Каиши

За окном наконец-то появилось солнце. Долгожданные лучи с трудом пробились сквозь пелену темных туч, нависших над городом Иерихон. Я впервые находился так далеко от родного поместья, и весь мой незначительный опыт гаснет перед предстоящей поездкой. Хотя волнение и одолевало меня, давно забытая мечта ожила, и я был не в силах перестать улыбаться. Это глупо и безумно, но я рад. — Саске, — я отлип от окна и посмотрел на мать, — запомни, куда бы тебя не определили, держись гордо. — Не посрами нас, — тверже добавил отец, сжимая руль машины чуть сильнее, на что мать легонько улыбнулась, лишь приподнимая уголок губ. Они тоже были рады, и это меня успокоило. Я вновь кинул взгляд на багажник, переполненный моими вещами. Никогда бы не подумал, что для обучения нужно столько всего, но раз родители собрали, значит нужно, им виднее. Я почти не имел представления о дальнейшей моей жизни, потому что, смирившись с участью простого смертного, перестал интересоваться миром Окрок. Да, многим смертным он был знаком как мир связанных душ, и для них являлся всего лишь мифом, но только не для меня. И даже те смертные, которые желали отыскать это место, не знали, что на самом деле жили в нем, а единственное, что отделяло их от него, — это глаза. Они просто не видели его. Будучи ребенком, я знал, что моя судьба напрямую связана с тем миром, но, к сожалению, не все в жизни идет так, как нам хочется. Окрок весьма свиреп. Это мир, где слово имеет значение и силу, мир, где для выживания необходима связь. Если ты один — ты пропал. И как я уже сказал, этот мир не увидеть тем, в ком нет гена пета или хранителя. По своей природе хранители — воины, чья сила заключена в ее носителях, петах. Все просто: чтобы хранитель мог использовать свою силу, ему нужно установить связь с петом, который дарует ему ее. Именно поэтому в моем мире одиночкам нет места. Эта связь сильнее любых кровных уз или брачных контрактов. Ее невозможно разорвать или игнорировать: вас тянет друг к другу, у вас одни чувства на двоих, одна жизнь на двоих, вы — одно целое. В свой тринадцатый день рождения носитель гена узнает, кто он. Петы переживают самые сильные чувства или воспоминания своих хранителей, которые пробуждают их силу, а хранители — полное перевоплощение, на которое они тратят первоначальный запас силы, чтобы в дальнейшем получать ее от петов. Моя мать — хранитель, и весьма сильный, несмотря на свой милый вид. Еще в раннем возрасте Смотритель сказал, кем она станет. Ее полное перевоплощение — венценосный орел, и если вы подумали, что это простая птичка, то глубоко ошиблись, ведь двухметровую птаху сложно спутать с обычными пернатыми. Отец же пет, причем сильный, под стать матери. Старший брат, Итачи, в свои тринадцать лет получил статус хранителя. Его первоначальным воплощением стал Волк. Я безумно завидовал, но мать твердила, что наступит и мой час, да только он никак не наступал. Своего тринадцатого дня рождения я ждал чуть ли не с пелёнок. В тот день я был самым счастливым, ведь наконец пришел мой черед стать равноправным носителем гена. Прождав весь день в предвкушении, я так и остался сидеть в своей комнате, а когда часы пробили полночь, означавшую уход моего времени, но сила так и не пробудилась, я понял, что все потеряно. Мать уверяла меня, что такое бывает, и все может произойти завтра. Но ни завтра, ни после завтра ничего не произошло. Как и через год. Мне пришлось смириться с мыслью, что остаток дней я проведу как простой смертный, тихо и незаметно проживая свою жизнь. Несмотря на то, что где-то в глубине души я все еще верил, что чудо должно вот-вот случиться, спустя год я окончательно превратился в простого городского парня, на уме которого вечно интернет и развлечения. В шестнадцать лет я уже перестал надеяться и попросту привык быть обычным. Прогулки с друзьями, скучные уроки и нудные предметы… Осталась лишь зависть к тем детям, которые обрели силу три года назад, уже практикуются со своими хранителями и усердно ищут легион. Но я лишь улыбался, пытаясь убедить себя, что все не так плохо. Возможно, я бы смирился с этим, если не один особенный день. Все начиналось как обычно. Будильник, подъем, завтрак и поход в школу, лишь легкая головная боль, которая нарастала с приближением вечера, не давала мне покоя. Я не стал тревожить маму, посчитав это эффектом переходного возраста, по наставлению школьного врача выпил таблетку и принялся ждать ее действия, но становилось только хуже. Дома мне все же пришлось пожаловаться маме, но и та протянула мне пару болеутоляющих и уложила в кровать. Но лучше мне не становилось, а к головной боли прибавилось головокружение. Я плохо помню, как встал и пошел на кухню выпить воды, когда меня пронзила адская боль в районе живота и неописуемый страх сковал мое тело. Дальше все было как в тумане, видимо, я потерял сознание. Уже утром я очнулся в кровати, возле меня, улыбаясь, сидела мама, а я совершенно ничего не понимал. Отец что-то обсуждал со Смотрителем, тем самым, который приходил на день рождения Итачи и на мой собственный. Голова все еще гудела, а тело переполняло нечто теплое, что струилось во мне. Эти ощущения были новыми, но приятными. Я не шевелился, боясь, что они исчезнут и тепло покинет меня. Тогда я узнал, что стал петом. Был ли я счастлив, услышав это? Глупый вопрос, я был готов расплакаться, прикрыть глаза и закричать — «Да». Но как истинный Учиха лишь кивнул и слегка улыбнулся. В тот же день мы подали документы в академию Каишо, где обучают владению силой гена и объясняют устройство Окрока и наше место в нем. Там я встречу своего хранителя и проведу следующие пять лет. Академия Каиши на протяжении сотен лет принимала носителей генов в свои стены и обучала их, являясь единственной в своем роде. Особо выдающихся принимают на службу, где пет и хранитель продолжают оттачивать свое мастерство. Из-за того, что сила пробудилась в середине года, мне посоветовали подать документы к началу следующего, но поблажек из-за возраста, увы, не дали. Познавать азы придется с нуля, но краткий курс по своему направлению отец мне дал, поэтому, отправляясь в академию, я примерно знал, что меня там ждет.