он солнечный и согревающий, приятный, а тот что в круге – как кислота для моей сущности, - поморщился некромаг, вспоминая свои далеко не радужные ощущения. – Теперь-то ты нам веришь? Убедилась, что силы у тебя есть? Артур медленно приходил в себя, прекрасно понимая слезы Даши и сам ощущая такое же пощипывание в носу, благо, пока справлялся с этим. - Это было… Потрясающе… Так свЕтло… - Пробормотал Барсов, разглядывая потолок и ощущая спокойствие и умиротворение. – Я, конечно, видел ее способности… Но не осознавал силу… Выстави ее против Кармен и я поставлю на Таню… Судя по ощущениям, она чуть не расплавила Глеба. – Ильин прикрыл глаза, чувствуя сонливость и приятную томность, зная, что может себе позволить поспать с любимой девушкой. – Действительно, любовь страшная сила… - Согласна… - выдохнула Дашка, тяжело дыша и глядя в потолок, медленно приходя в себя и избавляясь от звездочек перед глазами и разноцветных точек. – Бедняга Глеб… даже моей рыси досталось… Дарья нежно провела рукой по груди любимого, пальчиками очерчивая рельефы его мышц, грудь, переходя к ключицам и шее, и снова опускаясь… Привстав на локте, она нежными поцелуями покрыла все его сонное умиротворенное лицо, шею и плечи, пользуясь возможностью спокойно изучить все его тело и насладиться этой тихой безмятежной близостью. Вчера все было слишком яростно, страстно, быстро, а сегодня, когда мысль о том, что они снова вместе и теперь, похоже, уже навсегда, чуть улеглась в голове и сердце, можно было позволить себе посмаковать. - Любовь не страшная… Она просто способна в один момент дать все, сделать способным на все, а потом отнять, уйдя, оставив в глухом одиночестве, когда ты сам себе не нужен, потому что перестаешь быть нужным кому-то одному единственному и желанному… - задумчиво проговорила Даша, прекрасно помня свое состояние всего два дня назад. - Спи, мой любимый мужчина… - Тернова нежно поцеловала мужа в макушку, так же ласково принявшись перебирать его длинные пряди, просто наслаждаясь каждым касанием к своему совершенству, доставшемуся ей непонятно за какие заслуги. - Что ты делаешь? – Тихо спросил Артур, и не думая двигаться или открывать глаза. Ему так хорошо и спокойно уже давно не было и парень собирался полностью собрать все свое. От касаний к своим волосам Барсов заснул, во сне выглядя так же юно, как он выглядел всего день назад. И сквозь юные черты проступал мужчина, выражаясь в более резких чертах лица. Ильин перевернулся на бок, на автомате подгребая к себе поближе Дашку, располагая руку вдоль ее позвоночника и пряча пальцы в густых красивых волосах, второй рукой обнимая за талию. Еще и ноги переплел, чтобы Тернова не вздумала бежать от него, пользуясь тем, что муж спит. Такое даже подумать было страшно, и оборотень нахмурился во сне. Таня внимательно выслушала Бейбарсова, беря себе это на заметку, так как для нее ровным счетом ничего не поменялось – свет был одинаков с ней. - Верю. – Улыбнулась Гроттер, смотря ему в глаза и через мгновение дергаясь, слетая с кровати, с подозрением смотря на Бейбарсова и тяжело дыша. - Кто-то тебе угрожает… Какая-то старуха… Там темно и страшно, и шорохи, они сводят с ума… - Зашептала девушка, отступая дальше, пока не уперлась спиной в шкаф. – Она приходила раньше, но ты ничего не сказал. И она приближается. Кто тебе смеет угрожать? Это не Кармен… У нее другие планы, что-то солнечное и слишком яркое в дымке… Не могу разглядеть. Гроттер прикрыла глаза руками, съезжая по шкафу на пол. - Голова болит. Не знала, как включить, теперь не знаю, как выключить… Что ты скрываешь от меня? – Рыжая щурясь посмотрела на Бейбарсова, смаргивая слезы от напряжения глаз. - Таня… - Глеб соскользнул с кровати на пол и присел перед Гроттер. Протянув руки, он осторожно и ласково дотронулся до ее лица, заключая его в свои ладони, касаясь пальцами висков девушки. – Все, успокойся. Просто глубоко вздохни, малышка, загляни внутрь себя и поверни выключатель тем же, что вызвало проявление силы. Помнишь, что сегодня говорила Зубодериха на сглазах? О том, что эмоция питает прирожденный сглаз? Тут та же техника. Чувство, с которым ты взывала к своим способностям поможет тебе с ними справиться. Глеб вытер слезы со щек Тани, перетягивая ее на себя и сажая верхом, позволяя уткнуться себе в плечо. Прижавшись губами к рыжей макушке, Бейбарсов размеренными движениями стал гладить спину девушки, успокаивая своими касаниями. - Я ничего от тебя не скрываю, апельсиновая… Возможно, ты видела мою учительницу, предположительно сейчас находящуюся в Тартаре. Учитывая, что я убил ее, она и с того света, или тут правильнее сказать, из-под земли, желает мне счастливой жизни и долгих лет. То, что приближается… да, иногда она близка, вспомни, как она умудрилась прорваться в тело Жанны. Сама знаешь, какими упертыми бывают старухи. - Глеб качнул головой, зарываясь носом в рыжие