The lost souls

Солнце медленно опускалось за горизонт, образуя светящийся оранжевым светом полукруг, пока полностью не скрылось за стеной деревьев далеко впереди. Жара спала, в воздухе повисла неописуемая свежесть. Стало намного легче дышать. Байк ехал впереди всей цепочки транспортных средств, служа неким ориентиром для остальных машин. Я быстро убрала свои руки и так же резко вскочила с мотоцикла, как только он остановился. Диксон даже не оборачивается, лишь косится в мою сторону, слезая со своего средства передвижения. Не думаю, что ему нужны слова или моя благодарность, поэтому разворачиваюсь, поджимая губу, и иду к притормозившему пикапу. Скоро начнет темнеть, и мне на душе будет гораздо спокойнее, если мои припасы будут под моей личной защитой. Наступившая прохлада и поездка с ветерком сделали свою работу: тошноту, как рукой сняло. Продолжать путь с наступлением сумерек было бы не практично и небезопасно, поэтому нужно было остановиться до сгущения темноты. Проезжая на возвышенности, глава группы заметил развалины какой-то постройки и решил, что это лучше, чем ночевка под открытым небом. Обрушенное здание выглядывало из-за верхушек деревьев. По коже пробежался неприятный холодок, всё тело тот же момент напряглось, оставляя меня в напряженном состоянии. Ненадолго усыпленная плохим самочувствием и окружением других людей бдительность теперь вновь проснулась. Я настороженна и готова к любым неожиданностям. По крайней мере, хочется думать так. Ежусь от мурашек, глядя в сторону темнеющего густого леса. Будь я одна - ни за что на свете не пошла бы сейчас в него, тем более чтобы остаться ночевать. Для меня лес - самое небезопасное место в нынешнем времени, которое только можно придумать. Но тем не менее, ноги делают зажатые шаги вперед, приближаясь к стене деревьев, а руки до побеления костяшек сжимают корпус винтовки. Успокаивают мысли о том, что в кобуре заряженный пистолет, а за поясом мачете и охотничий нож. Машины и мотоцикл отогнали с дороги, оставив на небольшой поляне, чтобы не привлечь ненужного внимания, и чтобы их вдруг не угнали. Вечерняя темнота, деревья и густые тени, которые бросают их ветви, сделают свое дело, скрыв транспорт от чужих глаз. А мы все ближе к развалинам бывшей постройки, от которой остались только стены из красного кирпича, образующие что-то на подобии лабиринта. Пускай обстановка и кажется тихой, это не позволяет мне расслабиться ни на секунду. Вороны пролетают высоко над головами, следом оседая на верхушках сосен. Ветра практически нет, так что ночь должна быть спокойной и не такой холодной. Хотя я всё равно жалею, что до сих пор не переоделась в джинсы. Кожа ног то и дело покрывается мурашками. Обломки кирпича и стекла хрустят под подошвой обуви, когда мы идем между полуразваленных стен. Пальцы напряженно стискивают винтовку, а глаза мечутся из стороны в сторону, пытаясь распознать неведомую опасность или угрозу в этой темноте. Единственный источник света на данный момент - это звезды и тонкая каемка месяца, бросающие на землю слабый-слабый бледный свет. Тайриз и Саша несут хворост, складывая его небольшой горкой, чтобы разжечь костер. Главное, чтобы огонь не созвал сюда ни людей, ни ходячих. А в качестве обогревателя - хорошая идея, источник тепла сейчас бы не помешал нам всем. После второго чирканья спички по боковой стороне коробка вспыхивает маленькое пламя, которое темнокожая девушка бросает в гору веток. Те быстро вспыхивают, позволяя огню начать разгораться с тихим приятным треском. Оранжево-красные блики освещают лица присутствующих около костра. Мишонн и Дэрил обошли периметр вокруг развалин постройки, чтобы убедиться в отсутствии нежеланных гостей. И, к счастью, все действительно оказалось тихо. Кажется, теперь вся группа собралась внутри стен из красного кирпича. Мэгги жарит пойманных Диксоном белок на