Если сестра стерва...

Следующие три дня я только и делал, что спал да полоскал горло. Даже есть не хотелось. Толя, правда, вливал в меня несколько раз какой-то бульон. Я соглашался только для того, чтобы он отстал от меня со своими проповедями об анорексии, якобы грозящей мне. Вкуса совершенно не чувствовал, да и глотать было все еще больно. В понедельник вечером позвонила Лика. Долго охала и ахала, порывалась приехать и лично убить Толю, которого считала виновником моего состояния. Убедить ее в обратном было трудно, но мне это удалось. Хотя она заставила меня передать трубку Толе и высказала ему все, что о нем думает, взяв с него клятву, что он поставит меня на ноги к ее возвращению домой (как выяснилось, сестра находилась в командировке в другом городе. Спрашивается, как тогда она собиралась убивать моего любовника?!). Поведение Толи вселило в мое изболевшееся сердце надежду на то, что у нас с ним возможно совместное будущее. Он ухаживал за мной лично, не ходил в офис, руководил всем из дома. Он старался предугадывать малейшее мое желание и почти во всем потакал мне. Я млел от счастья, отрываясь по полной, но стараясь не перегибать палку. Но иногда, оставаясь один, я задумывался о своей дальнейшей судьбе. А вдруг все-таки Толя меня не полюбит? Вдруг его теперешнее ко мне отношение связано лишь с жалостью и чувством вины? Что тогда? Я лишусь всего: работы, положения, друзей. Я не признавал себя геем. Мне нужен только Толька, ни с кем другим я себя даже представить не мог. Что же меня ждет? Одиночество. И сестра, которая точно не даст мне умереть со скуки. А в среду, когда ко мне почти вернулся голос, позвонил Денис. Новости, которыми он со мной поделился, оказались для меня не очень приятными. Было почти шесть. Толя на кухне готовил ужин. Я впервые почувствовал голод, уловив аппетитные запахи жареного мяса и тушеных овощей. Заерзал на диване, где мне было разрешено посмотреть телевизор, то и дело поглядывая на дверь в ожидании, когда меня позовут есть. Раздавшемуся телефонному звонку я совсем не обрадовался, но трубку снял: не так часто Денис выходил со мной на связь. - Привет, Славик! - жизнерадостно завопил парень в трубку, едва я произнес «Алло». - Как жизнь? - Потихоньку, - сдержанно ответил я. - А что с голосом? - Болею. - Понятно. А я думал, это из-за Алиски. Она тут всем про тебя всякую хрень рассказывает. - Что рассказывает? - невольно насторожился я. - Что ты сволочь и кобель, совратил ее, а потом бросил, сказав, что всего лишь использовал, - голос Дениса стал очень серьезным, что бывало с ним крайне редко. - Это правда? - Не совсем. Я предложил ей расстаться, но у нас ничего не было. - Фух, - с облегчением выдохнул Денис. - Ты меня успокоил. - Да в чем дело-то? - еще больше забеспокоился я. - Мне по секрету стало известно, совсем недавно, что Алиска параллельно спала с еще одним мужиком, - понизил голос Денис, словно боясь, что его услышат. - Но он ее бросил, а она залетела. Ну вот я и беспокоился, как бы она не обставила все дело так, что ребенок якобы от тебя. Она совершенно тебе не подходит. Я всегда так думал, но не хотел лезть в твою личную жизнь. - И давно она,.. - я не договорил, но Денис меня понял. - Да говорят с полгода. То есть все то время, что встречалась со мной и строила из себя недотрогу. Неприятно. Очень. Но не смертельно?! - Слав, ты как? - забеспокоился Денис, неправильно расценив мое молчание. - Может, мне не стоило тебе об этом говорить? - Наоборот, спасибо, что открыл мне глаза, - тихо сказал я. - А если бы я до сих пор с ней встречался, ты бы меня предупредил? - Разумеется! - возмутился Денис. - Не хватало еще, чтоб какая-то сучка испортила жизнь моему другу! - Спасибо. - Ты давай, не вешай нос. Поправляйся и пойдем в клуб, искать тебе новую пассию, - предложил Денис. - Я подумаю над этим, - слегка улыбнулся я, попрощался и повесил трубку. - Я опять невовремя? - раздался от порога тихий голос Толи, заставивший меня вздрогнуть и взглянуть на него. - Плохие новости? - Нет, все в порядке, - натянуто улыбнулся я. - Теперь я знаю, зачем Алиса опоила меня той дрянью. Она забеременела от другого, а хотела подставить меня. Видимо, хотела подстраховаться. Очень вовремя я стал геем. Толя подошел ко мне, присел рядом, обнял. - Не расстраивайся. Ты еще встретишь того, кто полюбит тебя всем сердцем. У тебя вся жизнь впереди. Резкая боль в груди. Значит, все впереди? А я думал, что уже встретил. Тебя. Но вслух я сказал другое. - Да, ты прав. У меня вся жизнь впереди, - натянуто улыбнулся я. Толя помолчал, потом поднялся и протянул мне руку. - Пойдем ужинать. - Я не хочу, - а ведь еще недавно я был зверски голоден. - А ты через не хочу, - настаивал Толя, дергая меня за рукав толстовки. Я понуро поплелся следом за ним на кухню. Сел за стол, поковырялся вилкой в тарелке. Под испытующим взглядом Толи, начал потихоньку есть. Постепенно увлекся, вновь почувствовав голод. - Ну вот, а говорил, что не хочешь, - широко улыбнулся Толя, когда я отставил абсолютно пустую тарелку. - Спасибо, было очень вкусно, - улыбнулся в ответ я. Задумчиво посмотрел в окно, на сгущающийся сумрак, разбавляемый только светом, исходящим от фонарей и льющимся из окон квартир. Вспомнил недавний разговор и тихо спросил: - Толь, а сколько раз ты… мы… ну, тогда… Я замялся, не зная, как выразить свои мысли. - Вроде семь, - не очень уверенно ответил Толя, задумавшись на несколько секунд. - А как ты выдержал? - удивился я, взглянув на него. - Просто ты очень быстро кончал, - невозмутимо пожал плечами мужчина. - А ты? - Где-то три раза. А вообще я довольно выносливый, - с неприкрытой гордостью в голосе произнес Толя. И вдруг резко подался вперед. - Хочешь, докажу, когда ты окончательно поправишься? Я долго смотрел на него. В голове мелькали мысли: «Как же мне завоевать тебя? Привязать к себе сексом? Но я ведь далеко не первый у тебя. И уж точно не лучший». Мне стало обидно. Ну почему это случилось? Почему он? Почему так? Почему я влюбился? - Слав?! - позвал меня Толя и помахал рукой у меня перед глазами. Я сморгнул и вяло улыбнулся. Покачал головой. - Что-то я устал, - шепнул я, поднимаясь из-за стола. - Пойду, лягу. - А ты с какой целью интересовался количеством? - догнал меня на пороге вопрос Толи. - Осталось семь тысяч триста семьдесят два, - уже успев подсчитать, выдал я. - Что? - не понял Толя. - Семь тысяч триста семьдесят два доллара, - не оборачиваясь, повторил я. - И я смогу уйти. Я покинул кухню в полной тишине. Мне очень хотелось оглянуться, чтобы увидеть выражение лица Толи. Хотелось, чтобы ему было так же больно, как и мне сейчас. Но от страха, что увижу совсем не то, на что рассчитываю, я попросту сбежал, укрывшись в спальне. Раздевшись и забравшись под одеяло, я чуть не взвыл от злости на самого себя. Похоже, я в очередной раз все испортил. И нафига мне нужна моя феноменальная память на цифры?!