Холодный, расчётливый и нелюбимый

— Мама, смотри, какие кораблики! — плохо выговаривая букву «р», закричал четырёхлетний мальчуган. Он быстро бежал по холмистым дорожкам к молодой женщине в лёгком струящемся платье. В её руках была плетёная корзинка для пикника. — Милый, осторожней, не упади. Джувия с сыном часто приезжали сюда на Кузеньке, игривой кулебяке*, подаренной Императором за особые заслуги своему верному подчинённому. Инбер часто брал сына с собой в седло, прогуливаясь по окрестностям, но молодая кулебяка также запрягалась в дрожки взамен умершей старой клячи. Мать с сыном облюбовали это место ещё в прошлом году. Великолепный вид на проплывающие суда завораживал маленького Стикса. Мальчик просто обожал всякого рода кораблики. Пару раз отец брал его с собой на крупный военный крейсер — восторгу ребёнка не было предела. — Сынок, иди кушать, — Джувия расстелила покрывало на сочной траве в тени молоденьких сосёнок. Их фитонциды вкупе со свежим ветерком полуденного зноя, доносящего ароматы цветущих трав, создавали неповторимый сказочный букет. Молодая женщина сняла шляпку и разложила еду. Обычно их компания состояла из четырёх человек, но сегодня Ринка с сыном Баяном не смогли пойти с ними — мальчик простудился. — Мам, держи, — Стикс принёс матери разноцветные камушки. — Где ты их нашёл? — поинтересовалась молодая женщина, подавая специальную коробку для «сокровищ». Сынишка постоянно что-то собирал: то камушки, то палочки, то какие-нибудь железяки, найденные неизвестно где. Джувия смирилась с этими «ценостями» и просто складывала до поры до времени в эту коробку, лишь бы не валялось по всей детской. — На берегу — там ещё много разных, — мальчик попытался сорваться с места, но ундина остановила его: — Сначала поешь. Идём, мама помоет тебе ручки, — Джувия достала бутыль и обмыла его пыльные ладошки. Каждый раз она сокрушалась, смотря на зарукавья, которые сдерживали её водную магию. Стикс смирился достаточно быстро, а всё потому, что запах фирменных бутербродов Груши не мог не привлекать. Уплетая за обе щёки сандвичи, он пытался рассказать матери о небольшом красивом кораблике, что плавал недалеко от них. Из-за постоянных жестикуляций, бутерброд разломался и часть его шмякнулась на плед. Джувия пожурила сына и наказала есть молча. Мальчик постоянно отвлекался на муравьёв, облюбовавших упавшие куски. Трудолюбивые насекомые мигом облепили домашний сыр, откусывая от него сильными челюстями мелкие кусочки, и вереницей унося их в свой домик неподалёку. Молодая женщина была рада, что другие летающие насекомые им не докучали — место для пикника было выбрано на обветриваемом тёплым ветерком пригорке. — Мам, я какать хочу. — Стикс, ну что у тебя за привычка в середине обеда справлять нужду. Поел бы, а потом какал. — Мам, у меня уже лезет! — Ох, горе луковое, иди вон туда в кустики. На вот, вытрешься, — Джувия протянула влажные салфетки, но не прошло и пары минут, как плаксивый голосок воззвал к матери: — Мам, тут муха мне на жопу садится! — Не на жопу, а на попу. Какай давай, не съест она тебя. Вернувшись на расстеленный плед и вымыв руки, мальчик вновь устремил свой взгляд на водную гладь, попутно жуя котлету в салате и запивая подостывшим чаем. Наконец, вдоволь наевшись, мальчик протёр руки и, ластясь, предложил: — Там на кораблике парус с бабочкой! Мам, можно покататься? Джувия частенько гуляла в этом месте, и рыбаки здесь были дружелюбными. Небольшие парусники не пользовались популярностью на такой воде, но иногда всё же проплывали. А Стикс больше всего на свете восторгался вздымающейся плотной тканью. Новое судно было необычно: ещё никто и никогда не рыбачил на такой красоте. Однако что-то её коробило. В принципе, молодая женщина понимала, что плохого в морской прогулке ничего не будет, но боялась. А вот чего именно, осознать не удавалось. Сынишка замахал руками и громко закричал, привлекая внимание понравившегося парусника. Судно