Игры судьбы

Воскресение, 20 ноября Китай. Пекин       За окном бушевал сильный холодный ветер, нагоняя на город тёмные дождевые тучи. Синоптик с телевизионного экрана предупреждала о продолжительной грозе, которая может продлиться чуть ли не до следующего дня. Высокий худощавый парень сидел в мягком кресле с чашкой горячего кофе и внимательно смотрел куда-то перед собой. Как только белоснежная чашка коснулась его чуть приоткрытых губ, дверь в гостиную приоткрылась, и в комнату вошёл рыжеволосый парень как всегда облачённый в свой аккуратно выглаженный чёрный костюм.       - Мне сказали, что ты работал всю ночь,- подойдя как можно ближе, обеспокоенно спросил он.- Что-то случилось?       - "Твоё сердце принадлежит только мне",- поставив чашку в небольшое блюдце на столе, Ифань поднял глаза, чтобы внимательно посмотреть на парня.- Осмелился бы ты сказать мне такое?       - О чём это ты?- недовольно прищурился Хань, не понимая о чём вообще идёт речь.       - Ты ведь хочешь, чтобы это действительно было так?- Фань поднялся на ноги и сделал несколько шагов навстречу Лу.- Чтобы принадлежал лишь тебе; чтобы обнимал лишь тебя?- он изучающе смотрел в его обескураженные глаза и мягко водил подушечкой большого пальца по щеке. Остановившись на нижней губе, он медленно провёл по ней пальцем и подался вперёд. Хань прикрыл глаза в ожидании поцелуя, но буквально в нескольких сантиметрах от мягких губ Ву остановился. Вместо этого он приблизился к уху парня и, еле прикасаясь к нему губами, прошептал.- Прости.       Он отодвинулся с лёгкой усмешкой на губах:       - Жду тебя через двадцать минут в моей спальне,- после этого он забрал руку и просто обошёл парня, направляясь прямо к выходу.       Как только послышался тихий хлопок двери, Хань, наконец, позволил своим эмоциям выйти наружу. Его губы дрожали, а вниз по щеке скатилась маленькая капелька, слезинка, оставлявшая после себя мокрую дорожку. Его тело обдало холодом, хотя в доме было более чем тепло.       "А над корейским полуострове тем временем царит солнечная погода. Хотя синоптики всё ещё не уверены сможет ли тайфун обойти страну, но пока все жители могут наслаждаться тёплой погодой без опаски попасть под проливной дождь."       Парень повернулся в сторону всё ещё работающего телевизора и внимательно посмотрел на красивую улыбающуюся молодую девушку, что так радостно сообщала о состоянии погоды во всём мире. Это было последней каплей в его чаше терпения. Окончательно потеряв контроль над своими эмоциями, Хань схватил тёплую чашку с всё ещё не допитым кофе и, наполняя гостиную громким криком, отшвырнул её далеко в глубины комнаты. Всё вокруг было выполнено в светлых белых оттенках, поэтому тёмное пятно посреди белоснежного ковра было более чем заметным.       - Неужели я такое же тёмное пятно?- по щекам скатывались слезинки, а приоткрытые губы дрожали в искривлённой гримасе.- Тёмное пятно в их светлых отношениях.       Боль начала понемногу утихать, слёзы высыхать, а дрожь и вовсе исчезла.       - Так почему бы этому "тёмному пятну" просто не наслаждаться своей жизнью,- улыбаясь уголками губ, сделал для себя вывод Лу.- Почему бы просто не наслаждаться, а потом тихо исчезнуть?       Окончательно приведя себя в порядок, и вновь натянув маску безразличия, он поспешил выйти в коридор, попутно приказав проходящей мимо женщине как следует убраться в гостиной. Та лишь послушно поклонилась, даже не смея что-либо спрашивать, или вообще говорить.       Уже буквально через пятнадцать минут Хань стоял посреди спальни своего господина.       - Ты опоздал,- сухо заметил Ифань, откладывая небольшую книгу в твёрдом коричневом переплёте.       - Прости, я...- опустив глаза, начал оправдываться тот, но его перебили.       - Только не говори, что тебя так сильно задели мои слова,- он обошёл парня и стал прямо сзади него.       На что Хань лишь промолчал, отводя голову в сторону.       - Вот значит как,- тихо проговорил Фань и немного приспустил ткань серого халата с плеч парня, оголяя не только их, но и грудь.- Ты зол,- он легко поцеловал его правое плечо, медленно, дорожкой поцелуев, перебираясь на шею, пока не остановился возле самой мочки уха.- Прости.        