пряди. – Не переживай, любовь моя, с ее стороны нет ничего, что действительно тревожило бы меня. Пусть давится злобой и ненавистью по ту сторону. Девушка отстранилась от бесконечных картинок в голове, хлынувших потоком в сознание, она даже не успевала их рассмотреть. Чувствуя Глеба рядом, ощущая его поглаживания и поцелуи, Таня успокоилась и собралась, создавая внутри себя картотеку с фотоальбомами. Видения заняли свои альбомы по временным отрезкам, а потом разлетелись по железным ящикам тематик. Буря в голове улеглась и Гроттер смогла вздохнуть. - Хорошо… Просто предупреди меня, если тебе придет предупреждение, или намек, или что угодно… Не скрывай ничего, пожалуйста… Я не хочу, чтобы что-то с тобой случилось, чтобы ты пострадал из-за того, что немного переоценил свои силы… Таня подняла голову и со слабой улыбкой посмотрела в глаза Бейбарсова, а потом потерлась щекой о его щеку, обнимая за шею. - Я тебя люблю. Всегда. – Тихо прошептала Гроттер, и поцеловала под ухом парня. – Тебе нужно поспать, темный. Вечер будет трудным. Вечеринка оборотней на Лысой горе после заката. Очаровательный план. – Усмехнувшись, девушка поднялась на ноги, и потянула Глеба в кровать. - Укладывайся. Учти, что тебе скоро придется таскать кровати и заниматься любимым делом девушек – перестановкой мебели. – Таня в стиле блондинки похлопала глазами, а потом засмеялась и прыгнула сверху Бейбарсова, удобно устраиваясь на нем. - Спи, любимый… - Ничего… Просто люблю тебя, - ответила Дашка, улыбнувшись, наблюдая, как постепенно выравнивается дыхание Артура. Продолжая глупо улыбаться, не в силах ничего с собою поделать, Тернова смотрела на своего оборотня, впитывая в себя каждую его черточку по отдельности и весь вид в целом. Накручивая на пальчики его волосы, почесывая кожу головы ноготками, Дашка вроде бы даже расслышала сонное мурлыканье, а потом ее подгребли к себе, заковывая в сильное поджарое и мускулистое тело, чему девушка только еще больше обрадовалась. Видя, как Артур чему-то нахмурился, Даша прижалась губами к маленькой складочке у него на лбу: - Все хорошо, я рядом, - интуитивно высказала Тернова, еще раз покрыв поцелуями его лицо, изучив лоб, переносицу, нос, скулы, щеки, подбородок… Грудь щемило от той нежности, которую она испытывала к своему мужу. Умом и сердцем Дашка понимала, что все ее вчерашние слова – правда. Чтобы теперь не сделал ее любимый – ничто не сможет повлиять на ее чувства и отказаться от него. Единственное, чего она боялась, так это того, что подобное единение и полное взаимопонимание не продлится долго с его стороны. Вот-вот у него появится прайд, он станет лидером, которому есть кому отдавать приказы, а вместе с этим появится множество забот, и он снова может решить делать все в одиночку, как уже бывало не раз из своей мужской гордости и упрямства. Кто знает, останусь ли я по-прежнему на первом месте для него? Тернова прижалась щекой к горячей груди Артура, прикрывая глаза, потому как сон стал одолевать ее, пока, наконец, она полностью не растворилась в сладкой дреме, вызванной той особой близостью, случившейся между ними всего полчаса назад. - Оборотни, и уже это ты считаешь трудным вечером? – усмехнулся Глеб, сомкнув руки на спине девушки и закрывая глаза. Фыркнув, вспомнив, как однажды, в четырнадцать, он и тогда еще живая Алиса оказались в три часа ночи на кладбище, среди упырей, мертвяков и прочей нежити по мелочи, призванных старухой и защищенных от любых заклинаний, когда им обоим пришлось прибегнуть к физической расправе с двуручными мечами, добытыми из гробниц русских богатырей. Так старушка тренировала их тело. Не поднял вовремя руки, не защитился, не отпрыгнул – оказался съеден. Своеобразные витамины для силы воли и выживаемости. - Я тебя люблю, - невозмутимо проговорил Бейбарсов, ставя перед фактом столь искренне и просто, что не поверить было невозможно. Рядом, вдоль его бока разлегся Талеб, довольный, что хозяева прекратили выкрутасничать и прыгать туда сюда, как пьяные мыши. Удостоверившись, что все в порядке на всех планах, Глеб обновил защиты на двери Тани и, наконец-то, позволил себе впасть в свой обычный чуткий сон. Артур поцеловал в макушку жену, потеревшись о ее волосы, в очередной раз оставляя метку. Она уже вся пропахла им, его новым измененным запахом, и теперь Барсов имеет полное право оторвать руку тому, кто коснется его жены, проигнорировав предупреждение. - Просыпайся, родная. Пора ужинать и валить. А ты еще хотела вещи собрать для переезда. Так что у нас есть примерно полчаса на сборы, потом ужин, и потом телепортируем. Ильин поднялся с кровати, и наткнулся взглядом на шапку, принимаясь хихикать. - Слушай, я ее нашел. Сегодня у тебя появится отличный шанс ее обновить… Да, котенок? – Он обернулся к Даше, подавая ей руку, чтобы она могла встать с кровати. – Моя любимая… Мы всех победим и всех разорвем. Никто и ничто