Полярность

Питер, окруженный стопками книг с труднопроизносимыми названиями, чиркает ручкой в n-ной по счету тетради. Он — умный парень, даже слишком. Но таких, как он, в университете много, поэтому борьба за место под солнцем идет бешеная. — Ты знаком с Тони Старком, — тянет Уэйд, на которого просто-напросто забили, — это разве не блат? — Я еще и Капитана Америку знаю, но это не значит, что меня назначат полковником американской армии, — Питер красным маркером выводит нужное определение. — Ладно, — досадливо кивает мужчина. — Тогда скажи, что твой парень опасный наемник, и он задушит ректора его же колготками, если тот не поставит автомат. — Наш ректор — мужчина. — Ты про него многое не знаешь! — смеется Дэдпул, шлепаясь рядом с теплым, уютным Питером, которого он и пальцем не касался все эти долбанные две недели! Трахать Спайди — хобби. Целовать Спайди — увлечение. Дрочить Спайди — сплошное удовольствие. «Наши мысли только о сексе», — Белый вяло вставляет — какое замечательное слово — свою реплику. «Это да», — Жёлтый недоволен. Пожалуй, получать наслаждение от кончающего Пити — его привилегия. Одна из немногих, между прочим. — Ты можешь подождать еще две недели? — тяжело выдыхает Паркер, когда на его коленку опускается изуродованная рука мужчины. — Перестань меня домогаться. Видишь, я занят? — Но я соскучился, — отзывается Уилсон и нежно целует Питера в шею. — К тому же, тебе нужно отдыхать. — Ладно, — Паучок откладывает конспекты в сторону, разглядывая бойфренда печальным, мутным уставшим взглядом. — И что ты предлагаешь? Уэйд улыбается. *** Питер утыкается носом в скулу Дэдпула, закидывая на того свою костлявую ногу. Спортивные штаны, в которых всегда спит Спайди, немного задираются, слегка оголяя подтянутый и натренированный живот. «Ну, наконец-то», — довольно мурчит Жёлтый. — Тихо, — шикает Уэйд, забывая, что голоса слышит только он один. Он аккуратно накрывает Пити теплым одеялом, прижимая к себе сильнее. — Видите, он спит! «Мы будем, как мышки», — радостно пищит Белый. — Знаю я вас, лицемеры. Возможно, секс с Питером безупречен, невероятно сладостен и хорош, но только тогда, когда они получают от этого наслаждение вместе. А замученный, выжатый, словно лимон, парень на роль страстного молодого любовника не тянет от слова «совсем». Так, лишь на резиновую надувную куклу. Уэйд ведь любит своего Паучка... во всех смыслах этого слова.