костре, после долгого тяжелого дня Рик впервые за сегодня держит на руках свою дочь, слабо покачиваясь из стороны в сторону; кто-то перезаряжает и протирает свое оружие, чтобы быть готовыми к любым поворотам судьбы, а кто-то просто сидит, задумавшись и уставившись в одну точку. Пение сверчков и треск древесины скрашивают повисшую, но совсем не напрягающую тишину. Мы прожили очередной день. Остались целы и невредимы. Не победа ли это? Приятное мягкое тепло в первую очередь касается ладоней, согревая остывшие пальцы. Двигаю кистями рук по очереди, чтобы размять запястья, а глаз не отрываю от ярких бликов огня. Кажется, я чувствую себя уже куда лучше. Не тошнит, голова не кружится, в глазах не рябит и не темнеет. Я плохо разбираюсь в медицине, но это явно хороший знак. Шустро поднимаю голову, оторвав взгляд от костра, когда ощущаю слабый толчок в плечо. Старшая сестра Грин протягивает мне палку, на которую нанизаны уже поджаренные кусочки мяса. Гляжу на шатенку немного недоверчивым взглядом, думая, стоит ли принимать такое предложение. Но еда выглядит такой аппетитной, что сводит желудок. Поэтому неуверенно протягиваю руку, сжимая губы. Никогда бы в своей жизни не подумала, что придется есть белок, пойманных в лесу. Но вот, к чему нас всех привела судьба. С ней не поспоришь. Держу ветку руками с обоих концов, чтобы не уронить, и подношу её ко рту. Вгрызаюсь в мясо так быстро, словно в любой момент у меня могут его отобрать, до того момента, пока не поднимаю лицо и не ловлю на себе в меру удивленные пристальные взгляды. Откашливаюсь, опустив глаза к коленям. Сила привычки в очередной раз берет верх. Нет, дело совсем не в голоде, а в спешке поскорее умять свой паек. Когда ты одна - приходится делать все предельно быстро и не отвлекаться на разные мелочи, так как тебе постоянно нужно быть начеку, ожидать любой неожиданности и быть в состоянии себя защитить. И чувствую, что от привычки есть на молниеносной скорости я буду отучаться тоже долговато. Облизываю губы, вновь поднеся ко рту ветку с наколотым кусочком мяса. Просто не спешить - это ведь звучит так просто. Отбрасываю пустую палку в сторону, когда заканчиваю свою трапезу, и складываю руки на коленях. Глава группы вытаскивает карту местности и стелет её рядом с источником света. На старой потертой бумаге много отметок и прочерченных маршрутов, а это говорит о том, что они движутся в северную сторону, по пути ища пристанище, еду и одежду. Они проверяют маршруты, какие постройки и здания находятся поблизости, и таким образом не тратят лишнее время, средства и усилия на поиски того, чего возможно и нет. Взгляд мужчины внимательно изучает надписи и пометки на бумаге, ладонь потирает подбородок. Он подзывает к себе Мишонн, чтобы посовещаться с ней по какому-то поводу, и при этом делает это даже тише, чем в пол голоса. Не знаю, должен он сказать своей группе что-то хорошее или плохое, но теперь это касается и меня. Как бы странно не было это признавать. -В тридцати милях отсюда крупный склад, в котором раньше хранили военное оружие. Прямо здесь, - Рик пальцем тыкает в точку на карте, собирая на ней заинтересованные внимательные взгляды. -Возможно, оружия мы там уже не найдем, но корпус окружен забором, что является неплохой защитой. Это могло бы стать неплохим пристанищем, - недолгое молчания, во время которого Граймс внимательно изучает лица своих людей. -Расчистим от ходячих, если потребуется, разведаем всё внутри, и кто знает, может сможем остановиться там на время, - никто не произносит ни слова. Все задумчиво молчат, не отрывая глаз от того самого участка на карте, где по идее должен быть бывший военный склад оружия. -Хорошо, - тихо произносят одни за другими, а кто-то просто согласно кивает головой. Не буду отрицать - план неплохой. Главное только не нарваться на другую группу, ведь такие добрые люди, как люди