Злость передаётся воздушно-капельным путём

POV Аня Я не смогла уснуть. Да и как тут можно спать, когда за окном мимо тебя проносятся такие виды?! Проводница доложила мне на какой станции у нас будет длинная остановка, поэтому я заранее приготовила толстовку и сигареты. Игорь запрещает мне курить, отчего стараюсь травить себя тайком. Благо парни давно спали, храпя на всё купе, так что моё отсутствие вряд ли кто-то заметит. Поезд остановился в назначенное время. Рывком спрыгнув со своей полки, я понеслась к выходу из вагона, надеясь, что мой слоновий топот никто не услышит. На выходе я обернулась, дабы убедиться, что мне удалось улизнуть незамеченной. К счастью, у меня это полчилось, так что уже через пару секунд мои лёгкие наполнялись долгожданным никотином. Подумать только, я продержалась без заветного яда почти три дня! Я так долго воздерживалась когда ещё жила с папой, чтобы он не учуял запах. И всё-таки, какой он, Питер? Такой же серый, мрачный и угрюмый, каким его описывают жители? Или обитель российской интеллигенции, пропитанный вежливостью и искренностью, всегда готовый принять гостей и приютить бежавших из родных краёв? Возможно некоторые персоны, узнав о том, что я ни разу не прогуливалась по Невскому проспекту, не любовалась фонтанами Петергофа, и уж тем более не обнималась со своей второй половинкой на фоне разводящихся мостов, принялись бы в ту же секунду взахлёб рассказывать мне о красоте сего города, но только не Игорь. Он лишь довольно усмехался на все мои тщетные попытки выведать информацию из, так сказать, первых уст, и говорил, что мне предстоит увидеть всё воочию. Хм, как странно, мы знакомы столь мало времени, а я уже успела привыкнуть к этому человеку. Вместе с ним я чувствовала себя уютно, в безопасности. Как-будто бы рядом с отцом или старшим братом. Но что-то в глубине моей жалкой душонки мне подсказывало, что чувства, питаемые к этому мужчине, являлись много большим, чем простой дружеская симпатия. К тому же я совсем недавно могла убедиться, что мои чувства взаимны. Может из этого выйдет что-либо путное, или же всё будет как обычно? Чёрт с ним, не буду пока заглядывать в будущее, само всё сложится. С такими мыслями я покинула задымлённый перрон и кое-как взобралась по лестнице обратно во временный дом на колёсах. Тихо, словно мышь перед кошкой, я пробралась в своё купе, залезла на полку, и уже готова была уснуть, как вдруг… — Накури-и-илась, — послышался голос с нижней полки. — Ты какого чёрта не спишь? — вашу ж мать, спалили мою конторку. — Я проснулся ещё от твоего спуска на твёрдую землю. Это ж надо так греметь среди ночи, — сетовал рэпер. — А уж то как ты бежала, как наркоманка за очередной дозой, на улицу слышал, мне кажется, весь поезд и близлежащий населённый пункт. Поражаюсь и одновременно завидую способности Топора спать крепче крепкого до самых первых лучей солнца. — Антон, ты же не сдашь меня ему? — с надеждой в голосе взмолилась я. — Конечно же не сдам, меня в детстве учили не ябедничать, — кто-то внутри меня выдохнул с чувством полного спокойствия. — Но взамен тебе нужно составить мне компанию, ибо стоять нам ещё минут сорок, а сон ты мне спугнула окончательно. — Хорошо, я не против. К тому же погода на улице просто замечательная. — Вот и хорошо, заодно и покуришь на пару дней вперёд. У вас у курильщиков же так устроено, да? — Ха-ха-ха, пошли, по дороге расскажу, — и мы вместе вышли из вагона на свежий воздух. *** — Доброе утро! Через час мы будем в культурной столице нашей Родины, — ответа на счастливые восклицания Александрова не было, — А ну подъём, я сказал!!! От неожиданного крика Аня резко вскочила на своей полке, о чём через пару секунд сильно пожалела. — Ай-й! И тебе утра доброго, мать твою за ногу, — потирая места ушиба, прошипела девушка. — Вы не хотели по-хорошему, — с наигранным возмущением пожал плечами Топор. — А с ним что делать будешь? — Нюта кивнула в сторону всё ещё храпевшего Раута, мило обнимавшего