Won't you be my sweet valentine

Это было по меньшей мере странно - то, что Фелисити решила собрать все супергеройские (и не очень) команды в одном месте в одно время по "очень важному делу", которое непременно требовало присутствия всех. Что было еще непонятнее, так это то, что даже Оливер не имел ни малейшего понятия, почему Фелисити вытянула их всех из Стар-сити, оставив следить за городом лишь Диггла. Конечно, после победы над Дарком город был спокоен, отходивший от недавних потрясений, но такая возросшая нервозность Фелисити и ее чрезмерная активность немного пугали. Барри сам еще восстанавливался после Зума, наконец исчезнувшего из их жизней, но увидеть своих друзей было прекрасно. Не по делам, связанным со злодейством или геройством, а просто так. Хотя подлинная причина пока что была известна одной только Фелисити, которая даже в инвалидном кресле строила всех, включая Оливера. Барри не мог не восхищаться этой хрупкой с виду блондинкой. Команда Флэша тоже была в полном сборе: Циско снова перекидывался шутками о волосах с Теей Куинн, Айрис обсуждала с Фелисити ее предстоящую свадьбу, назначенную на лето, и Кейтлин - возможности восстановления здоровья Фелисити; Джо консультировался у Лорел по определенным правовым вопросам, касавшимся крыла в тюрьме для мета-людей. В Кортексе был даже Харри, которого Оливер чуть не прострелил, когда тот возник на пороге. Барри был, конечно, рядом, чтобы поймать стрелу у груди Уэллса, но пришлось и долго объяснять Оливеру, что все в порядке. Сам Барри, как и Харри, мало перебрасывался с кем-то словами, даже с Оливером и Фелисити он не заводил разговор, потому что кое-что другое занимало его голову. И не только голову. Горячее и густое чувство разливалось в его груди, будто кто-то наполнил его легкие рождественским какао. С мини-маршмеллоу. Фелисити позвала Леонарда Снарта вместе с остальными Легендами, как их называли теперь. После того, как их миссия была с успехом завершена, а будущее было спасено. Легенды должны быть здесь с минуты на минуту. Нет, Лен будет здесь с минуты на минуту. - Я вижу их у входа! Сейчас поднимутся, - Циско воскликнул, и все одобрительно загудели. Кроме Барри. Тот даже не знал, что его эмоции будут настолько сильными, что слова застрянут где-то в горле, а кончики ушей будут гореть; он судорожно сглотнул, стараясь избавиться от сухого жжения в горле, но выходило плохо. Казалось, будто его лихорадило, и его диагноз был вполне ясен, здесь не нужна была даже консультация Кейтлин - Барри был болен разлукой с Леном. Он просто был болен Леном. - Все в порядке, Барр? - его незаметно для остальных окликнул Джо, и Барри вздрогнул, почувствовав на плече теплую ладонь приемного отца. Из всех в Кортексе волнение Барри заметил лишь Джо и, может быть, Циско, который то и дело бросал на него внимательные взгляды. Черт, он, наверное, все-таки помнит тот самый давний разговор о сексуальных фантазиях. Барри надеялся, что утреннее похмелье Рамона сотрет глупое признание Барри из его памяти, но, очевидно, этого не случилось. Хорошо только, что Джо не имел об этом малейшего понятия. - Да-да, все нормально, - Барри старался смотреть Джо прямо в глаза, чтобы убедить в собственных словах. Тот понимающе улыбнулся и потрепал по волосам Барри, и тот раздраженно вздохнул - он укладывал их около получаса утром. Когда он проснулся, он выглядел ужасно - именно в это утро его волосы торчали во все стороны, а брюки и джемпер не хотели сидеть на теле так, как полагается, поэтому ему пришлось перемерить практически все вещи, включая те, которые обычно не носил. Естественно, Фелисити не могла не заметить этого: - Барри, прекрати бегать от меня! - она возмущенно толкнула его в ногу, подъехав на коляске. Барри даже охнул от боли и поймал на себе понимающий взгляд Оливера. От нее действительно синяков было больше, чем от Кинг Шарка. - Новый стиль, хм? - спросила она с коварной улыбкой, и Барри закатил глаза: - Боже, нет, просто все вещи в стирке и-... - он осекся под скептическим взглядом Джо. Тот замечательно знал, что Барри перестирал все вещи еще три дня назад, так что оставалось только надеяться, что Джо забудет об этом или хотя бы не будет допытываться. - Оу, - Фелисити хотя бы поверила ему, надув губы. - Я уже подумала, что ты хочешь произвести на кого-то впечатление: эти узкие джинсы, вишнево-красная куртка, укладка... - Барри, кто эта счастливица? - Айрис поддержала Фелисити настолько громко, что теперь все обратили на них внимание. От внимательных взглядов Оливера и Джо было особенно не по себе. Он неловко взъерошил волосы и тут же их пригладил, отступая на шаг назад от этих безумных. Неужели он был настолько очевиден? - Я ставлю на Рея Палмера, - Тея откуда-то из-за компьютеров вскинула руку, и лицо Айрис вытянулось: - Серьезно, Барри, Рей? - Боже, нет! - Барри воскликнул, отходя ближе к Харри, который в стороне занимался очередным исследованием, не обращая внимания на попытки расколоть Барри Аллена. Он молчал, и Барри это нравилось. - Я-я... Это ничего особенного. Просто стечение обстоятельств и... Рей? Серьезно, Айрис? Мне не нравится Рей! - он, переполненный эмоциями, в большей степени волнением, воскликнул это так громко, что команда Рипа Хантера застыла на пороге Кортекса с вытянувшимися лицами. Глаза Барри метнулись к Леонарду, и, о боже, почему в этой чертовой комнате так мало воздуха и так много людей? У Барри на самом деле перехватило дыхание, и сердце в груди упруго замерло, через секунду разгоняясь и начиная колотиться о ребра с утроенной силой. "Боже" хотело слететь с его губ, но его голос, слова, мысли лопнули, как мыльный пузырь, кровавыми ошметками разлетаясь по черепной коробке. Он был прекрасен. Он был так прекрасен, что Барри мог бы, кажется, упасть, если бы рядом не выругался Харри, у которого что-то не сходилось в вычислениях. Это вернуло его на Землю. Почти что. - Интересно было узнать, - наконец медленно и с расстановкой произнес Лен, и от его голоса по телу Барри пробежали мурашки. Он никогда не чувствовал подобного - состояние, близкое к обмороку, слезам и истерике просто от того, что ты не видел человека чуть больше месяца. Лен смотрел прямо на него, не отводя взгляда, и Барри не мог мечтать о большем. Хотя это было самой большой ложью: он мог мечтать о большем и действительно мечтал. Об объятии, о поцелуе... О прикосновениях, о стонах наслаждения и тепле знакомого тела Леонарда Снарта, который оставил его в одиночестве слишком надолго. Команда Рипа Хантера двинулась вперед, разбредаясь по Кортексу, и зрительный контакт Барри и Лена прервался, когда Сара так привычно толкнула Лена в плечо и утянула за собой к одному из столов. Они привычно забрались на гладкую поверхность, скидывая куртки, и завели разговор о чем-то, что Барри никак не мог уловить. Он даже не мог отвести от него взгляда: это полупальто ему безумно шло, но горячая пульсация внизу живота и в кончиках пальцев Барри требовала его снять вместе с остальной одеждой Снарта. Тот же вел себя нарочито обычно, и это было так несправедливо! Барри вспыхнул - внутри него заворачивался спиралями огненный ураган, лизавший языками пламени легкие, сердце, горло. Глаза даже жгло от боли и подступавших слез - он так злился на самого себя, что не мог совладать с собственными чувствами, что прямо сейчас мог бы броситься к Лену и прижаться к нему так сильно, как только возможно. - Аллен, прекрати пялиться на мистера Снарта и проверь лучше эти вычисления, - Харри сунул ему под нос лист с уравнениями, и Барри выдохнул с облегчением. Уэллс говорил тихо, не привлекая ничьего внимания, и это заслуживало благодарности. - Да-да, конечно, - Барри за секунды просмотрел длинные записи, находя ошибку под конец вычислений. Он вернул листы Уэллсу, который так удачно спас его от бессмысленной истерики или даже панической атаки делом. Дело заняло мозг Барри всего на три секунды, но и этого было достаточно, чтобы напор горячих чувств ослаб, позволяя ему глубоко вздохнуть. - Так-так! Прошу внимания! - Фелисити вскинула руку, и все, занятые своими делами, замолкли, поворачиваясь к ней. Барри сложил руки на груди и снова против воли кинул взгляд на Лена, который все так же сидел на столе, размеренно покачивая ногой. Он выглядел спокойно, невозмутимо и даже комфортно с Сарой по правую руку и Миком по левую. Даже в команде Рипа Хантера он смог заставить всех уважать себя, несмотря на открытый статус преступника. И подружку себе нашел. Мило. Барри сложил руки на груди и нахмурился, переводя взгляд на Фелисити, отчаянно требовавшую внимания друзей. Краем глаза он заметил и то, как Джо поглядывал то на него, то на Снарта. Черт. - Что случилось, Фелисити? - Барри внимательно посмотрел на подругу, но та продолжала молча улыбаться, слегка покраснев. Было просто необходимо разговорить Фелисити и отвлечь мысли Джо, которые наверняка