Still together... Still forever...

Тэхён размахивал пистолетом просто ради прикола, изрядно перебрав, но он совсем забыл, что он заряжен и не стоит на предохранителе, и сейчас он посеял панику вокруг случайным выстрелом. Потом его резко дёрнули за руку, и в следующий миг, минуя на пути огромного охранника босса, вытащили на улицу под дождь. Это Шуга привёл его сюда, и все к нему привыкли за эти 8 месяцев. Даже босс уже относился спокойно. Его называли «сахарной подружкой», но ему было плевать, главное, что он рядом со своим безумством. И, наверное, Шугу бы уже давно за это прикончили, но босс его очень ценил за то, как он отладил систему в казино. Покер - это была Шугина игра. Он был умелым шулером, и карты запоминал и считал моментально, мог предугадать всё на несколько ходов вперёд, и научил этому других, и необходимому шифру, чтоб понимать друг друга. Поэтому босс его побаловал, разрешив водить с собой Тэхёна, и даже ему «работу» подкинули, но Шугу это не очень радовало. Тэхёна подсылали к дядям с толстыми кошельками, которые любили мальчиков. Внешность Тэ это позволяла. Для всех этих мужчин он был Ви. И каждый раз, он спаивал их быстрей, чем они решались ему хоть что-нибудь предложить, поэтому ни один из них не тронул его и пальцем. Тэхён либо забирал дорогие аксессуары с собой, либо вытаскивал кредитки, передавал их нужным людям и через какое-то время возвращал обратно, правда, в этих случаях приходилось оставаться с ними дольше, из-за чего нервничал Шуга. Тэ не знал его имени, но это было неважно. Как только они познакомились, всё для Тэхёна перестало быть важным, важным был только Шуга. Он забросил даже университет, из-за чего однажды позвонили матери, был скандал, но Тэхён лишь сменил номер телефона. Шуга привёл его сюда, сам же он был во всём этом очень давно, на каждый день рождения он делал по татуировке, и совсем скоро должен был сделать своё десятое тату… Это Шуга привёл его сюда, а сейчас сломя голову уносил отсюда ноги из-за его оплошности… Шуга надел шлем, сел на байк, и приказным тоном попросил Тэхёна держаться крепче. Он выжал с места всё, что можно было выжать, и помчался как можно быстрее. Шуга не пил. Никогда не пил. А вот Тэхёну разрешал. Зря. Очень зря. Дождь лил со всей силы, а Тэ только жался сильнее, всхлипывал и повторял по кругу: - Прости! Прости меня! Я не специально. Шуга! Прости! Что теперь будет? Что? Мне так страшно… Мне очень страшно… Тэхён мысленно проклинал тот день, когда прошёл специальное обучение и все требуемые экспертизы, сдал экзамен, и ему выдали разрешение на оружие. Зачем он купил этот пистолет? Зачем?! И зачем он вообще его достал? Эту панику, среди приглашенных к боссу на вечеринку, ему точно с рук не спустят, а точнее Шуге. Крик дочери босса врезался в голову и в память сильнее всего. Из-за страха. Когда в прошлый раз, её по неосторожности один из ребят довёл до слёз, тому сразу пулю в лоб пустили. Дочь для босса была важнее всего, и пару жизней, приносивших доход – это ничто, лишь бы она больше не заплакала из-за них. Дождь усиливался. Сзади начал доноситься гул машин. Шуга решил свернуть в лес, и затаиться там. Но сколько он не пытался сбавить скорость, не выходило. Он понимал, что отказали тормоза. Ему было нелегко, но… Размышления Тэ разорвал громкий крик: - Тэхён!!! - Что? - Сними шлем, он мешает мне видеть дорогу из-за дождя. - Конечно, - Тэхён всхлипывал, но он послушно снял шлем дрожащими руками. - На себя надень. - Но зачем? - Надень, сказал! - Хорошо, - Тэ послушно сделал, что его попросили, и открыл провизор. - Мин Юнги. - Что?! – удивился Тэхён. - Имя моё. Мин Юнги. - Почему ты говоришь это сейчас? – запаниковал Тэ. - Думаю сейчас самое время, - как-то безнадёжно улыбнулся Юнги, хотя Тэхён того совсем не видел. Это он его привёл сюда. Это из-за него Тэхён начал делать все эти ужасные вещи. Но он любил его безумно, поэтому добровольно не мог его оттолкнуть. Без него бы он уже не смог жить. Без этого такого сумасшедшего, но нежного преданного парня, который перечеркнул одним своим появлением почти всё: гетеросексуальность, правило всегда быть одному, которое прекрасно работало, принцип не сажать никого на свой байк, не пускать в своё убежище, голову, жизнь. Но вот его он не смог не пустить. И как только Тэхён вошёл в его жизнь, он заполнил собой каждый её уголок, наполняя теплом и смыслом. Поэтому Юнги не мог его отпустить сам. Слишком хотелось жить рядом с ним, и слишком страшно – без него. Но сейчас Юнги понимал, что теперь впереди только безысходность и смерть. И