подушку. — Уно моменто, сеньорита, — с этими словами Игорь, можно сказать, подполз к другу, и почти что шёпотом сказал: — Сборная России по футболу стала чемпионом мира. Тони, пол минутой назад мирно похрапывавший в стране снов, в секунду принял вертикальное положение. — КОГДА?! КАК Я ЭТО ПРОПУСТИЛ?! — смотря ещё совсем сонными глазами на смеющихся друзей, лепетал он. — Всегда срабатывает, — через смех сказал Гарри. — Вот ты сволочь, Топор. Мало того, что людей будишь ни свет, ни заря, так ещё и так жестоко обманываешь. А я ведь твой лучший друг, — Антон театрально вытер уголки глаз, будто от слёз. — Ну уж извини, дорогой, ты сам вставать не хотел, — вновь пожал плечами рэпер и снова рассмеялся. Уже через пол часа троица сидела в относительно пустом купе на низком старте. Совсем скоро они уже будут в Изумрудном городе, который по обыкновению встретит их сердитым невидимым, но едва ощутимым взором, и цвета табачного дыма небом. *** POV Гарри Мы договорились, что Аня будет жить со мной. На номер в гостинице у неё не хватало денег, а от нашей материальной помощи Нюта категорически отказывалась. Смешная такая. У Раута в гостевой комнате идёт ремонт, так что спать ей будет негде, а у меня просторная квартира как раз на Невском проспекте, по которому ей так хотелось прогуляться. Так что решение было принято единогласно и безоговорочно. Всю дорогу от вокзала до дома Аня, словно маленький ребёнок, глазела на виды моего прекрасного города. Ей было интересно всё: фасады зданий, сувенирные ларьки, маленькие кафешки, памятники культуры. Её коронной фразой стали слова: «Мы же сюда сходим, да?». И я смеялся в ответ на её неподдельный детский интерес, кивая головой в знак согласия. Когда мы подъезжали к Казанскому собору, она попросила остановить такси, чтобы пройтись пешком до моего дома. Вместе с багажом наперевес мы шли по главной улице города, не в силах что-либо сказать. Аня во все глаза рассматривала проспект, говоря, что вечером мы ещё раз сюда выйдем. Мне так нравился её юношеский романтизм, которым она заразила и меня. Я вновь почувствовал себя мальчишкой, открывающим для себя заново такой обыденный, но в то же время до боли родной Петербург. Тоха помог нам дотащить вещи, а потом уехал домой, так что мы остались с Анютой наедине. Пока она бегала по квартире с раскрытым от удивления ртом (конечно, её маленькая жилплощать и рядом не стоит с моими «хоромами», как их окрестила она сама), я стоял в ступоре, не зная куда мне деться. — И давно ты тут живёшь? — всё ещё рассматривая жильё, поинтересовалась девушка. — Года четыре уже, не помню точно. — Чур я сплю тут, — пальцем показала Нюта на мою комнату. — Вообще-то там сплю я, — моя гостья тут же состроила грустную мордашку а-ля «ну позязя». — А, ну тогда ла-адно, — эх, разве можно устоять перед её обаянием? Ещё немного посмотрев на эту с виду печальную картину я рассмеялся. — Ха-ха-ха, хорошо, уговорила, спи тут. Только умоляю тебя, ничего не трогай! — Без проблем, — отдав честь, Аня расхохоталась вместе со мной. — С непокрытой головой нельзя. Стой тут, я сейчас, — выйдя из прихожей, где мы стояли до этого, я метнулся в одну из комнат за фуражкой, привезённой года два назад мне моим другом, служащим в морфлоте. Вернулся я уже с нужным мне убором в руках, — Во-от, другое дело, — ещё раз отдав мне честь, Аня развернулась на носках и чеканным шагом направилась на кухню, не убирая руки от виска. Уже оттуда она позвала меня. — Ты не голоден? Мы же даже не завтракали, а дело медленно движется к обеду. — Я бы не прочь перекусить, — пожал плечами я. — Только не уверен, что в холодильнике есть хоть что-то съедобное. Мы же уезжали на два дня, а в итоге остались почти на три недели. — Тогда пошли в магаз. Что ты обычно покупаешь? — разгружая рюкзак, спрашивала меня моя соседка. — Макароны, картошку и «Доширак», — рассмеялся я. — О-о-о, нет-нет-нет, так не пойдёт. Собирайся, у нас будет контрольная закупка. — Вот чёрт, — кажется, я