Рика, встречаются раз на миллион в наше время. Группа перекусила, обдумала дальнейший план действий, теперь можно и передохнуть. Только вот кому-то на месте явно не сидится. Арбалетчик поднимается на ноги, бегло осмотревшись по сторонам, вскидывает свое оружие со стрелами и идет туда, где заканчиваются стены, чтобы сторожить наш временный лагерь. Мне кажется, или парень вообще никогда не спит? Мое оружие заряжено и находится в ухоженном виде, пойти покараулить не совсем хорошая идея, так как этим делом некоторые уже занимаются. Остается только попытаться унять дрожь в теле и провести это время в подобии отдыха. Откидываюсь назад, спиной соприкоснувшись с холодной стеной. Взгляд, в отличии от мышц и сухожилий, полностью расслаблен. Я так скучала по этим ощущениям, когда ты чувствуешь себя хотя бы в относительном подобии безопасности. Как бальзам для души. Сейчас я не чувствую ни боли, ни усталости, ни переутомления. Лишь спокойно дышу, глядя на играющие блики огня. Будет длинная и, надеюсь, тихая ночь, но я всё равно не усну. Просто не смогу, даже если бы хотела. А это значит, что впереди ещё столько много времени для раздумий. Лишь бы не тревожить похороненные глубоко внутри воспоминания. Лишь бы снова не думать о прошлом. Просто делать вдохи и выдохи, медленно моргать и глядеть на поедающий древесину огонь. Я не усну. *** Начинает светать. Небо становится все светлее, что говорит о скором восходе солнца. Я так и не сомкнула глаз за всю ночь. Пыталась подремать хотя бы пять минут, но и это у меня не вышло. Наверное, я уже просто достаточно отдохнула, да и организм сам выработал привычку сокращать время сна и отдыха до минимума. Костер давно потух, так что несколько часов я просидела в ночной темноте. Первые лучи выступившего из-за границ поля солнца подарили небу палитру ярких теплых красок. Рассвет. Одна из тех наикрасивейших вещей, что возвращала меня в реальность раз за разом, когда я была потеряна. И теперь восход солнца говорит о начале нового дня, который нам доведется пережить. Замкнутый круг. От рассвета до заката решаются наши жизни. Кулаками потираю глаза, чтобы полностью прийти в себя и избавиться от навязчивых мыслей. Пора подниматься с холодной земли и встречать новый день с достоинством и полной готовностью ко всему, что может случиться. Оглядываюсь по сторонам, понимая, что некоторые люди ещё спят, поэтому принимаю рациональное решение обойти территорию, дабы убедиться, что в округе никого нет. Удобно перекладываю в руках винтовку, двинувшись к выходу из "лабиринта". Можно было бы воспользоваться пистолетом, так как на нем стоит глушитель, что в случае чего создаст минимум шума, но винтовка удобна тем, что у неё есть прицел. А в него можно оглядеть местность на далеком расстоянии. Что я и делаю, как только оказываюсь за пределами кирпичных стен. Здесь всё чисто, а значит пойдем по часовой стрелке. Нужно разведать все, чтобы быть уверенной в безопасности. Ещё даже птицы не проснулись, их тихое пение не озаряет широкие просторы леса. Лишь ветер, гуляющий меж высоких деревьев, и едва уловимый человеческим слухом хруст сухих опавших веток под моими ногами. Ранее утро всегда дарит ощущение привычного былого мира. Зажмуриваю левый глаз, правым уставившись в прицел, и продолжаю ступать кругом здания. Уже хочу опускать оружие и возвращаться в лагерь, как вдруг замечаю мелькнувшую среди деревьев тень с неестественной для ходячего скоростью. Подозрительно щурюсь, внимательней вглядываясь в потусторонний движущийся объект. Пока тот не останавливается, скрывшись за стволом одного из деревьев. Это оказывается мужчина, который высовывает голову из-за ствола, поглядывая в сторону этой самой постройки, где сейчас находится группа Рика. Меня он не видит, так как меня скрывают заросли высокого пышного куста. Этот человек приседает к земле, вытащив из-за пазухи