не сможет встать между нами. Потому что вставать могут между двумя, а мы с тобой одно целое… Да? – Артур внимательно посмотрел ей в глаза, желая убедится, что она так тоже думает. - Аа. - сонно воспротивилась Дарья подъему, стараясь ухватить за хвост счастливый сон, где они с Артуром дурачились на берегу океана, и он, держа ее на руках, то и дело грозился бросить ее в воду, но каждый раз останавливался раньше, чем она касалась воды, вызывая ее визг и смех. Однако Терновой все же пришлось разлепить глаза и сонно взглянуть на Артура, потому что без него стало прохладно и как-то незаконченно. - Ну ты куда ушел… Было так тепло… - пробормотала девушка, медленно всплывая на поверхность реальности и запоздало усваивая все сказанное мужем. - Ах еще этот чертов переезд… Я хочу свою кровать, на которой спала семь лет… и свои подушечки… - надула губы Дашка, потягиваясь под одеялом. Улыбнувшись, она приняла сильную руку Артура, в которой ее ладошка почти сразу же скрылась, и позволила притянуть себя, хотя поначалу был коварный план не сотрудничать и вынудить его упасть обратно. - Извини? Я сейчас правильно услышал? – Барсов подтянул джинсы, чтобы застегнуть молнию. – Ты хочешь, чтобы я перенес кровать сюда? Э, Даш. А какая разница? Не подумай, что мне трудно, но смысл? Мы и так спим на сдвинутых кроватях. Какая разница, что одна их них будет той, на которой ты спала? Дашка покачала головой на вопрос Артура «а зачем переносить кровать?». Мужчины никогда не понимали женской сентиментальности и любви к мелочам. Она не хотела отдавать Таньке и Глебу свою кровать, с которой было так много связано. Может, это и глупо, но не хотела, даже где-то ругала себя за жадность, вот только это была не она. Всего лишь желание сохранить частицу своего, как хранят старые тетрадки, фотографии, письма и дневники. То есть как это зачем? С этой койкой связано столько воспоминаний… На ней я впервые плакала в Тибидохсе, с нее впервые сожгла гроб Гробыни, болтала с Танькой, делала записи в дневнике, Древнир, на ней у нас с Артуром был первый раз, и много последующих, и первый раз с ним-ягуаром.. Однако все это пролетело в голове, на деле же девушка кивнула: - Да, ты прав. Бессмысленно действительно. - Даш, если ты заговорила про кровать, значит это бессмысленно для меня и в какой-то степени важно для тебя. Перенесем, если для тебя это важно. Она легкая. – Улыбнулся Барсов, еще раз поцеловав Тернову в нос. Ну да, это было глупо. Даже очень. Но если ей хотелось, а для него это ничего не стоило – почему нет? Голубые глаза Дашки вспыхнули, когда Артур сказал, что кровать все же перенесет. - Я тебе уже об этом говорила, - чуть наморщилась Даша. – Что только мы сами способны все испортить, как уже показала история, а не кто-то со стороны. – Вспомнив свои мысли перед тем, как заснуть, Тернова, все еще стоя на кровати на коленях, прижалась к любимому, обняв его свободной рукой за пояс. – Я… Я немножко боюсь, что сейчас…Ну, когда у тебя появится прайд, просто в том, что он появится, я не сомневаюсь, тебе станет не до меня… - Путано высказалась Дашка, не решаясь и не зная, как донести, что боится, что он почувствует вкус власти, вкупе со свойственным кошкам честолюбием, и это чувство может понравиться ему больше, чем то, что сейчас между ними. Артур обнял ее за талию, поцеловав в носик и серьезно глядя в глаза. - У меня уже есть прайд. Ты и Тим. Я – альфа, первая лапа прайда. Он – бета, вторая лапа прайда. Ты же – омега, ты пара первой лапы, без которой не совершается прыжок. Хм… Это сравнимо с ягуаром, или волком, или каким угодно зверьком. Но буду на ягуаре показывать. У него четыре лапы, голова, хвост и туловище. Вот весь зверь – это прайд. Пока нас трое, и ягуар маленький. – Ильин попытался по простому донести мысль о том, что он не оставит Тернову. – Передние лапы отвечают за нападение, ими убивают. Задние – за сохранность, ими отталкиваются, чтобы прыгать. Голова направляет движение либо нападения, либо прыжка. Хвост координирует действия. Все туловище лишь подчиняется, однако, в его силах укрепить прыжок или нападение, или ослабить. Мы с Тимом – лапы. Но мы разные. Если я нападаю, он прыгает, и наоборот. Мы уравновешиваем друг друга. А ты составляешь мою пару. Мы работаем вместе, либо нападаем, либо прыгаем. Вместе, Даша. У нас не может быть разлада. Точно так же, как не будет у Тимура, когда он найдет свою пару, даже не оборотня. Его девушка станет частью прайда, хочет она того или нет. Если она будет оборотнем – прекрасно, нет – она может оставаться человеком, или стать ягуаром. Я больше не могу тебя кусать. Иначе я могу обратить тебя. В принятии решении, мы будем вдвоем. Два глаза, два уха, две челюсти, две половинки мозга. Я тебя успокоил? Он внимательно посмотрел в глаза Терновой, угадывая, поняла она, или нет. Таня лениво гладила шерстку Талеба, который занял ее место на груди