Give me a job

Посреди разговора Луи ни с того ни с сего встал, резко бросил что-то в нашу сторону и ушел. Мы с ребятами ничего не поняли, но я был бы полнейшей сволочью, если бы заставил его меня ждать. Мне казалось, мы оба неплохо проводим время, но… видимо, я ошибался… — Парни, простите, я пойду поговорю с ним… — единственным, что меня волновало в тот момент, был Луи. Я ни в коем случае не хотел его обидеть или как-то задеть. Тем более я не хотел его ни к чему принуждать. Я выскочил вслед за ним из клуба, направляясь к машине. Он сидел в телефоне и даже не поднял головы, когда я подошел и тихонько постучал в окно. — Куда ты сорвался? Иди веселись с парнями, — сказал Луи, так и не поднимая на меня взгляда. Его тон показался мне язвительным… Думаю, он просто устал. — Луи, я понимаю… Я привел тебя в незнакомую компанию, но я тоже вижу большинство из них первый раз в жизни… Может, стоит дать им шанс? — аккуратно подбирая слова, сказал я, нагнувшись слегка, чтобы говорить с ним на одном уровне. — Как-то нет настроения. Может, поедем домой? Я услышал знакомый голос ирландца за спиной, у входа в клуб: «Гарри, Луи! Все веселье только начинается!» Я обернулся на мгновение и вновь вернул свои глаза на Луи, умоляя его остаться: — Мы же только приехали… — Хазз, малыш, там твоя любимая песня, возвращайся к нам, — раздался голос уже одурманенного алкоголем Зейна, отчего я лишь усмехнулся. Таким пьяным я его еще не видел. Они с Лиамом оба были уже хорошенькие. Но Луи это не показалось забавным… Хоть он и усмехнулся, но это больше был нервный смешок. Он резко поднял свои глаза на меня, и то, что я видел в них, меня очень сильно тревожило. — Беги, Гарри. Папочка зовет, — на этих словах я обернулся, чтобы понять, о ком он говорит. Но именно в этот момент Луи завел машину. — Какого..? — и вот с резким стартом автомобиль отъехал от клуба, свистя шинами по асфальту. Я стоял ошарашенный еще около минуты, пока ко мне не подбежал Найл и не спросил, все ли хорошо. Мы вернулись в клуб, и всю оставшуюся ночь я пытался не думать обо всей этой ситуации.

***

Кажется, я потерял счет времени. На улице светает, а я только возвращаюсь домой. Вокруг почти никого нет, кроме меня. Я, слегка пошатываясь, бреду по дороге, огибая спящие дома. Думаю, сейчас около пяти утра, потому что бабушка в цветочном неподалеку от дома Луи уже раскладывает товар на прилавок. — Здравствуйте, Мария, — сделав реверанс, поприветствовал ее я. Алкоголь еще не до конца выветрился, голова ходила кругами, но сам я шел вполне достойно. Волосы у меня были растрепаны от бурных танцев вместе с ребятами. Они — действительно, замечательная компания, с ними было очень весело. Найл, пропустив пару стаканчиков, успел потанцевать на барной стойке, а Зейн с Лиамом, достигнув определенного уровня опьянения, просто кружились друг с другом в вальсе под абсолютно любую музыку, прерываясь на поцелуи. На самом деле, они — ужасно милая пара, эти парни прекрасно смотрятся вместе. Как Джек и Роуз… Элли и Ной… Кейт и Лео… — Здравствуй, Гарри, солнце! Ты куда в такую рань? — она взглянула на мой внешний вид и весьма разумно изменила свой вопрос. — Точнее, откуда так поздно? — в ее глазах не было упрека или осуждения. Нет, она лишь с ухмылкой на лице осматривала меня. — Да… Как-то так вышло… — я по-прежнему не мог забыть того разговора с Луи. Что вообще все это значит?.. — Поссорились с Томлинсоном? — улыбаясь, спросила она. — Так заметно? — я почесал затылок, пытаясь взглянуть на себя со стороны. Все настолько очевидно? — Будь все в порядке, он бы никогда не позволил тебе идти домой одному, тем более в таком состоянии, — она рассмеялась, указывая на то, как я неловко переступил с ноги на ногу, пытаясь удержать равновесие. — Боже, Мария, простите меня, — я аккуратно обхватил ее запястья, наклоняясь к ним, — мне так… стыдно сейчас стоять перед вами, б-будучи таким чертовски пьяным, — мы с ней оба рассмеялись. Как же по-дурацки я, должно быть, выглядел со стороны. — Я тоже когда-то была молодой и безбашенной, Гарри, в этом нет ничего столь ужасного, — я поцеловал тыльную сторону ее ладони и выпустил из руки. — Думаю, мне пора уже все-таки… идти, — с усмешкой в голосе пробормотал я, начиная шагать в нужную сторону. — Постой! — женщина закопошилась, подбежала к лавке и вернулась буквально пару мгновений спустя с цветком в руке. — Вот, возьми, сынок. Луи любит эти розы, — Мария протянула мне цветок с нежно-розовым бутоном, который буквально излучал свежесть. Я медленно вдохнул его запах и, поблагодарив знакомую за чудный подарок, двинулся в сторону дома, до которого оставалось пройти всего несколько метров. Я осторожно прокрался в дом, стараясь быть как можно тише. Главное — не разбудить Луи. Силы покидали меня с каждой минутой, с каждым телодвижением, так что я упал обмякшей тушкой на диван, как только достиг гостиной. Накрывшись пледом, я даже не заметил, как заснул в обнимку с той самой розой.