крутились вокруг продолжительных взглядов Барри, которые тот бросал на Снарта. Джо же не мог подозревать их в чем-то, правда? Он не догадался бы! Барри снова чувствовал, как сердце в груди набирает обороты от возросшего уровня адреналина. Последнее, чего он хотел бы, - это Джо, догадавшийся об их с Леном своеобразных отношениях или что у них там было. С этим нужно было еще разобраться и определенно раньше, чем Джо поймет, что происходит. - Фелисити, - предупреждающе протянул он, и она залепетала, забыв о своей недавней уверенности: - Ну, я не хотела вас всех беспокоить так сильно. Вы просто выглядите... Так серьезно, просто ар-р-Р, - блондинка зарычала, смеясь, и толкнула Барри в бок, подъехав на коляске. Никто больше не смеялся. Улыбка исчезла с ее лица. - Ну правда, вы же... - она наморщила носик, слегка согнувшись. - Не убьете меня? - Все зависит от того, - Снарт спустился со стола и склонил голову набок, складывая руки на груди - копируя позу Барри на подсознательном уровне. Барри не мог не почувствовать искорку самодовольства, потому что Лен все-таки обращал на него сейчас внимание. И гораздо больше, чем мог бы признать, - для чего Вы собрали нас здесь, мисс Смоук. - У тебя все звучит как угроза, да? - у Фелисити все больше и больше отключался речевой фильтр. Она, подъехав на коляске, бесстрашно ткнула наманикюренным пальчиком в грудь Снарту, но тут же застыла, бледнея. Лен медленно сглотнул, опуская взгляд на ее руку, а затем снова поднимаясь к лицу. Голубые глаза сверкнули обледенелым металлом. - Я-я... Ха, - у Фелисити вырвался истеричный смешок. - П-прости, я п-пожалуй отойду в сторонку. Точнее, отъеду. Она быстро покатила к Оливеру, и это было мило: она ощущала себя в безопасности рядом с ним, как и Барри рядом с Леном. Сердце в груди снова болезненно сжалось, и Барри даже задался вопросом, нет ли у него проблем с этим органом? Потому что люб-... Чувства никогда не оказывали на него такого влияния. - Не буду мешать тебе. И твоему другу-преступнику. Я вообще не очень люблю преступников. Мы их сажаем, - Фелисити продолжала бормотать, приблизившись к Оливеру. Тот бережно перехватил ее кресло и застопорил его, заставляя посмотреть на себя: - Фелисити, - Оливер вздохнул. Напряжение в комнате росло, и в любую секунду мог произойти взрыв. - Пожалуйста, спокойно расскажи, зачем ты собрала нас здесь. - Олли, пообещай, что не будешь злиться на меня, - она округлила глаза, смотря на него этим щенячьим взглядом, на который нельзя было злиться. Лен фыркнул, и Барри еле сдержал усмешку: неужели Лен тоже считал это милым? - Фелисити! - Пообещай, Олли, - она попросила снова, и где-то в углу комнаты Мик Рори прорычал: - Она скоро родит свою идею или нет? Барри возмущенно глянул на Мика, и Лен перехватил его взгляд: - Мик! - Что, Снарт? - Заткнись. - Боже мой, - Джо закатил глаза, прислоняясь к стене рядом с приемным сыном. Сара усмехнулась, поглядывая на Снарта и Рори по-кошачьи довольно, но остальные из команды Рипа будто и не заметили этого. Видимо, привыкли к жизни с Миком и Леонардом со всеми их привычками и лидерством Снарта. Фелисити покраснела, но упорно молчала, поджав губы. Оливер уже был раздражен, он, кажется, мог бы метать молнии взглядом. - Фелисити, никто не будет на тебя злиться, - Рэй примиряюще поднял руки и улыбнулся. - Не обещаю, - пробурчал Мик, и Барри не смог удержаться, чтобы не закатить глаза. Он почувствовал на себе взгляд Лена, буквально обжегший его. Барри еле заметно улыбнулся ему уголком губ, и взгляд того невольно смягчился. Барри мог видеть эту знакомую только ему улыбку, но не на губах, а в глубине глаз. Барри так чертовски сильно скучал по нему. Фелисити все-таки собралась с мыслями и, вцепившись руками в ручки кресла, заговорила, нервно улыбаясь: - Я знаю, прошло слишком мало времени с момента, как мы, - она обвела пальчиком друзей из Стар-сити. - Победили Дарка; вы - Зума, а вы - Вандала Сэвиджа. И может быть, некоторые из вас хотели бы отдохнуть подальше ото всего мира... - Верно подмечено, Смоук, - пробурчал Мик, но замолчал, когда Леонард еле заметно коснулся его плеча, заставляя замолчать. Они и так уже привлекли внимание Стрелы, и выступления против его подружки явно не способствовали развитию деловых отношений. Барри даже хмыкнул: он тоже учился читать мысли Лена, как тот читал его. - И обычно мы все собираемся только тогда, когда что-то угрожает нашим жизням и прочее, но почему бы нам не провести время вместе сейчас? - она наконец заулыбалась, потирая ладони и оглядывая всех в Кортексе. - Завтра День святого Валентина! И... - Фелисити оглянулась на Оливера. - Мы никогда не отмечали этот праздник. - Отличная идея! - и естественно, это был Циско. Он подскочил из-за своего компьютера, перетягивая все внимание на себя. - Нам даже не нужно снимать помещение или клуб! Все STAR Labs в нашем распоряжении. - Сегодня и завтра я могу заняться украшением, - Тея поддержала, поворачиваясь вокруг себя на каблуках и осматривая фронт работ. - Только мне понадобится помощь. Кендра и Айрис переглянулись: - Мы справимся с этим. - В Jitters работники сами украшают кофейню к праздникам, - Кендра согласно кивнула, складывая руки на груди. - Нам понадобится много розовой бумаги и еще свободные руки. Я позову Линду, если вы не против, - Айрис достала из кармана джинсов телефон и принялась набирать сообщение. - С меня музыка! - Циско снова наклонился к компьютеру, определенно планируя плейлист. - Я могу помочь с музыкой, - Джефферсон тоже подключился к распределению обязанностей, подходя к компьютерам Циско. - У меня есть пара обалденных колонок для этого местечка. Барри не смог сдержать улыбки при виде Рея, чуть ли не подпрыгивавшего на месте от возбуждения и радости. Он был так похож на доброго и вечно счастливого пса, который ластился почти что к каждому: - Я займусь доставкой еды! - он замялся, обводя всех взглядом. - Мы же будем есть, да? Циско снова высунул голову из-за компьютера: - Отлично, Рей! Заказывай побольше, потому что Барри в любом случае съест все! - Хэй! - Барри скорее на автомате возмутился, бросая на Циско обиженный взгляд, но тот развел руки и пожал плечами: - Прости, чувак, но ты правда много ешь. Вспомни хотя бы тот день, когда ты ночевал в моей квартире и... - Так! Замолчи, Циско! - щеки налились теплом при воспоминании о той ночи, когда он рассказал пьяному Циско о своей самой тайной сексуальной фантазии. Скорее даже, об объекте сексуальной фантазии - Леонарде Снарте, об отношениях с которым он тогда мог только мечтать. - Лен, мы должны заняться алкоголем, - Сара протянула, закидывая ногу на ногу и позволяя ее пальто распахнуться. На подкладке Барри краем глаза заметил подвешенный нож, и от этого по его ногам пробежали мурашки. Он был явно не единственным. Этим она походила на Лена. Барри отлично помнил, как однажды, раздевая Лена, он случайно порезался о нож, спрятанный под курткой. Они оба всегда были наготове. Леонард молчал, уставившись в одну точку на противоположной стене, пока все ждали от него ответа. Мик даже раскрыл рот, чтобы сказать что-то, когда Лен повернулся к Саре, сложив руки на груди: - На этот раз без меня, - он медленно протянул, переводя взгляд на Барри, и тот даже не мог понять, как из его рта вылетело: - Почему? - так отчаянно, так возмущенно. Барри никогда не был таким несдержанным. Джо бросил на него задумчивый взгляд, и Барри ущипнул себя за руку, стараясь успокоиться. Позади него Уэллс раздражающе довольно хмыкнул. - Это идиотский праздник, в котором для меня нет никакого смысла, - практически по слогам проговорил он, когда Рей нахмурился: - Сара выглядит так, будто она хочет отпраздновать, - Палмер пожал плечами, и Лен был очень, очень раздражен: - Причем здесь Сара? - он сверкнул ледяными глазами на Рея, и тот округлил глаза: - Ну как же? Вы же... - он запнулся, глядя на абсолютно ничего не выражающее лицо Лена. - Ты и Сара... Нет? - Ты и Сара? - черт! Барри должен заклеить себе рот, потому что эти взгляды Джо становились все более ощущаемыми, все более обжигающими. Глаза Лена на мгновение задержались на Барри, заставляя его потупить взгляд и почувствовать себя полнейшим идиотом, а потом переметнулись к Палмеру: - Ты ошибся, Реймонд. Я и Сара не вместе. - Это забавно, - Сара хмыкнула, наклоняясь чуть вперед, чтобы хорошо видеть Рея. - Я думала, что это ты тот, кто развлекает Леонарда по вечерам. - Это неправда! - Рей мгновенно покраснел, даже отпрянув от Снарта. Тот только закатил глаза: - Как мило, - и Барри хотелось ударить его за этот холодный тон. Его руки жутко чесались надрать Снарту зад за то, что... А за что? Барри фыркнул, злой на себя, а не на Лена. За что он хотел ударить его? За глупые слухи? Видимо, болезнь Леном сопровождалась сумасшествием и повышенной агрессивностью. Даже ревностью. - А я вообще думал, что они с Миком