флягу, которую тут же подносит к губам и начинает жадно отпивать содержимое. Не думаю, что было бы хорошей идеей оставить всё это просто так. Пользуясь моментом, когда мужчина отвлечен, выныриваю из стены кустов, маленькими тихими шагами начав двигаться в его сторону. Перебегаю от дерева к дереву, останавливаясь и заглядывая в прицел. Делаю небольшой круг, обходя незнакомца, чтобы подступить к нему с неприкрытой стороны в неожиданный для него момент. Он медлит, явно не спешит давать о себе знать. Словно прекрасно знает, что за теми развалинами есть другие люди. А я всё ближе к намеченной цели. Мужчина вскидывает винтовку, внимательно вглядываясь в местность впереди, как вдруг за его спиной раздается тихий, и такой резкий для него голос в этой практически полной тишине. -Я бы на твоем месте не делала резких движений, - уверенна в том, что он напряжен не меньше меня. Мужчина замирает, шумно задышав. -Опустил оружие, - тон строгий, требовательный. Я не свожу дуло винтовки с его головы. Но мужчина не убирает свое ружье, продолжив крепко держать его в своих руках. - Немедленно, - рычу, топнув ногой. Я могла бы просто пристрелить его, не произнося ни слова, но это не просто проходимец, отбившийся от группы или бедный одиночка. Этому человеку здесь что-то явно нужно. Плотно стискиваю челюсти, не сводя глаз с незнакомца, который расставляет руки в стороны, медленно оборачиваясь ко мне лицом. Мужчина хромает, около виска запекшаяся кровь, покрывающая часть лба и щеки. Он ранен, но явно пришел к нашему лагерю не за помощью и не с добрыми намерениями. Об этом говорит даже его взгляд. Не потерянный и молящий о помощи, а жестокий и холодный, неотрывно пронзающий меня. -Выброси, - указываю взглядом на его оружие, свое собственное стискивая до хруста пальцев. Режим злобы, апатии и дикости включается автоматически, когда рядом находится объект, несущий угрозу. Мужчина косо усмехается, начав опускать свою винтовку, но в следующий момент резко вскидывает её, намереваясь выстрелить в меня. Реакция срабатывает быстро, а палец спускает курок сам по себе. Громкий болезненный крик разносится по просторам леса, сорвав птиц с верхушек ближайших деревьев. Выстрел пришелся в бедро, за которое мужчина тут же ухватился. Он пытается зажать рану пальцами, но кровь быстро просачивается сквозь ткань темных брюк и руки мужчины. Но даже получив ранение он не собирается сдаваться, что весьма неразумно, так как следующий выстрел может быть уже ему в голову. Мужчина окровавленной рукой выхватывает из-за пояса пистолет, который я тут же выбиваю из его ладони. Удар рукоятью винтовки по лицу - и он грохается на землю, шумно простонав. -Издашь хоть звук или дернешься - получишь пулю в лоб, - нависаю над ним, направив на мужчину дуло винтовки. Его движения были заторможены, что говорит о возможной травме головы. Именно по этой причине с ним было легко справиться. -Что здесь такое? - на крики мужчины прибежали Мишонн и Рик, тут же направив на незнакомца свое оружие подобно мне. -Он выслеживал нас, - даю короткий ответ, не сводя глаз со своей цели. -Он один? - Граймс оглядывается по сторонам, чтобы удостовериться в отсутствии других людей. -Похоже на то, - за всё время разговора темнокожая девушка не сводит с мужчины пристального взгляда прищуренных глаз. -Я узнаю его, - я перевожу на девушку хмурое лицо, всё ещё держа дуло направленным на человека, лежащего на сыром грунте. -Он был в хижине в лесу. Один из тех людей, которые держали нас в плену, - слово "людей" Мишонн произносит с таким выражением, словно этим словом их и описать грех. Учитывая то, что они делали - да, таких сложно назвать "людьми". Глядя на этого мужчину, все мои раны и синяки, полученные от главаря той банды, в миг начали жечь и гореть огнем, активно напоминая о своем существовании. От того плотно сжимаю губы, сильнее стиснув