Рога нимбу не помеха

Я сидел за кухонным столом, неспешно и монотонно потягивая уже порядком остывший чаёк, когда раздался настойчивый стук в дверь. Открывать я не торопился, лишь повёл бровью, снова отхлебнув из чашки. Стук снова повторился, еще более настойчиво и продолжительно. Я раздражённо сдул чёлку со лба. Всё бы ничего, можно было бы, конечно, открыть эту несчастную дверь и поинтересоваться, что и кому от меня вдруг понадобилось, но как-то немного напрягал тот факт, что уже три часа ночи, а барабанят вместо входной, в дверь, ведущую на кухню. А она, кстати, никак не запирается, почему бы просто не войти? Допив залпом чай и поставив пустую чашку в раковину, я таки взялся за ручку двери, резко открыв ее и зарядив тем самым кому-то в лоб. — Хай, человечишка! — улыбнулся стоящий передо мной субъект, потирая ушибленный лоб. Это был невысокий парень с отменной, говорю без тени утайки, фигурой, которая так и радовала взор, на парне были лишь белые узкие брюки и такая же белоснежная шуба, накинутая на голый торс. Однако кубики пресса были не самым поразительным зрелищем, куда больше меня озадачили большие белые крылья, сложенные у парня за спиной и золотистое сияние в виде кружка у него над головой, то бишь нимб. Приоткрыв от изумления рот (это ж надо, какого чайка я попил, что такое мерещится), я протянул руку к золотистому сиянию, но тут же был остановлен коротким шлепком по ладони. — Э-э-э! Не тяни свои ручонки куда не следует! Можешь трогать, что угодно, кроме него, — парень криво усмехнулся, а я опустив голову, послушно (сам же разрешил) ткнул пальцем ему в живот, где красовался какой-то символ. Тёплый. Как будто настоящий. — Смелее! – он, хмыкнув, прижал мою ладонь к своей груди. — Облапай святыню всея Небес полностью! — Кто ты? – я, опомнившись, отдёрнул руку, кончики пальцев которой приятно покалывало, и спрятал её в карман синей толстовки. — А мозги тебе зачем? Не помогают? Так выбрось за ненадобностью, — повёл бровью и кивнул вперёд. — Я войду? — А тебе что-то мешает? — Да нет, — передёрнул плечами. — Просто стараюсь соблюдать приличия. — Ну да, — я направился к плите, чтобы налить себе еще чаю. Или может не стоит? Видимо, чай поздней ночью плохо сказывается на моей психике, раз ко мне уже заявляются ангелы в таком непристойном виде. Хотя, если бы в пристойном, это, можно подумать, было бы нормально. — Так вот, человек! — начал парень, когда я с чашкой в руках и с недовольным выражением на лице, сел за стол. — Спешу тебе сообщить, — поставил руки в боки, откинув полы шубы, отчего оголённого тела и неуместных мыслишек в моей голове стало еще больше, — что ты избранный! — Кем? — вяло поинтересовался я. — Генератором случайных смертных! — щёлкнул пальцами и подмигнул. — То есть, можно считать, Небесами. — Круто, — произнёс коротко и равнодушно. — А где уже крылья подевались? — спросил без особого интереса. — Ну не вечно ж им за мной таскаться. Не особо-то это удобно, знаешь ли, — он приспустил шубу с плеч. — Жарковато как-то у тебя. — А по-моему, не очень, — отозвался я, помешивая чай в чашке, едва ли не уткнувшись в него носом, лишь бы не смотреть на прекрасную галлюцинацию рядом. — Человек… — Меня Юнги зовут. — А меня Чимин, — он обворожительно улыбнулся. — У галлюцинации есть имя, неплохо, — пробормотал, поморщив нос. — Что? — Ничего, продолжай. У тебя там, кажется, было, что сказать. — Так как ты избранный, — присел на краешек стола передо мной, а я лишь нервно сглотнул, — для тебя есть офигенски важная миссия! — Мир спасать? — фыркнул я, следя взглядом за кончиком языка, скользнувшим по верхней губе парня. — В точку! — согласно кивнул. — Будешь тайным переводчиком Небес! — объявил торжественно