Живут

На столе лежит одинокая чипса, случайно забытая Чоджи во время последнего визита команды № 10. Чоджи обычно не такой – аккуратен, пусть и не нарочито. В этот же раз что-то его подорвало, вытрясло и зашило неумело, не особо сравнивая края. Сакура узнала, что на последней миссии ему пришлось убить девять детей. Они не разговаривали об этом, но Харуно слышала, как Какаши рекомендовал Ино просто побыть рядом, но не оправдывать Чоджи. Они делают и не такое. Они же шиноби. Наёмные убийцы. После этих слов Яманака-химе повернулась и сосредоточенно кивнула. Умна, хоть и притворяется недалёкой. Чоджи не терял аппетита, но это что-то его тревожило. Жрало изнутри и глотало, не разжёвывая. Сакура украдкой сунула ему на пороге снотворное и чай. Объяснять не потребовалось, Чоджи знал, как выглядят упаковки даже самых редких лекарств. Выучил во время обучения клана Акимичи. Он тогда сжал руку Сакуры в своей, словно говоря спасибо и обещая, что всё закончится, со временем пройдёт, всегда ведь проходит. Харуно запомнила ощущение, которое даёт большая и тёплая рука, когда твои пальцы ледяные и один выбит. Чоджи стал намного спокойнее, и нервная Яманака иногда смеётся беззаботно. Наверняка, чай пили всей командой и молчали. Сакура относит чипсину к мусорной корзине, ненадолго сжимает пальцы и высыпает крошки. Отряхивает руки. Её пальцы теперь холодные и пахнут беконом. У Чоджи, наверное, руки пахнут так же. У Ино – цветами. Шикамару пропах сигаретами. Сзади подходит Сай, обхватывает её запястья и плавно скользит к кончикам пальцев. Становится теплее.