Когда оживает фэнтези

Единственный наш телефон я перевел в режим камеры. Выставил зуммер на полное приближение и перед коридором выставил аппарат за угол. Потом какое-то время мы разглядывали то, что отсняли. Коридор, ведущий в шахту, был абсолютно пуст. Освещение выглядело обычным. Того синего свечения атмосферы не наблюдалось. Мы ничего такого опасного не приметили. В общем, взявшись за руки и пригнувшись, двинулись вперед. Но все равно уже перед самим выходом я задержал всех. Во-первых, глазам нужно было время, чтобы привыкнуть к яркому свету. Да и послушать, что снаружи, не мешало бы. Подозрительных звуков никто не услышал. А стоять в три погибели уже не было сил. Еще несколько шагов за пределы шахты, и мы снова замерли. Инстинктивно я прижимал к себе Лерку. Он же обеими руками обхватил меня за талию и не собирался отстраняться. – Идем дальше, – шёпотом поведал я и, не разжимая объятий, повел парнишку. И так был сосредоточен на собственных ощущениях, пытаясь предугадать, есть что опасного в атмосфере или нет, что под ноги толком не смотрел. И когда запнулся обо что-то, то решил, что это рельсы шахтовых вагонеток. А потом еще какое-то время разглядывал ту кучку тряпья, стараясь сообразить, что мне показалось в ней неправильным. И только тихий вой со стороны Славки внезапно подсказал, что мы видим. – Это же не... – вцепился в меня Лера сильнее. – Это же не она? Я же, сжав зубы, разглядывал то, что осталось от Юльки. Собственно, тела не было. Зато одежда сохранилась полностью. Неповрежденная каска отлетела чуть в сторону. А там, где была плоть, осталась горстка не то пепла, не то пыли. Но волосы и, кажется, ногти тоже сохранились. – Идем дальше, – еле подавил я рвотный позыв и потащил ребят дальше. А где-то ещё через десяток метров мы увидели «кучу вещей» побольше. Славка уже не стеснялся слез. Только отирал со щек и молча осматривал две «фигуры», по одежде которых можно было определить его родителей. – Хватит смотреть, – оборвал я. – Уходим. – А наши родители дома тоже погибли? – зарыдал уже Ярослав. – Может, и нет, – буркнул я. И, не задерживаясь, повел ребят на выход из музея, старательно огибая «вещевые кучки». И так понятно, кто там. Правда, останки лошади впечатлили еще больше, чем тела людей. Только копыта и сохранились, ну, и сбруя с гривой, конечно. Вообще это все выглядело, как оживший фильм ужасов: музейная телега, вещи возничего, полная лошадиная амуниция и копыта! Похоже, что животных постигла та же участь, что и людей. Я сжимал ладошку Лерки и ощущал, что его пальцы дрожат. Да и мне было действительно страшно от всего, что встретилось за последние несколько минут. Но я упорно вел ребят вперед. Хотя перед корпусом с кассами и магазинами тормознулся уже сам. – Электричество? – озвучил то, что меня поразило, Славка. – Почему бы и нет? Если люди погибли разом, то автоматика будет еще какое-то время работать без контроля, – просветил я парнишек. – И в нашем случае это хорошо. Холодильники с продуктами работают. – Я, наверное, не смогу есть, – скривился Лера. – Возьмем с собой. Отъедем подальше и перекусим. Плюс напитки не помешают. С этим согласились все. Пока парни загружали в рюкзачки съестное, я прошелся по сувенирной лавке. Раздобыл чистых футболок (надписи дебильные, но нам это не важно). Потом еще туалетные комнаты проверил. И, не обнаружив там ничьих останков, порекомендовал ребятам умыться. – Надо же, вода теплая, – отфыркивался Славка, намыливая свой загривок. – Я же говорю, системы автоматически будут еще какое-то время работать даже без контроля со стороны людей, – повторил я. Пока умывались и переодевались, парни немного успокоились, но снова начали трястись, когда мы вышли на парковку. Здесь и народу явно было больше. Плюс кто-то находился за рулем, когда случился тот катаклизм. Несколько врезавшихся друг в друга автомобилей и два сгоревших остова демонстрировали, что тут было «весело». Но, тем не менее, стоянку я вполне успешно покинул и повел автомобиль