медленно развернулось и причалило к длинному помосту рядом с героями. Поговорив с рыбаками, Джувия договорилась на полчаса прогулки вдоль берега. Они со Стиксом торжественно пообещали не буянить и не мешать команде ловить рыбу. — А вот ты, милый, останешься на берегу, — волшебница ласково погладила за ушком ледяное творение зимнего генерала. Снежный барс, как всегда, сопровождал хозяйку с сыном, издали следя за безопасностью. — Мы немного покатаемся и вернёмся. Дикая кошка недовольно зарычала, нервно меча длинным хвостом, но к воде подойти не решалась. Резво запрыгнув на палубу, мальчик побежал к носу, а Джувия грациозно прошагала следом за ним. Молодая мать не стала зацикливаться на мелкие странные переглядывания команды и сочла это за некоторое недовольство поведением снующего по палубе непоседы. «Отличная возможность сбежать», — подумала волшебница. Она перевела взгляд на восторженного Стикса. — «Надо будет поговорить с капитаном. Если предложить ему украшения, он не должен отказаться». Джувия собралась уж было отстегнуть брендовую брошь — что-что, а на ювелирные изделия для своей жены Инбер не скупился — как следующие слова сына заставили замереть на месте. — Мама, смотри, как чайки летают! — малыш, приложив руку козырьком, засматривался на парящих птиц. — А мы с папой видели дельфинов! Давай в следующий раз и папу с собой возьмём? Он так обрадуется! Мальчик приоткрыл рот, глядя на волны, а его мягкие волосы нежно развевались от тёплого ветра, что девушка невольно взгрустнула; пустая рука так безвольно и опустилась. — «Нет, года три или четыре назад можно было бы, а сейчас…» А сейчас Стикс рос замечательным ребёнком в доме её мужа, и ему нравилось жить там. Он всей душой любил отца, он любил поместье, он любил видеть свою маму счастливой. Счастливой рядом с папой. Нет, она не имеет права разлучать сына с отцом. Как бы Джувия ни относилась к сприггану, она не могла не признать, что как отец он был великолепен. Стикс просто души не чаял в любимом папе. Молодая мать мельком глянула на часы: что ж, пора обратно. Ундина подошла к грузному мужчине: — Господин капитан, Джувия с сыном очень признательны за замечательную прогулку, но не хотим Вас больше утруждать. Если Вас не затруднит, не могли бы Вы нас высадить на прежнем месте, — красивая женщина сдержанно улыбнулась и достала из поясного кошелька вознаграждение. — Прошу Вас, примите в качестве благодарности. Прогулка была восхитительной. — Нет, — ответил ей мужчина. — Вы никуда не уйдёте, мадам. — Почему? Что-то случилось? — Не беспокойтесь так сильно, мы всего лишь прокатимся до другой страны. — Джувия не сказала бы, что это смешно, — недоумевала ундина, надеясь, что у моряка просто проблемы с чувством юмора. — А кто сказал, что я шучу? Продам тебя и мальчишку, — он приобнял красавицу за талию, но та дёрнулась и грозно зыркнула на капитана. — Выручу гораздо больше, чем ты мне тут предлагаешь. — Джувия требует немедленно вернуть нас на сушу. — А Фокс требует, чтобы Джувия не рыпалась и смирненько сидела, да слушалась НАС, — передразнил её манеру речи владелец судна. Слыша недобрый разговор на повышенных тонах, Стикс выглянул из-за угла. Взрослые прожигали друг друга озлобленными взглядами, но в ярком солнечном свете ему это было не видно. — Верните Джувию и её сына обратно, — едва сдерживая эмоции, прошипела красавица. Капитан проигнорировал её и повернулся к наблюдающей за ними разношерстной команде, подзадоривая их мимикой. — Верните нас обратно! — взвизгнула ундина, догадываясь о весьма не добрых намерениях мужчины. Фокс резко повернулся к ней: — Заткнись! — гаркнул он и наотмашь ударил Джувию по лицу. Мальчик не видел за его широкой спиной мать, но её обеспокоенную интонацию и звонкий хлопок уловил чётко: — Мама! — Всё хорошо, милый. Мама сейчас поговорит с дядей, и мы пойдём домой, — молодая женщина, потирая покрасневшую щёку, пыталась сохранить спокойствие и не напугать