у Глеба. Во сне она соскользнула с Бейбарсова ему под бок, а наглая животина вытянулась длинной муфтой по некромагу. Еще и жмурилась от удовольствия и почесывания, готовая посмотреть в глаза Глеба, и его обрадовать, как только он проснется. Гроттер раздумывала над тем, что будет между ними с некромагом, лет так через пятнадцать. Будут ли они вместе? Словно вор, девушка пробралась между мысленными железными шкафами до нужного, помеченного «через 15 лет», и, оглядываясь по сторонам, начала копаться в альбомах, разыскивая надпись «мы с Глебом». И обнаружила весьма толстый альбом. Увидев какую-то солнечную веранду, Таня поднесла к глазам альбом и погрузилась в эту фотографию. Она сидела в плетеном кресле на открытой террасе, занимаясь тем, что полировала контрабас, ни капли не изменившийся за прошедшее время. Семнадцатилетняя Таня с интересом и со стороны разглядывала саму себя в тридцать два года. Из-за длинных волос без седины, старшей Гроттер нельзя было дать больше двадцати пяти, пока она не смотрела в глаза – в них ясно читался возраст пожившей женщины. - Темный, я ухожу! – Закончив с полировкой, женщина встала, откидывая косу за спину, и смотря на вход в дом с огромной любовью. И только сейчас молодая Таня посмотрела туда же, обнаруживая Глеба, прислонившегося к косяку и с улыбкой смотрящий на жену, так как у обоих взрослых были кольца. Ну, в этом Гроттер никогда не сомневалась, что Бейбарсов окольцует ее в первый подходящий момент. - Я буду тебя ждать. – Произнес мужчина, которому так же с натяжкой можно было выдать двадцать пять и с глазами старика, и поцеловал свою жену, нежным жестом погладив по щеке. - Мама, папа! Я с Ильиным, скоро буду! – Юная рыжая прижалась к столбу террасы, так как чувствовала, что сейчас ей откажут ноги. На солнечный свет выбежала почти ее ровесница, с длинными прямыми рыжими волосами и абсолютно черными глазами, которые сразу указывали на родителей. Затянутая в корсет, с ремнем на бедрах, в узких штанах и высоких ботфортах, девушка поправила сумку через плечо, звякнув бесконечными браслетами на обоих запястьях, поцеловала в щеку родителей и выбежала с террасы. - Опять она с ним… - Пробормотал Бейбарсов, на что Татьяна ударила его ладонью в грудь. - Прекрати. Он чудесный. Хотя о чем это я. Ты чуть не убил Тимура за Аню. Ты гнусный собственник, Бейбарсов, как я с тобой живу? – Счастливо рассмеялась женщина, тут же целуя мужа, а младшая Гроттер не удержалась, выглядывая с террасы сквозь плющ на сад. Ее будущая дочь уже пробежала длинную дорожку, и выскочила за резную калитку, где на дорожке сидел довольно большой ягуар черного цвета. Таня изумилась, считая, что Артур изменил Терновой и встречается с дочерью Бейбарсова, но как только оборотень превратился в симпатичного парня со светлыми волосами и синими Дашкиными глазами, все стало ясно. Ее дочь встречалась с сыном Артура и Даши. Таня выдохнула, разглядывая потолок своей комнаты, пытаясь унять мелкую дрожь ужаса и возбуждения. Что-то она точно накосячила и это было не пророческим видением, а каким-то выполнением желания. У них с Глебом не могло быть дочери. Ну не могло и все тут. Никак и никоим образом. Некромаги не имеют детей. Кроме, пожалуй, Павла Егорыча, но ведь Бейбарсов четко сказал, что не готов терять ее в обмен на ребенка. А в видении он был обеспокоен больше тем, что дочь гуляет с парнем, который уводит ее от родителей, чем что Таня умирает. Да и не умирала она точно. В общем, миллион загвоздок и ни одного ответа. Гроттер срочно требовалось поговорить с Дашкой, только опять это будет невыполнимо. Глеб, открыв глаза и встретившись вплотную с мордахой Талеба фыркнул, переворачиваясь на бок и сбрасывая эту шкуру плюшевую на Таню. Мявкнув, кот перекатился через девушку, взмахнул хвостом и сел в ногах, принявшись вылизываться. - Что-то случилось? Что тебе приснилось? – Бейбарсову не составило труда понять, что что-то встревожило и взволновало его любимую. Учитывая, что они все это время находились в кровати, и он ничего не делал, следовал вывод, что Таня что-то увидела во сне. Некромаг проницательно посмотрел на Гроттер, коснувшись ее щеки тыльной стороной ладони, готовый выслушать и успокоить, если это был кошмар. Выслушав объяснение с метафорами, Тернова кивнула, почувствовав себя убежденной: - Успокоил… Ладно, сейчас соберусь. Улыбнувшись, Даша коротко поцеловала мужа, опасаясь затягивать этот процесс ввиду возможного возгорания обеих сторон. А потом, соскочив с кровати, подошла все к тем же сумкам, понимая, что вот совсем скоро ей их разбирать. Вспомнив, что они телепортируют, а значит, она вообще не обязана одевать что-либо для удобство полета, девушка хмыкнула. Натянув все те же джинсы поверх простых, без наворотов, белых трусов-шортиков, Дашка застегнула выживший на этот раз белый лифчик и сменила свитер с открытыми плечами на черную майку и серый