женаты, - Джефферсон ухмыльнулся, поглядывая на Снарта и Рори, стоявших рядом. - Старая такая женатая парочка. Отлично. Еще лучше! Барри уже даже не пытался взять свои мысли под контроль: в голове крутились картинки того, как он мог бы в одну сотую долю секунды сократить расстояние между ним и Леном и жестко прижать его к стене, чтобы затем мягко поцеловать его, объясняя всем и сразу, кому здесь принадлежит Снарт. Но он не мог. Мик на удивление остался полностью спокоен, как и Лен, который только вскинул брови. - Мы в разводе, - Рори хмыкнул, и Рей и Циско синхронно вскинули головы: - Серьезно? Взгляд, которым одарил их Лен, можно было истолковать только как "идиоты". - Мик, не забывай, что наши друзья слишком доверчивы, - он еле удерживался от того, чтобы не закатить глаза. - Именно после такого начинаются слухи. - Мне плевать на слухи, - Мик передернул плечами, мощными, широкими. Если бы у Барри не было сверхсил, то Мик вполне мог бы переломить его пополам. Даже нечаянно. - И я приду на вечеринку. - Поможешь мне с алкоголем? - Сара подтолкнула его в плечо, совсем бесстрашно. Удивительно, как она сумела отыскать подход к Лену и Мику, потому что это не было простой вещью, определенно. Мик хмыкнул, определенно соглашаясь с предложением Сары. - Забудем про Снарта, - Айрис махнула рукой, и Лен кинул на нее изучающий, продолжительный взгляд. - Не велика потеря, - она так же бесстрашно, как и Сара, обращалась со Снартом, будто бы не боялась его. Барри же знал, что это была защитная реакция Айрис от страха, который испытывала рядом с Холодом и Тепловой Волной. Снарт усмехнулся ее словам, пытавшимся его уколоть. - Это утверждение, мисс Уэст, кто-то может подвергнуть сомнению, - Уэллс как всегда метко подмечал детали вроде хмурости Барри и его плотно сомкнутых от непонимания губ, но его слова все оставили без особого внимания. Барри даже облегченно выдохнул. - Ребя-я-ят! - Циско отъехал на стуле из-за стола, убирая телефон в карман брюк. - А я могу кое-кого пригласить? Это же все-таки День святого Валентина, - он безоруживающе улыбнулся, и Фелисити чуть ли не подпрыгнула на кресле: - Конечно! Я думаю, это работает в отношении всех, - она пожала плечами. - Интересно посмотреть на эту героиню, которая вынуждена мириться с этой шевелюрой, - Тея протянула иронично, и Циско хмыкнул: - Ты еще мне позавидуешь, когда увидишь ее, - он откатился обратно за компьютеры, не отрывая взгляда от Теи. - Твою уложенную шевелюру или твою девчонку? - Тея за словом тоже в карман не лезла. Барри мог бы быть даже взволнован новостью, что у Циско кто-то появился, если бы все его внимание не было сосредоточено на Леонарде, который натягивал на себя куртку, безотрывно смотря на Барри. Тот чувствовал себя так, будто бы все его внутренности покрылись льдом, предохраняясь от боли, причиненной всей этой ситуацией. - Увидимся, - бросил Лен напоследок всем, даже не Барри в отдельности, и покинул Кортекс, провожаемый долгими взглядами. В основном, безразличными, но Барри смотрел по-другому: он чувствовал, что глаза его наполнились влагой от обиды. Это не то, чего он ожидал от сегодняшнего дня, от долгожданной встречи. Хотя во всем был виноват лишь он: сам был полон фантазий и глупой мечты, и Лен не был виноват в том, что не соответствовал идеальному миру Барри. Но от этого не становилось легче. - А теперь мне кто-нибудь объяснит, что такое День святого Валентина? - Рип Хантер обвел всех взглядом. Фелисити набрала побольше воздуха в легкие, чтобы рассказать историю. *** Лен был здесь. Барри был уверен в этом, открывая своим ключом дверь в апартаменты, по которым еще недавно слонялся в полнейшем одиночестве. За последние дни кончилась даже еда, приготовленная Леонардом перед миссией с Легендами, и пустой холодильник добавлял тоски, которой Барри и без того был переполнен. Но беспокойство, которое он ощущал каждой клеточкой своего тела, было в сотни раз хуже тоски. Горькая тоска отдавала сладостью надежд и фантазий, беспокойство и страх – кислотой. Барри притворил за собой дверь и постарался прокрасться к гостиной на носочках, бесшумно, но его попытки всегда оканчивались подобным – он споткнулся о собственные брошенные красные конверсы и по-пингвиньи махнул руками, хватаясь за стену и снося полку с обувью. - Привет, Scarlet, - в голосе Лена звучала насмешка, и Барри против воли покраснел. Лен всегда по грохоту и звукам падения мог определить, что за красная птичка «порхала» в его квартире. - Лен? – за доли секунды Барри все прибрал за собой и немного нерешительно заглянул в гостиную, где Лен буднично разбирал черную спортивную сумку, которую брал с собой на миссию. – Ты один? – Барри даже втайне надеялся, что где-то по квартире бродила Лиза. Что уж там, он был согласен даже на Мика! Он, не смотря на своего бойфренда, прошел на кухню, отделенную от гостиной только барной стойкой. Ответа не было: на заднем плане бурчал новости Централ-сити телевизор, и мягко, успокаивающе шелестела вода, которую наливал себе в стакан Барри. Прохладное стекло в руке ощутимо вибрировало, выплевывая капли на столик, и Барри с удивлением обнаружил, что его руки дрожали. Неожиданно его шею обожгло дыханием – стакан выскользнул из рук, падая в раковину и расплескивая воду. - Лен! – Барри вскрикнул, потому что как это вообще было возможно?! Лен передвигался по квартире так тихо, что Барри даже и не заметил. На бедра, обтянутые тугими джинсами, легли знакомые мозолистые ладони, и теплые губы дразнящее коснулись местечка за ухом, выбивая из Барри полустон. - Теперь нет. Ты здесь, - наконец ответил Лен, и его голос соблазнительно низко прозвучал над ухом, пока пальцы выводили круги на внутренней стороне бедер. Барри подался вперед, упираясь ладонями в раковину, и немного раздвинул ноги, улучшая Лену доступ. Если бы Лен хотел, он мог бы трахнуть его прямо здесь, прямо сейчас. Ровно в такой же позе, в которой они уже находились. Барри жутко скучал по этому: у него ничего не было без Лена, кроме единственного момента – немного неловкого, но горячего секса по телефону. С того момента все напряжение аккумулировалось в Барри, наполняя его мышцы ноющей тяжестью. Лен тоже хотел этого – Барри чувствовал, с каким желанием мужчина вжимался в его задницу бедрами, слегка потираясь вставшим членом о ягодицы Барри, и сам Аллен готов уже был застонать, полностью падая грудью на раковину, когда Лен, шумно выдохнув, отстранился. - Лен, - с губ Барри сорвался стон, но не наслаждения, а отчаяния. Тело задрожало от потери тепла, и Барри резко обернулся, облизывая губы. Его щеки немного горели от возбуждения, и обтягивающие джинсы давили на полутвердый член, но возбуждение постепенно уступало место беспокойству. Барри нервно пригладил свои волосы – дурацкая привычка – и вскинул глаза на Лена. Тот был на пару сантиметров ниже, но его холодный острый взгляд вынуждал остальных смотреть снизу вверх. Даже Барри. - Ты обеспокоен чем-то, - Лен сам спешно натянул на лицо привычную маску, скрывшую его подлинные эмоции. Но на секунду Барри смог насладиться приоткрытыми губами Лена, с которых также хотел сорваться стон. Но Лен редко позволял себе такую роскошь как выражение подлинных эмоций – не был любителем сантиментов. Он мог быть и действительно был нежным, любящим, добрым, но все это обычно проглядывалось через метровый слой льда, за которым Лен привык прятаться. Его отец заставил его стать таким холодным, отказаться от выражения чувств, и Барри искренне надеялся на то, что этот человек теперь горел в Аду. - Все в порядке? – беспокойство Леонарда было заметно лишь по морщинке, пересекшей лоб. Он легко читал мысли Барри, его чувства – Барри перед многими и в особенности перед Леном распахивал душу, даже не замечая этого. - Это из-за того, что я не иду на эту дурацкую вечеринку? - его брови медленно поползли вверх, а губы изогнулись в усмешке. Барри залился краской, понимая, что для Лена ни одна его эмоция, ни одна мысль не была секретом. На языке вертелось много слов, но все, что он смог выпалить, было: - Она не дурацкая! - Она абсолютно идиотская, - Лен упрямо повторил, словно вдалбливая общеизвестную истину в голову несмышленышу. - Как и этот праздник, - Лен быстро поцеловал его в губы и отстранился, внимательно наблюдая за реакцией Барри. - То, что ты не любишь этот праздник, не означает, что он идиотский, - Барри сложил руки на груди. Лен отстранился на расстояние вытянутой руки, устало выдыхая. Барри больно уколола совесть - Лен устал, это было ясно по темным кругам под глазами, мутноватыми от недосыпа, и Барри, возможно, делал все, чтобы Лен не отдохнул, но останавливаться было уже поздно. И Лен, и Барри терпеть не могли серьезных разговоров, но хуже этого могли быть только незаконченные разговоры, которые оставались незримо висеть в воздухе. - Да, конечно, Барри. Розовые картонные сердца, потоки