сына. — Надо же, какая забота. Только я на твоём месте не стал бы мальца обманывать, — перегар морского волка заставил волшебницу скривиться. Один из рыбаков, уловив многозначительный взгляд капитана, схватил Стикса. — Пусти меня, гад, пусти, сказал! — мальчонка отбрыкивался, поднятый высоко над палубой. Стикс извивался, пытаясь расцепить руки мучителя, но куда ему — ещё даже не отроку — тягаться со взрослым мужчиной! Джувия бросила обеспокоенный взгляд на сына и затряслась от гнева. Как! Как они посмели прикоснуться своими грязными лапищами к её кровиночке?! Стикс отчаянно стучал маленькими кулачками по небритой физиономии рыбака, не в силах защитить мать. Однако женщина, видя поступок бандита, разъярённо набросилась на него, но жилистая рука капитана не дала совершиться возмездию и заломала хрупкую женскую. Ну уж нет, вдалбливаемый годами навык рукопашного боя никуда не исчез: Джувия рефлекторно применила приём самообороны, освобождаясь от захвата. Она билась бы с Фоксом на равных, если бы не мешающие ей негодяи. Один из морячков изловчился и обхватил молодую женщину сзади, не давая свободно двигаться. Джувия, недолго думая, до крови прокусила его руку. — Ах ты, ***! — взвыл он. — Ты мне за это ответишь! Повредила мою — лишишься своей! Рыбак выхватил из ножен изогнутую саблю и отрубил ей кисть руки поверх красивых зарукавьев. Инвалидов порой покупали дороже, а такую красавицу с «миленьким» изъяном могли взять втридорога, если не больше. Каков был ужас и недоумение команды, когда из раны не только не потекла кровь, но и сама рука, с подобранной девушкой конечностью, медленно начала восстанавливаться. Джувия стояла на коленях, полуотвернувшись от них. Вот это удача! Благодаря отрубленной кисти, антимагическое зарукавье слетело, и ундина вновь обретала волшебные силы, пусть и наполовину, но и этого достаточно, чтобы справиться с шайкой преступников. Когда рука закончила сращиваться, она повернулась к сыну и тихо сказала: — Сынок, мы с дядями поиграем немного. Не бойся. Мужчины, не веря собственным глазам, наблюдали за тем, как женщина собирала вокруг себя морскую воду, и как гневно горели её глаза. — Ну что, мальчики, потанцуем? Один из рыбаков, пытаясь привести команду в чувства, воскликнул: — Блеф! Не верьте ей! Она тоже хочет нас обмануть, как та бабулька с иллюзиями! — Верно! — согласились с ним остальные и бросились на Джувию, но та как-то недобро ухмыльнулась. Отсекая пути отступления бурными потоками, молодая женщина целенаправленно собирала банду злоумышлеников в центре палубы, а затем одним точным движением запечатала их в водяной тюрьме. Держащий её сына мужлан запаниковал и, в надежде спасти свою шкуру, швырнул мальчонку в стену, а сам прыгнул в воду. Джувия вовремя это заметила и направила струю к сыну, смягчая удар. Недопохитители безуспешно пытались вырваться из ловушки. Их трепыхания походили на первые движения маленьких черепашек, но вскоре все потеряли сознание. Волшебница, пытаясь скрыть волнение, прижала сынишку к груди и нежно поцеловала белобрысую макушку: — Ну как, не страшно? — Мама, а тебе не было больно? — Нет, дорогой, это магия. Джувия гладила ребёнка и, выпустив бессознательных бандитов из западни, направила корабль к своему берегу, управляя морской водой. Единственный рыбак, не попавший под заклинание, барахтался в бушующих водах и проклинал тот день, когда взошёл на палубу сего корыта. Силы у волшебницы заканчивались, и, не способная больше применять магию, она устало облокотилась о борт судна. Не выпуская сына из рук, Джувия прикрыла глаза. Слёзы, как когда-то в юности, потекли из прекрасных глаз. Как же она сильно испугалась. Ни разу ей не было так страшно, хотя в практике были куда более опасные ситуации. Но сейчас мог пострадать беззащитный ребёнок, ЕЁ ребёнок. Тучи заволокли светлое небо, скрывая солнце. Дождь хлынул на землю сразу, без накрапываний, и лил, словно из взбесившегося шланга. Вскоре