Два Крыла свободы

Яркая бирюзовая полоса, пронизывающая ночную пелену, с каждым разом становилась все больше и больше, делая небо похожим на чистое море. Вскоре цвета плавно стали переходить в рыжий, что добавляло картине ночи, какой-то непонятный шарм. Краски смешивались в один яркий цвет. Появилось солнце из-за горизонта. И именно в этот момент, когда ночь только покидала небо, а на смену луне пришло солнце, Жак Картлент, Льюис Мэн и Майкл Хелл, вышли на патруль всей территории Генерального штаба. — Я чур полигоны! — выкрикнул Льюис сразу после того, как солдаты добрались до центра. — Я - здание! — так же быстро, как и Мэн сказал Майкл. Через секунду от парней и след простыл, а Жак ничего, кроме того, что ему досталось самое нелюбимое для патруля место, не понял. Но уже через нескольких минут немого шока, он проклиная свою медлительность и хитрых друзей, направился на кладбище, где похоронены солдаты, а точнее бывшие смелые воины человечества. Погрузившись в свои мысли о том, как будет разбираться с Майклом и Льюисом, он и не заметил как добрался до нужного ему места. Правда он пришел где-то на тридцать минут раньше, чем нужно было. — Ну отлично, — открывая ворота ключом, ворчал Картлент. — Теперь мне здесь на полчаса дольше торчать нужно! Зайдя на само кладбище, Жак почувствовал, как его коленки трясутся. Ему было очень трудно осознавать, что здесь похоронены трупы его товарищей и даже друзей, которые еще недавно прикрывали его спину в вылазках за стены. Однако собрав всю железную волю в кулак, и еще раз напомнив, что он — мужчина, Жак направился в глубь кладбища. Казалось ничего уже не может испугать смельчака, но раздавшийся голос со стороны могил, заставил его встрепенуться: — Вот представляешь, похоже Рози влюбилась. Жак повернулся в сторону, от куда доносился голос и увидел Мики, которая сидела на коленях возле какого-то надгробия. «Что же она здесь делает?» — подумал Картлент, пока смотрел на девушку, которая ярко улыбалась и разговаривала сама с собой. Мики выглядела счастливой, однако проведя рукой по могиле, на ее глазах выступили слезы. — Как же я хочу, чтобы ты был со мной, Алан… — произнесла Мики, но неожиданно услышала хруст сломанной ветки. — Кто здесь?! Рядом стоял Картлент, который шокировано смотрел на девушку. — Ты в порядке? — взволнованно произнес Жак. — Нормально, — вытирая слезы с лица ответила Мики. — Что ты здесь делаешь?! Услышать такой грубый тон со стороны, вечно веселой и милой, девушки, было очень странно. Особенно для Жака, который уже достаточно давно знал Мики, а в особенности ее характер. Не даром же они были товарищами в Элитном отряде. Вдруг, вспомнив о том, где они находятся, взгляд парня упал на надгробие на котором было выгравировано «Алан Шейн». А сама могила была, в отличии от других, довольно ухоженной, а на самом камне стояла красивая вазочка с живыми цветами. Было понятно, что это все- работа красноволосой девушки. — Позаботься лучше о себе, — сказал Жак, похлопывая Мики по плечу. — Его уже не вернуть, а ты- живая! — Ты ничего не понимаешь! — закричала девушка и прижалась всем телом к надгробию, а с глаз потекли, новой волной, слёзы. — Даже когда он отдавал всего себя Рози, я надеялась, что он посмотрит на меня - девушку, которая всегда хотела быть рядом с ним! — Не глупи, приди в себя! — крича, тряс девушку за плечи Жак. — Он умер, его уже не вернуть! Мики и сама это прекрасно понимала, однако надеялась всем сердцем, что он подойдет к ней, обнимет и скажет, что будет всегда рядом с ней. Но он всегда был рядом с её подругой, но она этого не оценила. Он умер, но и того мало этой девчонке. Мики задыхалась из-за большого количества слез, которые мешали ей нормально дышать. Жака посетило чуткое чувство, что девушка сейчас задохнется, что она сейчас упадет без сознания и больше не проснется. Он рефлекторно оторвал девушку от каменной плиты и прижал к своей груди, не смотря на то, что она вырывалась и колотила его. Спустя несколько минут, Мики уже устала вырываться и, просто уткнувшись в плечо Картлента, рыдала, крепко сжав его куртку, искав в ней поддержку. Жак даже и не подозревал, что в такой слабой, на вид, девушке, скрыто столько слез, столько боли по умершему человеку. Картлент уже не надеялся услышать от Мики ничего, кроме всхлипов, но она все же подала голос, который дрожал от рыданий: — Я… Мм-молчала… На-надеялась, чтт…то Р-Рози ответит Ал-Алану вв-заимностью… — То есть Алан был влюблен в Розалину?! — Угу… Все стало понятно. Алан любил Рози, а в самого Шейна была влюблена Мики, которая молчала и ничего не говорила ему из-за его чувств к ее лучшей подруге, предположил Жак. Он впервые посмотрел на кого-то с такой жалостью. Эта девчонка явно страдала, когда смотрела на любимого, что готов был отдать жизнь за другую, что он и сделал. Возможно, что Мики за это стала ненавидеть Рози, а может и нет, раз ничего никому не говорила, а лишь молча приходила сюда, пока никто не видел. Только представив, что испытывает Мики, Картлента посетило жуткое желание обнять покрепче и успокоить хрупкую девушку, что он и сделал. — Не плачь, — поглаживая в волосы Мики произнес парень. — Я ведь с тобой… Девушка резко подняла на Жака свои заплаканные глаза, но с них уже текли слезы счастья. Ведь в первые, после смерти одного дорогого человека, ей сказали такие слова…