нежности и любви отовсюду, слащавые песни по радио о вечных чувствах, которые редко длятся больше месяца, - Лен хмыкнул, пожимая плечами. - Совсем не идиотский праздник, Scarlet. Прозвище, обычно казавшееся милым, резануло слух своей отстранённостью: Барри больше любил, когда Лен звал его по имени, потому что это было более личным, более интимным, чем "Scarlet" с привкусом насмешки и превосходства. Он был Алым бегуном, когда надевал костюм Флэша, наедине с Леном он хотел быть Барри. Барри Алленом. Слова увязали в горле, словно забитом ватой, и голова варила медленно, не выдавая достойного ответа: - Ты просто... Ты просто Гринч, Лен! Только ты не рождественский Гринч, ты Гринч Дня святого Валентина, - Барри скривился, стараясь сдержать раздражение. Он не хотел ссориться с Леонардом, тем более в первый день, но их спор уже разгорелся, и все, что им оставалось, - не подбрасывать дрова в огонь. - Барри, что ты хочешь от меня? Коробку конфет? Цветы? Картонное розовое сердце, покрытое блестками? - Лен с ледяным презрением перечислял варианты, и каждое слово словно ударяло Барри по лицу, напоминая, каким глупым и влюбленным идиотом был Аллен. Леонард прислонился к стене, сложив, как и Барри, руки на груди. Они оба закрылись друг от друга, и маска Капитана Холода стала непробиваемой. Барри промолчал три секунды, показавшиеся ему вечностью, прежде чем позволил изо рта вырваться: - О чем ты вообще говоришь, Лен? Мне не нужны эти дурацкие подарки... - Видишь, Барри, я же гов-... - Разве это так трудно, Лен? Провести со мной немного времени! - он будто бы слышал себя со стороны. Звук его голоса нарастал, он почти что кричал на Лена, который молча наблюдал, плотно сомкнув губы. - Я знаю, что ты не любитель чувств, Лен, я знаю это! Я давно смирился с тем, что ты навсегда останешься для меня закрытой книгой, в то время, как я чуть ли не кидаюсь своими чувствами тебе в лицо! - глаза знакомо обожгло слезами, но ни одна капля не сорвалась с ресниц. Они оставались невыплаканными, размывая зрение; голос Барри ощутимо вибрировал от непонятной даже Барри злости. - Мне очень жаль, что я заставляю тебя чувствовать себя некомфортно, Снарт! - фамилия Лена заставила того вздрогнуть, словно ему в лицо плеснули ледяной водой. - Черт-черт-черт! - Барри зашипел, опуская глаза в пол и обхватывая себя руками. - Ты предупреждал меня, что ты такой, какой есть, я помню это, Лен! Но я надеялся, что ты хотя бы попытаешься... Попытаешься впустить меня! Я просто хочу быть с тобой вместе! - его руки сами собой опустились, и он даже не ожидал, что прозвучит так отчаянно, на грани всхлипа. - Мне плевать на открытки, сладости и розовый цвет, Лен! Я думал, что ты придешь на эту вечеринку, что мы проведем целый вечер рядом, в окружении друзей. Лен ждал, пока Барри закончит, но тому не хватало слов, чтобы выразить все, что накопилось в душе. - Твоих друзей, Барри, не моих. И что мы будем там делать? Тайно держаться за ручку? Целоваться в укромном уголке, как подростки? - Барри хотел бы, чтобы Лен закричал на него, чтобы заставил заткнуться, взорвался, потому что Барри намеренно старался ранить его, но все, что изменилось в тоне Лена, - это степень усталости. Он прозвучал еще более измотанно, чем прежде. Барри почувствовал, как его грудь разрывает от переполнявшего ее воздуха, и он шумно выдохнул, ощущая себя сдувающимся шариком. Это было безнадежно. Лен был безнадежен. - Что если и так, Лен? Что в этом плохого? - Барри устало отвел взгляд, пригладив волосы и потерев переносицу. - То, что у нас не будет секса? - Барри, дело не в эт-... - Барри прервал Лена на полуслове. Тот послушно замолк, неожиданно отводя взгляд в сторону. Это вина? Это сожаление? - Этот праздник слишком для тебя сентиментальный? Конечно, ты слишком крут для такой глупой тусовки среди розовых картонных сердец с таким глупым влюбленным идиотом по имени Барри. Ладно, Барри не хотел говорить этого. Он не хотел винить Лена в том, в чем он не был виноват - неуверенности Барри, его сомнениях. Но жизнь воспитала в нем упрямство, которое не давало ему открыть рот, чтобы забрать все слова обратно. - Барри, - ледяная маска Лена пошла трещинами. Он оттолкнулся от стены, растерянно глядя на парня: Леонард и подумать не мог, что в голове у Барри водятся такие мысли. - Барри, это не та-... - Лен, - Барри выдохнул, закрывая лицо руками. - Стоп. Не нужно, прошу. Этот праздник действительно идиотский, - он резко сорвался с места, проходя мимо Леонарда в коридор. - Как раз для влюбленных идиотов, скучавших по кому-то целый месяц, - бросил он напоследок, вырываясь из квартиры и негромко хлопая дверью. Забегая в лифт, он думал о том, что Лен почти схватил его за руку, чтобы остановить, но последние слова Барри были пощечиной. Лен застыл в трех шагах от порога квартиры с протянутой рукой, схватившей воздух. - Барри! - Айрис радостно воскликнула, когда он ворвался в дом Джо на сверхскорости, чуть ли не снося дверь с петель. Барри не ответил, проходя мимо гостиной, заваленной розовой бумагой и глупыми картонными сердцами, и поднялся в свою комнату. Комната всегда была его безопасным местом, его крепостью с задвижкой на двери. - Барр, все в порядке? - раздалось спустя минуту из-за двери - Джо, определенно заметивший настроение приемного сына, и Барри впервые пожалел о том, что Джо не знал о Лене. - Да, все замечательно, - вместо правды ответил Барри, падая на кровать и заворачиваясь в теплую парку Леонарда. Барри был полным неудачником в отношениях, и если Лен выстроит между ними стену изо льда, то в этом виноват был только он. Барри Аллен. *** Вечеринка была замечательной, честно. Барри бесшумно потягивал колу из розового стакана, прилипавшего к ладони из-за остатков клея и оставлявшего на коже колкие блестки. Ребята отлично потрудились: STAR Labs напоминал теперь старшую школу в этот же День святого Валентина - в глазах точно так же немного рябило от обилия розового, но было приятно и даже сладко с головой уйти в атмосферу праздника. У Барри никогда не было Валентина в этот день; все, что ему оставалось, - смотреть на Айрис, целующуюся со своим бойфрендом (обязательно популярным милым парнем-футболистом, у которого бицепс был размером с ногу Барри), оставаясь абсолютно одиноким на школьной вечеринке. Он так же, как и сейчас, потягивал пунш и в конце вечера убегал от пьяных футболистов, которым не терпелось сунуть его головой в туалет. Или просто толкнуть в шкафчик. Или в стену. Разнообразие всегда присутствовало в их отношениях, на это Барри не мог пожаловаться. Сейчас он был в безопасности, и ему не нужно было беспокоиться о том, как скрыть синяки от Джо, потому что сам Джо был здесь и вокруг были только друзья. Барри не мог не улыбаться, глядя на них из своего укромного уголка: они серьезно подошли к делу. Сара, вспомнив свое прошлое, мешала коктейли, чаще всего ярко-розовые, поэтому даже Мик слонялся по лаборатории со стильным Космополитеном в бокале для мартини, потягивая его через очаровательную розовую трубочку. Барри усмехнулся, протягивая руку за телефоном, чтобы отправить фото Лену, но тут же себя одернул. Они до сих пор не разговаривали после той глупой ссоры, о которой Барри жалел чуть ли не больше всего на свете. Он даже попытался загладить вину, отправив Лену за час до вечеринки: " Я на вечеринку. Буду приглядывать за Сарой и Миком ;)", - но Лен не ответил ему. Барри было бы легче, если бы Леонард отправил бы ему хотя бы точку. Его руки чесались позвонить Лену, но он одергивал себя, хватая вместо телефона кусок пиццы и запихивая его в рот. Он не хотел раздражать Лена еще больше, чем вчера, не хотел злить его. Ему стоило оставить Лена в покое, на пару дней: Барри не раз говорили, особенно в школьные годы, что он приставуч и прилипчив до невозможности. Он не хотел, чтобы Лен думал так о нем. - Хэй, Барри, ты грустишь? - он вздрогнул, когда рядом с ним неожиданно оказалась Фелисити. Она теперь передвигалась почти что бесшумно - Циско подарил ей кресло Уэллса с автоматическим управлением, и блондинка наконец наслаждалась отдыхом. На ней было платье цвета фуксии, идеально сочетавшееся с тоном ее матовой помады. Барри помотал головой, растягивая губы в искусственной улыбке, и Фел не заподозрила ничего, больше увлеченная тем, что Оливер махнул ей валентинкой. Очередной. Он дарил Фелисити по открытке каждый час с самого утра, и это было так мило. - Он бы ни за что до этого не додумался, - Тея опустилась на стул рядом с Барри, и тот понял, что говорил вслух. - Ставлю десять баксов на то, что Лорел подсказала ему. - Даже не буду с тобой спорить! - Барри капитулировал, мысленно взмахивая белым (розовым) флагом. Лорел тоже наслаждалась вечеринкой, танцуя вместе с Айрис и Кейтлин под крутые миксы и иногда даже утягивая танцевать Рипа. Абсолютно трезвая, она умудрилась даже на один из медленных танцев