Эй, господин капитан!

      Адская бабочка, верная посредница меж главнокомандующим и капитанами Готэя, завидев нужного адресата, радостно порхнула крылышками и начала кругообразное снижение.       Солнце еще только зачинало пригревать, но растянувшемуся на крыше субъекту, похоже, было всё равно, какое нынче время суток. Беззаботно раскинув руки в стороны, он звучно храпел в небосвод, распугивая оживившихся спозаранку птиц вверху, а суетившихся с утра синигами — внизу.       — Эй… Отвали… — лениво отмахнулся их новоиспеченный командир от севшей на нос бабочки и завалился набок спать дальше. Ну точно большая кошка.       Вестница не отставала, до конца выполняя вверенное ей задание, и, приземлившись на ухо Гриммджоу Джагерджака, воспроизвела запись голоса главнокомандующего:       — Уважаемые господа капитаны, просьба явиться в срок на территорию Первого отряда для обязательного всеобщего утреннего собрания и… Кхррроо-о… Ай! Ой! Ай, Нанао-тя-ан! Да-да, просьба поторопиться, господа капитаны, особенно новичкам. Первый отряд всегда радостно встретит вас и угостит, — голос Кьёраку пошел на спад, — чашечкой теплого, ароматного… сакэ… Ой! Чая, конечно же, я хотел сказать.       Арранкар и ухом не повел. Вернее, бабочку-то он согнал с уха, и даже не дремлющими уголками разума посочувствовал похмелью дядьки-генерала, коим мучился сам, но с места не сдвинулся всё равно. К счастью, у него не было такого сурового лейтенанта, как та суперсерьезная крошка из Первого.       Гриммджоу облизался, пожевал сухие губы. Есть-то арранкары не ели, но нажраться с горя — это и в Лас Ночас не возбранялось. А у нынешнего главкома кладовые под потолок были заставлены нужным пойлом, да и отказываться «влиться» в коллектив, как выразилась Нелл, было «неприлично».       «Хех, — сквозь сон хохотнул Джагерджак, — неприлично в восемнадцать лет под стол сползти после третьей чоко!» Над слабаком Куросаки вчерась он вдоволь поржал, неожиданно найдя себе товарища по этому делу в капитане Абарайе.       Складка меж голубых бровей углубилась. Неясное сознание пыталось припомнить, сколько осушенных бочонков оказалось на счету арранкара, сколько — у той «краснозадой обезьяны», а главное — кто выиграл в их противостоянии. Выиграл — читай: не свалился еще одним бревном в кусты.       — А пошло оно всё нах! — беззлобно огрызнулся Гриммджоу воспоминаниям, норовившим вскипятить башку, и сладко потянулся на пригретой солнышком крыше.       Однако не успел он расслабиться и крепко уснуть, как тихий шелест маленьких крылышек снова потревожил воздух в опасной близости от его уха.       — Моси-моси? Прошу прощеньица. — На сей раз вещал проныра шляпник.       Гриммджоу сей ненавистный голос узнал бы везде — голос того, кто втянул его в помощь рыжему ушлепку, когда бывший Секста намеревался просто убить и.о. синигами и всё тут.       — Для всех новопоступивших и уже опоздавших хочется напомнить речи нашего бывшего главнокомандующего…       — А НУ ЖИВО ПОДЪЕМ, ПОЗОРЯЩИЕ ЧЕСТЬ ХАОРИ ИДИОТЫ!!!       Гриммджоу вскочил на ноги как ошпаренный. Эффект неожиданности и запредельная громкость голоса сделали свое дело — погнали нового капитана к себе в домик бесконечной отборной бранью и самыми изощренными угрозами, что не прекращались ровно до того момента, когда он оказался на пороге своего жилища.       — Благодарим за внимание, — раздался из бабочки знакомый смешок. — Всем, кому понравился наш замечательный будильник, просьба записываться на срочную доставку из Магазинчика Урахары. Сделать заказ можете по телефону…       — Да заткнись ты! — Джагерджак сожрал бабочку и насладился долгожданным звуком тишины. — Не-э-элл? — проорал уже он в поисках помощницы, но ему не отозвались. — Тьфу!       Арранкар резко распахнул седзи и поморщился. Еще вчера он проклинал это место, которое «смердит синигамским духом», а сегодня вынужден был заявиться сюда, чтобы забрать-таки проклятую униформу.       Последняя лежала на татами несколькими аккуратно сложенными стопочками. Значит, Нелл таки была тут и уже приступила к своим обязанностям. Пре-да-тель-ни-ца.       Гриммджоу зафыркал, захмыкал, запыхтел, не желая менять свою арранкарскую куртку на синигамское хаори; об остальном и речи не было — Гриммджоу благополучно потоптался и загреб шихакушо на пару с соломенными варадзи куда подальше, решительно намереваясь остаться при своем новом комбинезоне и в крутых остроносых туфлях.       Арранкар снова сплюнул и брезгливо подтянул к себе отличительную белую тряпицу, подбитую голубым сукном. Продолжая отчаянно сопротивляться ловкачам, что склонили его на эту авантюру, хаори бывший враг повязал на бедрах. Цифра вверенного ему отряда красовалась теперь аккурат на том месте, куда Гриммджоу никогда не устанет посылать всех синигами.       