Ученица придворного алхимика

      Я посмотрела на розу, как на ядовитую змею, и перешла на магическое зрение. Красные лепестки с виду были невинны и не содержали в себе никаких чар. Но все же мне пришлось выудить из закромов Хексии волшебные перчатки, которыми она защищала руки, прежде чем я рискнула притронуться к посланию. Двумя пальцами отодвинула цветок за кончик стебля, развернула бумагу…       «Лизи!       Господин Тарм уезжает к обеду, я зайду за тобой в два. Меч ждёт!       Целую, Джек».       Джек! Рыжий шут! Я смяла записку, представляя на ее месте шею парня. Мало того, что он прокрался ко мне в спальню, пока я спала, напугал этой розой, так ещё и просто поставил перед фактом, что я иду ему помогать! У меня, вообще-то, есть работа!       Записка отправилась в мусорный ящик. А вот выкинуть розу у меня все же не повернулась рука. Я вдохнула ее сладкий запах, такой привычный в моей работе. В крем ее, что ли, пошинковать, чтобы добро не пропадало?       Пока одевалась и умывалась, злость сошла на нет. Вместо этого в голове начал вырисовываться список дел на день. Заказы, лекарства, послание принцессе… ещё ржавый меч. Внутри все уже замерло от предвкушения: получится или нет? Помнится, рецепт состава против ржавчины был довольно необычным.       Порывшись в хозяйском ящике с двойным дном, нашла-таки нужную книгу. Как и ожидалось, она была на карстском. Но картскому я училась как раз на алхимических манускриптах и, видимо, училась хорошо. Да что там, случайно я слышала, как разговаривает настоящий карстский посол. Так вот, наставница говорила ничуть не хуже, даже буквы растягивала с такой же интонацией. Так что, книга прочлась легко. Изучив рецепт и поухмылявшись про себя, черканула Джеку пару строк:       «Раздобудь стеклянную банку с картофельной ботвой и мелантеритовое масло.       А».       Мелантеритовое масло — едучая жидкость, которую получают через прокаливание особой горной породы — мелантерита. Кто назвал серо-зеленые кристаллы таким сложным именем, и что оно означает, неизвестно. Но в главной лаборатории королевства мелантеритовое масло точно найдется, не зря же Ардария владеет многочисленными шахтами.       А вот ботва — тут Джеку придется немного попотеть. Представляю, как он будет, подбирая полы мантии, бежать от сторожевой собаки по картофельному полю какого-нибудь крестьянина. А, может, купит ботву за мелкую услугу, как цветы из оранжереи, а остатки картофельного букета раздарит служанкам.       Спрятав улыбку и захватив послание для Эльвины, вышла за дверь. В животе печально заурчало — позавтракать снова забыла. На кухню, что ли, заглянуть? Где-то же рыжий достал котлету? Надеюсь, не у собаки отобрал.       С этими мыслями я отловила мальчика-служку и вручила ему медную монетку с просьбой доставить послание в королевскую лабораторию. Второе, более важное письмо, нести пришлось до знакомых покоев с алыми розами.       Оливия взяла его быстро и уверенно, словно всю жизнь подрабатывала посыльным, при этом ни слова не сказала и с видом королевской снисходительности закрыла дверь прямо перед моим носом, напоследок тряхнув волосами. Я только мельком отметила, что она опять не одета. Из покоев раздалось подозрительное копошение. Я поспешила уйти.       Как оказалось, вдовствующая графиня принимала у себя кого угодно, но не вздыхающего по ней художника. Ибо, когда я, на ходу перекусывая раздобытым пирожком и неся в одной руке корзинку с заказами и склянками, поднялась в Белую башню, юноша был уже там, у дверей, с тоскливо-горящим взором верного пса, который дождался-таки хозяина. Я чуть не кинула ему пирожок.       — Обычно ты встаёшь раньше. Я ждал тебя целый час! — упрекнул он.       — А по-моему, ты нашел, куда смыться от дядюшки, чтобы он не нагрузил тебя работой, и неплохо проводишь время, отдыхая на ступеньках, — парировала я. И ведь ткнула пальцем в небо, а попала в яблочко: подмастерье тут же стушевался и залился румянцем.       