кардиган с длинными рукавами и застегивающийся на одном бедре на ремешки. Сразу натянув сапоги из комплекта «аля’медведь-шатун», Дарья расчесалась и заплела волосы в тугую толстую косу, как раз хвостиком достающую ей до пятой точки. - Готова… Сейчас пойдем перетаскивать вещи? – спросила девушка, заправляя кровати, раздумывая, что тут уж нужно постельное белье на двуспальную и лучше бы их поставить сбоку в левом углу, чуть заходя под окно, а стол подставить под окно, вплотную к ним, так в комнате появится больше места и уюта, особенно, если еще кресла поставить, а тумбочку снарядить под столик… Закончив с кроватями, Тернова подошла к Артуру, обняв его за пояс и задрав голову вверх, упираясь подбородком в грудь, заглядывая в глаза и ожидая, что постановит Барсов. Пока Дашка одевалась и заправляла кровати, Артур оделся сам и минимально прибрался в комнате, так как его давно тут не было, а он терпеть не мог беспорядка. Выкинув лишние пакеты, повесив шубку Даши в шкаф, Барсов уничтожил обертку от подарка и повернулся к жене. - Кстати, пока вспомнил. Вот. Держи, он твой. – Разбираясь сейчас в шкафу, Артур достал из него свой свитер, с вертикальными крупными косами. Растянутый, уютно-домашний, Барсова он выручал в самые лютые морозы в Москве, так как не смотря на тонкость, грел как печка. - Ты же хотела мой свитер. – Усмехнулся парень, снова нежно целуя свою жену. – Идем за вещами. Подпрыгнув (ну почему у всех сапожек такой маленький каблук), Тернова чмокнула любимого в губы, а потом, увидев свитер, и вовсе просияла: - Я знала! Я знала, что хотя бы один точно найдется! – триумфально выдала девушка, на этот раз окончательно повисая на шее Барсова и заставляя его склониться для более глубокого и полного благодарности поцелуя. Таня покачала головой и улыбнулась, потеревшись щекой о ладонь парня. - Всего лишь сон. – Она не стала говорить, что сама не спала в этот момент, и что это было видение, но настолько светлое и хорошее, что вызывало отторжение своей «хорошестью». Волновать Бейбарсова Гроттер не хотела, догадываясь, что он замкнется в себе и будет убеждать снова, что это просто сон. Девушка сократила время и сама призналась. - Все в порядке. Нам придется подниматься. Ребята пришли за вещами. – Рыжая перекатилась через Глеба, коротко поцеловав его в нос, и встала как раз вовремя, чтобы распахнуть дверь перед собирающемся постучать оборотнем. Глеб, еще раз внимательно посмотрев на Таню, кивнул и сел на кровати как-раз за мгновение до того, как она открыла дверь. - Привет, Даш, ты можешь взять мою сумку. – Таня освободила проход и села на кровать, притягивая к себе Талеба, почесывая его за ушами и чмокая в макушку, обожая свою животину, которую, к большом сожалению, не видела через пятнадцать лет. - Ты уже в курсе, да? – Усмехнулся Артур, проходя в комнату и закрывая дверь, щурясь от остаточного света внутри. – Кстати, огромное тебе спасибо. В отличии от Глеба нам все понравилось. – Барсов хмыкнул и посмотрел на свою жену. Таня недоумевающе посмотрела на Дашу, не понимая, о чем это он. - А. Даш. Давай ты шмотки сложишь на кровать и мы ее сразу и вынесем. Чем буду носить по сумке туда-сюда. - Привет, Тань, давно не виделись, - широко улыбнулась Дашка, заходя в хорошо знакомую комнату, долгое время бывшую ей домом родным. Поневоле Тернова вспомнила золотые времена перепалок и пикировок с Гробыней, их с Танькой переброс мячами с кровати на кровать друг другу, как однажды Склепша достала их обеих и они сыграли с ней в выбивалы драконбольным мячом с учетом заколдованных пассов… На намек Артура Дашка покраснела, Глеб же хмыкнул, догадываясь, насколько и что именно понравилось Барсовым-Ильиным. Подойдя к своему шкафу, радуясь, что половина пакетов от Марии так и не разобрала в силу своей великой лени, Даша похватала их и перебросила на кровать. Достав из под кровати еще один, самый большой чемодан, с которым обычно летала в Англию, Даша расстегнула его и методично принялась избавлять свои полки от одежды, складывая ее, висящую на вешалках пополам. Посмотрев на Таню, Дарья спросила: - А ты с нами? Вроде бы ты же уже провела ритуал… Артур, я сама! Я в состоянии поднять чемодан, там одежда, а не кирпичи, в конце концов! – Дашка шлепнула по протянутой за чемоданом руке любимого и сама водрузила его на кровать. – Видишь? Гордо посмотрев на мужа, Тернова подошла к столу, где у нее стояли многочисленные шкатулки с украшениями и ящичек со свечами и картами. Сбагрив и это вместе со своим легендарным светильником увешанным напульсниками и разными рокерскими штучками, девушка подхватила косметичку и направилась в ванную, мельком еще раз посмотрев на Таню, читая ее, как раскрытую книгу, уж слишком хорошо ее знала. Барсов только закатил глаза, вообще предпочитая, чтобы его жена не таскала тяжести. В том, что чемодан неподъемный, он успел убедиться. Зайдя в ванную, Дашка