пальцами рукоять винтовки. Будь я сейчас одна - давно спустила бы курок. -Что будем делать с ним? - жестким тоном спрашивает девушка с катаной, держа свое оружие в оборонительной позе. Может этот человек и на земле с простреленной ногой, но кто знает, на какую ещё глупость он способен. -Потащим в лагерь и допросим, остался ли он один и что ему от нас нужно, - Рик пронзает мужчину внимательным изучающим взглядом. У незнакомца уже нет сил сопротивляться. Да что там, он еле остается в сознании, если не умирает от кровотечения. Поэтому лишь стонет, рыча, когда его принимаются тащить к развалинам стен. Вытягивание информации не займет много времени. Этот человек измотан, изнеможен, ранен, с возможными внутренними повреждениями и уж точно не выдержит ещё и пыток. Если он остался один и решит, что ему нечего терять, поэтому не станет говорить - нам же лучше. Покончим с ним и поедем на базу, про которую вчера говорил Граймс у костра. Нам нужно время на дорогу, поэтому драгоценные минуты здесь и сейчас тратить нельзя. Не знаю, что сейчас происходит внутри бывшего когда-то здания, так как сижу снаружи, оперевшись спиной о холодный кирпич. Я достаточно пытала плохих людей в свое время, поэтому сейчас предпочитаю побыть в стороне. Солнце поднялось из-за горизонта совсем не высоко, но воздух уже начинает прогреваться. Поднимаю глаза к голубому чистому небу, устало выдохнув. Иногда так хочется остановиться и просто дать себе время, чтобы осознать некоторые вещи и подготовиться к неизбежному, но ты постоянно в движении, постоянно прячешься, убегаешь, пытаешься выжить. Говоришь себе, что однажды всё утрясется, хотя внутри знаешь, что это лишь надежды. Как мечты, в которые можно уходить, хоть ненадолго скрываясь от суровой реальности. Ну а если уж тебе так повезет обрести что-то на подобии безопасности или покоя - всё это быстро утечет, как песок сквозь пальцы. Ты даже не успеешь прочувствовать эту временную стабильность. И осознание того, что всю жизнь ты проведешь в бегах и страхе отравляет тебя, вызывая чувства отчаяния и безысходности. Когда-то рядом со мной был человек, который мог вытащить меня из такого состояния. Но его больше нет. Стряхиваю головой, когда возле меня на корточки опускается Бэт, так же облокотившись спиной о стену. В её руках снова закутанный в одеяльце ребенок, наблюдающий свои, наверняка, сладкие сны. Это уже не удивительно. Младшая сестра Грин очень помогает главарю группы, исполняя роль няньки для его ребенка. Девушка поправляет большой махровый платок, со слабой улыбкой заглянув Джудит в лицо. Я часто задумывалась о том, что этот ребенок вырастет в этом кровожадном, жестоком мире, не имея представления о том, каким он был прежде. Для неё все происходящее будет порядком вещей с самого детства. -Они допросили этого мужчину, - тихо произносит Бэт, не отводя глаз от Джудит, которая произвольно надувает губы во сне, слабо дергая руками. -Он остался один. Остальных мы убили в той хижине, и он, видимо, пришел с намерениями нам отомстить. -Что теперь? - локти лежат на согнутых коленях, а пальцы рук сплетены в замок. -Теперь они решают, что с ним делать. Я думаю, правильно было бы просто оставить его здесь. Он слабый, и так умирает. Время сделает свою работу, - опускаю глаза к земле, выслушав девушку, а следом молча поднимаюсь на ноги, прихватив в руки свое оружие. -Не советую оставаться здесь одной, - бросаю напоследок, прежде чем скрыться внутри лабиринта из стен. Уже привычный звук хруста стекол звучит под подошвой обуви, когда иду всё дальше вперед. Пойманный в лесу мужчина сидит на земле, связанный, а на бедре у него повязка, совсем паршиво останавливающая кровь. Если пуля ранила крупный сосуд, мы никак не сможем помочь ему в таких условиях, даже если хотели бы. Вокруг связанного человека собралась группа, обдумывающая и решающая, что делать с