Я повернула ключ и пропустила юношу внутрь, где он занял отведенный ему угол и принялся разводить краски. Долгое время каждый из нас работал молча: мне нужна была концентрация, пока я, успокаиваясь, рубила розовые лепестки, топила жир и воск, смешивала красители и экстракты. Сегодня никаких оленьих рогов — простая работа и простые лекарства. И все же, когда дворцовый колокол пробил час, я не выдержала, хотя это было явно не мое дело:       — Знаешь, утром у леди Крестон кто-то был. Я заходила, и она была не одета.       — Я чуть не сделал неверный мазок! — огорчился Тоби, а потом с глубоким вздохом поднял на меня взгляд. — Она всего лишь долго спит.       — Звуки исходили такие, что она там явно спала… не одна, — я отвела глаза.       — То есть, ты ничего не видела? — кажется, Тоби начал сердиться, но даже гнев его был похож на злость маленького ребенка. Голос почти не повысил, хотя в радужках собралась гроза.       — Я не видела, Тоби. Но я не могла не предупредить тебя. Она разобьёт тебе сердце.       — Ты даже не знаешь, какая она. Оливия… — он с мечтательной нежностью взглянул на дверь, и вдруг она открылась, явив нам предмет разговора.       Графиня, в темно-зеленом обтягивающем бархате и золотых серьгах, с высокой прической и павлиньим пером в волосах вошла в лабораторию, даже не спросив у меня разрешения.       — И я вынуждена подниматься сюда! Эта лестница похуже пыточных инструментов палача! И чем здесь пахнет? — Оливия сморщилась носик и сдула завитую прядь, падающую ей на лоб. Только после этого с ленцой оглядела лабораторию. На Тоби ее губы сложились в кокетливую улыбку.       — Ах, это Вы, дорогой наш художник! Кажется, Вы обещали мне портрет. Это он? — Она тут же переместилась за спину юноши, игриво оперлась пальцами о его плечо и застыла, едва ее взгляд упал на полотно. Довольство разом слетело с породистого лица.       — Ваш талант Вам изменяет. Я тут совсем не похожа, — сухо произнесла графиня и направилась ко мне, растеряв все своё кокетство. Тоби поймал ее за кисть.       — Оливия… — он смотрел на нее так, будто не она только что оскорбила его, а это он виноват перед ней.       Графиня вырвала руку и повернулась ко мне.       — Мне срочно нужно это, это и это, — ткнула она рукой в первые попавшиеся готовые баночки. — Пойдем, отнесешь их в мои покои.       Хорошо хоть, я успела приготовить нужные мази и не начала новые!       — Тоби, ты помнишь наш уговор, — я сгребла со стола ключ.       Притихший художник вышел без споров. Оливия выплыла последней, и я закрыла за ней дверь. На душе было противно. Если она нашла себе нового воздыхателя, это не повод проявлять жестокость к предыдущему. О чем думала сама вдова, я не знаю. Шла она молча и была явно не в настроении. Впрочем, оно быстро вернулось, стоило только встретить первого мало-мальски значимого во дворце человека. И вот уже графиня заливается, как птичка, флиртует и окунается в любимые светские беседы.       Даже удивительно, что до ее обиталища мы добрались быстрее обычного. Было не заметно, что она спешила. Когда дверь с розами открылась, графиня бесцеремонно затолкала меня внутрь.       А там уже сидела Эльвина, и взгляд ее был напряжённым, нерадостным. Впрочем, увидев меня, она встрепенулась и снова превратилась в беззаботную девушку, которой и была почти все время. Я даже не заметила, как Оливия покинула нас, и мы остались с принцессой наедине. Подруга накинулась на меня с объятиями.       — Как ты думаешь, что ему нужно было за пределами замка? — спросила, наконец, она. — Я думаю об этом уже целый день. Хотя куда больше меня волнует, как он узнал про тайный ход, о котором не знала даже я? Как жаль, что пантера не пустила тебя! В город ведь можно пройти и более легким путем, особенно если у него в руках капитан стражи, а этот ход ведёт в лес, то есть, в никуда!       