влип. *** — Да какого хрена именно сегодня сломался лифт?! — уже в сотый раз возмущалась девушка. — Тогда отдай пакеты мне и не будет так тяжело, — усмехался ей в ответ Топор. — Нет! Я сильная, я смогу! — крехтя, сквозь зубы отвечала ему Аня. — Эх, женщины, — закатывал глаза, попутно открывая квартиру, рэпер. Через пол часа на кухонном столе стоял овощной салат, а на плите дожаривался картофель с грибами. На запах вкусной еды пришёл Игорь, радостно потирая руки. — Чувствую, пообедаем мы сегодня на славу. О, салат! — сразу принялся за еду мужчина. — Очень вкусно! — Спасибо. Только что в нём вкусного может быть? Там же обычные овощи: зелень, огурцы-помидоры, немного чеснока и специй. Ну, и масла пару ложек. — Не знаю, но уверенно говорю, что это вкусно, — нахваливал еду Игорь, уплетая за обе щёки. — Хорошо, что тебе нравится. Только мне чуть-чуть оставь, ладно? Сейчас ещё картошка с грибами будет. — Как-будто бы к бабушке приехал, — рассмеялся хозяин квартиры. Пообедав, друзья решили прерваться на дневной сон, потому что изнуряющая дорога, ранний подъём и поход за покупками сильно всех измотали. — Я пошла на боковую. Совсем устала, — заплетающимся языком оповестила своего соседа Аня и направилась в сторону теперь уже своей спальни. Через пару секунд Топор услышал глухой «плюх». Спустя некоторое время вспомнив о том, что его комната является самой холодной в квартире, Гарри направился вслед за Нютой. — У меня там прохладно, ты только пледом… укройся, — перед мужчиной предстала умилительная картина: девушка уже сладко спала, свернувшись калачиком, даже не залезая под одеяло. «Видно сил не хватило», подумал Игорь, аккуратно приподнимая свою гостью, чтобы укутать её в это самое одеяло. Почувствовав тепло, Нюта слегка улыбнулась во сне. «До чего же она милая», поймал себя на мысли Александров. Следующая мысль была скорее выводом, нежели домыслом: он окончательно осознал, что влюбился в эту девушку. *** — Аня-я-я. Анечка-а-а, вставай. Ань, уже восьмой час вечера, ты же ночью не уснёшь, — аккуратно будил девушку рэпер. — Звучит как вызов, — пролепетала сонным голосом москвичка. — Эх, ты сама напросилась. А ну пошли умываться! — закинув Аню на плечо, Топор направился в сторону ванной. — Поставь меня на место! Я тяжёлая! Александров, поставь меня на твёрдую землю, я сама дойду!!! — вопила сквозь смех Мальборецкая. — Ага, конечно же. Прямо на полу разляжешься и опять дрыхнуть будешь, — хохотал мужчина в ответ. — Не буду, — последняя надула губы, аки маленький ребёнок. — Вот и пришли. Умывайся, собирайся и пойдём гулять. Я же тебе обещал, — улыбался петербуржец. — Не смущай меня, — Аня, заливаясь румянцем, опустила глаза. В ответ Топор лишь тепло усмехнулся, слегка потрепав девушку по волосам. Через пятнадцать минут представительница прекрасного пола уже была готова к выходу. — Ты оделся? — заходя на кухню, спросила Нюта у сидящего в шортах и майке с кружкой кофе в руках Игоря. Переведя взгляд на свою соседку, Гарри чуть было не поперхнулся. — Ты вообще женщина?! Как ты умудрилась так быстро собраться?! — Просто однажды поняла, что если я всю жизнь проведу в ванной прихорашиваясь, то так в этой ванной и просижу до старости, наводя бессмысленный марафет. К тому же, ты там сказал поторапливаться. — Я рассчитывал минимум на пол часа! — всё ещё возмущался Топор. — Хорошо, звони пока Рауту, зови с нами гулять, а я побежал одеваться. Чёрт, ты ставишь меня в неловкое положение! — Иди уже, принцесса, — смеялась Анечка. Девушка, разблокировав телефон, нашла контакт Антона и, нажав кнопку вызова, принялась ждать ответа. Спустя пять-шесть гудков Тони-таки соизволил поднять трубку. — Да, алло? — голос был сонным, будто только что проснувшимся. — Привет. Извини, я тебя разбудила? — Да ничего страшного. — Мы с Игорем надумали погулять по вечернему Питеру, ты с нами? — С радостью бы присоединился, но в другой раз. В данным момент мне слишком сложно оторвать свои телеса от мягенькой кроватки. — Я