Контракт

В полутёмной комнате стояла тяжёлая тоскливая духота. Тонкий луч света, пробивавшийся сквозь щель в тяжёлых занавесях, освещал лишь золотые пылинки, висящие в воздухе, да прорезал острой рапирой непроходимый бардак, ровным слоем покрывавший пол спальной. Коробки из-под пицц и печенья; пачки улыбашек, торчащие из-под кровати, она прятала их от родителей, тайком заказывая по интернету; вскрытые упаковки из-под игр; разбитые диски; полотенца; разбросанные свитера; карандаши и бумага, много бумаги и огромное количество блёсток, искрящихся в узкой полоске света. Она лежала неподвижно и смотрела в потолок, а губы её были тронуты лёгкой, беззаботной улыбкой, столь неуместной в её ситуации. Начиналось лето. Очередное одинокое лето Мейбл Пайнс. С тех пор как Диппер остался у Форда на обучении после Странногедона, а она уехала обратно, глотая слёзы и выдавливая прощальную улыбку полюбившимся ей жителям Гравити Фолз и дорогому брату, для неё многое изменилось. Во-первых, брекетам пришло время уйти в небытие — и Мейбл до сих пор немного даже скучала по жутким и неудобным скобам. А во-вторых…  — Я тоже перехожу на домашнее обучение, Диппер! Это будет здорово! — счастливая мордашка тринадцатилетней Мейбл маячила в камере, что тряслась так, как будто девочка подрабатывала журналистом в горячей точке и снимала в момент бомбёжки. — Ха! Теперь не только ты можешь похвастаться личным учителем, а, братишка? Они писали друг другу письма, записывали видео, аудио, отправляли сообщения и желали «спокойной ночи» по телефону, точно всё было по-прежнему. Мейбл даже сшила специальную подушку в виде брата, она перемещала её по комнате и шутила над ней. «Я всё еще выше тебя, Диппер. Но уже не на милиметр! Отстаёшь, ха-ха-ха!» «Кто-о здесь альфа-близняшка, а? Правильно, я!» «Теперь я всегда буду называть тебя Дипчик! И ты не сможешь мне возразить, дурашка!» Как будто Диппер всё еще оставался рядом. Но увы, это не было правдой. Прошло почти три года с тех пор как она осталась одна. Она так и не смогла с этим смириться. Девочка потянулась и встала с кровати. Сны оставили после себя смутное слово «еналсоп», и она даже приблизительно не могла представить, что это слово могло значить. Её взъерошенные волосы не видели расчёски уже приблизительно месяц — она вычёсывала их только тогда, когда запустив пятерню в каштановое гнездо, натыкалась на колтуны. Розовая ночнушка небрежно сползала с узкого худого плеча. Поправив её, Мейбл лениво почесала бок и включила тв.  — …тридцатисемилетний Найери и двадцатилетний Джонатан Тиу доставлены в отделение полиции Сан-Франциско и заключены под стражу. Третий беглец — сорокатрёхлетний Бак Дуонг добровольно сдался властям в пятницу, 29 мая, и указал, где в последний раз видел Найери и Тиу. Все они сейчас ожидают суда по обвинению в ряде насильственных преступлений, — сплошным быстрым потоком зачитывала с экрана молодая строгая женщина в синем костюме на «успокаивающем» голубом фоне с плавно текущими линиями. — Трое заключенных сбежали из спецтюрьмы особо строгого режима Оранж Кантри в городе… Одно нажатие на кнопку — холодная девица пропала с глаз скривившегося от раздражения подростка, и вместо неё заиграла радужная музыка детского телеканала — Пайнс проснулась как раз к началу «Добролуны», нового сериала, выходившего каждый день с понедельника по пятницу, ровно в два часа дня. Мейбл удовлетворённо кивнула, и, радостно подпевая припеву любимого мультфильма, бросилась открывать шторы. Комната озарилась ярким солнечным светом, а девочка плюхнулась на пол рядом с открытой вчерашней пиццей и увлечённо уставилась в экран. Серия кончилась и Мейбл отправилась за компьютер, играть в недавно приобретённую на эбее игру с загадочным названием «Королевство вогнутых поверхностей». Она даже не читала описание игры, она просто скупала все более-менее подходящие по названию новые игры, и каждую проходила с одинаково дозированным любопытством и радостью. Она играла и в онлайн-игры тоже, но ни на чём не могла остановиться, в следствии, может быть, возраста, а может и, в целом, из-за особенностей мышления. Родители были на работе, и никто не мог помешать ей