Компас

      Приветствую тебя, дорогой читатель. Я хочу поведать тебе историю, которую я пережил. Это история о том, как я оказался в новом мире, встретил странных существ и подружился с ними, радовался новой жизни. Убивал, поглощал невинных, причинял боль, впадал в безумие. Но давай всё лишнее отложим на потом, пожалуй. Вернёмся в то время, когда я ещё был самим собой, придём к началу этой долгой истории.       Меня зовут Александр, но для друзей я просто Алекс. Я обычный деревенский парень, нахожусь в самом забытом месте мира. Если быть точным, в Путоранском заповеднике. Если ты не знаешь, где это - слава богу. Сначала на самолете пять часов эконом классом, где ужасно неудобные кресла, где стюардесса не обращает на тебя внимания, делая вид, что вы пустое место. Где рядом с тобой сосед спит, положив на твоё плечо голову, и пускает слюни. И всю эту картину завершает мальчик, сидящий сзади и неустанно бьющий по спинке стула, из-за чего тебя укачивает не на шутку.       Ладно, это полбеды. Но дальше, был кромешный ужас, нет, неправильно выразился, кромешный ад, ужас бы сам испугался такого и ушел нервно курить в сторонке. Я всё понимаю, экономика страны, кризис и всё такое. Купить билет на катер в сторону заповедника и отдать двести долларов нашего куратора жаба задушила. Он решил сэкономить, и, чтобы мы не взбунтовались против него, на ходу придумал для нас задание. Оно звучало так: «Пока мы будем добираться до заповедника, вы, мои юные студенты, должны наблюдать за природой и всем, что нас окружает. А по результатам наблюдений составить эссе по Северной тайге.»       Ты представляешь, эта падла выкрутилась лишь одним словом "эссе". Я уже хотел всё бросить и улететь обратно, но куратор предупредил меня, что если я уйду, то меня исключат из института. Я был в такой ярости, что был готов наложить на себя руки. Но сокурсники меня успокоили, предложив мне представить, что я в небольшом приключении. Плевать я хотел на это приключение с высокой колокольни. Триста километров, триста-а-а… ты можешь себе это представить? Мы пришли только к ночи с полными походными портфелями.       Спроси меня, как я там оказался. Всё очень просто, я один из немногих, кто согласился поехать в археологическое исследование. Кто меня за язык тянул, если бы я только знал, что будет позже, я б в жизни не поехал туда. Ну ладно, то, что прошло, назад не воротишь. С пыхтениями и нытьём мы, уставшие, измученные, достигли своей цели. Турбаза, что так сильно ждала нас, приняла нас с распростертыми объятьями.       Прошло уже восемь дней после ада. За все эти восемь дней, где я только не побывал, чего только не видел. Я узнал, что это крупнейшее заполярное плоскогорье со средней высотой одна тысяча двести метров. Северная тайга, переходящая в тундру, огромное количество водопадов и фантастический вид «срезанных под нож» гор. Оленьи рога, разбросанные по плоскогорью. Медведи, волки, росомахи. Летяги, соболи, орланы. Рыба! Девять тысяч озер и более полутора тысяч водопадов.       Но что самое главное, тут был обнаружен старый храм. За этим я и прилетел сюда. В скором времени я стану квалифицированным специалистом по археологии. Я должен применить все свои знания на практике. Мне нужно ощутить, каково это – быть археологом, и понять все тонкости этого дела. И с этого я начну свою историю.