и, взяв кипу бумажек прямо из воздуха моей скромной кухоньки, положил на свою ногу, что была прямо передо мной. – Вот, нужно перевести с английского, — заключил уже обыденный тоном. — Что? — я недоуменно уставился на распечатку текстов. — И это спасение мира? — Не бывает маленькой помощи, в курсе? — не растерялся тот, заявив уверенно. — Маленькие дела складываются в одну огромную миссию, и являющуюся по сути своей спасением мира. Так что можешь считать, что ты супергерой, — произнёс с серьёзной миной, положив руку мне на плечо. — И что это такое? — кивнул на листки, скинув его ладонь с плеча. — Это переписка парочки демонов, — охотно пояснил Чимин. — Я взломал их почту. — А-а-а, вот, значит, как? Теперь ясно, — я смахнул чёлку со лба. — Интересно только, где у них в аду почтовые ящики висят, что ангелы там спокойно расхаживают? — Электронную почту, олух, не тупи. Совсем мозг по ночам, смотрю, не фурычит? — Прости, ты прав, я должен был догадаться, — я серьёзно закивал. — Демоны, посылающие друг другу сообщеньки, как мило. — Так вот, эти придурки, я демонов имею в виду, — Чимин поморщился и повертел цепочку с каким-то амулетом на шее, — в последнее время решили выпендриться и стали писать на английском! Нет, ну ты только подумай! Вот же ж… ащ! — он раздраженно хлопнул себя по ноге, отчего листы слетели на пол. — Вот писали раньше на латыни, потом, говнюки хитрожопые, перешли на китайские иероглифы, а теперь! — И в чём проблема? — я поднял распечатки с пола, сложив на краю стола. — У вас что, нет англоязычных ангелов? — Ну знаешь ли, думаешь у Корейского отдела совсем гордости нет, чтобы в Британское или Американское за помощью обращаться и просить хоть на латинский всё перекинуть? — он недовольно поджал губы. — А в своём Корейском, значит, ни один в английском не смыслит? — я недоверчиво повёл бровью. — Конечно, есть и такие, что знают, просто… — Просто эту работёнку свалили на тебя, а ты в английском ни в зуб ногой, — продолжил я за него. — Ну да, — без колебаний согласился он, улыбнувшись. — Но у меня же есть ты! — накрыл мою ладонь, лежащую на бумагах, своей. — Меня у тебя еще нет, если что, — я фыркнул, отчего-то глупо покраснев, и выдернул руку, спрятав её обратно в карман. — Ты бросишь такого распрекрасного меня в беде? — Чимин делано удивился. — Ты же был избран! Самими Небесами! Да ты должен быть горд за такой шанс! — А почему я должен это делать? Может, я вообще английского и не знаю. — Уж я-то в курсе, что ты переводчиком работаешь. Вздумал ангела обманывать? — он вскинул бровь. — Пф, да ты вообще на ангела как-то не очень-то и похож, — я раздражённо фыркнул. — Рога были бы тебе больше к лицу, — кивнул на нимб над его головой. — Ну, — развёл руками, — одно другому не мешает. Я б и не отказался от небольших рожек, выглядит стильно. Я в ответ только тяжело вздохнул. — Ты наверно думаешь, что я прошу тебя работать за просто так? По доброте душевной? — А разве нет? Разве это всё не бескорыстно и безвозмездно? — Вовсе нет, — мягко улыбнувшись, не сказал, а прямо промурлыкал он. — За помощь я щедро тебя награжу, — прошептал, наклонившись к моему уху, томно вздохнув напоследок. После таких слов мне вдруг реально захотелось помочь этому чуваку, не справляющемуся со своей работёнкой. Вот честно. Немного поворчав еще для виду, я сел в спальне за письменный стол, положил перед собой распечатки с текстами и достал из ящика стола словарь, так, на всякий случай. Ангел, назвавшийся Чимином, проследовал за мной в комнату и, скинув с себя шубу и отправив её прямиком на пол (отчего я непроизвольно поморщился), улёгся на мою кровать. — Ты не уйдёшь? — спросил я с надеждой. Всё-таки голый торс по левую сторону от меня как-то