Довольный хотя б такой мелкой пакостью, новоявленный тайчо вышел на веранду, живо заставляя бойцов скопившихся перед его домом броситься врассыпную. «Вот же придурки», — шагнул в сонидо Джагерджак. Ему особо тоже не улыбалось общаться с этими утырками. Церемонию знакомства с подопечными он благополучно проср… пропустил, вусмерть упиваясь от позора в поместье Кьёраку.       Месторасположение Первого отряда гость этого мира помнил приблизительно, однако он поднажал, едва засек приближающуюся к нему реяцу. Одновременно с Гриммджоу из пункта В и С стартовали еще двое проспавших новобранцев комсостава. Их рыжую и красную макушки сложно было не разглядеть и за версту, потому обладатель третьей столь же яркой шевелюры расплылся в азартном оскале: соревноваться он любил, особенно оставлять в хвосте всяких молокососов.       Специально дождавшись на перекрестке «товарищей по несчастью», арранкар показал каждому из них по среднему пальцу и метнулся вперед.       — Хэй, думаешь, что самый быстрый тут? — практически мгновенно раздались у левого плеча Гриммджоу.       — Да чтоб уделать кошака, я даже приторможу и оставлю разборки с Рукией на потом! — хохотнули справа.       Оба зажравшихся синигами вызвали банкаи и увеличили мощь, в том числе и в сюнпо.       — Кричи, Панте… Мда, — Гриммджоу пожевал язык: начисто позабыл, что ресуррексьон разом с мечом в барьере Аскина растворило ядом. — Суки! — бросил он с не меньшей долей яда в спины обогнавшим его. Да чтоб два каких-то ушлепка сделали Короля? Да не бывать такому никогда!       На финишной прямой, от врат Первого отряда до зала собраний капитанов, развязалась ожесточенная борьба. Кто-то был искусан, кто-то пытался очистить глаза от брошенного в них песка, кто-то считал вырванные по дороге лохмы. Помятые, перепачкавшиеся в пыли, взъерошенные потасовкой и бегом, три временных капитана ударились грудью в высокую дверь зала и истово заколотили в ту кулаками.       — Зараза Рукия! Не разбудила даже! Подруга называется!       — Ага. Знал бы ты, сколько меня Изуру будил своим вечно извиняющимся тоном!       — Что вы ноете, как бабы! Кто во всем виноват — так это Кьёраку! От нахера в такую рань созывать эти гребанные собрания?!       — Да вроде как полдень уж на дворе, — раздалось за спинами Гриммджоу, Ичиго и Ренджи.       Синхронно сглотнув, они судорожно обернулись через правое плечо и увидели всех капитанов, новых и старых, во главе с хитро усмехавшимся и уже довольно посвежевшим сотайчо, прямо на веранде. Лучи падали на крышу строго перпендикулярно, а это значит, что троица отобранных авторитетных ребят умудрилась опоздать на целых пять часов!       — Н-ну Н-нелиэлл, — процедил сквозь оскалившиеся зубы арранкар.       — Не серчай на Нелл-чан, Гриммджоу-кун, у нее было свое собрание, лейтенантов. — Кьёраку добродушно рассмеялся и сделал пригласительный жест для опоздавших присоединиться к полуденному чаепитию.       Парни переглянулись и, продолжая толкаться, по пути уселись плечом к плечу к капитанам соседствующих отрядов. Гриммджоу деланно скривился — ему местечко досталось меж двух теток; впрочем, оценив соседство Куросаки и Абарая, что оказались меж главных зануд Готэя, он даже подрасслабился.       — Мы тут обсуждали, советовали, как строить работу на местах, Гриммджоу-кун, — обратился именно к нему командир. Налицо была явная дискриминация видов, и Гриммджоу без удовольствия принял чашку из рук главы Готэя.       — Фу, и тут тоже чай, — поморщился он в янтарное отражение напитка и поспешно отставил тот. Ассоциации с чаепитиями Эспады вызывали желание тотчас проблеваться. — Ну и? Всё то же? Подопечных не есть, драки не устраивать, силу не высвобождать, никому ненужные собрания не пропускать, в цветочные горшки не писать…       Ичиго и Ренджи хрюкнули со смехом в чашки, окатывая брызгами чая и без того тяжело поглядывавших на них Кучики и Хицугаю. Сам Гриммджоу равнодушно почесал не занятую осколком щеку.       — Ну, в принципе, как-то так… — Кьёраку улыбнулся, а Джагерджак раздраженно фыркнул, тут же поднимаясь на ноги:       — И где я был не прав, сказав, что херня все эти ранние собрания?! — Окинув потенциальных врагов дерзким и непримиримым взором, Гриммджоу сунул руки в карманы и уже по пути к выходу бросил генералу через плечо: — Раз уж поручили мне отряд, так не суйтесь. Сам справлюсь.       Главнокомандующий успокоил вспыхнувшую негодованием лейтенанта Исэ и преспокойно пригубил чай, смешливыми глазами окидывая остальных истинно оторопевших капитанов. Еще никто в истории Готэя не позволял себя вести здесь так дерзко, пренебрежительно.       — Не берите на себя большую ношу, Гриммджоу-сан, а то не ровен час надорветесь.       — У меня тягловая кобылка есть. Нелл называется. Считайте дни, когда мы с ней из сплошь хлюпиков Третьего сделаем нормальных бойцов.       — Хотите провести состязание? — откликнулся сотайчо, тоже большой охотник до затей, знатный игрок. — И какой же срок?       — Месяц, — отрезал арранкар и был таков.