Томный шёпот заставил тело ощутить непонятную дрожь и тепло, достигающее даже самых скрытных мест. Ифань не спешил, он медленно потянул за один конец тонкого пояса на талии Лу, полностью развязывая несложный узел и небрежно кидая его на пол. Уже немного приспущенный халат скатился ещё ниже, открывая почти всё тело. Ву продолжал ласкать шею парня губами, в то время как его руки начали исследовать тело. Он провёл ладошкой по плоскому подтянутому животу, поднимаясь чуть выше и начиная царапать кожу Ханя аккуратно подстриженными ногтями, задевая коричневатые бусинки сосков. Столь явный прилив нежности заставлял ноги парня невольно подкашиваться, в наслаждении прикрывать глаза и приоткрывать губы в тихом стоне. Но осознание того, что будет буквально через несколько минут, не давало ему покоя. Так было всегда, эта обманчивая нежность со стороны Ифаня была лишь иллюзией, чтобы жертва могла полностью отдаться в лапы своего хищника. Играть со своей жертвой, вдоволь забавляться с ней, загоняя в угол, а потом медленно и с нескрываемым удовольствием "поглощать". В моменты интимной близости Фань действительно напоминал ему какого-то хищника, сначала обращаясь с ним словно с сокровищем, а потом грубо беря, так, чтобы он не смог выбраться из его захвата. Любой другой бы на его месте сбежал, но не Хань. Он слишком долго ждал хоть какого-то аспекта внимания к своей персоне, и вот, наконец, на него обратили внимание. И пусть его воспринимают как обычную секс-игрушку, и пусть, в конце концов, его просто выбросят, если он сам не уйдёт.       Всё это казалось ему ещё слишком далёким, поэтому он решил просто получать удовольствие от происходящего. И даже понятие того, какую боль, возможно, он причиняет своему давнему другу, ни за что не заставит его остановить всё это. Он болен, он зависим от Ву Ифаня. Ему, словно наркоману, каждый день требовалась новая доза молодого парня. Он давно понял, что является лишь заменой тому, кого Фань любит на самом деле. И, в конце концов, ему придётся просто исчезнуть, как то тёмное пятно на белом ковре после тщательной работы уборщицы.       Ифань продолжал баловать парня лёгкими поцелуями и прикосновениями, как вдруг в его настроении что-то изменилось. Он последний раз поцеловал плечо парня и резко схватил его за волосы, отводя голову немного назад. Хань жалобно простонал, всем своим видом показывая насколько ему неприятно и даже больно, но в ответ получил лишь ехидную усмешку. Ву жестоко откинул парня в сторону, заставляя того упасть на пол, из-за чего чуть не ударился затылком прямо об острый угол стеклянного столика. Он рывком потянул халат на себя, тем самым окончательно избавляясь от него и откидывая куда-то назад. В его глазах читалась ярость вперемешку с безумием и... волнением. Фань подошёл ближе к распластавшемуся на полу парню и вновь ухватился за его волосы, начиная тянуть их на себя, поднимая его вверх, заставляя встать на четвереньки, а потом и на ноги. Сделав несколько шагов волоча за собой шипящего от боли Ханя, он со всей силы кинул его на поверхность кровати и на мгновение застыл. Лу приподнял глаза и посмотрел на стоящего возле кровати Ифаня: тот был неподвижным словно статуя и внимательно разглядывал его тело, взгляд стал спокойным и каким-то рассеянным, но когда добрался до лица, - былая ярость возвратилась вновь, а губы скривились в неописуемом отвращении. Скинув с себя последний предмет одежды - халат, точно такой же, как был у Ханя, - томно, но жёстко сказал:       - Ну же, чего разлёгся, как принцесса?- каждое слово будто было пропитано ядом.- Даю тебе пять минут, чтобы потом не корчился от боли,- Фань бросил на кровать ещё не распечатанный презерватив и усмехнулся уголками губ.       Лу сразу понял к чему клонит Ву, поэтому, помогая себе руками, поспешно приподнялся на колени, и приблизился к краю кровать, чтобы, немного наклонившись, уткнуться взглядом в половой орган Ифаня. Он привычно взял его в руку и начал водить ею по вялому члену, стараясь вызвать хоть какую-то положительную реакцию. Не отвлекаясь от своего занятия, он потянулся к недалеко лежащему презервативу и взял его свободной рукой, после чего приставил ко рту и уже зубами разорвал упаковку, чтобы вытащить резиновый кружочек. Хань приблизился вплотную и провёл языком по розовой головке, продолжая работать рукой. Он целовал, и обсасывал чувствительное место, пока не увидел, что орган был уже наполовину