столкнуть Кейтлин и Мика, и те не были против. Саре нужно посоветовать делать Кейтлин только безалкогольные коктейли. Тея поймала взгляд Барри, направленный на Кейтлин и Мика, и хмыкнула: - Мм, им везет, что Оливер так занят Фелисити, что не замечает этих двоих. - Им уже не повезло, потому что их явно заметил Джо, - Барри испустил смешок, кивком головы указывая Тее на детектива, который стоял у стены, позади Циско и компьютеров, у самого входа, и прожигал взглядом Кейтлин и Мика. Он держал в руке высокий стакан с розовым пивом, и если сначала он наотрез отказался пить это, то теперь в его руке была уже вторая порция. Джефферсон иногда подкатывал к Айрис, и та со смехом соглашалась потанцевать с ним; Рей пил вместе с Кендрой в "баре Сары" коктейли, дойдя уже до игры в "20 вопросов"; Штейн и Уэллс распивали виски в стороне от толпы - все нашли себе место. Место Барри включало в себя поедание пиццы в одиночестве. - Потанцуем, Барри? - Тея игриво подтолкнула его плечом, но Барри наотрез отказался - он танцевал еще ужаснее, чем бегал. Его тело было неловким, и на танцполе он был похож на одержимого демонами, так что нет. Здесь было слишком много трезвых людей, которые бы навсегда запомнили телодвижения Барри. Тея пожала плечами, оставляя Барри в одиночестве и переключая внимание на Циско, который сидел на огромной колонке с планшетом и редактировал плейлист. - А где твоя подружка, Циско? - она поддразнила, и Циско отмахнулся с ухмылкой. Под пиджаком у Рамона была белая футболка с огромным изображением Купидона, и... Барри подавился кусочком ананаса на пицце - у Купидона была голова Оливера Куина? Серьезно? Циско был рисковым парнем, но теперь и Барри заразился его смелостью - хотел себе точно такую же. - Не волнуйся, она придет! - он пафосно вскинул руку, рассекая воздух около лица Теи. Его компьютер издал писк, и Циско сорвался с места, подлетал к экранам. - А вот кстати и... Вау! Вы не поверите, кто решил посетить нас! - Снарт? - пробасил Мик, быстрее всех догадываясь о госте. Он был не так туп, как казался. Циско приглушил музыку, и все замерли. Краем глаза Барри заметил, как Кейтлин отпрянула от Мика и скользнула в сторону бара, выпрашивая у Сары стакан воды, который чуть было не выронила, когда Циско с самодовольством протянул: - Привет, Лиза Сна-а-арт! Девушка возникла на пороге неожиданно: несмотря на высокие каблуки путь от лифта до Кортекса она преодолела бесшумно, как и Лен, который никогда не издавал лишнего звука, хотя на его ногах были внушительные военные ботинки с толстой подошвой. Светло-розовое бандажное платье смотрелось на Лизе потрясающе, и ее укладка была просто идеальна, но ее лицо выражало беспокойство. Она резво подскочила к Циско, опасливо отступая от брата на пару шагов, и... Лен. Просто Лен. Он смотрел прямо на Барри. - Снарт, я думал, ты не придешь, - Мик буркнул, подхватывая со стойки два стакана с розовым пивом и делая шаг в сторону партнера, но Лиза шикнула на него, жестом показывая оставаться на месте. Пространство вокруг Лена расширилось, как все отступили на пару шагов, но Барри, напротив, вскочил на ноги. Лен не говорил, не смотрел ни на кого, кроме Барри. - Биволо, он посмотрел на Лена. Его глаза были красными. Глаза Лена тоже вспыхнули красным, - она быстро забормотала, и о черт. Лен был под влиянием Биволо. Он мог всполыхнуть в любой момент, и его злость грозила вылиться в потасовку. Лен был опасен: его пушка была закреплена на бедре, и ему потребовалась бы одна секунда, чтобы выхватить ее. Барри мог бы остановить его, вызывая огонь на себя. - Че-е-ерт! - Циско воскликнул. - Свет остался в фургоне! - он почти что звучал на грани истерики, и это было предупреждением для всех. Сверхскорость Барри замедлила все вокруг, и, выхватывая крио-пушку из кобуры на бедре Лена, он заметил, как Сара выхватила из-под стойки бара нож, а Оливер потянулся за луком и стрелами, лежавшими в шаге от него. - Нет! Стойте все! - Барри закричал, бросая взгляды на Сару и Оливера. Все замерли, ослепленные вспышкой золотой молнии. Барри кинул Тее крио-пушку, и та сразу отступила ближе к Джо, который держал руку на кобуре с пистолетом. - Не смейте стрелять! - Барри было не до сохранения тайны их отношений. Лен был в опасности - его могли ранить. Но Лен смотрел на Барри, не шелохнувшись, и казалось, что он даже не дышит. - Что происходит? - Лиза нервно вскрикнула, вцепившись в плечо Циско для поддержки. Она видела, что все считали ее брата угрозой, и Ленни мог сильно пострадать. - Биволо влияет на чувства и эмоции, - Циско забормотал. - Красным он внушает агрессию и злость. - Когда Барри попал под его влияние, он чуть не убил Эдди, - Айрис тоже делала маленькие шаги в сторону отца. Все больше и больше отстранялись, и только Барри остался в этом кругу напротив Лена. - Он сказал, что хочет увидеть Барри. Барри Аллена, - Лиза обвела всех взглядом, цепляясь за лицо Барри. Она догадалась, кем был этот таинственный "Барри". - Барри, отойди от него! - Оливер рявкнул, но Барри покачал головой. Он нервно сглотнул, отирая вспотевшие ладони об узкие джинсы. - Продержите его пятнадцать минут, - раздался голос Уэллса. - Рамон, осторожно иди в лабораторию, - Харри двигался, практически вжимаясь в стену. Циско понятливо кивнул, покидая Кортекс. - Мы сделаем вам светомузыку, - Штейн поспешил за ними. Гулкие шаги стихли, и Барри выдохнул. Циско уже знал, как сделать это, они справятся быстро. Лен никак не отреагировал на всю суету вокруг него. - Барри, осторожнее, - предупредил Джо, замечая, что Барри делает шаг навстречу Снарту. Оливер шумно выдохнул, натягивая тетиву лука, готовый в любую секунду выпустить стрелу. - Лен? - Барри тихо позвал мужчину, и тот вздрогнул, фокусируясь на лице Барри. В голубизне его глаз плясали красные искры, и по телу Барри прошлась дрожь. - Лен, ты слышишь меня? - Да, - коротко отрезал Лен, и от звука хриплого голоса Джо вздрогнул. Лиза ощутимо дрожала, и Айрис осторожно обняла ее, отворачивая от брата. - Ты пришел ко мне, Лен, - Барри старался сдержать собственное волнение, звучать мягче, успокаивающе. Лен выдохнул. - Я знаю, ты зол, Лен. Раздражен. Ты зол на меня. Барри сделал еще один шаг навстречу. Лен молчал, не разрывая зрительный контакт между ними. Барри старался не давить, больше скользя, чем наступая: - Я разозлил тебя, Лен. - О чем он говорит? - раздался шепот (кажется, это была Фелисити), но Барри старался не обращать на него внимания. - Мне очень жаль, что я разозлил тебя, Лен. Ленни, - Барри прошептал его имя, хотя обычно не позволял себе такого. Он знал, что так звала его только Лиза, и это был риск - риск разозлить Лена ласковым прозвищем. Барри снова втянул порцию воздуха: - Прости меня, Лен. Я пытался задеть тебя, потому что мне было больно. Я пытался разозлить тебя и сделать тебе так же больно, как было больно и мне. Я виноват, Лен. Я так облажался, - Барри даже не заметил, что по его щекам текли слезы. - Мне так жаль, Лен! Рука Лена дрогнула, будто бы он хотел выхватить из кобуры пушку. - Ты не виноват, Лен, это только моя вина! Я-я... Я так скучал по тебе, Лен! Я так ждал тебя, что это просто снесло мне голову... - Какого черта ты несешь, Барри?! - из угла прорычал Оливер, но никто не ответил ему. Только Фелисити схватила его за запястье, заставляя опустить лук. - Я больше никогда не повторю этой ошибки, Лен, - Барри прошептал, зачарованный потемневшими глазами Леонарда. - Я люблю тебя, Лен, и я сделаю все, чтобы ты чувствовал себя хорошо. Я обещаю, - он смиренно опустил руки, оставаясь абсолютно беззащитным перед преступником. Леонард молчал, застыв, и никто не ожидал того, что Лен в одну секунду преодолеет расстояние между ним и Барри. - Барри! - Айрис вскрикнула, и Джо выхватил пистолет, чтобы остановить Снарта, который... Крепко стиснул в объятиях Барри. - Лен?! - Барри крякнул, чувствуя, как трещат его ребра. - Что ты делаешь? Возможно, это был смертельный захват, но Лен уткнулся лицом ему в шею, судорожно дыша. Его грудь бешено вздымалась, и Барри чувствовал быстрое биение сердца Лена. - Эй, Лен? - повторил он ласковее, оборачивая руки вокруг мужчины. - Что происходит, Лен? Он повторял и повторял его имя, стараясь не потерять Леонарда в его чувствах, но... Ничего не происходило. Они все ждали, когда Лен сдастся силам Биволо и попытается причинить Барри боль. Барри сам втайне боялся, что Лен выхватит из рукава кожаной куртки нож и вонзит под ребро, но только сильнее стискивал пальцы, прижимая его к себе. Лен наконец ослабил хватку, отстраняясь и поднимая глаза на Барри, блестящие от подступивших слез. Его щеки порозовели, а искусанные губы покраснели. - Ленни... - Барри прошептал, когда Лен нашел его ладонь и переплел их пальцы, и это чувствовалось как ток, бегущий по венам. Лен часто делал так, иногда стискивал его руку в своей, и сердце Барри заныло от нежности и