***

      Я был уверен, что увижу именно огромный храм, с огромными колоннами, на которых вырезаны фрески. Хорошо сохранившийся храм. Но вместо этого, я увидел вход в шахту и множество фонарей, освещавшие её туннели. Первое, что мне было сказано: «Вот тебе кисточка, вот тебе скелет, развлекайся». Мне не дали выбора, что я хочу делать, просто взяли и поставили перед фактом. И вот теперь, сидя рядом с входом в шахту, я снимаю со скелета слой за слоем древнюю пыль. — Александр! Твою мать! Сколько раз тебе говорить, аккуратнее с кисточкой, не повреди кости! Если я увижу на этом черепе хоть одну царапину или дефект по твоей вине, ты отправишься в Норильск обратно пешком, — злобно наорал на меня куратор, уходя к другому студенту, проверять его работу.       Куратор, старый хрыч, самодовольный, эксцентричный, всегда смотрит на всех свысока. Не люблю таких людей, вот взял бы, не посмотрел на возраст, дал бы ему в его длинный нос посильнее. Ох, но это всего лишь мечты. Если я так поступлю, не видать мне диплома, как своих ушей. Я тяжко вздохнул и продолжил аккуратно проводить кисточкой по черепу.       Прошло где-то два часа. Когда куратор пришел на место раскопок, он сразу же подошел ко мне. По его злорадной улыбке я прочитал только одно. Он полный мудак, таких как он нужно просто напросто ставить на место. В этот раз я смог сдержаться, не реагируя на его улыбку. Держа себя в руках, я наблюдал за ним.       Старик, с улыбкой как у Джокера из фильма Бетман, взял черепную коробку. Пристально, как ювелир оценивающий алмаз, он стал осматривать череп. Через каких-то двадцать секунд его улыбка спала. Он расстроился, что не нашел никакого изъяна в этом черепе. Я сам не заметил, как мои губы растянулись в улыбке. Куратор заметил это и с презрением сказал. — Что лыбишься, как придурок. Радуешься тому, что смог простой череп очистить? Поздравляю тебя, — с иронией в голосе сказал он, — с этой ночи ты будешь заниматься только этим. Все кости и черепа, найденные студентами, будут передаваться тебе. Ну, и, конечно, наказание остаётся в силе, — с удовлетворенной улыбкой проговорил куратор и кинул мне череп. Я машинально поймал его и потерял дар речи. Я не мог поверить своим ушам, из-за одной оплошности в виде улыбки мне досталось такое жестокое наказание. Теперь даже думать о шахте и скрывающихся внутри загадках можно забыть.       Я с гневом швырнул череп в недра шахты. После вспышки гнева я осознал свою ошибку. Выбросив череп, я подписал себе смертный приговор. Нужно как можно быстрее всё исправить, мысленно сказал я сам себе. Оглядевшись по сторонам, я убедился, что никого нет, все уже наверняка ушли давным-давно, закончив свою работу. Лишь я остался тут до последнего, доводя свою работу до совершенства.       Подойдя к шахте, я осмотрел её, но ничего удивительного не увидел. Шахта как шахта, она была широка. Укрепленная сваями и балками главная галерея с расходящимися от нее проходами, крепления для фонарей, брошенные инструменты.       Однако далеко не всё в шахте сохранилось столь идеально. Многие сваи сгнили и выглядели откровенно угрожающе. Порода местами сыпалась, такое впечатление, что иногда даже от шагов. Чувствовалось, что шахта хранит в себе загадки, которые так ждут меня. Сглотнув, я вошел в неё и, пройдя немного, я нашел свой череп. К своему сожалению, он не пережил бросок. На его теменной части образовалась трещина. Это меня так сильно огорчило, что я хотел прямо сейчас найти могилу и закопаться. Но делать было нечего, взяв череп, я убрал его в карман своей куртки.       Но уходить отсюда мне не хотелось, меня слово что-то манило. Это как в одном мультфильме: добрая бабушка испекла пирог, а его аромат, словно рука, подзывала тебя к нему. Так и со мной сейчас. Конечно, никакой руки и в помине не было. Но все равно, ощущения было именно такие. Я не смог побороть себя.       Я вошел вглубь шахты. Конечно, тут должна быть охрана, не пропускающая посторонних. Но сегодня у них был отгул, я слышал. Уже пройдя несколько метров, я наткнулся на перекрёсток. Я не знал, куда мне идти, но странное ощущение подзывало меня и даже помогало с выбором пути. Я свернул направо, где висела надпись «проход запрещён». Но я не обратил на это внимание.       Пройдя ещё, я оказался в огромном зале. Он был очень большой и древний, так я считал. На его стенах были огромные красивые рисунки в виде мозаик. Но главное, что меня привлекло, это пьедестал, на котором по своей оси левитировал небольшой куб. Он завораживал своей красотой и загадкой. Я должен непременно разгадать его. Отбросив все свои мысли о безопасности, я поднялся на пьедестал и коснулся руками. «Шух» - послышался мне скрежет тяжелой плиты и выход из зала резко заблокировало.       Я в панике обернулся на звук. Увидел оседающую многовековую пыль, а после – много килограммовую плиту. Страх связал меня, я беспомощно стал бегать по залу, крича что есть сил. Но ответом лишь было моё эхо. Я не знал, что теперь делать, если куратор или ещё хуже, организация этих раскопок обнаружат эту плиту. А после, когда узнают, что за ней нахожусь я, меня не то что исключат из института, могут даже посадить в тюрьму. Это перспектива меня не устраивала. Я успокоился и стал трезво думать. Но в голову ничего не приходило. Я не специалист по выживанию, я простой студент. — Если бы я мог выбраться, готов душу отдать за это, — брякнул я, не подумав. — Ха-ха-ха-ха-ха! — прозвучал тонкий женский голос. Я так испугался, что меня передёрнуло. — Кто ты?       Но ответа не последовало, вместо него послышался скрежет, издаваемый чем-то у пьедестала. Я повернул голову на звук и обомлел. Куб стал разбираться на множество маленьких, и, уже через несколько секунд, он показал своё содержимое. Я не стал ждать, выбора у меня было не так много. Я подошел к пьедесталу и аккуратно расположил на ладонь компас. Он был не больше моей ладони. Круглый, сделанный из золота или просто украшенный позолотой – я не ювелир, точно сказать наверное не могу. Но он точно был тяжелый. Вместо привычных букв-указателей: юг, запад, север, восток, - на циферблате находились пять кристаллов разного цвета, а посередине располагалась пятиконечная звезда фиолетового цвета – она отвечала за указатель.       Я, честно, ничего не понимал. Что это означает? Точно могу сказать, что я разгадал эту чертовую загадку. Теперь передо мной стояла другая. Что это был за голос и что за компас у меня в руках? Вопросы и загадки, как я это люблю, но в пределах разумного, конечно. Сейчас я держу в руке непонятный компас или не компас, шут его знает. Но однозначно можно сказать – он должен помочь мне выбраться отсюда. Как только я подумал об этом, снова раздался этот голос. — Как ты посмел тронуть моё сокровище? Ты жалкий червь. За это я проклинаю тебя, — голос был резок и устрашающ. — Я не понимаю Вас. Кто Вы? — снова я повторил свой вопрос и снова меня проигнорировали, посчитав пустым местом. — За твою дерзость и неуважение, голод будет твоим мучением и наказанием, всё, что ты будешь есть, будет выходить обратно. Лишь невинные сердца смогут утолить твой голод, — грозно словно пророк, произнёс голос.       Компас в моей руке потрескался, все пять кристаллов исчезли, а самый большой фиолетовый стал крутиться очень быстро. Я хотел выбросить компас, но не получалось, моё тело перестало меня слушаться. Меня пробрала дрожь, я не знал, что теперь делать. С силой воли я попытался сказать. — Прошу… пощадите… — Пощади, пощади, вы все всегда просите это. А когда я просила, меня никто не щадил. Но я – не они и проявлю милосердие. Я дам тебе шанс исправиться. Собери заново все элементы в этот компас, и тогда ты вернёшься обратно. До того, моё проклятие будет нерушимо и вечно! Страдай, мучайся, познай боль, которую когда-то я познала.       Вспышка, звезда в компасе засветила мне прямо в глаза. Прищурившись от яркого света, я не удержался и ушел в глубокую тьму.