загремел гром и засверкали молнии, заглушая всхлипывания молодой женщины. Вновь ненастье. Теперь её опять будет преследовать дождь. Внезапная лёгкость отразилась на её теле. Девушка крепче прижала поднимавшегося сына и приоткрыла покрасневшие веки. Инбер осторожно разнимал руки жены и забирал сына. О, этот взгляд! Ундина не знала, как он отреагирует на её освобождение от оков. Вспышку магической силы наверняка было видно за версту. Что с ней сейчас будет? Память навсегда сохранила его угрозу, что если Джувия его разочарует, то спригган лишит её сына, а саму запрёт до конца своих дней. Нет, за себя женщина не боялась, но разлука с любимым ребёнком была бы хуже смерти. — Прошу Вас, Инбер-сан, позвольте Джувии в последний раз обнять сына, — женщина в умоляющем жесте протянула руки к ребёнку, но мальчик всё отдалялся от неё. Синяя голова безвольно опустилась на грудь, и волшебница затряслась от рыданий — это был плач погибающей антилопы. Её жизнь кончена. Почему она не умерла тогда вместе с Грей-самой? Зачем святая Фейри подарила ей новую — материнскую любовь? Чтобы разлучить с родной кровиночкой? Сердце рухнуло на пол и, словно якорь, тянуло её ко дну. Веки отяжелели, проливной дождь холодил уставшее тело. Голова закружилась, и Джувии показалось, что она взмыла в небеса. — Дядя Лель! — громкий возглас Стикса вырвал её из тяжкой печали. — А моя мама умеет управлять водой! После внезапной лёгкой встряски и скорого спуска вниз, Джувия приоткрыла глаза и уткнулась взглядом в неизменный военный плащ своего мужа. Она уже ничего не соображала, лишь смотрела снизу вверх на волевой подбородок сприггана, что нёс её на руках. — Своевольничать вздумали, Джувия-чан? — зимний генерал стрельнул красными очами. «Убейте меня прямо на месте», — в отчаянии подумала молодая женщина, но вот уж чего не ожидала, так это последующего горячего поцелуя. — Дурочка, как же Вы меня напугали, — мягкий тон сприггана сбил её с толка. — Инбер-сан, Вы… Вы не сердитесь на Джувию? Ответом стал ещё один, более продолжительный поцелуй. — Я очень сержусь, и даже накажу Вас. Вы даже не представляете, моя дорогая, какие страсти бурлят во мне. Готовьтесь к экзекуции на всю ночь и последующий день, — влажный язык красноречиво слизнул застывшую слезинку. Ундина уткнулась в крепкую грудь мужчины, позволяя себе быть просто слабой женщиной. Инбер усадил Джувию в седло перед собой и, пришпорив кулебяку, ускакал в поместье, оставляя позади себя ошмётки прибитой пыли. Джувия едва успела заметить стоящий на якоре военный катер, команду матросов и Леля, играющих с веселящимся сыном. Как хорошо детям — они быстро переключаются на положительные эмоции. Прибыв домой, спригган ловко соскочил с кулебяки и, подхватив жену, пинком открыл дверь. Недоуменная Груша пыталась остановить, как ей показалось, разгневанного господина, на что зимний генерал рыкнул: — Кто посмеет подняться на второй этаж без моего ведома — убью на месте! Кормилица так и застыла; корзинка выпала из рук, и спелые томаты покатились по булыжному двору. Остальная челядь несмело выглядывала из-за угла — ослушаться было себе дороже. Захлопнув за собой дверь в купальню, Инбер буквально разорвал одежду на супруге, попутно раздеваясь сам. Жаркие голодные поцелуи покрывали желанное тело в мини-бассейне среди благоухающих лепестков неувядающих роз. Его жена была прекрасней самого чудесного цветка! Джувия безропотно подчинилась страсти мужа. Отбросив все свои предубеждения, она отдавалась ему со всем исступлением. Молодая женщина выгибалась, подставляя молочную грудь под грубые ласки. Инбер был зол, но она заслужила это наказание за свою глупость и непредусмотрительность. Спригган делал с ней то, чего никогда не позволял себе, заставляя буквально кричать от нахлынувшего экстаза. Джувия и не подозревала, что зимний генерал настолько изобретателен, выматывая её и себя до предела. Тела содрогались в охватившей истоме, супруги