Какие знакомые все лица.

Глава 1.       Умирать было не страшно, а обидно. По-идиотски всё получилось как-то, нелепо до гомерического хохота. Это надо было, ехать в машине по укатанной зимней дороге и из-за потери управления на заносе съехать в кювет, протаранив ни в чём не повинную сосну. Я всегда думал, что такая ситуация может возникнуть только в воображении составителей правил дорожного движения или в кинолентах с банальным сюжетом. Но вот, сам попался.       Удар был сильным, но это ещё не самое плохое — ремень безопасности заклинило, и скинуть его слабыми, замерзающими пальцами я не мог, а ещё начало попахивать гарью или это уже глюки со мной приключились, что тоже не хорошо. После столкновения я потерял сознание на минут пять-десять, за это время через пробитое ветками лобовое стекло вышел тёплый воздух. Очнувшись, я уже не ощущал ног и левой руки — дверь точно не открыть, учитывая её зажатость между деформированными стенками машины.       Было жутко неудобно, жгло болью почти всё ощущаемое тело, особо правое плечо. Ран я не чувствовал, но вот накатывающую всё больше и больше слабость от потери крови ощущал довольно отчётливо, если конечно можно применить данное определение к моему плачевному состоянию разума и тела. Вот от чего я, в конце концов, умру, от недостатка красной жидкости в организме, холода или взрыва машины?       В мозгу зашевелились мысли об оставляемом тут богатстве — земельном участке в Московской области. Десять соток, дом пригодный для круглогодичного проживания, а единственные наследники — сестра с мужем, жить там уж точно не будут. Жаль, столько сил и души было туда вложено, теперь продадут наверно мою резиденцию. Больше жалеть вроде не о чем. Семьи своей не завёл, родители почили как три года назад, разве что мой друг по работе взгрустнёт над моей могилкой.       Блин, что за ситуация такая дурацкая? Так умер бы быстро и не мучился рассуждениями праздными, а тут больно, холодно, грустно и одиноко. Вот, когда понимаешь смысл клишированной до жути литературной фразы «ждать смерть, как избавление». Всё чаще убеждаюсь, что всё придумано до нас, а мы просто не способны охватить своим жалким умишком масштаб мировой мысли, вычленяя из огромного пласта знаний только лично интересные факты. Что только не лезет в агонизирующий мозг?       В груди остро закололо, и я зажмурился, даже слёзы появились от боли, затмившей собой весь разум. Хотелось разодрать ногтями грудную клетку и извлечь столь мешающий орган. Правая рука дёрнулась, но не смогла подняться выше десяти сантиметров, сжатая в тиски морозом и свинцовой усталостью. Я с удивлением услышал чуть звенящими ушами собственный хрип, поневоле вырвавшийся из глотки. Ну, всё, сейчас уже точно отхожу. Компьютер когда-то написал «Привет мир», а мне пора сказать обратное по смыслу высказывание.       — Пока мир, бл…       ***       — … ин.       Оп па, что за новости? Открыв глаза, окинул взглядом кабину неизвестного аппарата, схожего с бутафорскими космическими кораблями из фильмов о недостижимых высотах прогресса. Рычажки, кнопочки, антенны на панели управления, расколотое на семь частей «лобовое» стекло данного технического средства передвижения, запах горелой резины и масла — прям как в моей изуродованной машине. Всё бы ничего, но вот не зимний пейзаж подмосковной дороги за окошком — лес зелёный и диковинный, будто каменного века.       Деревья с огромными стволами и листвой странной формы — что-то среднее между пальмовой ветвью и дубовым листом колоссального размера. Из плюсов была подвижность конечностей, и отсутствие сильной боли, что само по себе замечательно. Но вот всё остальное дополнение к этим фактам реально напрягало мой и так не великий ум, попытками придумать причинно-следственную связь.       Я умирал после аварии и вдруг попал в кабину неизвестного аппарата, видимо тоже потерпевшего крушение в месте с странной природой, возможно на другой планете. Считаю целесообразным выползти из радиуса возможного подрыва моей машинки, и продолжить анализ ситуации вне опасной зоны. Осмотрев себя, откинул все мысли, сосредоточившись на движении из кабины.       Расшатав и отодвинув один из осколков, благо руки оказались в толстых перчатках, я выполз на внешнюю обшивку и начал активно двигать конечностями, чувствуя своей пятой точкой весь масштаб надвигающейся проблемы. Вот никогда бы не подумал, что интуиция у меня развита настолько сильно, поскольку я успел отползти только на тридцать метров, как меня подбросило волной жара, а потом я потерял сознание.       Проснулся я от неприятного ощущения, будто плаваю в киселе с комочками вместе с медузами. Почему у меня возникли подобные аналогии сказать достаточно трудно, но мои рецепторы подавали настолько противные сигналы, что я поёжился. Видимо моё движение спровоцировало необратимый процесс — давление киселя начало пропадать, а медузы отлипли от тела, через мгновенье я уже самостоятельно вдохнул ртом воздух и закашлялся.       