Записка

Когда ты завидуешь чужой любви, то часто возникает чувство собственного превосходства, желание разлучить влюблённую пару только ради своего раздутого эго и желание избавиться от потенциального соперника. Все эти чувства так или иначе преследовали Хлою Буржуа, однако, конкретно она испытывала их гораздо сильнее, нежели чем обычный человек. Всё до боли просто ─ избалованные эгоцентричные собственники никогда не смирятся со своим поражением, даже если они того заслужили, как и бывает в большинстве случаях. ─ Что он нашёл в этой… ─ Хлоя сжала руки в кулаки, а на лицо её обезобразила злобная гримаса, выражаемая напряжёнными до предела бровями и оскаленными зубами. Хоть доставай огнетушитель и туши возникший в душе девушки пожар, хотя, наверное, таким образом наоборот масло в огонь подольёшь. ─ Ненавижу её! Она не достойна! Ка-ак Адриан мог полюбить эту простушку! Одно сказать можно точно ─ как бы Хлоя ни пыталась, что бы она ни предпринимала, её затеи никогда не будут иметь должного успеха, так как любовь Адриана и Маринет не в силах разрушить ничто и никто, тем более она. Не сказать, что блондинке было больно от того, что объект обожания принадлежит кому-то другому, ведь у Хлои, как мы многие знаем, нет сердца, а значит и боль она вряд ли может чувствовать. Девушка настолько погрязла в эгоизме и алчности, что высокие чувства уже давно стали для неё не больше, чем просто словами. Хлое просто не по нраву то, что в этом мире далеко не всё принадлежит ей. И об Адриане она думает как о желанной вещи, а не как о человеке, хоть это весьма странно звучит, но это так.

***

День. Мокрый асфальт покрыт кашей из грязи и снега, вместо белоснежных сугробов вокруг теперь протекают небольшие пруды из талых луж, а вместо нежного, хрупкого, невесомого снега плачет кристальной росою дождь. Температура изменилась резко, по сравнению с ранним утром ─ термометры сейчас показывают плюсовую отметку, несмотря на то, что с утра было гораздо холоднее. Погода меняется спонтанно, скачки тепла и холода уже несколько дней преследуют Парижан, приводя некоторых в замешательство. Иной раз днём выйдешь на улицу в весенней лёгкой куртке, ни о чём не думая, как к вечеру тебя вдруг холод уж точно застанет врасплох, а, главное, такие погодные аномалии трудно предугадать. В такую ситуацию попали и Адриан с Маринет ─ надетые ими с утра зимние куртки были чересчур тёплыми для такой погоды, посему, этим двоим ненадолго пришлось заскочить домой во время прогулки, дабы переодеться во что-нибудь более лёгкое. С течением времени город словно ожил ─ люди, пленённые объятиями тёплых пледов, начали потихоньку выходить на улицу, покидая домашний уют. Так приятно дышать свежим и прохладным воздухом, таким невесомым и лёгким. Мир просыпается, стоило лишь теплу ненадолго выйти из своего тайного ото всех укрытия, стоило лишь зиме на некоторое время отступить. Однако несмотря на выросшее количество людей вокруг, покой мокрые Парижские улицы всё ещё могли сохранить. Поток прохожих хоть и стал сильнее, но он был так тих и молчалив, все о чём-то задумались, украдкой погрузившись в собственные мысли. Компания из четырёх друзей в этот день снова решила собраться, дабы повеселиться в обществе друг друга. Две влюблённые пары в прекрасных дружеских отношениях друг с другом мило и оживлённо болтали, своей волной позитива будто отгоняя тишину и скуку от себя. Пусть и говорили они негромко, за то своими эмоциями излучали счастье и теплоту, светились искренней радостью. Они казались радужным пятном на чёрно-белом фоне. Ничего не может испортить этот день. Потрясающая новость, которой Адриан обрадовал Маринет с утра, до сих пор вызывала у девушки радостную улыбку на лице, однако, ещё сильнее делало её счастливой то, что Адриан не посылал никаких сквернословных сообщений. Как это здорово ─ понимать, что тебя любят, что ты нужен кому-то ещё, помимо своих родителей. Любить и быть любимым ─ это ли не чудо в нашем мире? Вот именно, что да, ведь чувства, возникающие между двумя влюблёнными людьми, порой искренни настолько, что в них тонешь, что забываешься и полностью погружаешься в другой мир, мир, созданный двумя трепещущими сердцами. И этот мир для двоих, и строится он только совместным трудом, ведь буквы «я» в слове «пара» просто-напросто нет. ─ А я ему и говорю: «Ты серьёзно?», ─ вскинула руками Алья, только что закончив свой многословный и эмоциональный рассказ, чем вызвала у окружающих её ребят лёгкий смешок. ─ Вот это да, ─ хихикнула Маринет, подмигнув подруге. ─ Весело. ─ Ребят, а чего мы просто так ходим туда-сюда? ─ с некой долей возмущения в