эрегированным. Неспешно надев на него презерватив, он продолжил своё дело, только на этот раз уже полностью заглатывая член в рот. Не смотря на небольшую "преграду" Лу мог чувствовать как плоть продолжает твердеть в его рту, мог почувствовать каждую выступившую, вздувшуюся на нём венку, когда в очередной раз проводил по нему языком, стараясь подразнить или стараясь выдавить хоть малейший стон, тихое придыхание, но напрасно. Парень, не прекращая своего дела и не на миг не останавливаясь, поднял глаза вверх, чтобы посмотреть на выражение лица Ву. Его глаза были прикрыты, а рот немного приоткрыт, губы были пересохшими и всё время продолжали что-то судорожно шептать, но что именно Хань так и не понял. Когда Ифань наконец приоткрыл глаза, в них читалась поистине животная страсть и похоть.       - Достаточно,- его голос был хриплым, но всё равно жёстким.- Я предупреждал, твои пять минут прошли,- он вновь схватил его за загривок и заставил отстраниться от себя, кидая обратно на мягкое покрывало.       Под тяжестью Ву матрац немного прогнулся, а когда Хань открыл глаза, то парень уже возвышался над ним. Его руки были расставлены по обе стороны головы Лу, будто бы говоря, что сбежать ему не удастся. Его затуманенные тёмные глаза смотрели прямо на него, он был слишком близко, слишком, чтобы не позволить себе взглянуть в эти взбудораженные чёрные омуты. Ифань провёл языком по пересохшим губам и приказал перевернуться на живот. Парень безоговорочно выполнил указание и уткнулся лицом в одеяло, попутно сжимая его в руках.       - Приподнимись немного,- сухо просипел Ву и Хань повиновался. Он неспешно приподнял бёдра и тут же почувствовал как что-то большое и прохладное приставили к его входу. Парень уже давно привык к тому, что приходится подготавливать себя самому, иначе его просто порвут во время очередной "страстной" ночи. В него продолжали напористо и жёстко входить, ни капли не осторожничая или боясь сделать больно. Это было привычным делом, поэтому оставалось просто сильнее ухватиться руками о простыни и крепко стиснуть зубы, чтобы не позволить болезненному стону вырваться наружу. Как только член полностью вошёл в него, Ифань, не собираясь себя сдерживать, начал просто вколачиваться в бедное худое тело парня. Глаза Ханя устелила влажная пелена, и по щекам скатилось пару слезинок. Лу потерял контроль, позволил себе заплакать, показать кому-то свои слёзы. Ему было не столько больно физически, как... душевно. Всё внутри просто жгло от обиды и жалости к самому себе. С губ сорвался протяжный стон вперемешку с всхлипом. Внезапно толчки прекратились. Комнату наполняло лишь тихое рыдание парня. Фань посмотрел на затылок рыжеволосого и, недолго думая, нежно провёл ладонью правой руки по спине, а после и боку парня, плавно спускаясь к пояснице. Он продолжал внимательно следить за движениями собственной руки, будто бы боясь сделать что-то не так. Это было впервые... впервые, когда Ву проявил нежность во время физической близости. Неужели ему стало жалко Лу? Неужели решил приголубить, успокоить? Нет, вновь обман, жестокая иллюзия, заставляющая отвлечься от настоящего положения вещей. Не прошло и нескольких секунд, как толчки возобновились и его вновь хватают за волосы, заставляя откинуть голову назад.       - Не смей,- продолжая жёстко вдалбливаться в тело парня, шептал ему на ухо Ифань.- Никогда не смей делать такого. Ни позволю...       Это продолжалось на протяжении двух часов. Ву продолжал терзать уже обессиленное тело парня, даже не интересуясь о состоянии того. Зачем? Казалось, он просто старался выпустить на нём всю ту злость, что накопилась за последнее время. Будто бы ему полегчает после этого. Если бы не внезапный телефонный звонок, кто знает, сколько бы Фань продолжал мучить бедного парня. Разговор был коротким и кратким, но определённо очень важным, поэтому Ву просто оделся и покинул свою комнату перед этим окинув взглядом, казалось бы, уже спавшего Ханя. Но, как только дверь за хозяином комнаты была закрыта, Лу медленно приоткрыл глаза. Он обессиленно приподнялся и аккуратно сел прижимая ноги к себе и обхватывая их руками. Слёз больше не осталось, но щёки всё ещё ощущали всю влагу от них. Он смотрел куда-то вперёд, но внезапно на его губах появилась лёгкая улыбка:       - Правильно, тёмное пятно должно наслаждаться жизнью, пока ему это позволяют. *** Корея. Сеул       Исин стоял возле окна, наблюдая за живой природой. Его тело было расслабленным, лицо не выражало ни единой эмоции, разве что взгляд был слишком сосредоточен на чём-то по ту сторону ограды. Единственное, что хотя бы частично выдавало его чувства, так это правая рука парня, в которой он всё время что-то крутил, иногда перекручивая или переворачивая между пальцами. Это было что-то маленькое и чёрное.       