***

Проснулся я от беспорядочных хождений по дому. Свет уже давно сочился сквозь окна, но мои глаза отказывались открываться полностью. Я приподнял одно веко, чтобы увидеть, как Луи бегает вокруг меня, собирая вещи. — Доброе утро..? — хриплым басом прошептал я. — Доброе, — послышалось в другом конце комнаты. Он слишком быстро перемещался, чтобы уследить за ним. — Надеюсь, ты помнишь, что сегодня вечером мы вылетаем в Нью-Йорк. — Да, вылетаем в Нью… Стоп, что? Уже сегодня??? — я соскочил и сквозь головную боль начал собираться. У меня оставалось около часа на сборы, затем за нами приедет водитель. Собрав яйца в кулак, я реактивно забросил одежду и все необходимое в чемодан, принял душ и даже схватил пару фруктов на завтрак по пути. Для похмельного утра весьма неплохо. Мы с Луи уже сидели в машине, которая должна была отвезти нас в аэропорт Лондона. Водитель был закрыт от нас темной перегородкой, и, кажется, пришло самое время прервать безмолвную тишину. — Как вчера добрался? — я совершенно не умею начинать такие разговоры, но быть рядом с Луи и молчать — еще хуже. — Хорошо, — он пролистывал новый выпуск Tommoboy’я, который вышел буквально на днях. Облизывая палец, Луи сосредоточенно переворачивал страницы, и вот я опять поймал себя на мысли, что не могу перестать пялиться на него. Он по-прежнему на меня злился… Еще бы знать, за что. — Может, поговорим… о вчерашнем? — после длительный паузы промолвил себе под нос я. — Думаю, все и без того ясно, — пробубнил он, переключаясь на водителя. — Здесь остановите, пожалуйста, дальше мы дойдем сами. Не дав мне и шанса на возражения, Луи вышел из автомобиля, сверкая передо мной своей тыльной стороной. Неплохо поговорили… У стойки регистрации я заметил знакомый силуэт, и, о, Боже, это был именно тот человек, которого я был рад видеть больше всего в данный момент. — Эль! — я подбежал к ней с объятиями, не думая даже о том, что могу задушить ее. Как же я рад, что не буду с Луи один на один. Кажется, это первый раз, когда я так считаю. — Ух, какой радушный прием! — усмехнувшись, сказала она. — Эй, ты меня так раздавишь, здоровяк, — я опустил ее на ноги, все так же широко улыбаясь ей в ответ. — Ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть! — но нашу беседу прервал главный кайфолом. — Да-да, это все очень мило, но нам нужно поторопиться, — черство… В последнее время это перестало меня удивлять. Мы с Элеонор переглянулись и замолчали, последовав за начальником. — Что с ним стряслось? — прошептала девушка. — Что-то не поделили? — На самом деле… самому бы понять… — я взглянул вновь на Луи и пожалел, потому что в очередной раз мое сердце пронзили его до боли холодные глаза.