теплоты рук мужчины. - Какой ты красивый, Барри, - Лен выдохнул громко, наклоняясь словно для поцелуя, но останавливаясь на половине пути. Их носы столкнулись, и Леонард мягко потерся кончиком носа о щеку Барри, втягивая запах. - Люблю, как ты пахнешь, Барри. Всегда сладко, невинно. - Хорошо-о-о, - Барри протянул, бросая растерянные взгляды через плечо Лена на друзей. Никто и шелохнуться не мог от шока, но особенно непередаваемое выражение лиц было у Рори и Лизы. Словно они одновременно удивлены, ошарашены и хотели немедленно достать телефоны, чтобы записать это на камеру. Лен снизил голос, продолжая шептать, как прекрасно пахнет его тело, как идеальна его кожа, пока Барри окончательно не залился краской. - Люблю, когда ты краснеешь, Барри, - Лен обхватил ладонями его лицо, целуя в нос и лоб. От прикосновений теплых влажных губ Барри вздрагивал, забывая обо всем. Мысли покидали его с каждым поцелуем, который дарил ему Лен. - Люблю, когда ты дрожишь в моих руках. Люблю, когда ты называешь меня Лен, - он поцеловал его верхнюю губу, потом нижнюю. - Люблю секс с тобой, люблю лежать с тобой после него и смотреть, как ты пытаешься не уснуть, но твои глаза медленно закрываются, пока ты не сдаешься, - он шумно вздохнул, поглаживая подушечкой большого пальца покрасневшую щеку Барри, который даже и сказать ничего не мог. Он стоял с открытым ртом, пытаясь понять, что происходит с Леном, почему он говорит все это, а не бьет его. Если только не... - Боже, Биволо ударил тебя любовью, - Барри простонал, и Лен приложил палец к его губам, заставляя замолчать. Где-то позади раздался смешок, и, боже, это Джо хихикал над ними?! - Нет, Барри, нет, - Лен замотал головой. Он выглядел пьяным и счастливым, еще моложе, чем он был на самом деле. Его глаза сияли так ярко, что могли бы осветить, как лампочки, весь Кортекс. - Это ты ударил меня любовью. Я никогда не чувствовал подобного, Барри, ни к кому. Барри хотел его заставить замолчать, но его руки просто опустились. Он не смог сдержать улыбки от признаний Леонарда, и пусть он потом будет зол, но прямо сейчас Барри хотел насладиться таким Леонардом - открытой книгой. - Я люблю смотреть, как ты спишь, Барри, - Лен пропустил волосы Барри сквозь пальцы. - Люблю, когда ты громко сопишь и прижимаешься ко мне крепче во сне. Люблю, даже когда ты опутываешь меня руками и ногами так, что я не могу выбраться из-под тебя. - Как это мило-о, - протянула Лиза громким шепотом, чуть ли не подпрыгивая на месте от радости. - Люблю, когда ты не уходишь от меня домой и наутро мы просыпаемся вместе. Люблю видеть тебя с утра с растрепанными волосами и отпечатком ладони на щеке. Я обожаю утренний секс, когда ты чувствительный, немного сонный и пахнешь мятной зубной пастой. Я люблю готовить тебе завтраки и видеть тебя на своей кухне, когда ты варишь нам кофе. - Первый раз слышу, когда Снарт говорит "люблю" не о деньгах, - Джефферсон оперся на барную стойку, принимая из руки Мика бокал с пивом. - Люблю, когда ты надеваешь мой свитер, люблю, когда ты надеваешь мою парку, - Лен говорил и говорил, не умолкая. У Барри звенело в ушах от слова "люблю", оно расцветало в его груди бутонами роз и маргариток. - Люблю смотреть, когда ты принимаешь душ, забывая обо всем, начинаешь петь, люблю, когда ты съедаешь все, что я приготовил. - Я уже немного потерял смысл слова "люблю" после того, как он повторил это сто раз, - Мик пробурчал, булькнув пивом. Сара хмыкнула, покачивая в руках бутылку и мешая ее содержимое. - Я обожаю, когда ты забываешься и начинаешь с восторгом рассказывать о чем-то запредельно умном вроде теории параллельных вселенных или временных парадоксов или как определить, была ли у трупа наркотическая зависимость... - Боже, Лен, ты слушал, - Барри пробормотал, стыдясь слез, застивших глаза. Он обычно обрывал себя на полуслове, замечая, что Лен, как и прежде, смотрел фильм или читал книгу, не обращая внимания на то, что он рассказывал. Он думал, Лен не замечал этого. - Я люблю, когда ты расстроен и приходишь ко мне, чтобы обнять меня. Люблю приходить с работы домой, где ты ждешь меня. Люблю, когда ты срываешься с места по первому звонку и несешься спасать кого-то, потому что в эти моменты я осознаю, что ты герой, Барри. Ты мой герой, с которым мне посчастливилось быть знакомым. Которого мне посчастливилось видеть в своей квартире, в своей одежде или без нее в своей постели, за завтраком, слышать по телефону. Я люблю слышать, что ты скучаешь по мне, и я так сильно скучаю по тебе, Барри, что не могу думать ни о чём, кроме тебя. - Это так романтично, Оливер! - Фелисити застонала, пихая в ногу парня. - Мы должны сделать так же! - Фелисити, милая, мы не под влиянием Биволо, - Оливер вздохнул, понимая, что это не было для блондинки весомым доводом. Кажется, ему пора вспоминать 99 причин, почему он любит Фелисити. - Люблю, когда ты рассказываешь о своей семье, о своих друзьях, о своем дне. Люблю слушать тебя. Люблю, когда ты злишься, потому что ты становишься похожим на котенка, пытающегося укусить меня за палец, - губы Лена растянулись в умиленной улыбке, которую Барри никогда прежде не видел. - Обожаю видеть, как ты побеждаешь врагов, потому что тогда я вижу всю твою силу, которая есть в тебе. Не только силу здесь, - Лен обвел пальцем выпуклые мышцы на руке Барри. - Но и здесь, - он ткнул подушечкой пальца в грудь, прямо напротив сердца. - Я люблю видеть тебя сильным, Барри. Люблю видеть тебя слабым. Я просто люблю видеть тебя, слышать, чувствовать. Люблю думать о тебе... - Мы закончили! - Циско ворвался в Кортекс с крохотным фонариком в руках. - Барри, держи его! - он дернулся вперед, но Джо схватил его за запястье, заставляя застыть на месте: - Подожди, Циско, - он прошипел, и Рамон умолк, растерянно оборачиваясь на Барри и Лена. - Я... - Лен набрал воздуха в легкие, прикрывая глаза и сглатывая. У него во рту все пересохло, и Барри с надеждой распахнул глаза, крепче стискивая ладонь Лена в своей. - Я... - Все в порядке, Лен, я знаю, - Барри заметил побелевшее лицо Лена - ему было трудно. Это рвалось из него, но тело сопротивлялось. - Не нужно, Лен, не мучай себя. Я все знаю, - слезы струились по лицу, капая на ворот рубашки. - Я-... - Лен захлебывался собственными эмоциями. Он хватал воздух ртом, но не скрывал влажных ресниц и мокрых глаз. - Я так сильно... Так сильно! - он выдал задушенно, и Барри протянул руку, стирая крохотную слезу, прочертившую дорожку по лицу Леонарда по щеке. - Я так сильно люблю тебя! - наконец выпалил он, звуча немного агрессивно, и обмяк в руках Барри, истощенный. Барри подхватил его, поворачивая его голову в сторону, чтобы Циско включил фонарик. В зрачках Лена заплясали разноцветные огни. *** - Ты здоров, Сн-... Леонард, - Кейтлин опустила фонарик, уже самый обыкновенный, и отстранилась от преступника, стягивая резиновые перчатки с рук. - Небольшое переутомление, и самое лучшее лекарство для тебя сейчас - отдых и сон. Лен, поморщившись, прикрыл глаза. Барри не подавал голоса, оставаясь в затемненном углу комнаты рядом с Джо, который тоже молчал. Кейтлин, не дождавшись ответа, покинула медицинское крыло, присоединяясь к вечеринке в Кортексе. Она в спешке выпуталась из белого халата и взбила пальцами волосы, придавая им пышности. Мик сразу же перехватил ее за талию и утянул к бару, где их уже ждали два коктейля. Лиза легко влилась в компанию, утягивая на импровизированный танцпол Сару. Они двигались в такт музыке, от которой слегка дрожали стены, и заставляли Циско и других мужчин пускать слюнки. Лиза подмигивала Циско и вкусно, даже зазывающие изгибалась, и было ясно, что Циско предстоит отличный вечер. - Как ты? - Барри прикрыл дверь в медицинскую, и они словно оказались в аквариуме - отрезанными от внешнего мира стеклянной стеной. Рука скользнула по плечу Лена, и тот вздрогнул, но от прикосновения не ушел. Он медленно выдохнул и открыл глаза - темно-синие в полумраке. - Как ты себя чувствуешь? - Барри повторил вопрос, позволяя пальцам скользнуть по шее Лена и застыть на его лице, поглаживая желваки на скулах. - Мм, - Лен почти что простонал, неизменно усмехаясь. - Будто меня выпотрошили, а после засыпали мешок розовых блесток и зашили. Примерно так. Барри не смог сдержать усмешки - его Леонард Снарт не расставался с шутками: - Что-нибудь болит? Лен вздохнул, проводя рукой по лицу: - Барри... - Да-да, я знаю, упрямый парень, что ты не любишь жаловаться, - Барри закатил глаза, и, если честно, он уже немного скучал по чарам Биволо. Без них Лен снова покрылся корочкой льда. - Я и не прошу, просто констатируй факт, что у тебя болит. Лен скривил губы в усмешке, из-под ресниц замечая продолжительный взгляд, которым одарил его Оливер Куинн через стекло: - Голова, - Лен обрубил предложение, обдумывая, пока не добавил. - Щеки. - Щеки? - брови Барри поползли вверх, а губы медленно