по направлению в город. Чем дальше ехали, тем муторнее становилось на душе. Автомобилей с живыми людьми нам не попадалось. Зато дофига встречалось тех машин, что застали стихию во время движения и потеряли управление. Перевернутые автобусы, фуры и прочий пострадавший транспорт. Мне пришлось поискать тихое место для остановки, где не было ничего такого, что наводило бы на ненужные размышления. – Обед, – сообщил я, прижимаясь к обочине. – Лучше здесь перекусим. В городе нам не до еды будет, – предположил я. Кажется, только Лерка и не смог ничего съесть. Попил спрайта из бутылки и покачал головой на предложенный сэндвич. Славка же наворачивал закуски с энтузиазмом и даже какой-то злобой. – Саша, а мы единственные выжившее живые существа? – со всхлипом задал вопрос Валера через какое-то время. – Почему? – удивился я. – Должны еще остаться. Кто-то на момент катаклизма находился в метро. Это могло их спасти. Опять же шахтеры. – Но Юлька выскочила почти через сутки и погибла, – напомнил Ярослав. – Все равно есть большая вероятность таких обстоятельств, что люди задержались под землей. Примерно как мы, когда ждали подмогу. Кто-то тоже мог сообразить, что если не пришли спасатели, то соваться наверх не стоит, – возразил я и тут же вспомнил еще одну категорию людей, что могли выжить. – Военные ракетчики должны спастись. – Каким образом? – не понял Яр. – Эти системы ПВО находятся глубоко под землей. Плюс они там дежурят неделями. Да и не кинутся в случае опасности наверх, а будут пытаться связаться по рации или другим средствам связи. – Нужно телефоны зарядить и попробовать кому-либо дозвониться, – тут же встрепенулся Лерка. – Вдруг наши родители живы, – понурил он голову. – Позвоним, – согласился я. – Доберемся до гостиницы, там еще и интернет проверим. Но пока лишь покрутил настройки приемника. Тихое шипение на всех каналах настроения не улучшило. Я же, покончив с перекусом, снова завел двигатель. – Птицы! – неожиданно встрепенулся Лера, показывая на небо. – Вот видишь, не все живое погибло, – подбодрил я. Правда, на въезде в город краем глаза отметил останки собачки и ее хозяина. Кажется, животные все же не уцелели. Разве что какие-нибудь кроты или черви. Интересно, а рыбы пострадали? Могли глубоководные выжить. – Давай у полицейских оружие заберем, – выдернул меня из мрачных мыслей Славка, кивая на служебный автомобиль. – Оружие? – не понял я. – Ну, вдруг, как ты говоришь, кто-то выжил, да не совсем адекватен. И вообще пригодится. – Местные полицейские оружие не носят, – поправил я племянника. – Если только в самом участке искать. Да и к чему оно нам? – Для обороны, – гнул свою линию племяш. Пришлось тормозить, опускать окно и «выстреливать» огнем. – Мы же теперь маги или что-то подобное, – напомнил я – Да, я и забыл, – спохватился Славка. – Тогда нам нужны магические щиты. От неадекватных магов отбиваться. Я только вздохнул. Перечитал ребенок в свое время фэнтези. Теперь сочиняет невесть что. Какие щиты? Пока же меня волновали те столбы дыма, что виднелись на севере города. – Пожары? – вытянув шею, пытался рассмотреть что-то Ярослав. – Скорее всего, – кивнул я. – Отчего? – Да мало ли. Остался утюг включенным или то, что без присмотра людей могло воспламениться, – выдвинул я версии. – А электричество, как ты думаешь, еще долго будет? – Пока работает электростанция, – сообщил я и покачал головой. – Что? – оценил мою реакцию парень. – Атомная электростанция в Хартлпуле, которая от нас примерно в полутора часах езды на машине, – пояснил кратко. – Ты думаешь, она без присмотра человека может рвануть? – охнул Ярослав. – Кабы знать. Я совсем не в курсе, какая там безопасность. И что случится, если персонал станции внезапно покинет ее. Эти все системы охлаждения как-то должны пополняться. Вот так разом заглушить атомный реактор не получится. Парни притихли. Кажется, проблем у нас прибавляется. И тот факт, что нам повезло уцелеть в этой мировой катастрофе, не дает гарантий на дальнейшее выживание.