так понимаю, ты нас кинул? — улыбнулась в трубку Аня. — Можно считать и так. Но я готов загладить свою вину. Как насчёт похода в самую вкусную кофейню в Петербурге? — Мы подумаем над вашим предложением, спасибо, — улыбка не сходила с лица москвички. — Времени даю до завтрашнего полудня. А позже готов буду услышать твёрдое «да», — «прямо как в тот раз», подумала Мальборецкая. — Всё, я пошёл спать дальше. Игоряну привет, не скучайте. Обнимаю! — Добрых снов. Как только на том конце провода послышались гудки, Аня пошла в комнату к Игорю. — Антон нас кинул, так что сегодняшний вечер ты проведёшь в моей компа… — она не успела договорить последнее слово, впав в ступор. Топор стоял с голым торсом, выбирая рубашку и даже не замечая ошарашенную девушку. Спустя какое-то время Александров всё же поднял глаза и как не бывало спросил свою соседку: — Ты не могла бы погоду посмотреть? А то у нас в Питере даже летом не понятно, что надевать надо — пальто или плащ. — П-п-погоду? — заикаясь, переспросила Нюта, не отрываясь от великолепного вида. — Ты чего, Ань? — поняв, куда направлен взгляд гостьи, Гарри немного покраснел. — Упс, пардон. Привык к одиночеству, знаешь ли. Сейчас приду, про погоду не забудь, — петербуржец, можно сказать, вытолкнул из комнаты девушку. Придя в себя, Аня исполнила просьбу, убедившись, что пальто будет в самый раз для питерских +10. Как не кстати она оделась в платье. Что ж, придётся переодеваться. Через десять минут Игорь уже стоял в прихожей, зашнуровывая ботинки. — Ань, ну ты куда пропала? И что с температурой воздуха за бортом? — кричал на всю квартиру Топор. — Температура ровно +10, капитан. Думаю, сегодня нам пригодятся пальто, — подняв глаза, Александров слегка (нет) обомлел: перед ним стояла стройная девушка в обтягивающих тёмных брюках в клетку, выгодно подчёркивающих её фигуру, белой рубашке с галстуком-бабочкой, а тёмно-русые волосы собраны в аккуратный пучок на затылке. «Красота, да и только», думал рэпер. — Так, подвинься чуть-чуть, мне тоже надо обуться. — Объясни мне неразумному, какому демону ты продала душу за способность быстро переодеваться? — отшучивался Гарри, надевая своё пальто, а следом помогая надеть его и своей спутнице. — Извини, по договору я не имею права говорить тебе его имя, — парировала Нюта. — Ну что, пойдём? — Дамы вперёд, — улыбался главный интеллигент русского рэпа. Закрыв квартиру и выйдя из подъезда, Александров взял под руку свою новую соседку, и они вместе зашагали навстречу знаменитой петербургской белой ночи. *** POV Гарри Как же я давно не гулял по родному городу! Особенно давно я не гулял по нему в компании очаровательной девушки. Аня, хоть и старалась сдерживаться, то и дело фотографировала достопримечательности моего города. Особенно её потрясла гордость нашей культурной столицы — собор «Спаса на крови». Мне понравилась её фраза: «Знаешь, почему ваш собор так похож на наш (собор Василия Блаженного)? Потому что Москва и Петербург неразлучны, как Ромео и Джульетта, и чтобы не оборвать эту тонкую нить между ними, они строят похожие церкви.». Больше походило на бред сумасшедшего, но в тот момент я был абсолютно лишён рассудка и верил каждому её слову. Пускай мелет, что хочет — поддержу любой её тезис. Ближе к десяти вечера, обойдя добрую половину Питера мы приземлились в уютном кафе, чтобы восстановить силы и согреться. Видимо, Аня не рассчитывала на столь холодную погоду, так что ходила она по городу, прижавшись ближе ко мне. Я заметил, что она очень мерзливая: по дому ходит исключительно в толстовке и тёплых носках, на улицу одевает сначала футболку, затем рубашку, затем уже известную толстовку, спит в тёплой пижаме. Хах, это будут трудные пару дней в её жизни. Мы заказали себе по какому-то десерту. Из напитков я, как и всегда, взял латте, а Нюта ограничилась Эрл-Греем. Она говорила мне, что не видела города краше Петрограда. С ней было трудно не согласиться, особенно мне. Многие знают о моей преданной