принялась сгребать свою косметику и вещи личной гигиены. - Таааня, подь сюды, пожалуйста! – крикнула Дашка, и когда Гроттер откликнулась, закрыла за ней дверь. – Ушкус намакушкус, - буркнула Тернова, выпуская сразу две искры, защищаясь от подслушивания со стороны мужчин, зная, что без заклинания Артур услышит даже если не захочет или если включить воду. – А ну-ка давай, рассказывай, что случилось? И ответ «ничего» не принимается, я тебя как облупленную знаю. Глеб, когда девушки скрылись в ванной, почувствовав завесу слухонепроницаемой магии, посмотрел на Артура: - Секретничают похоже. Хочешь переносить кровать через всю гостиную или все-таки попробую с нею телепортировать? Думаю, никому не нужно лишний раз знать о нашей с Дашей рокировке, тем более видеть ее. Глянув в окно, некромаг снова перевел взгляд на дверь ванной, несколько обеспокоенный тем, что там происходит. У парня было пара мыслей на эту тему. Либо Тернова беременна/больна/ «какой-то ооочень большой секрет»и сейчас говорит об этом Тане, либо она заметила что-то в самой Гротти, чего не увидел он. Это начинало нервировать. - Тебя это тоже настораживает? – приподнял бровь Бейбарсов, зная, что магия отсекла и слух оборотня. Перебирая фенечки Дашки на светильнике, думая, что еще можно конфисковать, Артур проводил взглядом жену и посмотрел на некромага. - Если ты сможешь телепортировать кровать, это будет замечательно. Сомневаюсь, что ученикам разрешено жить парами. Тем более, тебе все равно идти за своими вещами и кроватью. – Усмехнулся оборотень, подходя к столу и вытаскивая из ящиков учебники, конспекты, а так же закидывая на кровать подставку под гитару, ранее сложенную под кроватью. Обнаружив, что не слышит Дашу, Ильин вскинул голову, на секунду пристально вглядываясь в дверь, а потом продолжая укладывать в одеяло шмотки, чтобы они не сваливались с кровати при движении. - Нет. Все, что мне необходимо знать, Даша мне расскажет после разговора. У нас политика честности. Так что скрываются они по большей части от тебя, и для того, чтобы Таня могла что-то рассказать честно и открыто. – Он пожал плечами, принимаясь тискать прыгнувшего на колени Талеба. - Ну спасибо, - пробормотал Глеб. – Это безумно меня сейчас утешило… Слова Артура о том, что если что и утаивают, то, скорее всего, именно от него, насторожили некромага еще больше. Это показывало, что Таня что-то ему не договорила и есть все-таки какая-то проблема/тайна, которую увидела на лице Гроттер Даша, а он нет. - Кстати, как ты телепортируешь? Научишь? Не хотелось бы постоянно тебя просить о том, чего я сам могу выучить. – Артур внимательно посмотрел в глаза Бейбарсова. Выпрямившись, скрестив руки на груди, некромаг склонил голову на бок. - Моя телепортация – телепортация рунического вида, закрепленная на кости мертвеца вот здесь, - Бейбарсов указал подбородком на трость. – Как и у всякого некромага. Тут скорее Даша научится телепортировать таким способом, кстати, надо будет ее потренировать на это. У магов, насколько мне известно, для телепортации существуют заклинания. Что-то вроде «Аморфус телепорцио»… - Бейбарсов пожал плечами. – Единственное, думаю, тебе будет легче, чем, допустим, Тане, за счет силы оборотня, потому как такое перемещение требует определенных затрат. - Угум... Спасибо. И не стоит обращать внимание на девичьи секреты. Что-то важное от тебя Таня точно не скроет. В этом я уверен. - Хлопнул по плечу Артур, а потом повернулся к выходящим из ванной девушкам. - Не считая того, что я чуть не спалила Глеба, то… - Таня задумчиво повертела в руке бутылочку с шампунем и села на ванну, вытягивая ноги. – Даш… - Она подняла взгляд на подругу. – Я видела… Или заглянула в будущее… Не знаю. В общем, мне стало интересно, что будет через 15 лет. Полчаса назад я с легкостью могла это проделать, сейчас уже сложнее и надо сосредотачиваться… В общем… Я увидела себя, Глеба, твоего сына… И нашу с Глебом дочь. – Гроттер закусила губу, смотря не отрываясь на Тернову. – Я ничего ему не говорила. Он в это не поверит, только отшатнется и назовет выдумкой. Я сама это знаю! Просто не могу представить ситуацию, в которой это будет верно. Потому что мне больно знать, что это только мечта, что вот так все будет прекрасно. Нет ни единого шанса забеременеть от некромага, не прибегая к способу твоего деда. А на это не пойдет Глеб. Тупиковая и безысходная ситуация. – Рыжая развела руками, поставив шампунь на полку, а потом с грустной улыбкой, пытаясь найти в ситуации что-то хорошее, снова посмотрела на подругу. - У вас будет красивый сын. Черный ягуар, побольше Тимура сейчас… С волосами Артура, его телосложением и твоими синими глазами. Симпатичный. Даже очень. – Таня улыбнулась шире. – Я б за таким побегала. – Девушка рассмеялась. - Вау, - выдохнула Дашка, присаживаясь на бортик ванной рядом с лучшей подругой. – Вау-вау-вау. Дочь! Это же