увлечённо погрузиться в невероятный мир компьютерного эскапизма. Начало оказалось донельзя простым: юный гангстер выполнял поручения и продвигался по карьерной лестнице, и Мейбл его чёрными детскими руками убивала старого педофила. Её не особенно впечатляла жестокость, девочка избегала её. Она хотела уже было выключить игру, несмотря на то, что описание сулило перемену сюжетной линии, но её внимание привлек рисунок на серой, заляпанной кровью и грязью стене негритянского гетто. Мейбл замерла перед компьютером, выпустив мышку и отодвинув от себя клавиатуру, подняв руки и глядя в монитор расширившимися глазами, словно он внезапно превратился в гигантскую кобру и теперь шипел на неё, высовывая и погружая обратно в пасть тонкий раздвоенный язык. Причиной такой реакции стала невинное, в общей сложности, граффити: жёлтый треугольник с единственным глазом точно посередине изображения. Билл Шифр. Мейбл стало страшно. Она не видела Билла с того самого лета, и не хотела бы увидеть снова. Демон действительно показал Гравити Фолз каким бы мог быть настоящий Армагеддон, и Мейбл, какой бы храброй она ни была, содрогалась при воспоминаниях о кошмарах краткого, но яркого правления Билла Шифра над маленьким городишком. Она потрясла головой и, придя в себя, с некоторым чувством досады удалила программу. Диск полетел со второго этажа сияющей молнией, напоминая девочке о задорности летнего фрисби. Но она почти не огорчилась, потому что у неё были и другие новые игры, а эта всё равно оказалась «отстойной». Следующая называлась «Приключения лилигномов в стране лилипутов», и такое название нравилось девочке куда больше прошлого, оно сулило большую инфантильную невинность, хотя оно тоже, по невольной случайности, теперь напоминало ей о Гравити Фолз.  — И ты, малышка Виоланта, только ты можешь спасти его, прекрасного принца в башне, что окружена шиповником, — старый добрый волшебник с седой бородой в жёлтой накидке добродушно улыбался с экрана и Мейбл улыбалась ему в ответ, забыв обо всех сегодняшних невзгодах и не зная, что через две секунды улыбка с её лица сотрётся, будто её и не было. — Смотри не выцарапай себе глазки в процессе. Но это всё еще только предстоит тебе, а пока, будем знакомы, ты можешь звать меня Билл. Она скрипнула зубами, но продолжила играть. Из чистого упрямства, совершенно без прежней кристальной радости.  — Я подарю тебе вилку, моя крошка, эту красивую, изогнутую вилку и прекрасный олений зуб, — вещал с экрана принц-карлик, уговаривавший главную героиню выйти за него замуж.  — Да что ж за… рыбьи головёшки! — взорвалась девочка и вырубила компьютер из сети. Остаток дня она провела перед телевизором, очень часто переключая каналы. Ей везде мерещился Билл. Билл по фамилии Гарланд в экстравагантном жёлтом пиджаке активно пытался впарить зрителю зонтики для ботинок. «Восемь, три ноля, тридцать четыре, пятдесят два, ШЕСТЬ!-ШЕСТЬ!-ШЕСТЬ!» — наращивая темп и громкость речи, выкрикивал молодой человек, непрестанно подмигивая то одним, то другим глазом. Реклама золотого набора разнообразных вилок под сомнительным слоганом «Вилки — это весело. Красивые, изогнутые, острые», шедшая по другому каналу, демонстрировалась под романтическую раннюю электронику. Впрочем, слоган «Лучшая сода в мире — налей себе в глаза» показался ей куда более нелепым, хотя и не связанным с Шифром прямым образом. На другом канале пожилой мужчина с запонкой-треугольником на галстуке медленно и монотонно рассказывал какую-то запутанную теорию про ящериц и инопланетян, которую девочка не запомнила, но зато она обратила внимание на то, как часто и неуместно он вставлял в свои фразы рекомендации скупать золото, делавшие проговариваемый им текст совершеннейшей бессмыслицей. Было еще много различных моментов, и, в какую-то секунду, Мейбл устала игнорировать настойчивые поползновения окружающей её информационной продукции и сдалась. Она поняла — что-то происходит. Диппер писал ей, звонил и отправлял записанные видео, но ни в одном из них не было и слова об исчезнувшем для неё Шифре, тайнах Гравити Фолз или потусторонних измерениях. Теперь же Мейбл ясно осознала: Ей срочно нужно в Гравити Фолз.