EXIT

Судьба всегда оставляет как минимум один запасной выход. (с) Андрей Белянин. Вкус вампира

Люси молча прошла в спальню, слыша осторожные шаги позади нее. Вопросы рождались в ее голове и застывали на языке, не решаясь нарушить тишину. Она молча уселась на кровать и взглянула на него. Нацу стоял рядом, напряженно вглядываясь в ее черты. Тишина стала давящей, наседающей с каждым вздохом, с каждой мыслью. Люси стало не по себе. - Ты так на нее похожа, - он первым прервал молчание. - Даже смотришь также. И запах особый, который я никогда не забуду. Нацу как завороженный двинулся навстречу и опустился на кровать подле нее. Протянул руку к ее щеке и остановился в нескольких миллиметрах. Люси не могла стряхнуть с себя оцепенение. Слишком сильно он страдал. Слишком явной была его боль, которую он не мог держать в себе. И Люси взяла его за руку. - Все будет хорошо, - прошептала она. Нацу дернулся как от удара. Он опустил взгляд на колени, плечи его стали сотрясаться от мелкой дрожи. Люси не знала, что ей сделать, чтобы ему стало хоть немного легче. Нацу плакал, стискивая ее руку в своей, опаляя ее жаром тоски и боли. - Ты не моя Люси, - бормотал он в перерыва между всхлипами. И Люси успокаивающе гладила его по спине. Утешала. Говорила какие-то бессвязные фразы, пытаясь не заплакать тоже. Внезапно на какой-то момент этот незнакомый человек стал ей ближе, чем все ее друзья и знакомые. Просто потому, что он был слишком открытым для нее. Слишком искренним. И от этой искренности невозможно было отвернуться. Эту искренность невозможно было не впустить в сердце. Нацу прислонился щекой к ее плечу, и она почувствовала, как рукав домашней майки, которую она нашла в шкафу, пропитывается влагой. Он плакал громко, не таясь. Кричал, ругался и снова затихал от приступа очередной дрожи. Они долго сидели в тишине, каждый терзался своими мыслями. И лишь крепко стиснутые ладони возвращали их к реальности.

***

Раннее утро выдалось крайне тихим, разбавляемое лишь тихим похрапыванием Вакабы из-за дальнего стола в одном из углов помещения и хохотом Макао, который насмехался с уснувшего после пьянки товарища. В остальном же в гильдии царило спокойствие. Леви вбежала внутрь, шумно отворив при этом массивную дверь, заставив тем самым обратить к себе присутствующих товарищей. Она уловила в свой адрес несколько сонных «привет», улыбнулась, помахала рукой в ответ, и побежала прямиком в кабинет Макарова. Леви постучалась и, не услышав ответа, все же вошла внутрь. Она застыла у двери просторной комнаты, из мебели в которой был лишь громадный дубовый стол, такой же стул и шкаф, заполненный отчётами для совета и прочими бумагами. Сам же Макаров разгребал часть из этих многочисленных отчётов, сидя за столом, вдогонку к этому периодически отпивая саке из литровой кружки. — Мастер, доброе утро! — от неожиданности тот встрепенулся, буквально подскочив на месте, и пролил на себя достаточно приличное количество напитка, об утере которого незамедлительно пожалел. — Извините, что ворвалась так рано, но мне нужно спешить, а Миры пока нет. Я хотела оповестить, что отправляюсь на поиски нужного заклинания и меня не будет в гильдии несколько дней. Может, и больше. Хотела уехать вчера, но опоздала на последний поезд. — Не стоит тебе отправляться одной. Возьми с собой кого-то из гильдии, — он мягко улыбнулся, как улыбаются обычно заботливые отцы, беспокоясь за своих детишек. — Хорошо. Леви спешно покинула кабинет, намереваясь поскорее отправиться на поиски, оставив Макарова в полной тишине наедине с кипами порядком осточертевших ему бумаг и полупустой кружкой смачного саке.

