Береги себя

— Ну проходи, садись.       Дилан снова показал свою пошлую ухмылку. Хоть мать меня и воспитывала должным образом, но голове ничего, кроме отборных матов, не появилось. Также было безумное желание врезать ему по этой самой ухмылке. Практикант посмотрел с явным намерением самому усадить меня за этот чертов стол. Мне этого ужасно не хотелось, так как остаток дня и так желал быть многообещающим.        Я подошла к столу и аккуратно, медленно села на стул. Рюкзак на пол я не хотела класть, оставила висеть на плечах — в экстремальных ситуаций со мной всегда остается трезвый ум, чего нельзя сказать про тело: меня судорожно начинает трясти, как при ломке, резко подкашиваются ноги и вообще отпадает способность двигаться. Обидно, но я никак не могу справится с этой проблемой.  — Вина? Или ты предпочитаешь чего-нибудь покрепче? — Дилан лукаво улыбнулся.  — Пожалуй, откажусь, — вежливо ответила я. Вежливость должна присутствовать в любой ситуации. Где-то я слышала что с больными нужно общаться вежливо и сдержанно. — Простите, вы говорили, что нужно разобраться с оценками. Я не понимаю, что не так. У меня всегда стояло либо пять, либо четыре. Что не так?  — Хм… Ты хочешь перейти к основной части вечера? Смелая девочка, — Дилан потянулся ко мне и стал накручивать прядь моих волос себе на палец. Я затаила дыхание. Этот жест вовсе не был бережным или нежным. Он был до жути пошлым. Мне это вовсе не понравилось. Тем самым, когда я хотела уже возразить, практикант резко встал и подошел вплотную ко мне.  — Какая нежная, милая, нетронутая девочка. Так и манишь своим девственным запахом, своей наивностью. Пора бы тебе открыть глазки, солнышко, — Дилан улыбнулся и резко потянул мою руку, так, что я чуть ли не вылетела со стула на него. Он, в свою очередь, мягко и, в то же время властно, прижал меня к себе, не давая упасть. Практикант снова ухмыльнулся и даже не намеревался меня отпускать.  — Простите, я пожалуй пойду… — я попыталась мягко выбраться с его хватки. Но он еще сильнее прижал меня к себе, отрезая путь к выходу.  — Ну что же ты, малышка. Я думаю ты сама этого хочешь. Дилан стал задирать мой свитер, другой рукой все еще держа меня. Осознав всю безумность ситуации, я тут же стала изворачиваться, как уж на сковородке.  — ПОМОГИИИИИИИИИИИИИИТЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕ!!! — неистово заорала я. От такого резкого всплеска практикант отступил назад и зажал уши руками, смачно ругаясь про себя. Воспользовавшись реакцией Дилана, я мгновенно ринулась к двери. Та, к счастью, была открыта. Отметив про себя, что везение сегодня на моей стороне, я бросилась вон из здания. На улице уже начал лить дождь и к нему удобно пристроился сильный ветер. В итоге, капли дождя нещадно хлестали по щекам. Напрочь забыв о том, что я человек и мне нужно хотя бы застегнуть куртку, я продолжала нестись со всех ногах. Я думала, что моя скорость способна была превысить скорость как минимум пяти лошадей, но секундами позже я представить себе не могла, как я ошибалась.       Сзади послышался громкий топот и через секунду меня с силой дернули за шиворот курточки. Тело, не удержавшись от резкого торможения, с грохотом рухнуло на асфальт. При том, я умудрилась еще хорошенько приложится головой об асфальт. Над головой показалась мерзкая рожа практиканта.  — Далеко убежала, солнышко? Ох, ты сейчас валяешься на земле, из твоей головы медленной струйкой течет кровь, ты вся грязная мокрая, но все же умудряешься быть милой. Как у тебя это получается? Признавайся, ты ведьма и пьешь кровь девственниц? Конечно, юмора сейчас бы не помешало, но не в той ситуации когда он плоский, ты лежишь на асфальте, хлещет дождь, и над тобой лицо человека, который, судя по всему, все еще намеревался изнасиловать тебя.  — Нет, я убиваю таких уродов, как ты, — послышался хриплый голос. Секундами позже я поняла, что это мой голос.  — Ох, я не ожидал от такой девочки ругательств. Ты должна быть добрая, — в глазах Дилана мелькнул опасный огонек. — Ничего, я выбью из тебя эту дурь. После этих слов практикант замахнулся и дал мне пощечину. Черт подери, как же больно!  — Теперь ты не будешь ругаться, милая? — ласково улыбнулся Дилан. Да он же больной! Как до меня сразу не дошло, стоило ведь только глянуть в его глаза. Намереваясь сказать что-то колкое, я передумала. Как никак, но нужно было делать что-то. Кричать было бесполезно: до жилых домов бежать минут 10, к тому же дул сильный ветер, а справа и вовсе был лес. Телефон не достанешь, он в кармане, который сейчас в луже. Оставалось полагаться только на себя. В ту же секунду пришло яркое озарение. Сделав выброс кулака вверх, над собой, я услышала резкий крик. Вот и славно, если я забрала у него способность размножаться, метко прицелившись в нужное место. Такие не имеют право на потомство. Я, как можно быстрее, постаралась вскочить и побежала.        Я бежала со всех силах, не зная куда, просто бежала вперед, думая что спасение само найдется. Не знаю как быстро, но скоро Дилан отойдет от удара и побежит за мной. Как оказалось, его ничего не остановит. Бежать становилось невыносимо: легкие будто выжали, ноги еле слушались, затылок ужасно ныл и в глазах начинало темнеть. Плохо дело, нельзя мне отключатся. Ни в коем случае нельзя. Когда ноги уже почти подкосились и я была готова упасть — впереди показался силуэт человека. Я попыталась ускорится, чтобы добежать до него, но этого не потребовалось, так как в одну секунду этот самый человек оказался передо мной. Свалив моментальное появление человека, которому еще минут семь нужно было бежать до меня, на выброс адреналина в кровь, я подняла взгляд. Передо мной стоял Кай. Только это был совсем другой Кай. От него веяло чем-то зловещим и опасным. Волосы аккуратно упали на его глаза, а сами глаза смотрели перед собой, куда-то далеко. Кай опустил взгляд и еще больше нахмурился. Он осторожно притронулся к моему затылку и преподнёс окровавленные пальцы ко рту. Его глаза мгновенно стали другого цвета, лицо стало, в прямом смысле слова, мертвенно-белое.  — Помоги…те, — всё, что смогла выдавить я из себя, перед тем как заметить другого человека, который в долю секунду оказался рядом с Каем. Тот тоже посмотрел на меня, глаза его налились черной краской, как в фильме ужасов. Потом он посмотрел перед собой и зло улыбнулся. От такой улыбки можно было сразу со страху копать себе могилку. Кай же, посмотрев прямо перед собой, стал будто непроницаемым для эмоций. Однако от него будто исходил дым, невидимый шар опасной злости. Повернув голову на объект, вызвавший такую реакцию у моих спасителей (такими для себя я их считала), у меня расширились глаза от страха. К нам подходил здоровый и невредимый, разве что очень замерший, Дилан.  — Неужели в мою игру еще кто-то вмешался? — произнес Карей, повернув на меня взгляд. Его глаза все еще продолжали быть черными, а лицо украшала всё та же кровожадная улыбка. — О нет, такого я не разрешал.        Карей вернул взгляд на Дилана, а Кай крепко взял меня за руку и немного притянул к себе, давая опору, не давая упасть. Только сейчас я выдохнула.  — Ну что ж, поиграем. — Почти одновременно сказали трое парней.