Судя по комнате, в которой он находился, дом уже давно не был пригоден для жилья. Затхлый запах плесени и чего-то гнилого вызывал тошноту, грязный пол и паутина в каждом уголке комнаты - отвращение, а зацветшие где нигде отклеившиеся обои на пару с вонючей полуразвалившейся мебелью - неописуемое омерзение к тем, кто мог обитать в подобном месте.       - Да,- с усмешкой протянул Цзытао, внимательно рассматривающий старый шкаф с книгами, на которых слоями лежала пыль.- Всё-таки не зря их прозвали падальщиками. Обычный человек не смог бы прожить и трёх дней в таких условия,- со стороны парня послышался смех.- Если бы, конечно, он не сбежал от сюда в первый же день, как только бы увидел всё это убожество. Чжан в последний раз прокрутил что-то в своей руке и отвлёкся от окна, поворачиваясь к другу:       - Видишь ли, не каждому дано родиться в обеспеченной семье и припеваючи жить,- без доли эмоций говорил он.- У некоторых просто нет выбора, им некуда идти, поэтому и приходится...       - К Вашему сведенью, мы не обитаем в подобных местах,- через порог комнаты переступил молодой, слегка упитанный, мужчина в дорогом чёрном костюме.- Это всего лишь меры необходимой предосторожности.       - Что ж, тогда извините,- продолжая улыбаться, Тао, наконец, смог оторваться от разглядывания старых книг и повернулся к мужчине.- Поспешу Вас обрадовать, Син Донхи (Шиндон из Super Junior), Ваш китайский значительно улучшился с нашей последней встречи.       - Благодарю,- легко усмехнулся Донхи и продолжил,- но, думаю, вы пришли встретиться со мной не для того, чтобы расхваливать мои языковые навыки.       - А ты как всегда проницателен,- в отличие от своего друга, голос Исина был ледяным и раздражённым. Он никогда не любил этого подонка, который так ехидно улыбался и смеялся каждый раз, как кто-то делал ему "заказ". "Столь такого же противного и прогнившего человека стоит ещё поискать"- каждый раз, при виде этого Сина, думал парень. Даже тогда ему хотелось как можно скорее "заключить контракт" и уйти как можно дальше, чтобы не видеть и не слышать мужчину.       - Мы действительно пришли к тебе не поболтать,- тон Тао тут же поменялся, а улыбка с его лица и вовсе исчезла.- После двух провалов я как никогда надеялся, что больше ни при каких обстоятельствах не увижу твоего ухмыляющегося лица, но всё пошло не совсем так, как я себе планировал.       - Вот,- Исин приподнял руку, показывая небольшую чёрную флэшку.- Здесь находится всё, что вам понадобится: личности и местонахождение на данный момент.       Гуды мужчины расплылись в ехидной улыбке:       - С Вами очень приятно иметь дело, господин Хуан,- его голос больше напоминал шипение ядовитой змеи перед укусом.- Всё будет выполнено уже через несколько дней.       - Знаю,- сухо ответил Цзытао и вновь повернулся к полке с книгами.- Пожалуй, возьму себе вот эту,- он вытянул небольшую зелёную книгу в твёрдом переплёте.- Вы ведь не возражаете?- и даже не дожидаясь ответа, продолжил.- Отлично.       В конце он просто повернулся и направился в сторону выхода, попутно обминая всё ещё улыбающегося Донхи.       - Оплата будет произведена тем же способом, что и раньше,- всё же отдав флэшку в чужие руки, сипло проговорил Исин и, недовольно окинув взглядом мужчину в последний раз, поспешил за Тао, который уже садился на заднее сидение своего автомобиля.       - Что это ты взял?- уже находясь в машине, Чжан взял потёртую книгу в руки.- Зюскинд "Парфюмер". Зачем она тебе?- осматривая её, спросил он.       - Мне интересно,- Цзытао облокотился на сидение и прикрыл глаза.       - Интересно?- подняв взгляд на друга, переспросил парень.       - Почему герой убил всех тех девушек?- не раскрывая глаза, продолжал говорить Тао.- Из-за чего решился на убийство?       - Цзытао...- на мгновение по телу Исина прошла мелкая дрожь.