постепенно приходили в себя. Внезапно ундина растворилась в воде, и Инбер испугался — он и забыл, что одно зарукавье отсутствовало, а значит, Джувия могла применить магию в любой момент. И он не ошибся. Вода вокруг мужчины забурлила, окатывая одновременно горячими и холодными струями. Такого наслаждения он никогда не испытывал. Вот уж не ожидал зимний генерал, что водная волшебница окажется такой шалунишкой. Обхватив мужа со спины и скользя по горячей плоти, ундина прожурчала: — Инбер-сан простил Джувию? — О, нет. Так просто ты не отделаешься. Спригган резко развернулся и поймал в плен своих рук игриво убегающую супругу. — Я ещё не все способы наказания применил к Вам, дорогая. С этими словами мужчина обнял жену и, подхватив её под упругие ягодицы, вышел из купели. — Я тоже умею играть, — Инбер сбросил женщину на постель, и его кровавые глаза странно блеснули. — О, нет, — Джувия, изобразив испуг, попятилась к изголовью. — О, да, — вокруг сприггана залетали снежинки, создавая таинственную атмосферу. Супруги предавались страсти, засыпали в объятиях друг друга, и вновь соединялись в любовной игре. Лишь только на следующий день проголодавшиеся господа соизволили спуститься вниз на обед, а затем вновь удалились. — Инбер-сан, как Вы оказались рядом, у Вас же учения далеко от дома? — Джувия лежала на голой груди мужа и поглаживала его твёрдые мышцы. — Вообще-то учения у нас проходят по всему бассейну Арболеса. Вчера мы как раз заканчивали маневры, когда в районе нашего полуострова заметили вспышку магической активности. Сторонние маги в наших краях исключены, я лично контролирую все их передвижения, — Инбер погладил спину супруги и вздохнул. — Честно говоря, я думал, что убью Вас, когда увидел в зрительную трубку, чья это магия. — Инбер-сан всё ещё не доверяет Джувии. — Вы необыкновенная женщина. Почему Вы не сбежали, ведь у Вас появилась прекрасная возможность? Молодая супруга не торопилась с ответом. Почему? Из-за сына, конечно. Но только ли из-за него? Ундина подняла голову и посмотрела на сприггана: уверенный в себе и властный мужчина, отличный хозяин и тонкого ума стратег, любящий отец и проницательный муж. Горько было признавать, но Инбер оказался вовсе не плохим человеком, как показалось на первый взгляд. Если бы не изначальная вражда, то они вполне могли быть друзьями. Она привыкла к нему. Сначала, конечно, бунтовала, но, как ни странно, с Инбером Джувия чувствовала себя защищённой. А какая женщина не хочет опираться на сильное плечо? Зимний генерал был настоящим мужчиной. И пусть она так и не полюбила его, но в физическом плане они были единым целым. — Вы же знаете, Инбер-сан. Куда я от Вас денусь, — в её словах не сквозила обречённость, просто констатация факта. — Но, признайтесь, Вы подумали об этом, — спригган не угрожал, но от него не возможно было ничего скрыть. Этот человек проникал в её мысли. — Было дело, самую малость. — Но Вы решили остаться. — Здесь дом Джувии. Спригган в полоборота развернулся к ней и опрокинул на спину. — Именно. Здесь Ваш дом. Ундина провела ладошкой по светлой колючей щетине. — Но, всё же, как Вы оказались так скоро? — Элементарно, балалайка, — мужчина засмеялся ей в губы. — А как Сами думаете? — Барс? — неуверенно озвучила свою версию женщина. — Ну, вот Вы сами и догадались, — спригган нежно покрывал поцелуями лицо жены. — Он же моё творение, а я обыкновенно имею с ними телепатическую связь. Ему сразу не понравились энергетика этих уродов, и я ощутил переданное им чувство опасности. Ну, а там — дело техники. — Вы сомневались в способностях Джувии? — Вопрос риторический. Но Вы же должны понимать, что я не последний человек в государстве. В вопросе безопасности своей семьи я должен быть уверен. — Поцелуйте Джувию, Инбер-сан, — слова больше были бессмысленны. Они поняли друг друга. Полная луна осветила лежащих в объятиях мужчину и женщину — умиротворение и спокойствие отразилось на их спящих лицах.

