Пукакса и братья Сакамаки

Ты можешь выпить алкоголь, но он не может выпить тебя... Отец Бражника в поэме "Русал"

***

Боль. Жгучая, невыносимая боль пронизывала руку Рейджи, на которой недоставало двух пальцев. - Я не могу тебе их вернуть, - сказал Канато, засовывая трофеи в медведя. – Они так подойдут Маргаретт, она будет рада…       На это Рейджи лишь поправил очки и продолжил играть на тромбоне. Резкий звук инструмента и заедающий клапан говорили о плохом обращении к нему владельца. Писклявость и сиплое хрипение резали уши, кажется, не только Канато, но и его игрушке. Он сел на корточки, зажав голову ладонями, но всё ещё продолжал буравить брата больным, ничего не понимающим взглядом. Рейджи играл медленно, словно получал удовольствие от музыки, если эту мелодию еще можно было назвать хотя бы маленьким камерным этюдом. Он походил на вдохновленного музой мальчишку, запечатленного в красивой позе античной статуи, хотя и был вылизанным аристократом-садистом.       Канато выпрямился и медленно подошел к стене, на которую смог бы опереться. Все это время его мысли занимали только два вопроса: в чем теперь смысл сражения и почему он взял безымянный и средний пальцы, когда Маргаретт не хватало всего лишь глаза? Серебряная луна мягко освещала пятна крови на полу, за окном ветер раскачивал верхушку молодой ели. Тот мир казался таким спокойным и гармоничным по сравнению с какофонией внутреннего состояния сражавшихся. Всё это напомнило Канато о чем-то важном, и он снова достал из медведя заначку, которая никогда не покидала его. Размышляя над конкретными вопросами, он всегда сосредотачивался на окружающем его пространстве, зачастую отвлекаясь и пытаясь вникнуть в суть посторонних вещей, из-за этого к нему в голову приходило какое-то смежное решение, которое только усугубляло положение. Поэтому сейчас он не придумал ничего другого, кроме как засунуть в жопу Рейджи ананас и таким образом добыть глаз для коллекционной фигуры. Расчеты показались ему абсолютно верными, но одного не хватало – ананаса.       Канато оттолкнулся от стены, прошел до середины коридора, волоча в правой руке катану, и решительно встал перед Рейджи. Завывания меди остановились: музыка ничто против безумия. Рейджи, осознавая, что теперь тромбон нельзя использовать по его прямому назначению, сделал широкий выпад, ударяя инструментом, как рапирой. Канато развязно парировал атаку, не напрягая руку, и атаковал сам. Вампир удачно поставил блок, но противник перенаправил удар и попал в бровь, задев висок и переносицу. Глаз Рейджи стал красным из-за наплывшей на него крови, но выражение лица было каменным, словно он был уверен в своей победе. Противник бездумно сыпал ударами со всех сторон, оставляя на теле глубокие порезы. Ссадины, синяки, укусы отчеканивались на коже и оставляли болезненное послевкусие.       Вдруг земля под ногами задрожала, прогремел взрыв. Канато встал как вкопанный, смотря в одну точку в конце бесконечного коридора. Его оцепенение могло вылиться в новую волну безумных атак, но Рейджи воспользовался моментом и повалил его на пол, хотя тоже насторожился отголоском от сражения Райто. Он замахивался и со всей силы опускал громоздкий медный тромбон на голову Канато, который только дергался и пытался защититься. Его рука потянулась к лежащей рядом катане, но Рейджи наступил на запястье и перехватил оружие первым. На секунду замешкавшись, думая, как можно выразить любовь к брату, он начал расстегивать свой ремень. Трехпалая рука уже приноровилась держать продолговатые предметы и норовисто била лежащего, пока Рейджи снимал с Канато штаны.

***

Разгоряченного Райто прервал стук в дверь. Вампир обернулся, Здравый Смысл продолжал сидеть на кровати и внимательно следить за его движениями. - Кхм, - кашлянул Рейджи за дверью, раскрывая своё присутствие. Его манеры не позволяли ему войти без приглашения. - Вечер добрый, братец, ты пришел как раз в самый неподходящий момент. Не запачкай мне ковер в комнате. - Кровь не моя… - Как и эта штука, я надеюсь, - Райто улыбнулся и кивком головы указал на член, висящий на шее брата. - Это Канато. Но я не об этом пришел поговорить, - Рейджи посмотрел на сидящего на кровати Здравого Смысла и убедился в том, что Райто еще ничего ему не сделал. – Я видел Субару, точнее то, что от него осталось. Ты не просто так его убил, верно? - Да, но проверить, как ты успел заметить, я еще не успел. - Я не думаю, что ты был прав. Клинок Субару обладает магической силой, но не способен проклинать души. Да и о самом Субару я не думал плохо, правда надо отдать должное его способностям… - Рейджи прошелся по комнате и окинул взглядом фигуру Здравого Смысла: на правой ладони был виден небольшой фиолетовый порез, который выделялся на фоне белоснежной кожи. - Между оружием и его владельцем существует некая связь, о существовании которой я догадывался, но теперь я уверен в этом. К счастью, мне достаточно материалов продолжить исследования, но без одной вещи всё будет бесполезно. Отдай мне клинок, Райто. «Он у тебя, и я это точно знаю. Такой ровный порез зубы вампира сделать не могут, а наш гость по виду слишком аккуратен, чтобы пораниться по неосторожности», - думал Рейджи, заложив назад руки. Сквозь стекла очков непреклонный взгляд выдавал нетерпение и ярость. Нельзя сказать, что судьба Субару действительно кого-то волновала, кроме Райто он никому не был интересен, но то, что из-за его смерти Рейджи может не разгадать смысл вампирского оружия, заставляло использовать более сложный метод исследования. - Так ты говоришь о кинжале Субару… Я не могу тебе его отдать. - Зачем он вдруг тебе понадобился? - И этого я тебе сказать не могу. - Хранить такую опасную вещь рискованно... - Хорошо, хорошо, я пришлю его тебе по голубиной почте, не волнуйся за меня, - нетерпеливо и наигранно сказал Райто, подталкивая брата к выходу. - Прошу вас, леди вперед. Рейджи всё равно всё узнает, как он это делал по отношению ко всем братьям, у которых были скелеты в шкафу. Когда это его останавливал обычный отказ? Он прошел к выходу, но перед дверным проемом замедлился. «Кровь… Неужели это его?» - Рейджи увидел размытые капли на ручке двери. Он повернулся к Райто, уверено глядя в приветливые на вид зеленые глаза, и, заломив руку назад, потер позолоченную фурнитуру. - Приходи ко мне на чай в любое время. - Обязательно, - сказал Райто и захлопнул дверь перед носом брата. Послышался щелчок замка.       Рейджи осмотрелся: эта часть поместья осталась нетронутой взрывами и разорванной плотью. Тусклый свет ламп отражался от бордовых стен и сгущался в темноте коридора, куда и направился вампир. Он достал небольшой флакон, который всегда носил с собой на всякий случай, и провел пальцем по горлышку, оставляя на стекле ярко-красный след. Пусть он и не раздобыл кинжал, но достал, возможно, нечто более ценное. Рейджи остановился возле зеркала и запустил руку за его поверхность, открылась небольшая железная дверь, и вампир скрылся, поднимаясь по винтовой лестнице.