***

Самолет только взлетел, и мы с Элеонор устроились вместе, чтобы не попасть под горячую руку Луи. Это мой первый полет в бизнес классе, и я точно запомню его надолго. Стюардессы уже разнесли напитки, Луи надел свои беруши и улегся спать, а мы уселись рядом, решив обсудить накипевшее. Эль рассказала мне о своем замечательном медовом месяце на Мальдивах с Джимом, о превосходной еде на островах, об их взаимоотношениях после обручения. И, кажется, я встретил самую идеальную пару на планете. Эти ребята заслуживали друг друга, иначе не могло и быть. — Ну, а как там у вас с Томлинсоном? Я хочу знать все подробности! — Эль поерзала на месте, приготовившись к множеству увлекательных историй, которых у меня, к сожалению, не было. — Все очень запутано. Он избегает меня… — не знаю почему, но я всегда по инерции перевожу свой взгляд на него, когда речь идет о нас. — Еще под конец вашей свадьбы он вел себя очень странно. Не хочу преувеличивать, но накануне все было более чем замечательно… Я чувствовал себя с ним очень свободно и легко. Но, кажется, все началось, когда я пригласил его на танец. Уж не знаю почему, но он очень резко на это отреагировал… — Да, я не видела, чтобы вы двое танцевали, но… ты вроде все равно вышел с кем-то на танцпол, нет? — Да, Зейн пригласил меня, — я взглянул на ее непонимающее лицо и продолжил, — мой преподаватель. — Ах, вот откуда вы, ребята, знаете друг друга, — она улыбнулась, заметив. — Как же тесен мир! — Да! Я сам был очень приятно удивлен! — А Луи знает, что Зейн твой препод? — Да, Луи как-то забирал меня из универа, да и я с ним говорил о Зейне… — в моей голове никак не складывался пазл, но, прокручивая вновь события, я начинал больше их обдумывать. — И вы так и не разобрались с этим с моей свадьбы? — Нет, с теми странностями мы покончили… — передо мной крутились воспоминания той ночи. Как же я не хотел, чтобы что-то подобное повторилось вновь. И вот мы здесь… — Хорошо, а в чем тогда дело? — И я не пойму! Мы с ним прекрасно провели вечер в Madison’s, — я с теплотой думал о том вечере… Один из лучших, проведенных с ним, — но, когда мы поехали встретиться с Зейном, его мужем и другом, Луи будто с цепи сорвался. Да, мы немного выпили с ними, но я все еще не вижу повода так срываться… — А что он сделал? Он тебя ударил? — лицо Эль выглядело так обеспокоенно, что я поспешил развеять ее фантазии. — Нет, Луи никогда не стал бы… Но, знаешь, иногда слова ранят намного больнее… — я все еще прокручивал ту его фразу в голове. Это очень обидно и до горечи досадно было слышать. К чему вообще это было сказано?.. Будто я променял его на кого-то… — Вы перепроверили нашу речь для презентации? — Луи появился так же неожиданно, как и всегда. Как же мне надоело смотреть в его глаза и видеть разочарование. Пустоту и разочарование. От одних мыслей о том, что я больше ему не нужен, наворачивались слезы. Как все так быстро может поменяться? Я не был готов его терять… И вот я уже смотрел на него сквозь мокрую пелену. Луи Уильям Томлинсон. Как же мне тебя понять?

***

Полет прошел достаточно быстро: я спал большую часть времени, а когда не спал… думал о нем. Сколько можно избегать разговора со мной? Как только мы вышли из самолета, он постоянно был на телефоне, разговаривал со своими американскими коллегами. Когда нас довезли до отеля, он, ни секунды не медля, выскочил из машины и, забрав ключ от своего номера, умчался наверх. У меня совершенно не было шанса даже обменяться с ним взглядами. Зайдя в свой номер, я обессиленно упал на кровать. Весьма иронично то, что он находился как раз напротив номера Луи… Только поднявшись на этаж, я пытался достучаться до него, но мне никто не открыл. Он явно умел игнорировать людей даже в жизни. Я обреченно лежал на кровати в одежде, пока не уснул. Так даже лучше: во сне не придется думать опять о нем.

