Гондорское пиво

      Вот что еще надо рассказать о гондорцах: исстари был у них обычай готовить из ячменя, хмеля и патоки напиток, который по всему Средиземью называется «пивом», так как пьют его по всякому поводу и без оного, в горе и в радости, в жару и холодную погоду. Бывает он светлым, наполненным хмельной горечи. Темное пиво – крепче и слаще. И всякий уважающий себя любитель пива мог заказать пинту и выпить ее в три глотка.       Но в лето пятое от Возвращения Государя был издан Указ, что отныне пиво следует признать напитком неблагородным; во дворце Государя его заменяют виноградными винами и держать в домах его отнюдь не следует, но из снисхождения к народной традиции дозволяется подавать в харчевнях Нижнего Города, однако не во всякое время, а лишь с пяти часов пополудни до вечерней стражи, что сменяется за два часа до полуночи.       И многие дамы радовались этому указу, так как следуя моде, заведенной княгиней Арвен, уверяли, что терпеть не могут горький пивной запах. Мужчины же не смели роптать, и во всякий день, когда на Белый Город опускались вечерние сумерки, множество двуногих существ, которых прежде называли «глава семьи» и даже «хозяин дома», выходили из своих домов и крадучись, а зачастую и скрывая лица, пробирались туда, где могли утолить свою жажду заветной влагой.       В один из промозглых осенних вечеров, ежась от сырости, любители пива двигались привычной дорогой в Нижний город. Среди них был крепкий еще мужчина, с головы до ног закутанный в серый плащ. Выражение лица его невозможно было разглядеть под широким капюшоном, но общий вид отражал глубочайшее уныние.       Чтобы сократить дорогу, он свернул в узкий переулочек. Вдруг из-за угла вывернул высокий загорелый человек, в таком же плаще, с темными волосами, заплетенными в косу. От столкновения капюшон свалился с головы жертвы антипивного указа. Мужчины воскликнули одновременно:       - Вот так сюрприз!       - Гальбарад, старина!       - Арагорн, дружище! Давай лапу! – их руки сошлись в рукопожатии, которое сплюснуло бы в блинчик любое магическое кольцо.       - Ну, твое величество, - продолжал нынешний командир Следопытов Севера, рассказывай, как поживаешь, как дела? И объясни мне, ради всех Сильмариллов, что за фигню ты придумал с этим пивом?       - Т-с-с, - опасливо оглянулся король, натягивая капюшон до самого носа, - пойдем, мне нужно выпить. Поблизости нашлась харчевня. В большом городе всегда где-нибудь поблизости находится харчевня. Старые приятели заняли столик в самом темном углу.       - Пива. Темного. Пинту. – сказал Гальбарад прислужнику.       - Две. – сказал Арагорн.       - Ты похудел,- продолжил Гальбарад. - и вид у тебя у тебя бледный и унылый. Не уверен, что тебе на пользу городской воздух. Я хотел навестить тебя, когда был в Минас-Тирите прошлым летом, но мне сказали, что во дворец не пускают в нечищеных сапогах. Все наши просили тебя найти. Тогда, пять лет назад, мы сначала гоняли орков за рекой, потом очистили от пауков Лихолесье. Я заработал на этом кое-какие деньги, теперь хочу обосноваться в Дейле. Эомер не захотел быть конугом в Мустангриме, уехал куда-то на восток… ну, ты помнишь Эомера, он еще заглядывался на Арвен… в смысле, на леди Арвен. Кстати, как поживает Ее Величество?       Арагорн только помотал головой, жадно хватая доставленную на столик кружку. Гальбарад, чинно отхлебнул, одобрил качество напитка и сказал прислужнику:       - Еще пинту темного.       - Две. – сказал Арагорн.       Допив, стал рассказывать:       - Арвен здорова. Занимается всеми государственными делами. Сам понимаешь, пока я мотался по Тракту, она училась у папы всем этим хитростям: внешняя политика, внутренняя, этикет. Насчет пива – это она придумала. В рамках программы: «Здоровье нации». Она так интересно обо всем этом рассказывает. Если ты заглянешь к нам…       - Нет, никак не могу.- отозвался Гальбарад.- Уезжаю сегодня вечером.       - Я провожу тебя до почтовой станции. – сказал Арагорн.       - Дружище, но если ты – король, то что мешает тебе сделать по-своему? Пусть она пьет свое Золотое Ривенделлское, а ты – пиво?       - Я никогда не посмею сделать так, - сказал Арагорн, устрашенный смелым предложением. - Леди Арвен ввела моду на кошек. Говорит, что это – «стиль королевы Берутиэль». Весь дворец битком набит этими тварями. Они жрут мясо. А мне на обед положен суп из шпината и морковные котлеты на парУ. Ее Величество полагает, что у меня повышен уровень холестерина и диета мне на пользу. А пиво это вообще – яд.       Гальбарад ужаснулся и подозвал прислужника.       - Порцию тушеного гуся по-гондорски. – сказал он.       - Две.- сказал Арагорн.       Некоторое время за столиком царило молчание, нарушаемое только смачным хрустом костей.       Запив гусятину для разнообразия светлым, приятели расплатились, и направились к городским воротам.       За воротами была станция. Еще в первый год Правления Государя во всем Гондоре попечительством княгини Арвен была создана почтовая служба. Курьеры перевозили государственную и частную почту, за отдельную плату всякий желающий мог нанять лошадь и доехать на ней до следующей станции. Это было удобнее, чем возиться со своей животиной.       - Ты на себя не похож, Бродяжник, - не выдержал Гальбарад. – ведь я помню, как ты командовал войском мертвецов, как выступил к воротам Мордора…       - Тише, - отозвался Арагорн,- леди Арвен велела мне убрать Андрил в королевскую сокровищницу с прочими королевскими регалиями.       - Разве леди Арвен… - начал Гальбарад.       - Рядом со станцией есть еще харчевня, давай зайдем,- отозвался Арагорн.       Они зашли.       - Пинту красного, нефильтрованного, – сказал служанке Гальбарад.       - Две. – сказал Арагорн.       - А ведь я думал о тебе, когда покупал этот дом в Дейле. – заговорил Гальбарад.- Тяжеловато стало мне таскаться по Тракту, но ведь и без дела сидеть не будешь. Так я сговорился с тамошним бургомистром, о том, что возглавлю городскую стражу. Место там бойкое, одному не справиться. Где теперь искать толкового напарника, ум уже сломал. А тебе в Дейле бы теперь понравилось. А какое там варят пиво!       Арагорн промолчал. Приятели допили и направились к станции.       - Лошадь до северной границы, - обратился к смотрителю Гальбарад.       - Две! – сказал бывший король.