Лес-в-Никуда, как его прозвали в народе, по легендам раньше являлся границей с эльфийским королевством. Много я слышала сказок про то, что давным-давно через лес проходил широкий тракт, по которому в обе стороны ездили купцы с богатыми товарами. Некоторые представители дивного народа жили и у нас, а часть людей жила у них, даже браки заключались. И страна соседей будто бы была наполнена всякими чудесами.       Но то ли эльфы сгинули, то ли просто отгородились от людей, или их вообще не было никогда, а на лес всего лишь наложены чары, но пройти там нельзя. Кто из местных ни пытался — все блуждали среди деревьев и рано или поздно возвращались обратно к городу. И вроде бы ничего опасного в лесу не было: звери там водились, как и в других лесах, а не чудовища. На окраине ягоды росли, грибы. И не пропадал там никто. Просто никуда этот лес не вел. А еще говорят, что когда дед Эльвины приказал вырубить его под пашни, ничего не получилось — лес как стоял, так и стоит.       — Иса колдун. Кто знает, что ему нужно от волшебного леса. Может, он там ходит себе спокойно, — задумалась я. — Мало ли что может прятаться за деревьями.       — Поэтому нам очень нужно это выяснить!       Взгляд, наполненный просящей мольбой и жаждой приключений, был мне уже знаком. Расплавленный молнией котел, попытка Джека напасть на невидимую принцессу, издевательский поцелуй колдуна — насколько я помню, ничем хорошим подобный взгляд никогда не заканчивался. Именно поэтому я была непреклонна, как скала.       — Нет-нет! Даже не смотри на меня такими глазами! Ты туда не пойдешь!       — Ты не понимаешь, насколько это важно! — сжала кулачки девушка и даже топнула ножкой. Грозной она не выглядела. — Смотри, что мы имеем: Иса зачем-то потребовал у отца моей руки, хотя он меня совсем не любит, даже терпеть не может! Он получил графский титул и деньги, но почти не бывает во дворце, не наслаждается богатством, а занимается своей страшной магией, разгуливает по ночам и ходит в заколдованный лес.       — Ну, богатством и властью он, похоже, наслаждается в полной мере, — намекнула я на его роскошные костюмы и пренебрежительное отношение к окружающим.       — Но если бы это было то, чего он на самом деле хотел, то мог бы уже остановиться! — не унималась Эльвина, встревоженно заламывая руки. — А он что-то сделал с капитаном стражи — значит, хочет завладеть замковым гарнизоном. Если это произойдет, мы станем заложниками в собственном доме. Переворот? Зачем так мучиться, если достаточно жениться на мне и убить моего отца? Стал бы королем на законных основаниях! И самое главное. Если он задумал занять трон, зачем говорить об этом мне заранее, чтобы я успела принять меры? Иногда мне кажется, что он просто запугивает меня и пытается сломить ради развлечения! — аквамариновые радужки дрогнули, заблестели. — Мне невыносимо сидеть сложа руки, Алоиза! — с чувством сказала Эльвина и упала на софу.       — И что ты предлагаешь? Хочешь исчезнуть в этом лесу? Сколько ты будешь там блуждать? День? Неделю? Ты даже не владеешь магией! Я сама схожу и посмотрю, что за чары там скрываются.       — Ты уже была там?       — Была, — от признания мурашки поползли по спине.       — Правда? Разве это не опасно? Как ты можешь пойти одна?       — А я пойду не одна, — вдруг осенило меня. — Завтра праздник Солнцестояния. Будет народное гуляние. Мы сходим с Джеком к опушке, все парочки так делают. Мы не будем заходить далеко. Я просто попытаюсь почувствовать, есть ли там злое колдовство, или нет. К тому же, вряд ли Иса будет колдовать под носом у целой толпы, так что, скорее всего, он там не появится.       — А зачем парочки туда ходят? — удивилась принцесса.       — Чтобы целоваться, — ответила я, отвернувшись.       — Значит, ты уже целовалась? — заговорщическим шепотом спросила подруга.       — Еще чего! — фыркнула, ощущая, как щеки покрываются легким румянцем. — Просто от служанок чего только не наслушаешься, они на каждый праздник бегают.       — А ты не бегаешь?       — А я варю зелья.       — Значит, Джек сказал правду, что Хексия тебя никуда не выпускала? — Эльвина сочувственно похлопала меня по руке и вздохнула. — Меня тоже все время держат в замке, да еще и под стражей. Выбраться куда-то я могу очень редко, да и то, с королем или с огромной свитой из нянек. Зато я всегда участвую в королевском параде, с малых лет! Каждый раз торжественно сижу на лошади рядом с отцом, кидаю в толпу монетки. Мне кажется, люди больше радуются деньгам, чем своему королю.       Я ничего не ответила. По сравнению с принцессой, даже у меня было больше свободы. По крайней мере, я всегда занималась любимым делом, а Хексия всегда рассказывала и показывала мне все, о чем я хотела знать.       — Ты собираешься целоваться с Джеком?       Я аж вздрогнула.       — Не дождется! Глупости все это! — передернула плечами. — Вот ведь, Джек! — хлопнула себя по лбу. — Он, наверное, ждет меня. Сегодня мы пробуем раствор против ржавчины!       — Я тоже хочу с вами! — оживилась Эльвина. — Я очень-очень хочу посмотреть! У тебя же есть с собой кольцо? Меня никто не увидит!       Она пританцовывала от нетерпения. Отказать ей я почему-то не смогла и протянула артефакт.       Когда мы добрались до кабинета (принцесса призраком шуршала следом), горе-алхимик уже был там. Застали мы его за тем, что он подозрительно косился в сторону покоев госпожи. Мечтал, наверное, засунуть туда свой длинный нос.       — Даже не думай, рыжий! — возмутилась я до глубины души.       — Сама ты рыжая! — обиделся парень. — Лизи, иногда ты себя так ведешь, что мне совсем не хочется дарить тебе цветы!       — Какие цветы? — небрежно спросила я. Нет, правда, он думает, что человек, который делает косметику, редко видит цветы? Да мне их иногда тележками привозят! Для ингредиентов.       — А вот эти! — улыбнулся этот шут и вытащил из-за спины… букет картофельной ботвы с мелкими белыми цветочками. — Между прочим, я сегодня подвиг совершил, чтобы их достать! — он протянул мне букет, но тот во что-то врезался прямо передо мной.       — Ой! — сказала Эльвина и появилась из воздуха. Букет уткнулся ей прямо в грудь, и она придерживала его руками. Джек вытаращил глаза, но быстро взял себя в руки.       — Ваше Высочество, — поклонился он и галантно поцеловал ей руку. — Прошу прощения…       Принцесса порозовела и расцвела милейшей улыбкой:       — Ну что Вы, лорд, мне еще никто не дарил такого необычного букета, — она хихикнула, осторожно понюхала цветок картошки и тут же чихнула.       — Я совсем не лорд, — скромно ответил Джек, сверкнув глазами из-под челки.       — И все же ведете себя гораздо достойнее многих лордов, которых я знаю, — вежливо ответила принцесса, и рыжий приосанился.       — В таком случае позвольте проводить милых дам до лаборатории, — предложил он девушке локоть. Та грациозно ухватилась за него, надела на палец кольцо и исчезла. Мне была предложена другая рука.       — Принцесса, я умру от любопытства, пытаясь разгадать секрет Вашего волшебства.       — Вы обещали обращаться ко мне по имени, Джек, — мягко поправил голос девушки. — И, возможно, когда-нибудь я раскрою тайну, которая так Вас мучает. А сейчас я предвкушаю другое зрелище.       — И какое же, прекрасная Эльвина? — участливо поинтересовался кавалер.       — Как засияет Ваш обновленный меч. Пойдемте же!       — Не разговаривай с принцессой на людях, — ткнула я Джека в бок, когда мы выходили в коридор.       — Небо упадет на землю! Лизи меня ревнует! — возвел парень очи горе и получил по башке.       — Никто не должен догадаться, что мы идем втроем, дурак! — прошипела ему в ухо.       — А вот и интимный шепот, — улыбнулся этот смертник. Я пнула его по голени и отвернулась.       — Ты убиваешь все мои чувства! — театрально вздохнул шут. Принцесса тихонько засмеялась. Я поджала губы и до самой лаборатории с наглецом больше не разговаривала.