***

Настал вечер, а это означало, что скоро ужин, за которым мы встретимся в неформальной обстановке с нашим партнером. А еще я смогу, наконец, добиться аудиенции у Луи. Я надел свой самый лучший костюм, также слегка оголяя грудь, что было весьма в моем стиле. Побрызгался одеколоном и направился прямиком в ресторан отеля. Когда я вошел, помещение уже было заполнено людьми, но я сразу смог разглядеть в этой толпе знакомое лицо очаровательной девушки. — Добрый вечер, миледи, — я еле коснулся губами ее руки, — могу я присоединиться к Вам за столом? — Элеонор лишь рассмеялась и похлопала по сиденью стула рядом. — Ты, как вижу, в хорошем расположении духа, — с широкой улыбкой на лице сказала она, — что не скажешь о нашем боссе, — Луи вальяжно зашел в ресторан, как всегда, не сдерживаясь от того, чтобы подправить свою спадающую на лоб челку. — Он еще не пришел? — Томлинсон перешел сразу к делу. — Как видите, — дерзко, но тем не менее по существу ответила Элеонор. Я встал и подошел к Луи, слегка обхватив его локоть, на что Луи обратил особое внимание, но не поспешил убрать мою руку. — Мы можем, наконец, поговорить? — настойчиво сказал я, стараясь делать это не очень громко, чтобы не привлекать всеобщего внимания. — Не думаю, что сейчас подходящее время, Стайлс, — с гордо поднятой головой ответил Луи, вырывая свою руку из моей хватки и присаживаясь за стол. Обычно его дерзость мне очень нравилась, но не в этот раз. Я последовал его примеру и тоже присел на свое место как раз тогда, когда к нашему столику подошел мужчина лет тридцати. Он молодо и очень уверенно выглядел. Луи привстал, чтобы поприветствовать его, и мы с Элеонор проделали тоже самое. — Добрый вечер, Мистер Дэвидсон, — Томлинсон пожал ему руку, приглашая присесть. — Добрый вечер, господа. Я очень рад вас сегодня видеть, — его голос был очень низким, с хрипотцой, что придавало ему еще большей суровости. — Честно говоря, я полон решимости, так что пришел уже готовый обсуждать концепцию первого выпуска Tommoboy Magazine в штатах. — Мы очень польщены, Мистер Дэвидсон, что вы так серьезно отнеслись к нашему проекту, мы хотим сделать наш журнал доступным для всей Америки и очень рады, что Нью-Йорк, а в частности ваш издательский дом, так добр к нам, — мастерство Луи толкать речи меня всегда поражало. Он вымолвил это на одном дыхании, будто просто выпустил воздух из легких. — Прошу, зовите меня просто Лайонел, — мужчина взглянул на меня, и я почувствовал, что могу быть спокойным рядом с ним, что мне можно не задумываться о каждом слове, что я собираюсь сказать. Кажется, с ним все пройдет как по маслу. — А вы у нас..? — Гарри Стайлс, — я пожал ему руку и кивнул в знак уважения. — Я — победитель конкурса и также представляю журнал Tommoboy, — как учила меня мама: «Выставляй на показ лучшее, что в тебе есть», так что я сверкнул своими ямочками, немного разрядив строгую обстановку. — И, говоря о первом издании, лично я… — я взглянул на Луи, чтобы увидеть его реакцию, потому что я пока что все еще не был уверен, стоит ли мне развивать свою мысль. Но, поймав одобрительный кивок, я продолжил, — …я представляю его не просто американской версией, а плюсом ко всему этому я считаю необходимым отразить все те британские черты и, грубо говоря, уловки, которые мы используем обычно. Американский читатель должен как-то расширять свой кругозор, да и так мы сможем заинтересовать публику… — Так, к чему вы ведете, Гарри? — кажется, я его заинтересовал. — Я говорю о так называемой «Британской колонке» — выдержке из британского издания, которая могла бы стать изюминкой нашего журнала. И тем самым Tommoboy не потерял бы свою самобытность, — я совершенно не обдумывал это заранее, поэтому сам был очень сильно удивлен такому потоку мысли. Взглянув на Дэвидсона и Луи, я понял, что… кажется, им понравилось. — Недурно. Это ваша общая идея, мистер Томлинсон? — К сожалению, нет, — с улыбкой произнес тот. — Мы с Гарри этого не обсуждали ранее, но я бы поддержал его инициативу, — я перевел взгляд на Луи, и в них читалась… гордость? — Знаете… я весьма заинтересован, — Дэвидсон продолжал одобрительно качать головой время от времени. Думаю, издание у нас в кармане. Наша беседа длилась еще некоторое время, пока Лайонелу не позвонили и он не ушел. Но, учитывая то, что это мой первый опыт подобных переговоров, я был очень рад. — Ну что? Выпьем за нас? — подняв бокал в воздух, сказал Луи. Он выглядел более чем радостным. Эта встреча объективно убавила пыл между нами. Когда ужин закончился, мы все вместе поднялись на наш этаж. Элеонор пошла в свой номер, а я, следуя за Луи, решил попытать удачу вновь. — Луи? — он будто не слышал меня, хоть и шел прямо передо мной. Он ускорил свой шаг. — Луи! — он вновь попытался просто проигнорировать меня. — Луи Уильям Томлинсон! — я перестал идти за ним и остановился, мой голос сорвался на крик, и я совершенно устал от всего этого. — Остановись и поговори со мной! Как ни странно, он меня послушал. Остановившись, он развернулся и уставился на меня своими безразличными глазами. — Я остановился. — Я заметил, — я подошел к нему поближе. — Ты мне объяснишь все, что произошло после отеля Madison’s? — А что объяснять? Ты сделал свой выбор, и не в мою пользу, — обычно от объяснений должно становиться понятнее, но я все больше только запутываюсь. — Какой еще выбор? — Спроси у своего ухажера, Стайлс, у меня нет времени с тобой во всем этом разбираться, — Луи выпалил это и с хлопком скрылся за дверью своего номера. — Замечательно, — пробормотал я, но затем перешел на крик, — то есть теперь у меня еще и ухажер появился, история становится все интересней. Я тоже ушел. Нет сил больше кричать в чертовы стены.