этой особью. А мужчина, вижу, не отчаивается. Оглядывает всех по очереди с косой ухмылкой, слабо качая головой. Я могла бы согласиться с мнением Бэт, если бы не этот его озлобленный взгляд, которым он окатывает каждого члена группы. Я бы не оставила этого человека здесь просто так. Подхожу к Тайризу, который явно чувствует себя неспокойно в этой ситуации, и задаю ему вопрос кивком головы. Обеспокоенный взгляд брата Саши говорит о его сомнениях и капле жалости по отношению к пленнику, скрытой глубоко в душе. -Они решили убить его, - Тайриз переводит глаза на меня, слово желая услышать мое мнение, но оно не прозвучит. Теперь мой взгляд прикован к бывшему шерифу, что потирает ладонью подбородок, долго глядя на мужчину из деревянной хижины. Это решение дается ему сложно. Убивать ходячих легко, так же не трудно убивать плохих людей, которые злобно бросаются на тебя с оружием. Тогда работает один инстинкт - выжить. И ты без сожаления спускаешь курок, направив дуло пистолета на нападающего противника. Но когда перед тобой кто-то безоружный, не предпринимающий попыток атаковать - ты не можешь заставить себя прикончить его. Пускай он и ужасный человек, который творил невообразимые плохие вещи. Здесь и сейчас он беззащитен перед тобой. Это очень нелегкие чувства, вихрем проносящиеся в голове и путая все мысли. Но рано или поздно придется переступить черту. Граймс берет в руку пистолет, сделав глубокий долгий вдох. Физически он готов, но мысленно ещё не преодолел тот барьер, который мешает ему нажать на курок. Должно быть, убить беззащитного для него намного сложнее, чем кому-то может показаться. Но не для меня. Возможно, в какой-то мере это жестоко, но так меня воспитал новый мир. Медленно подхожу к Рику со спины, когда тот вскидывает пистолет, собираясь с мыслями и готовясь к решающему выстрою. Ставлю ладонь мужчине на плечо, оттянув его и вынудив обернуться. Бывший шериф делает шаг назад, непонимающе глянув на меня, когда я вынимаю из-за пояса охотничий нож. Я делала такое прежде, и ту частичку души уже не вернуть. Больше нет той жалости, которая затормаживала бы, мешая здравому рассудку. Но кто знает, может именно поэтому я сейчас и жива. Приседаю перед мужчиной на корточки, крепче обхватив ладонью рукоять ножа. -Мередит, - мое имя звучит за спиной довольно жестким тоном, в то время как мои глаза глядят в глаза пойманного в лесу мужчины. Я не думаю, что ему страшно. Скорее, он просто ждет, когда-же наступит его конец. Поднимаю руку и одним резким ловким движением вонзаю лезвие холодного оружия ему в горло. Кровь брызнула, чудом не запачкав меня, вместе с хрипами, что бессвязно рвались из глотки умирающего. Веки мужчины медленно опускаются, голова запрокидывается назад, а темная красная жидкость продолжает катиться к воротнику джинсовой куртки. Выдергиваю нож из его плоти, вытираю испачканное лезвие о его же одежду и только тогда медленно поднимаюсь на ноги. Знаю, с какими взглядами сейчас столкнусь, когда обернусь к группе. Но это не имеет значения. Кому-то всё равно пришлось бы это сделать. Слабо выдыхаю, поворачиваясь лицом Рику и его людям. Они смотрят на меня невразумительными глазами с нахмуренными лицами, но не произносят ни слова. Я перевожу взгляд со своего ножа обратно на них. -Нам нужно экономить патроны, не так ли? - произношу достаточно громко, чтобы люди, стоящие в метре от меня, расслышали. -Верно, - после долгой паузы Рик кивает головой, не сводя с меня прищура своих глаз. -Собираемся на выезд, - оборачивается, дав своим людям понять, что пора покидать это место. Прячу охотничий нож обратно за пояс, поднимаю с земли свои рюкзаки, следом закинув их за спину, и первой отправляюсь к машинам, припаркованным на небольшой поляне. Вынимаю из торбы с одеждой темные узкие джинсы, быстро оглядываю их на наличие дырок либо других повреждений. К счастью, они