слегка отвлекал от предстоящей работы. — Нет, конечно, — он фыркнул. — Я должен тебя проконтролировать. — Может, просто вернёшься утром за переводом? — Я тебе мешаю? — лукаво вскинута бровь. — Если честно, очень. — И чем же я тебе так мешаю? — Твоё присутствие само по себе напрягает. — Ну прости, что я такое совершенство, — произнёс скорее с гордостью, нежели с раскаянием. Я погрыз кончик ручки, уставившись на первый лист. Затем побарабанил пальцами по столу и тяжело вздохнул. Потом опять погрыз ручку и, всё же не выдержав, встал. Выхватив из шкафа большое розовое махровое полотенце, накинул его на насвистывающего какую-то мелодию Чимина. Тот откинул край, открывая недовольную физиономию. — Это еще что? Мне жарко вообще-то, — возмутился он. — Мне может тоже уже жарко, но я же не раздеваюсь. — А я совсем не против, скидывай кофточку, — милостиво разрешил, облизав пухлые губы. — В общем это… если уберёшь полотенце, я переводить ничего не стану, ясно? — я снова сел за стол, беря ручку. — Полуголых ангелов, что ль, никогда не видел? — хмыкнул Чимин, криво усмехнувшись, но всё же укрываясь поудобнее полотенцем. — Не поверишь, но не приходилось. — Пф! А вот… — начал он, но я обернулся, швырнув в него пеналом. — Мне переводить или лясы с тобой точить? — Понял, не дурак, молчу, — пробубнил он обиженно и отвернулся к стенке. — Спину-то прикрой. Он послушно подоткнул полотенце. Настенные часы показывали шесть утра. Наконец, переведя сей демонский бред (благо оказалось не так уж и много), я устало потянулся. Чимин на кровати мило посапывал, причмокивая губами и время от времени тихонько бормоча что-то невразумительное, полотенце же давно сползло, оголяя его плечи и грудь. Зевнув, я присел на край кровати и, протянув руку, коснулся мягких волос, над которыми искрился в вечном движении по кругу золотистый нимб. Это ж надо, ангел, а спит. Это разве нормально? Хотя нет, не так поставлен вопрос. Я глажу по голове ангела, это нормально? Вообще, его присутствие тут — абсолютно ненормально. Еще раз зевнув и чуток посомневавшись для очистки совести, я всё же аккуратно примостился рядом с Чимином, перетянув часть полотенца на себя. Уткнулся лбом в тёплую спину и вздохнул. А ведь он обещал мне награду за мою работу, я уже такого надумал по этому поводу, таких небывалых картин навырисовывал в своём больном воображении, а он… просто спит. Еще раз разочарованно вдохнув, я приложил замёрзшие ладони к чужой пояснице и провалился в сон. Утро началось как всегда, то есть с будильника, орущего где-то в районе стола. Я порывался подняться раза три, но окончательно встал только с четвёртого, а с пятой попытки даже вырубил это противное создание, при этом так и не разлепив глаз. Постоял посреди комнаты, зевая и почёсываясь, и вдруг вспомнил о прекрасном ангеле Чимине. Захотелось заснуть обратно. М-да… Это ж как я уже доработался, если уже даже во сне что-то перевожу, да и походу пора бы парня себе завести, а то снятся всякие полуголые небесные создания. Совсем крыша едет. Разлепив кое-как, с преогромным трудом глаза, я направился на кухню. Налив себе горячего чаёчку, сел за стол, однако тут же снова подскочил, заприметив у двери на полу что-то белое. Может, конечно, и просто бумажка, но всё же… Поставив чашку на стол, я присел на корточки, подняв с пола маленькое пушистое белое пёрышко и уставился на него, изумлённо выпучив глаза. — Ничего себе… Это ж надо… — пробубнил себе под нос. — Пух из пуховика уже вылезает, — я поднялся, недовольно цокая языком. — До чего некачественные вещи я покупаю. Как ты так живёшь, Мин Юнги? Прям бомж почти, — и бормоча всё в таком же духе, поплёлся собираться на работу, так и забыв об остывающем на столе чае.