***

POV Луи Я уже лежал в кровати и проверял свои планы на предстоящий день, когда в мой номер начали долбиться. Стук не утихал, и мне пришлось открыть дверь. — Какого хрена ты творишь, Томлинсон? В комнату вошла разъяренная девушка с маской на лице, так что я даже не сразу узнал, кто ко мне вломился. — И тебе доброй ночи, Эль, — девушка присела на мою кровать и раздраженно похлопала по месту рядом с ней. — Присаживайся, нам предстоит долгий разговор, — по ее интонации я понял, что она настроена очень серьезно. Я закрыл дверь и последовал ее просьбе. — Рассказывай, что стряслось. — Ты, видно, шутишь? — я первый раз видел Элеонор такой агрессивной. — Может, хватит изводить мальчишку из-за своих долбанутых загонов? — Так ты по поводу Гарри… — Да, по поводу Гарри. По поводу того самого Гарри, о котором ты мне и день и ночь твердил без умолку. И что теперь? Хочешь, чтобы он в конец спился? — я искренне не понимал, почему она выставляла его жертвой. — Так, минуточку. Во-первых, он — большой мальчик, сам решит, пить ему или нет. Во-вторых, хватит пытаться выставить его жертвой: этот парень обвел меня вокруг пальца и закрутил роман со своим молоденьким преподом. А в-третьих, тебе-то какое до нас дело, Эль? — Вот это талант, — она начала медленно хлопать, только раздражая меня еще больше. — Выдумать такое, Томлинсон, это талант. Девушка встала и начала блуждать по комнате, осматривая все вокруг. А я начал осмыслять ее слова. В каком смысле «выдумать»? Она точно сбредила. — Ты… никогда не замечал, как он предан тебе? — она так и не поворачивалась ко мне, рассматривая какую-то вазу на полке. — Он же, словно щенок, за тобой по пятам, — она взяла ее, повернулась ко мне, — а тебе, придурку, лишь бы изъяны искать! — и бросила в мою сторону. Я успел увернуться, но рамка на прикроватной тумбочке — нет. — Какого хрена, Колдер? — МакФлай, прошу заметить. Так о чем я?.. — девушка вновь приблизилась к кровати, присела и вроде даже слегка успокоилась. — Ах да… Луи, он же безумно в тебя влюблен, как ты не видишь? Как тот самый Гарри, что извиняется за каждую мелочь, может поступить так, в чем ты его обвиняешь? Одумайся, идиот! Такого ты больше найдешь, — с этими словами она вышла из моего номера, хлопнув напоследок дверью. Какого хрена сейчас произошло? В тот же момент, как эта мысль проскочила в моей голове, дверь вновь распахнулась, и оттуда выглянула Элеонор: — И так, просто к твоему сведению, Зейн замужем. Сладких снов! Черт возьми… Я. По крупному. Облажался.