оказываются полностью целыми. Давно было пора переодеться. Запрыгиваю в салон пикапа, оглядываюсь по сторонам, убеждаясь в том, что к автомобилю никто не направляется, и тогда принимаюсь стаскивать с себя шорты. Они все в пыли и грязи, но я не собираюсь их выкидывать. Всё надеюсь найти водоем и постирать в нем всю одежду, которая в этом нуждается. Раздобыть вещи сейчас не так уж и просто, поэтому выкидывать всё грязное было бы очень глупым и нерациональным решением. Наверное, группа уже направляется к машинам, так что мне следует поторопиться. Поспешно влезаю в джинсы, следом натянув на ноги кроссовки. На одном из них начинает отклеиваться подошва, но протянуть должны ещё достаточно много времени. Буду носить, пока окончательно не развалятся. Перелезаю на заднее сиденье пикапа, прихватив с собой свое неизменное оружие. Кручу ручку на дверце, опуская окно максимально вниз. Авто нагрелось под солнцем и теперь здесь достаточно жарко, поэтому придется впустить в салон максимум свежего воздуха. Не хочу свариться здесь или опять почувствовать прилив тошноты. Тайриз заправляет бак бензином, чтобы нам хватило на всю дорогу, Саша с Мишонн обходят территорию, проверяя, не следит ли за нами кто ещё, а все остальные уже заползают в машины. Всё правильно, лишняя осторожность никогда не бывает лишней. Кто знает, соврал пойманный в лесу мужчина из хижины или нет. И только убедившись в отсутствии посторонних и убив пару ходячих, девушки возвращаются в машину. Привычный звук рычания мотора заливает салон, когда машина заводится. Выезжает с небольшой поляны, вырвавшись на гладкую асфальтированную дорогу. Отворачиваю голову к окну, наблюдая за быстро мелькающими деревьями за обочиной. Душному салону арбалетчик предпочел недавно найденный в городе байк, на котором сейчас объезжает два авто, становясь впереди всей цепочки транспортных средств. Закрываю глаза, представляя себе, что и сама еду на мотоцикле. Слабо выдыхаю, ощущая на коже прохладный ветер, что бьет по щекам, когда пикап набирает большую скорость. Ничего не греет душу сильнее, чем ощущение свободы. *** Дорога была долгой. Но мы не сделали ни единой остановки на пути к нашей цели. Наткнулись на стадо ходячих, что перегораживали шоссе, и поэтому приходилось разворачиваться и искать объездную дорогу. Другого выхода не было, мы бы не пробились через такое густое и масштабное скопление мертвецов. Теперь Гленн внимательно оглядывает карту, говоря Граймсу, в каком направлении повернуть на развилке дорог. По идее, мы уже близко. Местность, в которой мы едем, снова окружена лесом. Что-то мне в последнее время очень не везет на эту густую лесную растительность. Раньше я предпочитала искать убежище в мелких городах, заброшенных складах, магазинах или поселках, но никак не в лесах. Кажется, настало время перемен. Крепко сжимаю рукоять мачете, внимательно вглядываясь в открывшуюся глазам местность, когда пикап тормозит у въезда. За забором из крупной решетки виднеется довольно не маленьких размеров здание, стены которого сделаны из толстых листов алюминия. Должно быть, плохо пропускают звук. Что нам только на руку. На большой территории ошиваются десятка два ходячих, которых нам предстоит отправить в вечное плаванье, чтобы добраться до главной цели. Создавать шум ни к чему, так что я вешаю винтовку за спину, оставляя в руках любимое мачете с остро заточенным лезвием (на что я потратила не малое количество времени этой ночью). К пистолету доступ открыт, так что если он понадобится, то я быстро выхвачу огнестрельное оружие из кобуры. Распахиваю дверцу автомобиля, спрыгивая на пыльную каменистую дорогу. Задираю подбородок, в очередной раз внимательно оглядываясь по сторонам. Других машин поблизости нет, так что людей тоже можно не ожидать. Это место глухое, возможно поиск запасов будет трудным и будет занимать много времени, но