любви к Санкт-Петербургу, которая длится уже на протяжении двадцати семи лет. — Вот смотри, в 1:25 будет разводиться Дворцовый мост. У нас два варианта: либо мы идём домой, и отогреваемся, а позже приходим «на горяченькое», либо гуляем до назначенного времени по улицам Изумрудного города, тихонечко замерзая, — поставил девушку перед выбором я. Немного подумав, она ответила улыбаясь: — Мне больше нравится второй вариант развития событий. — Хорошо, как пожелаешь. Сегодня у нас ты правишь бал. Расплатившись, мы выбежали из заведения на поиски приключений. Бродя по ночному городу, мы пели разные песни, читали друг другу любимые стихи, философствовали, и т.д. Дойдя до Фантанки, Аня понеслась к памятнику Чижику-Пыжику. — Мне рассказывали, что если монетка попадёт на Чижика, то загаданное желание сбудется, — в её глазах горел неподдельный интерес. — Ты не будешь кидать? — А зачем? У меня всё есть: дом, друзья, работа — чего ещё можно желать? — Ну, как знаешь. А я всё-таки брошу, — сжав монетку в кулачке, Нюта, наморщив нос, начала что-то еле слышным шёпотом говорить, при этом ещё и зажмурившись. Открыв глаза, девушка не раздумывая бросила монетку, которая… попала точно в цель. — Игорь, ты видел? Ты это видел?! У меня получилось, представляешь! — Да конечно я видел, молодец! — на секунду забывшись, она бросилась мне в объятья, но тут же опомнилась. — Извини, на эмоциях вышло, — поправляя выбившуюся прядь волос, Аня опустила глаза. Даже в свете фонаря было видно, что она покраснела. — Ничего, бывает. Ты не замёрзла? — Ни чуть! Пошли дальше? — Ха-ха-ха, ну пошли, — рассмеялся я ей в ответ. Дело шло к часу ночи, и мы двигались по направлению к Ростральным колоннам, как вдруг Ане послышалась знакомая мелодия. — Кажется, это Сюткин. Папа рассказывал мне, что мама сходила по нему с ума. — Ну так не мудрено, — пожал плечами я. — Такой-то красавец и… — Тише-тише, — она приложила тонкий палец к губам. — Не могу разобрать что за песня. До боли знакомый мотив. Точно! Это же «Москва-Нева»! В своё время я её обожала, — и она принялась напевать себе её под нос. К сожалению (а быть может и к счастью) я тоже знал эту песню, так что дойдя до кафе, из которого шла заветная мелодия, мы во всю допевали строки первого куплета. «Но у твоей Москвы И его Невы, Стало общее что-то, Наверное — вы. Ты светла, он хмур, В споре двух культур Он опять за поребрик, А ты за бордюр.» — Ты мне не говорил, что умеешь петь, — удивилась Аня. — А я и не умею. Я так, подвываю за компанию, — рассмеялся я. — Зато я очень неплохо танцую, — внутренний голос подсказал мне пригласить её на танец. — Ну давай оценим твоё мастерство, — лукаво улыбнувшись, она положила свою руку мне на плечо, вовлекая нас обоих в танец. А голос Сюткина всё звучал, будто растягивая момент. Она была такой лёгкой, словно и не весила ничего. У неё в глазах была какая-то едва ощутимая грусть, но при этом она улыбалась ярче любого софита. Мы кружились пока песня совсем не закончилась. Она взяла меня за руку, безмолвно благодаря за танец. Только я хотел нагнуться, чтобы поцеловать её, как вдруг… — Игорь, до развода ровно пять минут! Мы не успеем! — Если побежим, то успеем. Без паники! На старт, внимание, марш! — мы рванули, как ошпаренные в сторону набережной, боясь упустить такое событие. Прибежали мы ровно в тот момент, когда мост только-только начал разделяться. — Уф, давно у меня бега на короткие дистанции не было, — тяжело дыша, сказала мне Аня. — Вот курить бросишь, будет совсем легко. Смотри лучше на красоту, — кивнув с сторону мостов, я пристроился за Аней, чтобы ей было лучше видно. Слегка коснувшись её плеча я почувствовал как её бьёт мелкая дрожь. — Совсем замёрзла? — Да, если честно, — беспомощно кутаясь в своё пальтишко, протянула она. — Эх ты, иди сюда, — распахнув своё пальто, а заодно и объятья, сказал я. Удобно пристроившись, Нюта расслабилась и продолжила напевать ту самую песню. Через пару строк мы снова пели её вместе.