даже если сейчас он уцелеет, верные псы босса, которые мчатся за ними, не оставят его в живых – он слышал как девчонка орала: «Папаааа!», сквозь слёзы. И сейчас глаза самого Юнги наполнялись слезами, которые потоками стекали по щекам, мешаясь с дождём. Он был рад только одному: Тэхён не слышит, как он плачет, как дитя. Он решил, что жизнь любимого Тэ дороже его собственной. «В конце концов, без меня он сможет выбраться. Со мной он пойдёт только дальше и глубже в бездну. Он ещё сможет начать нормально жить. Без меня его не тронут. Это я его сюда привёл. Чёрт возьми! Какого хрена?! Какого хрена, эти грёбанные тормоза отказали именно сейчас?!» - мысли были сухими, пустыми, далёкими и какими-то ненастоящими, Юнги не верил в них, не верил сам себе. И только сердце щемило болью, что не поверить в это было трудно. А Тэхён только жался сильнее, и обнимал крепче, будто пытался слиться с Юнги, стать с ним одним целым. Жался и дрожал. Всхлипывал. И понимал, что у них с Юнги чертовски мало времени, что если они сейчас не уйдут, всё будет кончено, и в этом виноват он сам, ведь это он выстрелил перебрав. Но достанется Юнги, ведь это он его сюда привёл. И у Тэхёна даже затеплилась надежда внутри, когда Юнги свернул с дороги в пролесок. - Тэхён! Я люблю тебя! - Рано… - лишь давит из себя Тэхён, плача, слыша впервые заветные слова. - Нет, Тэхён! Я люблю тебя! Больше жизни! Слышишь?! – Юнги перекрикивает рёв мотора и шум дождя на силу. - Не говори так…. – лишь больше рыдает Тэхён. - Люблю, Тэ! Люблю! - И я тебя люблю, Юнги. Тэхён только и успевает договорить имя, которое узнал впервые сегодня, как тут же теряет сознание от резкого удара. Он из-за слёз даже и не видел, куда мчался Юнги. Когда Тэхён приходит в себя, на него падает яркий свет фар, а возле мотоцикла стоят амбалы босса, посмеиваясь. - Нам и руки марать не пришлось. Вот и не станет нашего Сахарка через пару минут. - Это же надо было так влететь. Какая глупая смерть. - Ослеп что-ли?! А? Шуга? Ах да, ты же не можешь ответить. Как тебе кровью захлёбываться? - А мы говорили тебе, что сучка твоя тебя до добра не доведёт. - Юнгииииии! – Тэхён рвётся с места в его сторону с диким криком, моментально протрезвев, и с новой волной слёз. Тэхён дрожит. Нет, Тэхёна трясёт, колотит бешено, сердце будто вообще из груди сейчас выпрыгнет. Слёзы текут неконтролируемым потоком. Дышать становится трудно и почему-то больно. Хотя Тэхён прекрасно понимает почему. Ему не хочется верить, не хочется слышать и видеть то, что он видит ещё издалека. Тэхён пытается бежать, но падает. Он ползёт, смотря на искореженную груду металла и окровавленного Юнги под ней. - Повезло тебе, босс сказал оставить тебя в живых, ведь ты сам уже себя наказал, - проходя мимо него, смеясь, бросает ему один из псов. Но Тэхёну плевать, на всё плевать! Его волнует только одно: дышит ли Юнги. Тэхён подползает и слышит хрипы Юнги. Кровь сочится из головы, льется по губам. Кожа на руках разодрана до костей, ноги неестественно согнуты, глаза смотрят пустым взглядом, но в какой-то миг фокусируются на Тэхёне. Тэ через силу достаёт свой телефон. У него разбит экран и панель, но он работает. Тэхёну после многочисленных попыток, удаётся вызвать неотложку. Говорит он сбивчиво, но его понимают, в конце концов. Тэ сейчас рад лишь одному – пистолет он выкинул почти сразу, как только они выехали из двора босса. Спасатели приезжают с неотложкой, они достают Юнги, и передают по рации, чтоб готовили оперблок для пациента в тяжелом состоянии. Они сообщают Тэхёну, что Юнги требуются многочисленные операции и реанимация. И Тэ надеется, что всё обошлось. До больницы остаётся совсем чуть-чуть, Тэхён сжимает ладонь Юнги, и умоляет его продержаться ещё немного и не оставлять его. Юнги хочет сказать Тэхёну, что он ни в чём не виноват, что это всё проклятые тормоза, но последних сил лишь хватает, чтоб сжать ладонь Тэ в ответ. Юнги закашливается, от так и не сказанных слов, крепче сжимает ладонь Тэхёна в последний раз, и закрывает глаза, теперь уже навсегда. А Тэхён только снова разрывается воплем и захлёбывается, вновь хлынувшими, слезами: - Нет, Юнги! Нет! Не уходи! Не оставляй меня! Я не смогу… Я не смогу… Без тебя не смогу… - Тэхён роняет голову ему на грудь, но медсестра тут же его одёргивает: - Молодой человек, не мешайте, пожалуйста. Они пытаются реанимировать Юнги вплоть до самой больницы, и у того пульс возвращается, но в себя он не приходит. Юнги проводят все необходимые операции, но он лежит без сознания. Он в кому впал. А Тэхён не отходит от него, ни