раз мы уже здесь, то проверим его. Может нам, наконец-то, повезет. Ходячие очень быстро чуют человечину, тут же набросившись на решетку ворот, когда Диксон перекусывал цепь, не позволяющую войти внутрь. -Приготовились, - Рик дает команду, покрепче обхватив ладонями свое оружие. Все отдали предпочтение палкам, ножам и катане, чтобы создать минимум шума, расчищая территорию. Как только ворота открываются, ходячие с дикими рыками бросаются на свою еду, но их головы лишь натыкаются на острые лезвия и деревянные обломки. Когда самые агрессивные, что рвались на нас, падают на землю, мы проникаем на саму территорию, принимаясь добивать тех ходячих, которые ошивались в стороне и не заметили нашего прихода. На этот раз на шум прибывают мертвецы с заднего двора, тем самым упрощая нам задачу - таким образом не нужно бегать по округу и искать их, чтобы добить. Выдыхаю, проведя тыльной стороной ладони по мокрому лбу. Кажется, это были все. Морщусь, оглядев лезвие мачете, которое покрывают сгустки кровавой слизи мертвецов. Я не оставлю это дело в таком безобразном виде. Приседаю на корточки напротив одного из ходячих и тщательно вытираю лезвие о его старую пыльную куртку. Сойдет, а теперь время срывать замок с дверей склада и проникать во внутрь. Но то, что все входы завешаны замками и цепями кажется мне странным. Если кто-то уходил отсюда в спешке, зачем было столько возни с запиранием всех входов и выходов? Или же кто-то просто собирается сюда вернуться? Тем временем болторез уже перекусывает цепь на главном входе, после чего дверь приоткрывается с громким скрипом ржавых петель. Внутри относительная тишина, хотя рано делать выводы. На этот раз уже держу перед собой пистолет, вместе с некоторыми людьми из группы проходя внутрь. Двое ходячих, что бесцельно ходили по приемной, тут же направились в нашу сторону, двигая прогнившими челюстями и издавая нечленораздельные омерзительные звуки, к которым я никогда не привыкну. Одному пуля в лоб, другому стрела - и угрозы больше нет. Рик машет рукой оставшимся на улице, показывая, что можно заходить, и ещё двое человек проникают в здание. Саша и Гленн тихо ступают за нами, держа оружие перед собой и пребывая в полной готовности к неожиданностям. Следом короткий коридор, который разделяет раздевалку, душевую, склад припасов, собственно комнату с оружием и большой зал с множеством коек со старыми просевшими матрацами. К сожалению, на полках оружия совсем не осталось, но это было ожидаемо, так что огорчаться нет смысла. Добиваем оставшихся мертвецов, что скитались по просторному помещению, и только после этого я могу опустить оружие параллельно телу, расслабив напряженные до этого момента плечи. Все складывается не так уж и плохо. Людей здесь нет, гнилых тоже было не особо много. Остается только вычислить по карте ближайшие магазины или поселки, в которых могут быть остатки провизии, и надеяться, что сюда больше никто не сунется. Рик выходит на улицу, где ждут и охраняют территорию оставшиеся люди из его группы и говорит загонять машины на территорию склада. Хотя обычным складом я бы это место просто не звала. Это не похоже на военную часть, но здесь явно есть, а точнее были все условия для обитания людей. Душевые, кладовые с припасами и зал с множеством кроватей. В наше время - очень даже подходящий вариант для обитания. Выхожу на улицу, щуря глаза от яркого солнца. Лицо хмурится уже по привычке, так что ничего не могу с этим поделать. Наблюдаю, как сначала легковушка, а потом пикап заезжают в открытые ворота и паркуются под забором. Следом ворота закрываются и запираются на длинный засов с внутренней стороны. Похоже ли это на безопасность? Да, но что-то в грудной клетке всё равно дребезжит, не давая мне покоя. -Ну что? - сложив руки на поясе, Граймс-старший оборачивается к нам со скрытой довольной улыбкой на лице. -За работу?