***

Небывалая жара напала на Арболес; вот уже две недели жители изнемогали от палящего зноя. Джувия с помощью своей магии спасала поместье и близлежащие леса от пересыхания и пожара. Да, Инбер полностью освободил жену от антимагических оков. Дружная компания в лице хозяев, любимой кухарки и верных друзей-супругов разместились в обновлённой беседке и за непринуждённой беседой поедала мороженое. Стикс с Баяном устроили настоящий морской бой в бьющем фонтане. Их громкие возгласы и шумные плескания заставляли молодых матерей то и дело делать им замечания. А вот отцы спокойно наблюдали за «военными маневрами». Доев очередную порцию мороженного, Джувия потянулась к следующей, но ведёрко со льдом оказалось пустым. Бросив злобный взгляд на покусившихся на последнюю вкуснятину, женщина обнаружила «злодея». Недолго думая, она буквально вырвала изо рта мужа холодное лакомство. — Джувия, вообще-то это моё, — пытался забрать вафельный рожок спригган, но, коварно сверкнув синими очами, ундина откусила приличный кусок. — Вам плохо не будет? — У-у, — отрицательно промычала женщина, расправляясь в два счёта с остатками, по окончании которого выдала: — А больше нет?! — Кончилось. Джувия, Вы и так больше всех съели — лопнете! — Нет, не лопну. Сделайте ещё. — Хватит. — Жадина! — Джувия! — Жмотяра! Запрятали у себя в подполе, и по ночам сами поедаете втихаря! — от обвинительных речей, супруга перешла на мольбы: — Ну, Инбер-сан, ну сделайте мороженку. Что Вам, жалко что ли для Джувии? Молодая женщина состроила такую милую мордашку, что все присутствующие покатились со смеху. Ундина обиженно на них смотрела, не понимая причины столь бурной реакции. Первым пришёл в себя Лель: — Поздравляю, господин, кажется, в вашем полку снова прибудет! — Было бы странно, если бы ваши недельные кувыркания не принесли плоды! — вставила Ринка, вытирая слезу. Все снова дружно захохотали. — Будете собирать футбольную команду или разбавите мужской коллектив девочкой? — Груша погладила пока ещё плоский животик Джувии. Молодая мать выдала непередоваемую палитру эмоций. «Ну, Инбер-сан! Извращуга-осеменитель, блин». Спригган довольно подпёр подбородок ладонью, расплываясь в улыбке, как мартовский кот. Дабы супруга сменила гнев на милость, он таки сотворил солидную порцию холодного лакомства.