ест, ни пьёт, почти не спит. Его мать находят каким-то чудесным образом, когда Тэхён уже высох, почти в буквальном смысле. Он походит на скелет, губы сухие, кожа серая, лицо осунувшееся, руки и пальцы тонкие. Тэхён будто из гипса сделан – дунь, коснись не осторожно, и рассыплется, разлетится в стороны пылью. Его мать понимает, что к чему, когда видит своего сына сидящего, почти без жизни, возле парня, руку которого крепко сжимает в своей. Она даёт согласие, чтоб того подключили к аппарату снабжения организма необходимыми веществами потому, что самостоятельно есть Тэхён отказался давно, ровно так же как и говорить. «Вернись, прошу. Прости меня!» - это всё, что он время от времени произносит, как заевшая пластинка. Его сначала кладут в отдельную палату, но когда доктора сообщают, что его состояние ухудшается, его переводят к Юнги, и вроде он возвращается в состояние, в котором был до этого. Мать находит все сводки об аварии, заглядывает в участок, где проводили расследование, и просит провести экспертизу мотоцикла, который по счастливой случайности ещё не отправили на утилизацию. Экспертизу проводят ещё две недели. И всё это время Юнги не даёт умереть своему телу. Он не может вот так покинуть Тэхёна, пока тот не узнает, что ни в чём не виноват. Но сделать он ничего не может: он лишь жалкий призрак, которого не видят. И всё что он может – это бороться хотя бы за бессознательное состояние своего тела. И он борется. До последнего. Когда мать Тэхёна приносит ему результаты экспертизы тот совсем уже почти не живой и смотрит совсем бессмысленно и пусто. Зря Юнги надеялся, что он выпутается, справится со всем, сможет жить. Он ошибся, сильно ошибся. Тэхён не может жить без него, как и он без Тэхёна. Поэтому он, наверное, всё ещё в этом мире, застрял тут и не может покинуть его. А Тэхён молчит и только мысленно прокручивает в голове все те моменты, что они прожили с Юнги. Вот они отлично провернули свою работу на очередной большой вечеринке в казино. Вот Шуга увёз его на пляж, подальше от городской суеты и людей. Вот они только познакомились, Тэхён перебегал дорогу возле университета, а Юнги выезжал из-за поворота, благо он ехал очень медленно, и лишь ушиб Тэхёна. Вот он отвёз его в больницу, и забрал оттуда через пару дней, ведь сам позвонил тогда. Вот он ему мороженое его любимое покупает, а тут он впервые его целует. Тэхён вспоминает и плачет. Он никого не слышит, он хочет слышать лишь Юнги, но больше не может: он тут, а Юнги там, он надеется, что на небесах, но понимает каким-то шестым чувством, что это не так. Но вот понять, что тот ещё рядом он не может. Тэхён не слышит никого, лишь зовёт Юнги бесшумно и плачет. Вот и сейчас он не слушает мать, но всё же что-то резко его выдёргивает из мыслей, будто ударяя светом в глаза – это Юнги склонился над ним и тут же ушёл, чтоб тот услышал мать: - Тэхён-а, сынок, я прошу тебя, вернись в этот мир, ведь ты ещё можешь жить. Если ты винишь себя, то не нужно, ты не виноват. У мотоцикла отказали тормоза, возникли какие-то непредвиденные неполадки, должно быть, даже он не знал об этом. Слышишь, твоей вины нет. И Тэхён слышит, это всё что ему нужно было знать, больше его в этом мире ничего не держит. - Слышу, мамочка. Спасибо тебе. Я очень тебя люблю. Прости, что причинил столько боли. Ты не заслужила этих страданий. Прости меня, мамочка. – Произносит Тэхён впервые за последний месяц слова, не адресованные Юнги. Юнги понимает, что Тэхён не собирается жить, и пытаться его заставить это делать, сил у Юнги нет. Он сам уже достаточно устал, заставляя своё сердце биться, до того пока Тэхён не поймёт, что его вины в случившемся нет. Но Тэхён понял, а жить не захотел. Тэхён закрывает глаза, прибор противно пищит, следом пищит второй. Комнату заполняют рыдания женщины. А Юнги протягивает руку к ещё тёплому телу: - Привет. Я скучал… - Привет, - произносит Тэхён и хватается за протянутую к нему руку. Он смотрит на своё тело, которое пытаются реанимировать и ещё не до конца понимает, действительно ли он умер, но прибор больше так и не показывает тонкой ряби жизни, а рука Юнги в его ладони ощущается всё отчетливее. Тэхён тихо отпускает её, в последний раз обнимает мать, как можно крепче: - Прости меня! – он целует её в макушку, и по её телу растекается тепло. - Я люблю тебя, сынок, - всхлипывает женщина, и выпускает из руки остывающую кисть сына. Тэхён отпускает её, подходит к Юнги и обнимает как можно крепче. - Я люблю тебя, Тэхён. Их окутывает свет… И неважно, где они окажутся теперь, главное, что они вместе…