замечательно! – Тернова обняла подругу. – Я уверена, что ты видела будущее! Просто-таки на сто процентов! Ведь такого же не бывает, чтобы половина видения была правдой (мы с Артуром видели нашего мальчика, и он очень похож по описаниям!), а половина нет? Просто… - Дашка поцеловала Таньку в щеку. – Просто дай всему идти так, как оно идет, не вмешивайся, и оно приведет тебя к тому, что ты увидела. Не отрицай, верь в себя, в свои силы. Верь и наберись терпения. А теперь пойдем, а то нужно еще поесть, Артур наверняка собирается уплести пол скатерти… Ободряюще улыбнувшись подруге, сияя от того, что та видела их сына, причем еще и ягуара (!), и то, что он явно крепко дружил с дочерью Тани и Глеба, Дашка окрыленная вылетела в комнату, бросая собранную косметичку поверх кровати. - Это все? – спросил Глеб. - Ага! – кивнула Дашка. Кивнув, парень начертил агатом на трости руну, поверх кровати, взялся за ее раму и телепортировал, не желая мешать оставшейся троице переговорить, поскольку для него это, видимо, было не предназначено. Приземлившись по центру комнаты, Глеб открыл свой шкаф и быстрыми щелчками и постукивание трости принялся отправлять все вещи в комнату Тани: мольберт, ступу, вещи, учебники, небольшой сундук с собственными артефактами и лично по собственной специализации. - А чего это он? – нахмурилась Дашка Артуру, когда Бейбарсов телепортировал. – Вы чего-то не поделили? Сбоку в углу, где стояла кровать появилась ступа и мольберт. Обернувшись на шкаф Тернова увидела, как полки занимают немногочисленные вещи Глеба. Вот блин… Я тоже так уметь хочу… Хоп, и все перевесил… А мне теперь, когда вернемся, все свое добро разбирать… - Вот поэтому я и не хотела говорить! - Всплеснула руками Таня, с болью глядя на то, как Бейбарсов снова сбежал с поджатыми губами в стиле "Я отхожу в сторону, а вы секретничайте без меня, раз я вам мешаю". - А стоит рассказать, так все будет только хуже! В себе замкнется окончательно, и будет переживать, что ничего не получится! А я не хочу, чтобы он замыкался, это понятно?! Теперь рыжая с гневом обратилась к друзьям, на что Барсов поднял руки, сдаваясь. - Я вообще не при делах. Мы ничего не делили, так что я тут не при чем. Кстати, Даш, Глеб имеет право на кровать, ты так не думаешь? - Усмехнулся Артур. Таня отвернулась от них, пережидая время, чтобы потом вернуться с улыбкой и ничем не выдать Глебу свое состояние, когда его незнание будет только лучше для него же самого. Она очень хотела порадовать его, показав, что ее второе видение не ошиблось, и у них будут дети, но слишком хорошо помнила, что Бейбарсов сказал увидев волчат. "Просто твое желание, это не пророчество, детей не будет". Второй раз наступать на эти грабли не хотелось бы. - Просто молчи, Даш. Хорошо? Скажешь, когда сбудется. - Устало сказала Гроттер и под платье надела джинсы, так как с голыми ногами было холодно. Еще и палантин сверху, вместе с балетками. Она-то не собиралась вместе с народом на Лысую гору. Точнее, ей там было нечего делать, и ее не звали. Барсов оценивающе посмотрел на Таню, перевел взгляд на жену и спокойно кивнул, оставляя этот секрет на совести Терновой, и не принуждая его рассказывать. Меньше знаешь про девичьи дела - крепче спишь. Тем более, ему не хотелось представать перед Бейбарсовым заговорщиком, а так - ты не знаешь и я не знаю, все отлично, мир в мужской компании сохранен. Оборотень вышел, заходя в свою комнату и помогая Глебу с кроватью. - То, что ты не знаешь, как-то связано с тем, что тебе это опасно рассказывать. Она боится за тебя. Это то, что я понял из разговора, прежде чем меня буквально выкинули из комнаты. - Серьезно сказал Артур, внимательно смотря на друга. - Думаю, если ты пообещаешь не кричать и пылить, тебе все расскажут сами, без проблем. Лично я ничего не знаю, мне Даша расскажет, когда это сбудется. Видение, друг. Таня что-то видела. Барсов пожал плечами, вытаскивая из шкафа куртку, накидывая ее поверх своей футболки. Глеб, отправив все свои вещи в комнату Тани, посмотрел на Артура, решив сказать ему то, о чем пока знали только сестры. - Когда мы были дома у твоей матери, после визита в Англию. Мне в сон кинули предупреждение на темном языке. Кинул другой некромаг. Ты первый, кто слышит об этом кроме моих сестер. Он приближается и где-то выжидает и, возможно, скоро вызов будет брошен. – Бейбарсов серьезно посмотрел на оборотня. – Мне придется оставить Таню и вступить с ним в бой. Если я не вернусь, такой возможности я не исключаю, я прошу тебя позаботиться о ней. Думаю, она может предчувствовать именно это. - Даш, я уже видела подобное... И он сказал, что это просто выдумки, что я увидела то, что хотела... Что если он сейчас скажет то же самое? Ты понимаешь, что я не могу ему не сказать? Я устала от секретов, у меня голова от них болит. - Таня пнула кровать, складывая руки на груди и дожидаясь парней, чтобы идти