Цветок

Леголас целился и стрелял, целился и стрелял, иногда не целился - и все равно стрелял. Что важнее - всегда попадал, а уж чем попадал... Разрывные, с детонатором, воспламеняющиеся... У эльфов вообще фантазия богатая. Возможно, поэтому они не становились зомби: просто испускали десятками дух от отравленного трупным ядом воздуха. Арагорн рубанул мечом налево - по старинке, куда ему до эльфов - и крикнул: - Надень респиратор! Очередная стрела отправилась в полет. В ней что-то загадочно мигнуло, а в следующий момент смело не только тварь, в глаз короткой она попала, но и пять соседних. Взгляд Леголаса потемнел, и Арагорну не обязательно было это видеть, чтобы знать. От жженого мяса поднялся едкий черный дым. - Леголас, балрог тебя задери! Надел. Умница. И выстрелил еще раз. Арагорн перебирал вещи в поисках полезного, Леголас - в поисках куска мыла. Его жемчужные волосы запутались и свалялись, так как эльф их даже в хвост не собирал. "Назло темным временам", - так он сам говорил. И мыло, и волосы вещи непрактичные. Эстетика - последнее, что должно волновать их в этом безумном мире, где мертвые ходят сами, а в скрытой стране полуросликов, говорят, какой-то старый ученый изобретает лекарство от мировой заразы - пока не изобрел. Но вступить с Леголасом в полемику все равно б не удалось, так как тот так и ходил в уродливом черном респираторе. Злится. Мыться так же пойдет? Эльф сжал в ладони заветный кусочек и бросил на Арагорна странный взгляд. Вздохнул, снял респиратор и жадно втянул воздух их ненадежного убежища, чтоб ему провалиться вместе с возможностью куковать тут до конца вечности. - Ты умереть хочешь? - Не начинай, мальчишка. - Если я мальчишка, то ты - педофил. Эльф звонко и громко засмеялся над глупой шуткой. Арагорн уставился на невозможно чистую светлую кожу шеи, невозможно нежные кончики ушей, невозможно мягкий контур тонких губ... Леголас весь такой - невозможный. При нем даже шутить так неловко. Это перед мужиками-следопытами так можно, а тут... Э, нет. - Я пойду. - Воду тратишь. - Пошли со мной, поэкономишь. Только позаботься об Арвен. "И это тоже трата ресурсов", - мог бы добавить Арагорн, но Леголас уже смылся за занавеску, служащую дверью в импровизированную ванную. Человек покачал головой, хотел зло пнуть респиратор, но передумал. Гимли уши оторвет, а за новый будет торговаться с такой невыносимой гномьей язвительностью, что уши в трубочку свернутся. Поэтому вместо этого Арагорн черпнул воды из бочки и подошел к невразумительному крохотному зеленому ростку, который Леголас умудрился вырастить в старом сапоге Арагорна и обозвать Арвен. Вечерняя звезда. - Ну что мне с ним делать, Арвен? - спросил человек, поливая вполне себе живую и бодрую рассаду. - Угробит же себя. Вот уйду от него, и тебя заберу. Цветок - если это цветок - качнул листиками на сквозняке. Как показалось Арагорну - укоризненно. Из-за занавески послышался шум воды. - Хорошо-хорошо, ты права. Без него я пропаду. А делать-то что? Храня свое цветочное молчание, Арвен осталась мудрой. Арагорн стянул куртку в пятнах черной крови и решительно отправился к Леголасу за занавеску. - И... Не попал. Дай я. Звезды мягко сияли над головой. Лунный свет окутывал завесой тайны бетонно-металлические джунгли, небольшой островок настоящего леса и подгнившие макушки зомби, в которых, впрочем, никакой тайны не было. Арагорн передал Леголасу камень, и тот метко кинул булыжник вниз прямо в череп одной из тварей. Она пошатнулась, но не упала. Камень застрял в темечке трупа. - Стойкий какой, - заметил Леголас. - Старый. Скоро сам разваливаться будет. - Я слышал, что на юге они сами сгнили. Арагорн пожал плечами. - Но мы-то не на юге. - Как жаль, - Леголас заболтал ногами; сидели на когда-то давно упавшей между двумя крышами балкой, где от высоты, порой, голова кружилась. - Поцелуемся? Арагорн повернулся и поцеловал без лишних слов. Убивать тварей. Говорить с цветком. Целовать и покусывать теплые губы эльфа. Где-то тут прятался нервный срыв. Но Леголас слишком умело водил по его губам языком, и становилось резко не до того. - Нам надо пересадить Арвен, - мурлыкнул Леголас колену Арагорна. Уж лучше б его рот, а не руки были заняты. - Тебе обязательно с.. Сейчас про это говорить? Леголас сжал его член у корня. Арагорн подавился воздухом и толкнулся в ладонь. - Нет, просто вспомнилось, - невозмутимо отозвался Леголас и прошелся пальцами по уздечке. Арагорна ослепило. - Руки!.. - Могу и без рук. И смог. Нырнул куда-то дальше между бедер, руки убрал и еще как смог: глубоко, тягуче, жарко... Хотя бы заткнулся. Спустя пять минут Арагорн прижимал глухо подвывающего эльфа лицом к груде одеял, служивших им постелью, и жестко ему дрочил. Леголас извивался и вырывался - скоро кончит. Человек кусал несколько шрамов на худом плече и вылизывал острый кончик уха. Им обоим это нужно. Они оба сойдут с ума, если не будут сбрасывать напряжение. Правда, когда в это "сбрасывать напряжение" закрались поцелуи, Арагорн так и не понял. На пике ощущений Леголас громко вскрикнул. - Всех приманишь шумом, - не удержался Арагорн, сдавливая и собирая рукой последние капли. - Отвали-и-и... Резко выдохнув, эльф обмяк в руках. Арагорн довольно потрепал его зубами за загривок и жадно вдохнул запах мягких волос. - И все же тебе нравятся мои волосы, - вяло мурлыкнул он и поерзал. Человек зажал его между постелью и собой потесней. - Да-а... Снова вдох. Кажется, примешивался лавандовый запах. И откуда только... - Вот потому и не обрежу. Я сплю. Вскоре он и вправду спал, засыпал быстро и спокойно. Как будто вокруг них мир не разваливается на миллиарды кусочков и не пропитывается отравой. Арагорн скатился с эльфа и посмотрел на единственный луч света в помещении, идущий из дыры в потолке. В нем тихо покачивался распустившийся на ростке белый цветок. Эльфы тоже такие. Как цветы. Ненужно красивые в их безумном мире: телом, духом, - а душа радуется. Леголас засопел и пихнул его острой коленкой. Арагорн приобнял в ответ. А на счет респиратора они завтра снова ругаться будут.