растягивались в улыбке. - Да, щеки. Вся челюсть ноет, - следуя его словам, Барри поглаживал кончиками пальцев сначала затылок Лена и виски, потом скользнул к щекам, и после его ладонь легла на челюсть. - Почему? - Не привык так много говорить и... улыбаться, - Лен выдавил из себя, и Барри захихикал, потому что обида закралась в уголки губ мужчины. Обида на самого себя. И немножко шутливой обиды на Барри за то, что тот наслаждался ситуацией, а не был ей возмущен. - Прекрати смеяться, это было несмешно. - Это не было смешно, я полностью с тобой согласен, - Барри закивал болванчиком и, продолжая широко улыбаться, забрался на бедра Лена, упираясь коленями по обе стороны от него в поверхность кушетки. Его руки все еще обхватывали лицо Леонарда, и он наклонился, дразняще целуя его в уголок губ. - Это было очень романтично, нежно и очень-очень в духе "идиотского праздника". - Наслаждайся этим хотя бы не так открыто, - Лен пробурчал недовольно, но Барри тут же заткнул его крепким поцелуем: - Я хочу выслать Биволо корзину с фруктами. Раздобудь мне его адрес, - Барри продолжал дразнить, усмехаясь абсолютно по-дьявольски. - Я должен был быть зол. - Ты должен был... У Циско есть идея на этот счёт, - Барри прервался на секунду, оставляя цепочку из кратких поцелуев от виска до плеча. Дыхание Лена становилось немного чаще, и Барри чувствовал, как счастье переполняет его, готовое выплеснуться розовым сладким цунами. Он мог бы всех заобнимать, но был слишком занят Леном. - Спектр человеческих эмоций слишком широк, а у Биволо ограниченное количество цветов, так что каждому цвету может соответствовать сразу несколько эмоций. Красный - это агрессия, но и любовь. И сила воздействует именно на то чувство, которому не даешь выхода, которое вынужден держать в себе. У меня - злость, у тебя - любовь. Барри громко шептал, наслаждаясь тем, как крепко обвивали его руки Лена. Ладони выводили круги на спине, потирая сквозь тончайшую ткань рубашки. - Тебе нравилось это. То, что происходило, - Лен выдохнул, и горячее дыхание обожгло ямку между ключицами Барри. Верхние пуговицы рубашки были расстегнуты, и Леонард был немного сосредоточен на участке белой кожи шеи и груди. Чуть ниже кадыка уже расцветала метка, оставленная его губами. - Ты казался счастливым, - голос Лена вместе с тем отдавал грустью. Барри промычал, непроизвольно двинув бедрами и выбивая из Лена приглушенный стон: - Ну, мне действительно это понравилось. Но знаешь что? - Барри оторвал Лена от своей шеи, кожа которой уже горела от меток. - Это было мило для одного раза. - Что ты имеешь в виду? - через лоб пролегли морщинки, и Барри разгладил их пальцами. - Это был не ты, Лен. Нет, конечно, это был ты, я знаю... - Барри, это то, что я действительно чувствую. - Я знаю, Лен, я знаю, - Барри успокаивающе погладил Лена по волосам, местами уже посеребренным. - Силы Биволо не создают чувства, они всего лишь открывают им путь наружу. Но... Я видел, как тебя ломают его силы, заставляя говорить все это, - Барри покачал головой. - Я люблю тебя, Лен, и поэтому я не хочу, чтобы тебе было больно, или неприятно, или некомфортно. Я был эгоистом, Лен, но это не должно так работать между нами, - ладонь Барри легла на грудь Лена. Сердце билось ровно и спокойно. - Но..? - Лен уловил интонацию недосказанности, и Барри улыбнулся: - Но не спорю, это было приятно. Барри наклонился, чтобы вновь соединить их губы в поцелуе, но Лен увернулся, удерживая его на расстоянии пары миллиметров: - Есть еще кое-что, что я не сказал тебе, Барри, - он прошептал, нервно сглатывая. Барри отстранился, давая ему пространство, но сам почувствовал волнение, медленно скручивавшее желудок в тугой узел. - Лен? - Я... - он снова выдохнул. Барри замечал это - как Лен сосредотачивается на дыхании, если его что-то волнует. Он отсчитывал про себя, тщательно выверяя каждый вдох и выдох, не давая эмоциям накрыть его. - Я люблю тебя, Барри. Я влюбился в тебя так быстро, - он наморщил нос, поглаживая большими пальцами тазовые косточки Барри. - Я хочу, чтобы ты знал, что я никогда не влюблялся до этого, и... Я испугался, Барри. В этот раз его слова слетали с губ без малейшего сопротивления тела. Барри тонул в их тихом и нежном моменте абсолютной искренности, как тонул и в глазах Лена цвета зимнего озера. Этот глубокий цвет, слабо мерцающий на самой его глубине, нравился ему куда больше неестественных алых всполохов. - Я испугался того, что ты можешь так легко уничтожить меня, - Лен продолжал говорить, и его шепот тепло касался губ Барри и его подбородка. - Так легко причинить мне боль. С самого детства я усвоил одну истину "Не давай никому сделать тебе больно. Тебе и Лизе", и я не давал. - Лен, мне очень жаль, что я-... - на губы Барри лег большой палец Лена, заставляя замолчать. - Я научился выстраивать эти стены вокруг себя. Я-... - Лен сглотнул, опуская взгляд на свои руки, лежавшие на бедрах Барри. - Я научился прятать эмоции и не выражать чувства, потому что это - слабость. Враг знает, куда давить, если видит твои эмоции. Поэтому я испугался, Барри, того, что не могу остановить этого - мои чувства к тебе, наши отношения. Я не смог отказаться от всего того, что ты готов мне был дать. Но еще больше меня ужаснуло то, что ты можешь причинить мне боль, но не хочешь этого, - голос Лена, хрипловатый, звучал громче. Он набирался смелости говорить от сердца, не выставляя перед словами ледяные преграды. - Я не привык к тому, что мне не пытаются причинить боль, Барри. В моей работе такого... не бывает. - Но Лиза... - Лиза и Мик - это семья. И прежде, чем я позволил себе принять Мика, прошло пять лет, Барри. Мы с тобой знакомы чуть больше года, и большую часть этого времени считались заклятыми врагами. Более... близкое знакомство длится всего месяц, и это страшно, что я уже позволил тебе забраться в мою жизнь. Барри медленно очертил пальцем контур красивого лица мужчины, его заостренные черты: - Ты же знаешь, мы можем сбавить обороты, Лен. - Проблема в том, что я не хочу сбавлять обороты. Я хочу... большего, - хватка Лена на бедрах Барри усилилась, и Барри ощутил жуткую слабость во всем теле и сухость в горле. - Насколько большего? - Я хочу, чтобы ты переехал ко мне. Это выбило из легких Барри воздух, и он судорожно задышал, пытаясь разглядеть шутливую улыбку, застывшую в уголках губ Лена, но ее не было. Все было всерьез. - Боже, да, - Барри почти что проскулил. Его мозг еще переваривал информацию, но губы уже шептали "Да-да-да, Лен". - Я только мечтать мог об этом, - он поцеловал Лена прежде, чем начал бормотать что-то невнятное, и Лен застонал в поцелуй, улыбаясь. Они двинулись на кушетке, и задница Барри чувствительно проехалась по бедрам Лена, который уже начал отклоняться, чтобы позволить Барри взобраться на него, когда их прервало покашливание. - О Боже, Джо! - Барри во вспышке молнии слетел с Лена, отходя к стене. Из темноты в полосу света выступил Джо, вскинувший брови: - Простите, что прервал, - но на его лице было написано самодовольство. Он совсем не сожалел, что прервал их. Лен соскочил с кушетки, проводя рукой по лицу в попытке сосредоточиться, и прислонился к ней бедром, складывая руки на груди. - Я-я... - Барри пытался собрать мысли в кучу. - Я забыл, что ты здесь. - Это было довольно очевидно, - Джо сделал еще пару шагов вперед, приближаясь к Леонарду, но тот даже не дрогнул. Только с интересом в глазах склонил голову набок, добавляя в голос нахальства и вместе с тем напускного безразличия: - Давайте, детектив. Довольно очевидно, - он надавил, повторяя слова Джо. - Вы прямо-таки жаждете что-то сказать. - О, Леонард, я жажду, - слова Джо звучали как обещание и угроза одновременно, но, что более удивительно, он назвал Лена по имени. Барри даже удивился, вспоминая, что прежде это было презрительное "Снарт". - Я жажду сказать тебе пару слов. Наедине. Надеюсь, у тебя хватит смелости притащить свою преступную задницу в дом копа на семейный ужин в ближайшую пятницу. - Джо, - Барри предупредил, но Лен успокаивающе махнул рукой, не давая Барри завестись на тему преступной деятельности своего бойфренда. - Но все, что я хотел сказать прямо сейчас, - сбавьте обороты, парни. Жить вместе, - Джо выразительно посмотрел на приемного сына, и Барри поблагодарил небеса за то, что румянец, разливающийся по его щекам, не был виден. Ему было стыдно перед Джо за то, что тот слышал, как легко и быстро Барри принимал важные решения. - Это большая ответственность. И к тому же, я еще не совсем свыкся с мыслью, что ты встречаешься с моим ребенком, так что жить с тобой я его не отпущу, - Джо добавил это с упреком и легким раздражением, и Барри узнал в тоне те нотки, которые обычно выслушивал Эдди. - Хорошо, детектив, я вас понял, - Лен подозрительно смиренно ответил, сохраняя между строк дьявольскую насмешку. Это всегда сулило захватывающее, опасное