***

Джувия сидела в летнем кафе под большим полосатым зонтиком с сыновьями. Двое белобрысых мальчишек цедили через трубочку прохладный молочный коктейль, развалившись на удобных креслах. Братья были похожи между собой как две капли воды с одним лишь различием: старший — полная копия отца, а младший унаследовал синеву материнских очей. Шальной ветерок сорвал с головы широкополую шляпку, и Стикс, со свойственной подросткам угловатостью в движениях, подал матери головной убор. Женщина улыбнулась, вновь покрывая длинные ультрамариновые волосы. Время от времени она оглядывалась по сторонам в надежде увидеть задерживающегося мужа. Необыкновенно щемящее чувство заставило её ещё раз осмотреться. Взор задержался на мужчине, скрывающим свои глаза от яркого солнца за тёмными очками. Он с кем-то беседовал, но Джувия могла поклясться, что его взгляд был направлен именно на неё. Вскоре спутник ушёл, оставив брюнета в полном одиночестве. Женщина переключилась на сыновей, всё чаще поглядывая на таинственного незнакомца. Мокрые волосы были зачёсаны назад, открывая прямой лоб с тонким шрамом; модная трёхдневная щетина необычайно шла ему. Взгляд Джувии невольно скользнул ниже по крепкому торсу, виднеющемуся из-под расстёгнутой цветастой рубахи. Мужчина явно следил за собой и был в хорошей форме, но не это привлекло её внимание: на груди отчётливо различался чёрный хвост до боли знакомой гильдии, а на шее висела цепочка с крестообразной подвеской. Джувия зажмурилась и снова взглянула: ошибки нет — это точно был «Рейв» Грея-самы. Она узнает его из тысячи, но как меч мог оказаться на этом мужчине? Словно в ответ на её немой вопрос, брюнет поднял очки на короткие волосы. Ох, наверное, здешнее солнце напекло синюю головушку — на неё смотрел Грей-сама! Не может быть, это галюцинация. Женщина похлопала себя по щекам, но видение не исчезало: через несколько столиков действительно сидел Грей Фуллбастер собственной персоной. Обросший, с короткой стрижкой, но живой! — Мама, почему ты не пьёшь? Можно я возьму твой стакан? — шестилетний Эос на мгновение отвлёк мать. — Да-да, конечно, — Джувия машинально дала согласие, возвращая взгляд. Да как такое возможно? Она же видела фотографию его могилы! Милый Грей, как долго Джувия оплакивала Вашу смерть, как долго она жила во снах последней их встречей перед разлукой! Стакан с напитком в руках созидателя покрылся льдом. Он тоже не спускал острый взгляд тёмных очей с неё. Бывшая Локсар тоже изменилась — теперь она знатная дама с высоким положением. Об этом говорил её дорогой наряд и аксесуары; наличие рядом сыновей свидетельствовали о счастливом материнстве водной волшебницы. А ведь в Фейри Тейл двенадцать лет назад её считали без вести пропавшей. Всей гильдией они искали Джувию, но она как в воду канула. И вот теперь они встретились на нейтральной территории курортного островка. Годы почти не отразились на ней — Джувия была всё также хороша, но даже издалека в глазах отражалась печаль. Они смотрели друг на друга, разговаривая без слов, не в силах подойти друг к другу. Волнительное чувство накрыло их, но жизнь поменяла судьбы волшебников, вырвав из объятий возможного счастья. Сейчас она замужняя дама, а он одинокий волк. И ничто не в силах изменить то, что случилось. Грей смотрел, как к столику подошёл похожий на мальчишек мужчина. Фуллбастер узнал его: ещё бы, правая рука их вечных соперников — спригган Инбер. Так вот кто муж Джувии! Грей вспомнил, что именно его армия стояла мощной преградой на пути к победе. Не было сомнений, что именно он разлучил его с Локсар. Зимний генерал проследил за немигающим взглядом супруги, сжимая кулаки до побеления костяшек. Хоть перемирие и было установлено, но мужчины готовы были немедленно броситься в драку, не взирая на грозящий долгий арест. На острове праздновали юбилейную дату фестиваля Манго. Вокруг сновали стражи правопорядка, обеспечивая безопасность приглашённых высокопоставленных гостей. Джувия, заметив охватывающее соперников ледяное свечение, поспешила обнять