На лабутенах нах! +161

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Ориджиналы

Пэйринг и персонажи:
М/М
Рейтинг:
R
Жанры:
Юмор, Стёб
Предупреждения:
Нецензурная лексика
Размер:
Драббл, 5 страниц, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
В общем, отношения с Антоном, - с лёгкой руки Серёги названным Гандоном, - были напряжёнными.
«Грёбаная горилла» - бросал Антошенька.
«Недоёбаная истеричка» - не менее ласково отзывался Серый.
Так и жили.

Посвящение:
Автору заявки. Всё так же люблю Ваши фики.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Песня - шикоз, как и клип. Улыбалась весь вечер)) Только благодаря заявке, собственно, и посмотрела. Так что спасибо.

Работа написана по заявке:
29 января 2016, 20:44
- На-а-а ла-а-абутенах нах и в охуительных штанах!

- Да ты заебал! Засунь себе эти лабутены в задницу!

Сергей вскочил с кровати и со всей своей силушки богатырской въехал кулаком по стене. С той стороны раздался шум, звук чего-то падающего и отчаянные маты.

Серый удовлетворённо выдохнул и, вернувшись в кровать, поплотнее закутался в одеяло, опуская веки…

… чтобы в следующую секунду распахнуть их от громкого:

- О бо-о-о-оже какой мужчина-а-а! И я хочу от тебя сына! И я хочу от тебя дочку, и точка, и точка-а-а-а!!!

- Сука, гандон!

Парень глянул на часы и с ужасом понял, что свои традиционные песнопения сосед начал в совсем нетрадиционные двенадцать ночи.

Нет, этот недомужик и раньше устраивал не фиговые такие подлянки в самое разное время суток, но обычно всё это согласовывалось с Федеральным Законом о тишине. Витас, блядь, недоделанный.

Иногда у Сергея – обычно человека крайне уравновешенного, - возникало такое противозаконное для будущего юриста желание, как убийство. С особой жестокостью. И он был согласен отсидеть по максималке, зато твёрдо уверенный в том, что сделал доброе дело – избавил мир от этого кровопийцы и нервоматалова.

Антона так-то все любили. Был он парнем симпатичным, весёлым, умным и… голубым. Цвета неба был Антон. Ну, радужный. Заднеприводный он был, блядь! – примерно так соседи по комнате объясняли первокурснику Серёженьке, кто такой Антон.

И вроде не был Серёга ярым гомофобом, но вот конкретно этот экспонат бесил его неимоверно.

Сосед за стеной совершенно в тему запел:

- … да-ала поня-ять с порога-а-а, на выставке Ван Гога я гла-а-авный э-э-экспона-а-ат…

- Таким темпом ты будешь главным экспонатом для патологоанатомов! Как раз в теме Ван Гога, грёбаный ты ценитель искусства! – рявкнул Сергей, натягивая спортивные штаны.

Понятно, что такие, несомненно, тёплые отношения не могли возникнуть из-за банальной неприязни с первого взгляда. Всё было куда хуже.

Сергей до сих пор не понимал, что он такого сделал Антону, но тот начал своё наступательное движение в его сторону спустя месяц спокойного проживания в общаге.

Начиналось всё довольно обычно. Ну там, подколки, совершенно детские «Серёга, не кури-и-и!» - когда парень разговаривал с родителями. Он даже кнопки подкладывал на стул, правда, перестал, увидев погнувшееся под богатырским седалищем Серёженьки металлическое изделие. Клеил на спину разные надписи, типа «Я люблю Антона», что вызывало только смешки. В общем, откровенно по-детски вёл себя Антон, это даже не волновало.

Поначалу.

Пока этот гандон не начал петь в душе по утрам! Как только шесть утра на часах – Сергей специально вставал пораньше, отмерял с секундомером по московскому времени, - Антон начинал свои яростные завывания в душе.

Причём орал так - в голосинушку! – Серёга слышал каждую фальшивую нотку.

Он уже наизусть выучил репертуар Виагры, Блестящих, Тимати и Стаса Михайлова. Последнего – в особенности.

Соседей это не волновало, они в общагу-то заглядывали редко. Так что мучился Сергей один. И вроде бы – что проще? Пошёл, надавал по морде, и всё!

Фиг там.

Антоша был человек компанейским, всегда окружённый друзьями, шляющийся чёрт знает где и умело ускальзывающий через окно по пожарной лестнице каждый раз, когда Сергей рвался штурмовать соседнюю комнату. Оставалось только удивляться, когда этот мудак успевал выучивать новые песни и распеваться – так же и голос посадить недолго.

О том, чтобы этот певец наконец заткнулся, Серый даже молился. Вообще, он даже думал о том, чтобы привести в общагу священника, так как уверенность в том, что Антон – не человек, крепла в нём с каждым днём. Парень всерьёз задумывался над тем, чтобы облить соседа святой водой.

Задымился бы, зуб даю! – вещал не выспавшийся Серёга каждый понедельник соседу по парте.

В общем, отношения с Антоном, - с лёгкой руки Серёги названным Гандоном, - были напряжёнными.

«Гребанная горилла» - бросал Антошенька.

«Недоёбанная истеричка» - не менее ласково отзывался Серый.

Так и жили.

Но даже у такого терпеливого человека как Сергей есть лимит терпения. Он уже давненько трещал по швам, но вот сегодня – лопнул.

