Городская боль.

люди говорят, что им нравится мой голос. говорят, улыбаются, и даже смеются. я не знаю чем, поскольку картава, громка и несуразна. хотя, даже культурна. я не выделяюсь из толпы, хотя умею ворожить, блюсти заблудшие умы, и верна только одной себе. не верю, правда, в бога, но, видимо, это единственный мой секрет. многие в меня тыкают пальцем, мол, "ты", да "ты", но я, не зная пределов своей мечты - хамлю, грублю, да гаденько усмехаюсь. но, как ни странно, первая бойню не затеваю. я люблю поэтов-мужчин и тащусь от музыкантов. мысленно всегда напеваю Нирвану, но поклоняюсь одному лишь Цою, да посылая бабулек сходу. вот такая я вот - окаянная и религиозная. видимо, с бесом в ребре так и не сторговалась. по привычке люблю пить кофе, пишу картины, не влюбляюсь и не смею хамить Ольге Андреевне, с остальными - как-то сторгуюсь. вечера проседаю за книгами, в телефоне или с родителями. по привычке мешаю Полозкову со Сплинами, вместо чая - дорожные линии, вместо вен - песни, люблю тяжело вздыхать, жаловаться на мир, цитировать из детских книг и звонить вечером. если меня спросят, есть ли на Земле человек, что смог меня укротить, заставив себе покориться. я с грустью и нежностью вспомню тебя, но бедному студенту отвечу "нет".