мужа, гладя ладонью по мужественному лицу. Она не желала никому из них оказаться в тюрьме — оба по-своему были ей дороги. Позвав сыновей, семейство покинуло кафе. Один лишь раз жена сприггана обернулась на бывшего согильдийца, чтобы больше никогда не увидеться. Джувия понимала это. Инбер ни за что не разрешит ей покинуть Арболес, но то, что она смогла увидеть Грея-саму, грело душу. Самое главное — ледяной маг жив, а остальное не важно. Уже вернувшись в поместье, бывшая Локсар достала из потайного места пожелтевшую вырезку из журнала: могила Грея, Эрза, Лион, Люси и Нацу в неизменном чешуйчатом шарфе. Но… Ундина присмотрелась. Нервная истерика охватила её: какая же она была дура, все эти годы оплакивая свою любовь. А ведь если бы тогда обратила внимание, что на фото у Нацу был полосатый шарф! Полосатый, мать его, а не чешуйчатый! Инбер обманул её, подделав изображение. Противоречивые чувства охватили открывшую истину женщину. Джувия присела на край стула и посмотрела в окно, погружаясь в воспоминания. Зимний генерал отнял у неё любовь — чистую и светлую, которую она хранила в своём сердце. Его поступки были вероломны в отношении девичьего сердца. Были… Но тогда шла война, и Джувия считалась фактически пленницей. Их брак изначально был сплошным фарсом, жена являлась для него очередным редким экземпляром коллекции. С первых дней он упивался своей властью над ундиной. Джувия как могла сопротивлялась физически и духовно, но постепенно её гордость таяла, оставляя неимоверную грусть. С тех пор прошло много лет; спригган изменился, и она тоже. Та дикая неприязнь стёрлась. Живя вместе, им просто пришлось притереться друг к другу. Бесчисленные ссоры надоели. Ради детей они старались держать себя в руках, находя компромисы и подавая сыновьям достойный пример. В конце концов привыкли и даже заботились друг о друге. Вода камень точит, и время источило их острые углы. Сейчас они были вполне благополучной супружеской парой с бережными и тёплыми отношениями. Дверь тихо скрипнула, и в комнату вошёл зимний генерал. Холодный пот прошиб мужчину, когда увидел улику своего коварства. Конец семейной жизни — сейчас от поместья камня на камне не останется. В тихом омуте черти водятся. Спригган хорошо знал силу водной волшебницы. Джувия продолжительно посмотрела на взволнованного мужа: на его лице отразилась боль. Как ни хотела, она не могла заставить себя злиться на него. Ундина приняла его и признала своим мужем. Женщина сжала теперь уже ненужное лживое воспоминание. — Вы сохранили ему жизнь, — она в одночасье всё поняла. Человек, которого волшебница считала виновным в смерти любимого, проявил благородство на поле боя. Джувия выпустила из рук пожелтевший листок, навсегда отпустив свою девичью любовь, и подошла к мужу. — Спасибо. Женщина взяла опешившего мужчину за руку и вывела из дальней комнаты на чердаке. Никаких претензий, никаких обвинений. Супруга перекинула руку мужа на своё плечо и обняла его за талию. — Мальчики приготовили Вам сюрприз на заднем дворе. Они просили ничего не говорить, но, боюсь, это будет посерьёзней очередных проказ. Может, заглянете, как бы случайно? — Джувия остановилась на мгновение. — И ещё, — сердце Инбера в момент перестало биться. — Джувия хочет дочку, — прошептала ундина прямо в ухо мужу. Зимний генерал взял лицо жены в широкие ладони и заставил посмотреть ему в глаза. — Я люблю тебя. — Джувия тоже Вас любит. Это были первые слова любви супружеской пары за все эти годы. Ундина не лгала, она действительно полюбила этого холодного и расчётливого мужчину. Это была действительно любовь, а не влюблённость, которую она испытывала к созидателю. Любовь, которую она открыла для себя только сейчас, ту самую, которая любит НИ ЗА ЧТО. Супруги просто стояли в объятиях друг друга, сжимая ставшую родной плоть. «Тебе никогда не полюбить его», — постоянно внушала себе Джувия, но… она, оказывается, уже давно отдала своё сердце зимнему генералу, хоть и не осознавала. Инбер её муж, и Джувия будет любить его только за это.