предприятие вроде ограбления банка или какого-нибудь богача. Барри надеялся, что Лен сейчас не отправится похищать очередной шедевр искусства. - Но как долго? - Как долго я знаю про вас? - Джо усмехнулся. - Полторы недели. - Что?! - Барри не смог сдержать крика. - И ты не сказал мне? - Ты же не сказал мне, что встречаешься с Леонардом Снартом, - Джо вернул ему в ответ его же недовольство хранением тайн, и Барри постарался заткнуться, чтобы не сказать лишнего. - А пока отдыхайте. Вечеринка, напитки, музыка и все такое. Я буду неподалеку, - он неопределенно махнул рукой и покинул медицинскую. Барри истерично усмехнулся, и Лен улыбнулся ему, хватая за талию и утягивая обратно к себе. Его спина коснулась поверхности кушетки, и Барри упал между его ног, приятно придавливая длинным сильным телом. - Это действительно идиотский праздник, - он был готов согласиться с Леонардом, целуя его в висок, но тот засмеялся, качая головой: - С днем всех влюбленных, Барри. *** В полной темноте дома Уэстов Барри налетел спиной на стену, отдаленно, сквозь туман удовольствия слыша, как слетают с гвоздиков рамки с фото. - Л-Лен! Черт, Лен! - руки Снарта уже умело расправлялись с ширинкой на узких джинсах Барри, и зубы впивались в нежную кожу шеи, оставляя следы. - Я думал, мы б-будем у тебя... черт! - он воскликнул, когда мужчина еще крепче вжал его в стену, подхватывая под бедра и приподнимая. - Л-Лен, н-нам нужн-... - он снова ахнул, когда его ноги уже без приказа мозга обвили талию Лена, скрещиваясь за спиной, и Лен двинул бедрами вперед раз и еще раз, буквально трахая его через все слои одежды. - Мне нужен ты, Барр, - Лен оторвался на мгновение от его измученной, искусанной шеи, наклоняясь к лицу и рыча свои слова куда-то в висок. Барри сдавался рукам, стискивавшим его ягодицы, и губам, целовавшим его челюсть. - Уэст на вечеринке. Он не придет. - Хотя бы не здесь, - он дышал и дышал, пытаясь между вздохами выпаливать слова, но Лен не помогал ему - одна из рук скользнула в джинсы, поглаживая его твердый член сквозь влажную ткань боксеров. - Да-давай в спальню, - Барри застонал, вскидывая руку. Со стены слетела очередная рамка. Они с Леном продвигались по лестнице, периодически спотыкаясь о ступени и влетая в стены. Не сходя с тонкой грани удовольствия и страсти Барри отдаленно слышал, как падали вещи: рамки, безделушки, картины, - но Лен шептал в ключицы "Месяц, целый гребанный месяц", и Барри забывал обо всем. Они влетели в комнату, путаясь в одежде и ногах, и упали на кровать уже практически обнаженные - оставалось только нижнее белье. Лен разместился между обжигающе горячих бедер Барри, с губ которого сорвался громкий стон. Его пальцы стиснули до треска ткани простыню, и они оба пропали. Полностью растворились друг в друге, разделив в этот бесконечный момент чувства, эмоции и наслаждение пополам. *** Горячий свет солнца прожигал лицо сквозь оконное стекло, и Барри недовольно поморщился, перемещаясь в кровати. Лен недовольно выдохнул во сне, но ослабил хватку вокруг его талии, давая выбраться из-под простыни, ступая ногами на прохладный пол. Редко случалось, чтобы Барри просыпался раньше Лена, но это были чудесные моменты, когда Барри мог, улыбаясь, разглядывать спокойное лицо Леонарда, такого беззащитного во сне, каким он позволял себе быть в жизни только наедине с Барри. И то не всегда. - Доброе утро, Лен, - он наклонился, игнорируя ноющую боль в заднице, и коснулся пальцем кончика носа мужчины. Тот улыбнулся, но перевернулся на живот, пряча лицо в подушке: - Мм, еще чуть-чуть, - пробурчал он, и Барри засмеялся, отстраняясь. Простыня сместилась, обнажая спину Лена, покрытую шрамами, и совсем немного - задницу. Барри не смог удержать руки при себе, игриво проведя пальцами вдоль позвоночника. Лен простонал в подушку, и Барри снова со смехом отстранился от кровати. Было девять утра, и в общей сумме они проспали всего пять часов. Лену нужно было больше отдыхать. Со вздохом Барри метнулся в ванную, принимая душ и приводя себя в порядок, освежаясь после жаркой ночи (в комнате действительно было жарковато). Когда он вернулся в комнату, то заметил, что кровать уже пуста. Она была идеально застелена, и вещи Барри, оставленные на полу вчера в порыве страсти, лежали в корзине для белья - Лен терпеть не мог беспорядок. Барри усмехнулся, бросая полотенце на кровать, и натянул привычные домашние серые штаны, мягко обнимавшие его ноги, и свитер STAR Labs. Он с улыбкой толкнул дверь комнаты, направляясь к лестнице и застывая с этой же улыбкой на верхней ступени. О, черт. Он услышал голос Джо и отвечавшего ему Лена. На фоне бормотал телевизор. Барри сполз с первой ступени, вздрагивая, когда босая нога почувствовала холодное стекло. О, черт вдвойне. На лестнице валялась рамка с фото Айрис, и единственное, что радовало Барри, то, что стекло не разбилось. Он выдохнул, поднимая глаза и тут же замирая - на стене не висело ни одного фото, все они валялись на ступенях, снесенные им и Леном ночью. В темноте ночи казалось, что упали всего две-три рамки, но на стене не осталось висеть ни одной фотографии. А их было много. Барри закусил губу, медленно и осторожно лавируя между рамками, замечая на полу и грамоту Джо, врученную ему за годы безупречной службы в полиции. Черт. Он наконец спустился с лестницы, когда услышал тихий смех Лена и недовольный вздох Джо из гостиной. Что там вообще происходило? Барри двинулся дальше, стараясь не создавать много шума и не выдавать себя, но было трудно сдержать выдох, когда он увидел состояние прихожей: куртки и пальто были сорваны с крючков и валялись на полу, на комоде не было ни одной безделушки - все валялись на полу, прямо рядом с подставкой для зонтов Джо и его шляпами. - Доброе утро, Барри! - Джо прокричал из гостиной, и Барри вздрогнул, опуская голову как нашкодивший щенок. Он неловко улыбнулся Джо, проходя в гостиную, и пригладил растрепанные волосы, стараясь не смотреть приемному отцу в глаза. - Доброе, Джо, - он пробормотал, чувствуя, как его щеки залились краской. Он обвел глазами гостиную, останавливаясь на довольно ухмылявшемся Лене, полулежавшем в кресле и наблюдавшем за Джо, который... ... который паковал коробки с вещами. Лен участливо протянул книгу, и в ней Барри узнал свой учебник по судебной медицине. - Что здесь происходит? - Барри нахмурился, выхватывая из руки Джо книжку прежде, чем тот смог положить ее в коробку к другим вещам Барри - комиксам, дискам с фильмами, - всему тому, что лежало в гостиной. - Просто мы с Джо пришли к соглашению, - Лен поднялся на ноги, изгибая уголок губ. Барри вопросительно взглянул на него, потому что "Джо?!". Когда они уже успели перейти к именам? - Да, Леонард, я понял твое сообщение, - Джо разогнулся, оставляя коробку в покое. Еще одна коробка уже была запечатана и стояла на полу, ожидая своего часа. - Какое сообщение? - Барри ничего не понимал. Джо усмехнулся, проводя ладонью по щетине: - Вполне очевидное, особенно когда ты заходишь домой ранним утром и думаешь, что в доме побывали грабители. Розовый снова расползся по щекам Барри: - Джо, мне очень жаль за беспорядок, я уберу вс-... - Барри, - Джо засмеялся (действительно засмеялся!) и махнул рукой. - Все нормально. Я понял вас обоих. - В смысле? Что ты вообще делаешь с моими вещами? Лен самодовольно фыркнул, подходя к нему сзади и обвивая руками. Барри смутился под взглядом Джо, но на лице того даже мускул не дрогнул: - Ты переезжаешь. - Куда? - Если меня не подводит память, еще вчера ты собирался переехать к Леонарду. И знаешь что? Теперь я абсолютно поддерживаю эту идею, Барри, особенно после того, как вы разнесли мой дом, - он постучал кончиками пальцев по коробке, и Барри застонал, закатив глаза: - Лен! - Что, любовь моя? - тот отозвался, крепче стискивая руки вокруг Барри и не давая тому вырваться из объятий. - Ты сделал это специально! - Барри не нужно было даже спрашивать - он был уверен в этом. - Что? Специально не смог сдержать себя, когда получил возможность заняться "я-скучал-по-тебе" сексом с мужчиной, которого люблю? - он нахально протянул, замечая, как Джо тоже закатил глаза и ушел на кухню, где вскоре загремела посуда и зашипела вода из открытого крана. - Ты знаешь, о чем я, Леонард! - Барри воскликнул недовольно, но Лен снова украл его поцелуй, прижимая к дивану. Они оба на вкус были как мята и лимон, пахнущие зубной пастой и мылом. Щетина Лена слегка раздражала кожу Барри, когда тот застонал, шепча что-то вроде "Я тебя люблю" смутно напоминавшее "Я тебя убью". Но из кухни снова донесся искусственный кашель Джо: - Завтрак готов, но я выкину его в урну, если вы продолжите делать то, что вы там делаете. Барри со смехом отстранился, целуя напоследок Лена в уголок губ: - Мы же не можем такого допустить? - его же желудок согласно проурчал, почувствовав аромат жареного бекона, кофе и новой жизни.