голосе произнёс Нино, поправив правой рукой съехавшие на нос очки. ─ Давайте где-нибудь остановимся, в кафе, например. ─ Тебе лишь бы поесть, ─ Алья кокетливо подмигнула, достав из кармана курточки телефон, который издал короткий мелодичный звук, свидетельствуя о приходе нового сообщения. ─ Так, что тут у нас. ─ А тебе лишь бы в телефон уткнуться, ─ колко, но шутя, ответил Нино, заглянув Алье за плечо, однако та быстро заблокировала телефон, дабы не давать своему парню читать чужие сообщения. ─ Тут же неподалёку мой дом и пекарня, мы можем зайти и взять немного вкусностей, чтобы подкрепиться, ─ мило улыбнулась Маринет, указав рукой в сторону улицы, где находился её дом. ─ Хорошая идея! ─ поддержал свою девушку Адриан, как бы невзначай взяв её за руку и крепко сжав в своей. ─ Так и сделаем. А на улице тишина, едва ли не абсолютная тишина. Все куда-то спешат и спешат, не обращая внимания на красоту улиц оживающего от зимней стужи Парижа. Тепло слегка опустилось на землю, едва ли прогнав холодок, что одни своим видом пугал теплолюбивых домоседов. Да уж, некоторые люди так и напрашиваются на то, чтобы их назвали растениями, а что в этом такого? Им нужно лишь солнышко, тепло, ну и поливать их надо каждый день, а в целом-то более ничего не надо для счастья. Разве не так? Всколыхнулся прохладный ветерок, с силой подув в разные стороны и заставив скукожиться так опрометчиво расстегнувших куртки людей. Затрещали ветви старых и сухих от времени деревьев, от всё нарастающего в силе ветра трескаясь и ломаясь. Прохожие невольно забеспокоились, поняв, что от такого холодного ветра их обычные курточки и шапки не спасут ─ уж слишком он силён для такой-то солнечной погоды. Становилось всё холодней и холодней, или же так лишь казалось? Человек за человеком съёживались в сильнейшей дрожи, однако, ветер прекратился, хоть после этого ничего и не изменилось. Словно кто-то управлял чувствами, словно кто-то хотел заставить несчастных и невинных горожан мучиться от ледяной стужи, разбушевавшейся где-то внутри собственных тел. И два морозного цвета глаза косо смотрят на своих жертв, играя с ними коварным льдом, что струящимся светом переливается в зрачках. Слышны крики. Ещё и ещё, один за другим, и так песня мучающихся от холода людей становится всё громче и громче, доносясь до ушей идущих до пекарни ребят. Маринет и Адриан обернулись назад, устремив за горизонт подозрительный взор будто по команде, в то время как Алья и Нино не заметили ничего сверхъестественного. Алья подняла голову вверх, взглядом пройдясь по оставшимся позади пути улицам, где не наблюдалось ни одной живой души. Послышался тихий гул, что прекратился буквально через пару секунд, и в тот же самый момент раздался истошный крик Альи, полный безнадёги и страха, девушка схватилась за голову руками и убежала прочь, на всех парах двинувшись куда глядят испуганные глаза. Нино в недоумении опешил, однако, не стал церемониться и погнался за Альей, оставив двух своих друзей один на один с неким аномальным явлением, что заставляло всё больше и больше людей испытывать не самые прекрасные чувства, не имея на то определённых причин. Алья испугалась так резко, спонтанно, будто увидела что-то, незримое для других глаз, чем и вызвала у друзей довольно обоснованную тревогу. Адриан и Маринет встали спинами друг к другу, ошарашено и пристально озираясь по сторонам в поисках неведомого явления, так сильно напугавшего их подругу, однако, ничего вокруг не казалось подозрительным. Двое ребят выпрямились и развернулись друг к другу лицами, молча столкнувшись обеспокоенными взглядами широко раскрытых глаз. ─ Ты направо, я налево, ─ чётким, слегка приказным тоном произнесла Маринет, подняв взгляд. ─ Ты о чём? ─ в недоумении ответил Адриан, почесав затылок и косо посмотрев на любимую. ─ Если в Париже происходит что-то подозрительное, значит, пришло время Ледибаг и Кота Нуа… ─ девушка договорить не успела, в горле стал комок. Она медленно опустилась на колени, согнувшись в нестерпимой боли, так внезапно скрутившей живот, при чём, режущее изнутри чувство всё нарастало и нарастало, буквально разрывая на кусочки. Адриан наклонился и сел на корточки рядом с Маринет, с опаской и тревогой дотронувшись до её плеча, однако, девушка никак не отреагировала. Несмотря на ужасную и нестерпимую боль, она держалась молодцом, не кричала, молчала, терпела, лишь стоны редко вырывались из её груди, тут же растворяясь в холоде молчаливого воздуха. В сердце Адриана начала вить гнездо боязнь за любимую. Парню стало за неё так тревожно, он чуть ли не сам начал корчиться в муках, будто принимая