Истинная пара.

„Слишком темно“, — единственное, что промелькнуло в голове у Гарри, когда он потихоньку стал приходить в себя. Только немного погодя он смог соображать, и тогда Поттер понял, что глаза были закрыты, альфа медленно стал раскрывать свои колдовские глаза и привыкая к свету в комнате, в которой он оказался. Гарри лежал на футоне в простой, без излишеств, японской комнате, он повернулся вправо где был выход из комнаты, где дверь была открыта и оттуда лился дневной свет и был прекрасный вид на внутренний небольшой садик. Он не сразу заметил, что в комнате находился ещё кто-то. Только вдоволь налюбовавшись красотой цветов, он всё-таки принял сидячее положение и, наконец-то заметил трёх незнакомцев, сидящих рядом с футоном и терпеливого ждущих его пробуждения. Гарри хотел было потянуться за палочкой, но только сейчас он понял, что не в своей одежде, а в легком бело-голубом монашеском кимоно. Гарри облегченно вздохнул: „Значит, я на месте“, — подумал он, повнимательней оглядывая присутствующих надевая очки, которые лежали под рукой. Около кровати подальше от двоих сидел парень и что-то собирал - какие-то склянки на низком столике и бурчал на неразборчивом японском, что-то под нос себе. Парень был, мягко говоря, странный: бирюзовое кимоно не скрывало сильного тела альфы, длинные неестественно белоснежные волосы, собранные в высокий хвост лентами, длинные пальцы на которых были звериные когти, а на макушке пушистые белые ушки и семь таких же хвостов, которые нервно метались по полу,  довершали же картину странные синие огоньки, висевшие за спиной у этого демона. Двое остальных сидели около двери и с интересом его разглядывали. Один был альфой с запахом цитруса и специй, очень мускулистый и широкоплечий. Хмурый взгляд кислотно-желтых глаз с вертикальными зрачками, загорелая кожа, черные короткие волосы, которые торчали во все стороны. На нём было оранжевое кимоно с вышитым черными нитями тигром. Второй был миниатюрней того и запаха у него не было — бета, ярко-красное кимоно, чуть загорелая кожа обычные карие глаза с азиатским разрезом, черные волосы с низким и коротким хвостом. -Как я здесь оказался? — спросил он на корявом японском, всё же решив, что молчание затянулось. -Мы с Такаси-семпаем забрали тебя по дороге к горе Фудзи, — сказал по английски паренёк, — прости за оглушку, но Такаси-семпаю сказали, чтобы тебя, как увидят, сразу же привели в храм. Кстати, меня Харуто зовут. -Я Гарри, — сказал тот, уже на своём языке, —, а почему надо было чтобы меня сюда привели? -Ну это тебе у Сатоми-самы спросить надо, — сказал Харуто, вставая, — пошли, вам надо поговорить.   ***   Уже месяц Гарри Поттер находился в храме Хонгю Сенген на горе Фудзи. Что ж не сказать, что ему было легко, а именно наоборот- его обучение только началось, а альфа уже выжатым лимоном себя чувствует. Сатоми-сама в их первую встречу оказался маленьким старичком бетой, которого Гарри узнал — это тот старик подсказывал ему дорогу. Он оказался главным монахом храма Хонгю и его основателем, следовательно — сильным демоном-тенгу. Сатоми-сама рассказал, что во время медитации почувствовал выброс магии Гарри и понял, что кто-то появился в их местах, причём императорской крови. Слава богу старик говорил по английски, а то он бы и слова не понял. Тот выслушал, откуда Гарри прибыл и сказал, что у него есть шанс изменить, то кровавое будущее, но ему придётся стать сильней, а они ему в этом помогут. Сразу он ему назначил специальное расписание, загружая Поттера так, что и свободного времени не было. Сатоми сказал: "Всё в твоих руках, как ты захочешь так оно и будет, но чтобы стать вершителем своей судьбы и преодолеть её преграды,  учись, учись так, чтобы казалось, что от этого зависит твоя жизнь." И он учился. В храме была традиция, если императорский отпрыск приходил, то ему предоставлялся наставник и он на протяжении всего обучения с ним занимался, как это происходило с Харуто. Гарри узнал, что Харуто его родственник, — он внебрачный сын императора, рождённый от прислуги, поскольку у императора нет наследника, тенгу потребовали в наследники на обучение его и императору пришлось отдать сюда Харуто, у которого сенсеем был молодой демон-ворон Такаси, из-за разницы в несколько лет Харуто называет его семпаем. Такаси же тренировали, можно сказать, все тенгу вместе с его сенсеем — Химуро. Химуро, хоть и был омегой и очень миниатюрной, даже на вид хрупкой, но в спаррингах, которые тот устраивал, никто не мог с ним справиться. Он учил его сражаться. Сатоми-сама тоже с ним занимался, медитацией, каждый день вечером. Он говорил, что это поможет Гарри овладеть не только своими силами, но и держать свою сущность альфы в узде и использовать в бою, чтобы предугадывать движения своего противника. Хаято, демон-лис, который по своим причинам стал монахом в храме тенгу, но как заметил Гарри тот при любом удобном случае смотрел неотрывно на Химуро сенсея, а тот мило краснел и пытался делать вид, что не замечает. Хаято тоже с ним тренировался, в основном разным заклинаниям, темным или светлым, как тот говорил, „не имеет значения каким методом ты повергнешь противника в бою“ и Поттер ему верил потому, что за 500 лет Хаято побывал не в одном бою и не раз прошел войну. Также лис учил варить яды, противоядия и лечебные снадобья, хоть Поттер и не был асом в зельеварении, но Хаято был терпеливым учителем и кое-какие плоды всё-таки это давало. Поттер подружился со своим дальним братом, Харуто оказался очень хорошим собеседником: умным, добрым, открытым, где-то даже немного наивным, но волевым, серьезным и непреклонным в своих решениях. А ещё он взялся обучать Гарри японскому, культуре и политике. Не сказать, что Поттеру всё удавалось понимать, но он всегда старался. Харуто попросил Такаси-семпая подтянуть Гарри по артефакторике и созданию артефактов, когда узнал чем он сражается на спаррингах с Химуро-сенсеем. Волшебные палочки как и метлы в Японии не использовались вообще, вместо палочки всегда использовались катаны, которые делали точно так же, как и волшебные палочки, но вместо дерева использовался металл, так что в бою можно было сражаться не только магией издалека, но и в ближнем бою, а метлы заменяли либо специальные заклинания для полёта, либо как они их называли — летающие колесницы. Хаято его один раз свозил на своей когда они ездили за травами для лечебных снадобий. Она горела синим пламенем, но не обжигала. Как сказал кицуне это специальный огонь, скрывающий их от глаз обычных людей. Такаси-сан рассказал, что каждый маг создаёт своё оружие сам и колесницу тоже, поэтому Такаси взялся за него всерьёз: „Самурай не самурай без меча“, — говорил он, заставляя зубрить его компоненты создающие самые простые артефакты. Короче говоря, за месяц он, наверное, узнал больше и выучил больше чем за всё время обучение в Хогвартсе. Голова пухнет от знаний, тело болит от занятий с Химуро-сенсеем, Харуто пытается его приободрить, что дальше он привыкнет и будет легче, но Гарри заботило не это: в последнее время он задавался одним вопросом: «Почему директор Дамболдор с самого начала зная, что я „последняя надежда магической Британии“ не взялся всерьёз за моё обучение, а даже наоборот?». К сожалению у него не было ответов на этот вопрос, поэтому он плавно перешел в риторический, но от этого лучше не стало, поскольку стали вылезать и другие вопросы…