***

      Меня пронзала невыносимая боль, я даже представить себе не мог, что такая существует. Меня будто кто-то наизнанку вывернул. Корчась от боли, я решил открыть глаза. Приоткрыв их, я стал видеть мир другими цветами. Честно, трудно это описать, всё окружавшее пространство походило на пещеру, а вокруг него в воздухе летали странные фиолетовые частицы. Что это могло быть, я не знаю. Я решил встать. Первые потуги встать на ноги увенчались провалом. Я попытался снова и как только посмотрел на свои руки: — А-а-а-а-а-а! — я закричал, как резаный. Я закрыл глаза на какое-то время, не веря этому, открыл их… и в ужасе, снова их закрыл. «Спокойно, только спокойно…» Хотя, какой нахер «спокойно»? Вместо собственных рук я увидел покрытые шерстью ноги какого-то животного, с торчащими из концов костями, при ближайшем рассмотрении оказавшихся копытами! Закрыв глаза, я попытался успокоить дыхание, с хрипами вырывавшееся из перекошенного рта. Затем, собравшись с духом, вновь посмотрел перед собой… Ноги все еще были там.       «Все, приехали!»- в отчаянии подумал я — «Онейроид! Шизофрения! Допрыгался, блядь!». Я снова закрыл глаза, снова принял лежачее положение. Это был конец. Сойти с ума, да еще так резко… В отчаянии, я стал тихо подвывать, медленно впиваясь зубами в новую «руку» — «Не хочу, не хочу, НЕ ХОЧУ! Ну почему жизнь должна окончиться именно так?!».       Хотелось свернуться калачиком и тихо выть от ужаса. Но, собравшись, я попытался встать на эти культяпки. И смотрите, получилось, стоя на дрожащих копытах, я стал делать первые шаги. Словно только что родившийся телёнок. И у меня, честно, хорошо получалось. Пройдясь немного, я обнаружил лужу и подумал, что её можно использовать как зеркало. Я с опаской стал подходить к ней, мне не хотелось смотреть свое отражение. Но нужно понять, кто я и что из себя представляю. Когда же я решился приблизиться, меня чуть не вырвало. Продолжение следует.