***

Нацу с наслаждением потянулся и открыл глаза. Впервые за последнее время он так хорошо выспался. Взгляд упал на лежащую рядом с ним девушку. Они до сих пор держались за руки. Нацу спешно отскочил и тут же пожалел об этом - рука еще хранила ее тепло. Эта-Люси, как решил ее называть про себя Нацу, еще спала. Она чуть причмокивала губами и улыбалась во сне. Солнечный луч приземлился на ее лицо и Нацу разозлился на него. Почему он мешает этой-Люси спать? Он нахмурился. Решение пришло незамедлительно. Он выставил вперед ладонь так, чтобы тень от нее падала прямо на лицо девушки. Лучик шаловливо заплясал уже по его руке, оставляя в покое безмятежное лицо этой-Люси. Нацу усмехнулся. И сердце уже привычно заныло в груди. Он не мог отвести взгляд, хоть и смотреть на нее было очень больно. Но больнее было находится вдали. Он погрузился в свои мысли и не заметил, как эта-Люси проснулась и внимательно за ним наблюдала. - Доброе утро, - улыбнулась она. Нацу спохватился и убрал руку, почему-то смутившись. - Доброе, - он инстинктивно улыбнулся ей в ответ. Это была первая улыбка за множество прошедших дней. И это открытие заставило его удивленно разинуть рот. - Тебе лучше? - ее голос сквозил беспокойством. Нацу кивнул и снова посмотрел в ее глаза. Такие же, как и... Прекрати. Это не она. - Я думаю, мне пора идти. Извини за...за вчерашнее. Пойми, что они лишь схожи внешне. Твою Люси не вернуть. Ты сам видел ее смерть. Эта-Люси понимающе улыбнулась. - Не хочешь позавтракать со мной? На кухне осталась вчерашняя еда. Глядя на ее улыбку, мягкую и теплую, Нацу не смог совладать с собой. - Конечно. Беги, глупец, пока еще не поздно. Люси ловко орудовала сковородкой, жаря яичницу. Масло недовольно шипело над танцующим огнем. А Нацу не сводил голодных глаз с вкусно пахнущей еды. Когда он в последний раз ел? А когда он ел с удовольствием, а не только для того, чтобы не умереть? Нацу с упоением втягивал в себя умопомрачительные ароматы и быстро поглощал завтрак. Люси ела рядом с ним, аккуратно орудуя вилкой. - Спащибо, Лющи! - выдавил он. Рот его был набит последним огромным куском хлеба. И впервые ее имя так слабо кольнуло его сердце. Эта-Люси рассмеялась и убрала тарелки. - Расскажи мне о вашем мире, Нацу, - попросила она. Он глубоко вздохнул и начал свой рассказ. Он говорил о магических гильдиях, о врагах и друзьях, о полезных лакримах и разных волшебных предметах, о забавном короле и милой принцессе, о драконах, особенно тщательно он рассказывал о Игниле, и снова о боях, о новых техниках и забавных заданиях, о невероятных животных, о Эдоласе, и, конечно же, о своем лучшем друге Хэппи, который был на задании вместе с Венди и Шарли. - Синий летающий кот? - впервые она прервала его. Нацу позабавили ее широко распахнутые глаза. - Я хочу его увидеть! Кстати, а какой магией обладаешь ты? Нацу выдержал театральную паузу и наставил на нее указательный палец. На его кончике разгорелось маленькое пламя, оно выросло до размеров кулака и обхватило всю его ладонь. Эта-Люси ахнула, от удивления открыв рот. Пламя исчезло также быстро, как и возникло. - Невероятно, - в ее голосе было столько восхищения, что Нацу не выдержал и самодовольно улыбнулся. Который раз за этот день? Улыбка погасла. Нацу стиснул ладони в кулаки. Как ты можешь улыбаться, когда нет ее? Он отвернулся, пытаясь не показать очередной всплеск боли. И замер, ощутив на плечах теплые ладони. Эта-Люси обняла его со спины, пряча смущенное лицо. Сердце Нацу внезапно забилось в сто, нет, в тысячу раз быстрее. Жар залил его щеки, рождая огненный румянец. Внезапно ему расхотелось разрывать объятия.