Сын мафии 2

Чон Чонгук всерьёз задумался о том, что сказала Лиза в тот вечер в клубе. Парень и сам заметил, как преобразилось лицо Суен рядом с сыном русской. Девушка наконец улыбалась, играя с Мишей. Чон думал, как ему поступить: с одной стороны, смотреть на угасающую девушку, на ее давно потухшие глаза было больно, с другой – а подпустит ли Суен его к себе, учитывая произошедшее с ней не так давно? Чонгук собирался предложить Пак для начала пожениться, а о детях заговорить после согласия, но никак не раньше. Всё-таки это неприемлемо, если дети рождены вне брака. Так считал парень. Через неделю после встречи друзей парень решился на разговор. Суен сидела на кровати и читала один из журналов, найденных в гостиной на тумбочке. По глазам девушки Чон понял, что тот абсолютно не интересный, и решил действовать. Чонгук подошёл к девушке и присел на краю кровати, кладя свою горячую ладонь на колено Суен. Та немного вздрогнула от прикосновения, но не отстранилась, подняв вопросительный взгляд на парня. — Суенни, у меня к тебе разговор, – начал Чон. — Я тебя слушаю. — Мы с тобой через многое прошли, многое преодолели. Я тебя люблю, очень, о глубине твоих чувств не берусь судить, но вижу – по глазам вижу, – что я тебе не безразличен. Ты — та, о которой я всегда мечтал: скромная, тихая, умная, красивая, хозяйственная... Ты та, кого я вижу матерью своих детей, и пускай мы с тобой ещё молоды, но я считаю, что ты и сейчас стала бы прекрасной матерью. И я не хочу и не могу тебя отпустить, я просто не позволю уйти, я хочу, чтобы ты стала моей. Ты выйдешь за меня? Все это парень произнёс практически на одном дыхании, и теперь нервно вдыхал и выдыхал, ожидая ответа. В глазах девушки сначала было непонимание, следом сменившееся недоумением, а после – удивление. А потом ее глаза наполнились слезами. Суен молчала и пристально смотрела на Чона, не замечая стекающих по щекам слёз. Как? Почему он это делает? Ведь она грязная... — Почему ты плачешь?... - недоуменно спросил парень. — Зачем ты это делаешь? Из жалости? – прошептала девушка. — Из какой жалости, ты чего? – ласково улыбнулся Чонгук, бережно стирая с щёк Суен солёные дорожки. — Как нормальный парень будет говорить такое... грязной девушке?... — Грязной? Ты что такое говор... — Я грязная! – перебила его девушка. – Он меня трогал, он... имел меня, я принадлежала ему не раз. Зачем я тебе такая нужна?... – почти шепотом закончила Пак. Чонгук опешил от этих слов. Он-то ожидал совсем не этого. — Суен... Глупенькая моя, – произнёс он, прижимая дрожащее ее тело к своей груди, – как ты можешь так говорить? Ты вовсе не грязная, не говори так. Да, он тебя... Ты поняла, о чем я. Но ведь он принуждал тебя! И ты должна задавать совсем другой вопрос. Ты должна спрашивать, зачем тебе такой парень, как я, который не мог тебя защитить от хёна. Вот что ты должна говорить. — Ты мне нужен... – прошептала девушка ему в шею. — Так ты выйдешь за меня? – с надеждой в голосе спросил Чон. — Тебе не будет противно?... — Глупости. Так что ты скажешь? — Да...

***

Спустя два дня все знали о предстоящем событии. Джин попросил провести торжество в одном из его ресторанов, одобряюще похлопав Чонгука по плечу; Чимин и Хосок долго не могли что-либо ответить, но вскоре прыгали вокруг пары и визжали поздравления; Лиза одобряюще кивнула Чонгуку и обняла Суен, а Тэхён насупился, ведь он-то не догадался сделать предложение своей возлюбленной; Шуга тихо произнёс своё "да ну нахуй" и позвонил в агентство, уточняя у своего секретаря, у каких из его артистов график свободен в день торжества. К слову, свадьбу решили сыграть в начале октября (когда деревья уже одеты в золото, а некоторые из них уже скидывают свои одеяния), в одном из загородных домов Клана. Это был второй раз после освобождения, когда глаза Суен светились. Чон не мог наглядеться на улыбку девушки, когда та оглядывалась в саду, где уже расставили стулья и арку-алтарь.