состояние Маринет на себя, будто испытывая то, что испытывала она. А боль внутри всё сильнее. И из груди девушки вырвался полный мучений и страха крик, до колик напугав и без того не находившего себе места Адриана. Он резко схватил девушку за руку и подтащил к себе, крепко прижав к своей груди и обхватив тёплыми и сильными руками вокруг спины. На лице Маринет красовалась гримаса агонии, заставляя парня мучиться от страха и непонимания, что сковали его душу подобно железным и толстым цепям. В городе прячется хищник, в ожидании всматриваясь в знакомые лица. На лице его сияет полная коварства ухмылка, что отражает собой удовлетворение хозяина, а, точнее, хозяйки. Но что это может значить? В Париже восстал новый злодей. ─ Маринет! ─ Адриан зажмурил глаза, прижимая девушку к себе и напрягая свои мышцы до предела. Казалось, словно через секунду боль в теле Маринет возрастёт настолько, что уже невозможно будет стерпеть, хотя уже сейчас у неё не было мочи дышать, не то, что говорить. Тяжёлое и частое дыхание девушки своим звуком резало Адриану уши, отчего больно становилось им обоим. Адриан, на самом деле, человек трепетный, чувствительный. И только лишь страх за Маринет победил недоумение в его сознании, заставив напрочь забыть обо всём, кроме любимой. Для Адриана его милая девушка была целым миром, ради которого стоит жить до следующих лет, и если больно ей, значит корчиться в муках должен и сам парень. Он бы всё отдал сейчас, чтобы разделить с ней её тяжкую боль, он бы всё отдал за то, чтобы принять на себя все муки, потому что любил, сильно и нежно любил. И ради любви хоть волком взвыть готов, но пусть хоть милая сердцу Маринет не будет страдать. Однако хотя бы понять, что происходит, охота. ─ Милая, ─ обречённо произнёс Адриан, слегка расслабив руки и немного отодвинув девушку от себя. Кожа Маринет слегка побледнела и похолодела, лицо хмурилось всё слабее и слабее, пока вскоре не расслабились брови и не закрылись глаза. Сознание покинуло её, но вместе с этим и боль мгновенно отступила, дав место безмятежному сну. Всё закончилось так же, как и началось ─ мгновенно, внезапно и очень неожиданно. Остаётся лишь строить догадки, что начали терзать мысли Адриана просто нещадно. ─ Эй… Взгляд парня упал на лицо спящей любимой, отчего невольно голову начали посещать воспоминания тех счастливых событий, происходивших несколько месяцев назад. Тогда наивный Адриан ещё не мог и знать о чувствах милой Леди к нему, тогда он ещё не мог знать, что любовь всей его жизни всегда была в двух шагах. Как Маринет в мечтах млела, стоило парню лишь сказать ей: «Привет», как она порой ночами не спала в попытках разобраться в собственных чувствах. Безмятежное время, время, когда двое влюблённых ещё друг о друге не знали. «Мы два идиота.» Ветер поднялся, всколыхнув волосы Адриана и Маринет, в то время как некий чужой силуэт вышел из-за угла. Девушка в чёрно-голубом костюме с длинным шлейфом сквозь такого же цвета маску на лице буравила парня любопытным взглядом, от которого по коже мурашки не просто бегали, а мчались галопом. Ледяная колкость в голубых глазах показалась знакомой парню, и когда загадочная девушка оказалась в паре шагов от него, Адриан испытал некий испуг наряду с волнением за любимую девушку. Парень нежно прижал Маринет к себе, отодвинувшись чуть вбок и накрывая её своим телом, дабы загадочная незнакомка, что смахивала на одержимую Акумой обиженную душу, не тронула дорогого сердцу человека. ─ Адриан-Адриан-Адриан, ─ с нотками издёвки в слегка противном голоске протянула девушка, подойдя ещё ближе на шаг. Один её вид внушал дьявольский душевный страх, словно незнакомка могла управлять эмоциями и ощущениями, стоило ей лишь столкнуться с соперником взглядом. Однако и было так, ведь Акума может сотворить всё, что угодно душе с, казалось бы, обычным человеком. ─ Даже не пытайся её защищать. ─ Кем бы ты ни была, уходи! ─ Адриан выставил правую руку вперёд и закрыл глаза, дабы оградиться от полного демонического огня взгляда. Ярость ─ двигатель нашей жизни. Превосходя здравый смысл и эмоциональное состояние, она захватывает власть над душой, контролируя действия и эмоции, будто марионетку кукольник. Дёргает за ниточки, заставляя нас совершать те поступки, о которых непременно будем сожалеть уже совсем скоро, порабощает сознание и мозг, заставляя его забыть обо всех правилах и рамках. В конце концов, предаваясь ярости, мы просто обо всём забываем, отчего невольно обжигаем чувства наших близких горячим пламенем злобы, упуская тот факт, что кому-то ведь тоже больно. И ронять слёзы от безысходности можем не только мы…