don't stop

      Главной ошибкой Акааши ещё в старшей школе было дать свой номер телефона Бокуто. Страшной – пойти с этим идиотом в один колледж и снимать вместе с ним квартиру. Непоправимой – ответить «да» на самое странное предложение в его жизни. Кто вообще предлагает встречаться на тренировке после трёхкратного повтора резаного удара? Бокуто. Радости Котаро не было предела, команда помирала от смеха, а Акааши не понимал, как ему выкрутиться на этот раз.       Но всё было не настолько плохо: Бокуто вёл себя вполне обычно, Акааши всё так же был достойным связующим, а команда стала отвешивать больше тупых шуточек про меньшинства и нехватку голубого цвета в командной форме.       Самое страшное началось на национальных. После каждой победы Бокуто с громким не то криком, не то визгом кидался на Акааши и целовал его прямо на площадке под громкое «ох» команды и болельщиков с трибун. Акааши смущался на несколько секунд, приобнимал капитана за талию и наигранно неохотно отвечал, стараясь отбить у второго желание делать это каждый раз перед таким количеством людей. Но Бокуто отстранялся, улыбался широко и радостно хихикал, примечая не успевший полностью сойти румянец на щеках связующего.       По окончании турнира Котаро предложил (на самом деле, чуть ли не силой заставил) Кейджи прокатиться на его спине до самой школы; врезаться в столб было самым интересным из всей поездки, потому что всё остальное время Акааши трясся от страха быть опрокинутым или упасть под аса.       Удивлению ещё находившихся в школе учеников не было предела, а сама парочка продвигалась по хитпарадной лестнице лучших пар школы с неимоверной скоростью.       На следующий день после чемпионата Акааши проснулся слишком поздно и долго не мог сообразить, откуда взялся Бокуто в его квартире и почему с кухни несёт палёным, а в ванной в нелепую кучу собраны мокрые полотенца. И почему Котаро ходит по его комнате без футболки.       Ответ капитана был до нелепого прост.       – Акааши, ты прямо как ребёнок. Мы встречаемся, а влюблённые всегда заботятся друг о друге.       – Давно спалённая кухня входит в разряд «забота»?       – С той самой секунды, как я умудрился её спалить.       Кейджи для вида поворчал на второго, но внутри было так тепло и приятно, что приходилось невероятными усилиями давить улыбку.       Сам Бокуто – тёплый. И его объятия – теплее некуда. Особенно если атакующий без футболки. И особенно если эти объятия в кровати.       Неожиданный стояк Котаро всё испортил – всё неожиданное, исходящее от Бокуто, всегда всё портит (кроме коротких поцелуев между тренировками, к которым Кейджи слишком пристрастился). Это был их первый раз, и, мягко говоря, тот прошёл довольно-таки удачно – Бокуто заволновался настолько, что инициативу пришлось брать связующему, а под завершение он кричал так громко, что барабанные перепонки Акааши просто не выдерживали той тональности. Как и его нервы день, полный по самые края нытья и восторженных комментариев атакующего.       – Акааши, у меня зад болит. Ты мог бы и понежнее быть со своим парнем.       – Акааши-и, это было настолько круто, что мы просто обязаны повторить это в ближайшее время!       – Акааши. Я хочу быть сверху.       Акааши, Акааши, бесконечное «Акааши». Сколько уже времени прошло? Два года? А Бокуто так и не избавился от привычки называть Кейджи по фамилии, забавно растягивая гласные, и строить совиные «я-получу-это-акааши» глазки в любой требующей или не требующей того ситуации.       Кратковременным отдыхом от Бокуто были занятия. Единственное правильное решение в жизни Кейджи – выбрать другие факультативы. Не выдержав и недели бесконечного потока бредовых и иногда заводящих сообщений, Акааши начал попросту выключать телефон – нет, серьёзно, как Бокуто успевает играть в волейбольной сборной и строчить ему энное количество сообщений в секунду?       В скором времени его парень освоил и голосовую почту, и – господи, кто это создал и кого нужно убить, чтобы это прекратилось? – количество супербредовых звуковых сообщений увеличилось.       «Акааши, срочно перезвони. Я, кажется, уронил что-то из окна, пока пытался приготовить макароны.»       «Я упал с кровати, – неразборчиво и как-то слишком убито для вечно позитивного идиота, – мне больно, Акааши. Я же не умру, да? Не умру ведь? Я не хочу умирать раньше, чем ты, потому что у нас так много незаконченных дел и мы всё ещё не завели кота.»       «Акааши-чан, – Бокуто иногда такой восприимчивый, – я так и не смог сделать ничего, кроме как вскипятить воду, поэтому я закажу суши, и весь вечер мы будем с тобой втыкать в экран телевизора и болтать с набитым ртом, а потом займёмся умопомрачительным сексом. Главное, чтобы соседи снова не порывались вызвать полицию…»       «Тебе просто стоит быть тише, идиот-сан», – мимолётно проскальзывает в голове, а наружу вырывается сиплый выдох.       Идти домой и знать, что тебя кто-то ждёт – невероятно приятно, даже если этот «кто-то» – неугомонный Бокуто. Бессмысленно тратить время за телевизором в объятиях любимого – приятно тоже. Обнимать того, кто тебе действительно дорог, и целовать так, что даже сам болтливый Котаро затыкается на долгих пять минут – невероятно. И быть с Бокуто, принимать его любовь и своеобразную заботу – не так уж и сложно. Полностью отдаваться в ответ – проще простого.