уже на ужин. Дашка грустно опустила уголки губ, глядя на Таню, думая, чем помочь Гроттер. - А может… Может, ты просто скажешь, что видела будущее, которое тебе порадовало, но чтобы ничего не испортить, тебе нельзя об этом говорить? – приподняла бровь Тернова. – А… а можно я только скажу Артуру часть, которая нас касалась? Пожалуйста, очень хочется его порадовать, - девушка улыбнулась Гроттер, правда, тут же снова сдуваясь из-за ситуации в которой оказалась Таня. - Конечно, можно, Даш. Не думаю, что он будет против узнать, что у него будет симпатичный сын-оборотень. И моя... дочь. - Она едва справилась с этим словом. - Называла его Ильиным, значит, вы все же определитесь с фамилиями. - Таня усмехнулась, но тут же побледнела, так же сопоставив цифры. – Погоди-ка… Пятнадцать лет вперед говоришь? Ты представляешь, что это значит, м? Ушкус намакушкус! – на этот раз Тернова не хотела, чтобы это слышал и Артур. – Это значит, что мы забеременеем в этом году, если ты видела наших детей взрослыми! - шепотом проговорила Даша, вытаращившись на Таню. – О, Древнир… Дашка в шоке уставилась на Гроттер, ни на секунду не усомнившись в том, что видение Тани – правда и опустилась на только что появившуюся у стены кровать. - Вот ведь… О-бал-деть. - Но не факт, что именно в этом! Им могло быть и по четырнадцать, тринадцать вряд ли, Глеб бы наверняка ее не отпустил... Но она выглядела на год или чуть больше младше нас... Дашка, она такая красивая... - Гроттер улыбнулась, скрывая слезы. - Ярко-рыжие волосы и черные глаза. И одевается по-неформальному. А я по прежнему с контрабасом под ручку, и сказала, что Бейбарсов гнусный собственник, потому что он как старый дед принялся ворчать, что дочь опять ушла с Ильиным. - Таня захихикала, снова вспоминая его выражение лица. - Даш... И они не просто дружили. - Гроттер снова посерьезнела и посмотрела на Дашу. - Он поцеловал ее в щечку украдкой, проверив, не смотрит ли на них Глеб с террасы. А еще фраза была, что Глеб чуть не убил Тимура за Аню, это значит, что они тоже вместе будут. - Таня улыбнулась, и крепко обняла подругу. Даже если видение было невыполнимо, так приятно просто поболтать об этом. - Это же просто чудесно! – просияла Даша, глядя на Таню. Из того что сказала подруга, каждая новость приносила с собою радость. Разве что с фамилиями она еще поборется, потому как Дарьей Ильиной плохо себя видела. Придется комментаторам на матчах высшей лиги драконбола мириться с тройной фамилией и никак иначе. Артур посерьезнел, кивнув на слова Глеба. - Конечно. Я клянусь в том, что я позабочусь о Тане по мере своих сил, и не оставлю ее в том случае, если ты не вернешься. - Барсов снова пожал руку Бейбарсову, касаясь плечами с другом, а потом хлопнул его, улыбаясь. - Однако, Даша сияла, когда вышла из ванной. Вряд ли она была довольна тем, что ты можешь умереть. Так что, это что-то хорошее. Успокойся и расслабься. Если что - ты можешь на меня рассчитывать. А теперь идем, я есть хочу, умираю. Оборотень улыбнулся, кивая и первым выходя из комнаты, так как за время разговоров он успел снова поставить кровать, заправить ее, и оставить Даше разгребать вещи. - Все, все секреты растрепали? - Усмехнулся Барсов, не переставая думать о том, что грозит Глебу, и за обычной ухмылкой скрывая напряженные размышления. - Идем на ужин, или я съем тебя, Барсова-Тернова! - Зарычав, Артур накинулся на девушку, подхватывая ее на руки и игриво кусая в шею, стараясь не касаться клыками кожи. Взвизгнув, оказавшись на руках любимого, Дашка крепко обняла его за шею, тут же зашептав на ушко, пользуясь тем, что они ушли вперед: - Что ты без меня делать-то будешь? Съест он! Таня видела нашего сына… Сказала, что у него твое телосложение, и он вообще вылитый ты, только глаза мои… и еще он черный ягуар… Представляю, какой он красивый… - девушка прижалась губами к шее Барсова. Артур сбился с шага, у него раскрылись широко глаза и он в шоке оглянулся на Таню, словно убеждаясь в том, что та не соврала. А потом со счастливой улыбкой идиота посмотрел на жену. Глеб, уверенный, что Артур выполнит свое обещание, подошел к Тане. Взяв ее лицо в руки, некромаг склонился к ней и крепко поцеловал. - Не переживай, апельсиновая. Если это что-то хорошее и не опасное для тебя, можешь ничего не говорить, - прошептал Бейбарсов, привлекая девушку к себе. – Тебя тоже донести до Зала Двух Стихий, любимая? - Это чрезвычайно хорошее, и, судя по всему, абсолютно не опасное ни для кого. Спасибо тебе. – У нее камень с души свалился, так как Гроттер видела абсолютную искренность Бейбарсова. – Конечно! Стоит от такого отказываться! – Рыжая улыбнулась, протягивая руки любимому и крепко поцеловала его, обнимая за шею, как только оказалась на руках. Я уже чувствую ваши крики....)))) А тем, кто интересно увидеть дочь некромагов уже сейчас - милости прошу в группу)) http://vk.com/club41096297