- С-сучёныш…

Сергей въехал в тапки и, прихватив бутафорские розовые наручники – очередной прикол Антошеньки, - вышел в коридор, источая бешенство за километр. Проходящие в этот момент мимо шарахались к стенам. Какая-то девушка в наушниках, засмотревшись на накаченный грудак Серёженьки, въехала в дверь. И вот это натолкнуло парня на мысль.

Развернувшись на сто восемьдесят градусов, Сергей залетел обратно в комнату и схватил наушники с телефоном, вновь выскакивая в коридор.

С ноги открыв дверь, парень ворвался в комнату, попутно оглядывая творящийся бардак. Валяющиеся везде шмотки, упавшая книжная полка, видимо, последствие сегодняшнего удара по стенке, - в этот момент Сергей удовлетворённо улыбнулся, не зря значит вскочил! – далее шла эпичная картина под названием «Антоша, собирающийся сматывать».

Серёга сходу уловил настрой картины, но делать ничего и не пришлось. Антоша запутался в наполовину натянутых узких джинсах и эпичной ласточкой упал прямо носом в ковёр, застонав:

- Бля…

- Попался голубчик! – оскалился Серёга, наскакивая на сжавшегося на полу Антона.

Усевшись на бёдрах парня, Серый завёл назад тонкие, совсем не накаченные руки соседа и закрепил на тонких запястьях розовые наручники.

- Ну сейчас ты у меня за всё поплатишься, гандон драный! - ласково, на самое ухо пропел Серёженька, доставая телефон и что-то листая.

Антон завозился.

- Это нарушение моего личного пространства! - начал было вещать на всю общагу парень, но был тут же заткнут первой попавшейся тряпкой.

Серёга отвлёкся, посмотрев на соседа и заржал. Антон недовольно замычал.

- Бля, - Сергей закинул голову вверх, уже откровенно смеясь, - это что… стринги? Серьёзно?

Парень под ним задёргал ногами, что было конкретно так осложнено всё ещё стягивающими ноги джинсами. Серый же, отсмеявшись и, наконец, найдя нужное, довольно ухмыльнулся, доставая из-за спины наушники.

Антон в этот момент смотрел на него, как на врага народа. Честное слово, такого трагичного взгляда Сергей ни разу в своей жизни не видел.

- Ну сейчас ты у меня попляшешь. Покажу тебе, что называется нормальной музыкой… - бормотал парень, пытаясь натянуть на мотающего головой соседа наушники.

Водрузив наконец технику на голову парня, он нажал на телефоне кнопку плей и даже ему были слышны тяжёлые басы из
наушников.

«Let’s make this hot!»

Сергей наблюдал за сморщенным лицом Антона, и каждая морщинка на бледном лбу была как бальзам на душу.

- Я сейчас просто кончу, - вздохнул он, улыбаясь.

Непонятно как, но парень услышал его даже сквозь гудящую музыку и красноречиво показал перевёрнутый из-за наручников фак.

- Какие мы нежные, - передразнил Сергей.

Но нет – решил Серый. Этого определённо мало! Он уже почти полгода мучается. Три минуты сморщенного личика его определённо не устраивают!

И тут взгляд наткнулся на фотик. А совсем рядом, в неприметной открытой коробочке лежал… вибратор.

Мысль созрела мгновенно. Губы растянулись в зловещей улыбке.

Антон, проследив взглядом направление, сразу понял – хана котёнку.

Сергей отключил наушники от телефона и, порывшись в телефонной книжке, приложил мобильный к уху.

- Ало, Кать? Слушай, у тебя же есть… как их. Лабутены, во! Которые нах. Что? Да нет, это в песне так поётся… Короче Катя,
тащи в общагу. У тебя ж тридцать девятый? Шикарно!

Антон по-тихому пытался выползти из-под Сергея, но тот ударил его по ягодице, не отрываясь от разговора и злорадно посмеиваясь, отчего у бедного Антона всё что могло – сжалось.

- Да Кать… Я тут фотосессию решил устроить. Да, девушке. Потом покажу обязательно!

И отключился.

- Ну что, Антошка, будем веселиться. Смазка где? Ты не волнуйся, я аккуратно! – радостно зубоскалил Сергей.

Антон обречённо ударил лбом о пол и кивнул в сторону тумбочки. Экзекуции не избежать, значит, расслабляемся и получаем наслаждение!


- Миронов, ты знаешь, что ты псих?

- Ага, - ответил Сергей, удовлетворённо рассматривая получившиеся фотографии на экране компьютера.

Антон сидел по-турецки на полу, держа в руках пресловутый вибратор и задумчиво чеша затылок:

- Эффектная, однако, штучка…

- Да я заметил! – хохотнул со своего места Сергей.

Месть была совершена. На экране, у стены, с заведёнными вверх руками в розовых наручниках, в лабутенах и, несомненно, охуительно-приспущенных штанах, с вибратором в заднице и закушенной губой стоял Антон. Фотка получилась отменной, просто конфетка!

«На такую и подрочить холодными ночами можно» - подумалось Серёге.

Хотя зачем на фотку? Тут есть вполне живой экземпляр…

- На лабутенах нах и в охуительных штанах, - напевал себе под нос Сергей.

Да… хорошая песня.


Примечания:
Скорее всего потом напишу экстру про саму фотосессию или отношения Сергея и Антона. Но это потом.
Написано на волне вдохновения. Потом ещё что-то подправлю, наверное. Дня через три, когда перечитаю и подойду со всем возможным скепсисом...
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.