В погоне за Эми

– Я думал, ты улетела. – Я думала, ты улетел. Они говорят это почти одновременно и умолкают. Потому что Рэй многое хочется сказать. И «почему», и «зачем», и «как ты теперь». И спросить, правда ли, что они снова разделили один и тот же сон. Правда ли, что Эми снова вмешалась в их судьбу. Но она не говорит ничего, она просто доверяется – внутренней убежденности, предчувствию, Кайло Рену. Тому, куда ведет их судьба. … – Я высажу тебя на любой обитаемой планете, - говорит он. – Где скажешь. Когда скажешь. Белые полосы звезд расчерчивают гиперпространство. – Да, – соглашается Рэй. Это не «где», не «когда» и не «спасибо». Даже не вопрос, почему она так важна для него, почему он идет на это ради нее. Почему ее он искал в лесах родной планеты Маз, почему за ней кинулся после того, как убил Хана. Почему он искал ее во снах, почему говорил с ней, почему убеждал, что он не такое чудовище, как она всегда представляла. Почему она, она, она, только она была для него важна. Где-то внутри она знает ответ. Где-то внутри она его принимает. Они беглецы – бывшая ученица последнего джедая, бывший ученик последнего ситха. Рэй знает, что никому из них нет пути обратно. Рэй знает, что не хочет обратно. Касается рукой плеча Кайло Рена. – Спасибо. … Она не может уснуть, все еще дрожащая, напуганная после бегства. Остатки адреналина медленно растворяются в крови, и сердце бьется слишком часто. Кайло Рен, черный в черноте, заполняет каюту угнанного ими корабля. Автопилот несет их в никуда, и ему не нужно управлять, и ей не нужно, но она все равно встает. Ей неловко быть с ним наедине. После всего, что было во снах, после Эми, видения из будущего, Рэй неуютно и не по себе. Рэй нервничает, боится и хочет. Кайло Рен останавливает ее. Мягко ловит за плечи, разворачивает. Не говоря ни слова, подводит к постели. Рэй не уверена, хочет ли он просто уложить ее спать, или… Рэй точно знает, что не хочет гадать. Она целует его, привставая на цыпочки и находя в темноте его губы, и этот поцелуй не похож на те, прежние, нереальные, которые они делили во снах. Он реальный и мягкий, неуверенный, нежный. Он такой, от чего Рэй вдруг переполняет незнакомое, щемящее чувство обретенной цельности, правильности. Он ведь хотел поцеловать ее, когда они скрестили мечи среди снегов Старкиллера. Когда сила светилась в ее глазах, и она была ближе к темной стороне, чем он сам когда-либо в своей жизни… Он ведь всегда подозревал… Их сознания сплетаются, и воспоминание разрядом молнии пронзает Рэй. Тяжесть меча в ее маленькой руке. Бен. Влажный мох, проминающийся под ногами. Она не сопротивляется, когда руки Кайло скользят ей под одежду. Торопливо. Отчаянно. Она знает, что он ищет, что хочет ощутить под своими пальцами – жесткий рубец, шрам на ее животе, с которым она жила всю жизнь, не помня, где его получила. В том месте, где красный меч с нестабильным кристаллом пронзил ее плоть. Они были детьми, и он знал ее как Эми. Девочку, подкинутую непонятно откуда. Единственную, кто не видел в нем жуткого наследника Вейдера. Ту, которая так неосторожно схватилась за его первый меч. Он не знал, что она выжила, она не знала, что ее прятали от него. Если бы она знала, она сказала бы, что он никогда не хотел причинить ей боли. Сказала бы, что он просто хотел быть понятым. Нужным. Ее руки дрожат, и она плотно-плотно прижимается к Кайло Рену. К Бену. К нему. Она не хочет и не может его отпустить. … Мама! Эми смеется. Другая Эми, не тень воспоминания о маленькой Рэй, а Эми-из-будущего, их дочь. Ее и Бена, который спит рядом с ней, который нашел ее и не будет отпускать. Пока автопилот везет их в бескрайнюю бесконечность космоса. Теперь ты знаешь, что я не сон. – Не сон, - бормочет Кайло-Бен, теснее прижимая к себе проснувшуюся Рэй. А Рэй знает, что все будет хорошо. Что все будет.