Нежность.

В своей жизни я видела достаточно женщин. Молодых, с чувственными улыбками, с полными надежной глазами. Опытных, зрачки которых были наполнены болью и тоской. Видела совсем еще девчонок, у которых только куколки и мальчики в голове. Однако, таких, как вы — я не встречала никогда. Знаете, когда-то очень часто я слушала стихи, которые озвучивала Вера Полозкова. Голос мне её никогда не нравился, но навсегда в душу запал один единственный стих, который я слушаю и невольно вспоминаю вас: На самом деле, мне нравилась только ты, Мой идеал и моё мерило. Во всех моих женщинах были твои черты, И это с ними меня мирило. Я видела много красивых искрящихся глаз. Целовала множество губ: они были пухлыми, нежными или же тонкими и потрескавшимися. Я касалась кожи, запоминала каждую черточку тех женщин, которых я когда-то любила. И помню это все по сегодняшний день. Но это всего лишь тела. Внешние сухие оболочки, в которых я не вижу ту внутреннюю Вселенную. Сейчас я распаляюсь перед вами, выворачиваю душу наизнанку, делая из себя настоящее посмешище. Но, знаете, я никогда об этом не пожалею. Даже если над моей любовью к вам будут смеяться или вовсе её запретят — я больше никогда не пожалею, что полюбила именно вас. Пусть вы не такая, как все, с множеством недостатков и плохих качеств. Пусть вы со шрамами и срезанными крыльями (а может и со спиленными рожками), я все равно люблю вас. Именно такой, какая вы есть. Часто повторяете мне одни и те же слова — «Зачем тебе это все? Ведь я не молодею, а ты губишь свою жизнь, зарываясь под меня. В мире очень молодых девушек, которые будут светить для тебя, как новое солнышко. И каждая по-своему». А я все улыбаюсь и всматриваюсь вокруг. О чем вы говорите, глупая? Какое солнышко, если вокруг вас сплошная ночь? Зачем мне солнце, которое светит, если в моем сердце есть звезда, которая меня согреет? И вы улыбаетесь, махаете рукой, мол, что с меня дурочки можно взять. Выросту — пойму. Как бы ни так, дорогая моя. Вырасти — не значит поумнеть. Да и кому важен твой возраст, если ты мудр не по годам? Если за твоей хрупкой спиной выиграно столько битв — остановит ли тебя война с жизнью? А с самим собой? Вряд ли. А вот с вами я бы не раз повоевала. Но, учтите, у меня свои методы ведения войны. Они вам понравятся, но вы не скоро сдадитесь. Такие, как вы сдаются не быстро, руководствуясь силой воли и прошлыми сражениями. Такие, как вы — воины, бьются не на жизнь. А затем падают в руки первому встречному хиленькому врагу и посвящают ему всю себя. Бороться ведь тоже иногда бывает трудно. Азарт исчезает, а годы идут. И из сильной женщины вы превращаетесь в подстилку для врага. Агрессора. Мужа, к слову. Клетка быстренько закрывается, и вот я вижу эту нарисованную улыбку и высушенные слезы. Глаза так и умоляют освободить вас, а губы шепчут: «Не подходи». Не бойтесь, я сильнее любого вашего врага. Я с легкостью разобью вашу клетку, как настоящий герой. Но вы вряд ли будете благодарной принцессой по закону жанра. Все равно ведь выберете чудовище. Никогда не позволите себе стать счастливой. Не посмотрите в сторону, где горит мой свет. Сжав сердце в руках, потащите свое тело врагу. Меня одарите лишь болью и крепким поцелуем в губы. Пьянящим поцелуем. Он навсегда отпечатается клеймом на моих губах. Теперь я никогда не смогу больше поцеловать женщину. Потому что она никогда не будет вами. И вы идете. Сбиваете ноги в кровь, машете мне рукой за спиной и громко смеетесь. А я все думаю, как можно быть такой дурой. Зачем посвящать себя человеку, который о тебе даже не вспоминает. Но разве моему сердцу есть дело до разума? А оно все рвется наружу, оставляет синяки на грудной клетке. Тише-тише, успокойся, родная кровь. Больше ты таких женщин никогда не найдешь.