Такая желаемая воздушная смесь оказалась наполнена запахом гниения и мелкой пылью. Рядом со мной кто-то завозился, непонятные звуки раздались прямо под ухом, я не выдержал и, стерев возможно оставшуюся на лице кисельную массу, открыл глаза. Надо мной нависал тёмный потолок, вокруг царило запустение и хаос — различный лом от явно научных приспособлений расположился вокруг стен. На полу лежал слой пыли и мелкого сора, как например упаковки от каких-то таблеток или рационов питания, колбочки и мензурки.       Моим первым знакомым в новом мире стал дролл. Название этой расы я извлёк из, будто распухшей от обилия информации, памяти, рассматривая невысокое, мохнатое существо с большими чёрными глазищами, стоящее на двух лапах рядом с моим лежаком. Не правильно дядя Николай ты вещи называешь, это не «лежак-больничка», а бакта-камера. Осик… и что я только что ляпнул? Вари котелок, а то мохнатый больно уж задумчиво и преданно на меня хлопает глазами, не к добру это.       В голове царил сумбур, но я вытащил обширное знание ругательств, почерпнутое от механика нашего ангара с базы КорБеза — сил безопасности Кореллии, планеты на которой я и находился в данный момент. Просто замечательно, не было печали, криффы накачали… опять я нецензурщину какую-то несу, межгалактическую. Абориген всё ещё ждёт диалога со мной, нельзя разочаровывать добродетеля.       — Хай вам щастить, забубоны.       Почему из моего рта вылетел именно этот набор слов из незнакомого украинского языка, о точном значении которых я даже и не знал, сказать невозможно. Первую фразу прочитал на стене, стоящей рядом с железнодорожными путями, словечко «забубоны» почерпнул из радиопрограммы, звучание повеселило, вот и запомнил. Почувствовав прилив гордости за самого себя при столь развязном общении с представителем чужой расы, я добавили ещё воды на процессор его мозга.       — Пихэни сто спити, азерфос му.       Мой ломаный греческий был встречен всё тем же кротким молчанием собеседника. А вдруг он знает нормальный язык, а я ввожу его в заблуждение и расписываюсь под собственным некрологом дилетантскими попытками выйти на контакт?       — Привет, пикачу мохнатый. Спасибо, что спас от гибели неминуемой. — дролл несколько приободрился и сам начал говорить.       — Киран, корабль взорвался, люди искали, я сюда принёс, долг заплатил, свободен.       Что за чудик, кто меня искал, что за долг и куда «сюда»? Путём сложного многопланового процесса установления и развития контакта, в просторечье именуемым «общение», я выяснил, что мой знакомый пикачу задолжал мне за спасение шкурки от воинов-миротворцев Галактической Республики. Местом моего чудесного исцеления оказался заброшенный медицинский центр, который ранее принадлежал клану моего пикачу, но пришёл в запустение после смерти всего его клана вместе с его главой: «Великой Матерью».       Грустная история, но что делать мне, Николаю Сергеевичу Торнову, мирному курьеру. А нет, теперь меня зовут Киран Хорн, и я один из бравых ребят системы безопасности этой планеты. Но как подсказывает память, я являюсь скорее контрабандистом с мандатом безопасников. А моё крушение было не от ошибки пилота, а из-за нападения в атмосфере двух перехватчиков. Моя подбитая лёгкая машинка начала разваливаться прямо в воздухе, но я дотянул её до земли и умудрился благополучно сесть, не угробившись при приземлении. Моё виртуозное вождение кораблями и до этого было предметом зависти моих товарищей по организации, но такого от меня уже точно не ожидали. Видимо меня уже записали в покойники, что довольно неплохо — о моём воскрешении знает только пикачу.       Я свободен как… четвероногое нелетающее. Для того, что бы стать «как ветер» нахватает кораблика, любовь к которым мне передалась вместе с памятью Кирана. Был у этого пройдохи загашник с кредитами на чёрный день, вот его и разорим на покупку лёгкого транспорта. Мечтой прежнего владельца этих денег была покупка легкого транспорта YT-1250 — довольно хорошей машинки с двумя спаренными турболазерными турелями и гипердвигателем второго класса. Конечно мне известно, что лучше будет модель 1300, но она дороже и требует личной доработки.       Стоп, что-то всё становится чересчур похоже на одну когда-то популярную серию фильмов о Далёкой далёкой галактике. А если… блин. Это ведь не так? А если и так, то когда? Что сейчас творится в мире? Контрабандисту было известно, что где-то сейчас мутят воду сепаратисты и пока никаких масштабных войн не идёт. Значит, бойня клонов пока не разыгралась, Конфедерация Независимых Систем только готовится к выходу в свет, а маленький Энакин проходит обучение у джедаев.       О, да тут же есть Сила, которую надо почувствовать! Этим дебилизмом я начну заниматься только когда куплю корабль и свалю из столько недоброжелательной системы. Для этого надо добраться до города Коронет и забрать заначку.       — Пикачу, у тебя нет транспорта до Коронета?       — Киран, довезу до города, там есть люди.       Есть ищейки? Это конечно не хорошо, но делать нечего — без вещей из тайника я быстренько загнусь, что нежелательно. Умирать второй раз по-настоящему совершенно не хотелось. Да и интуиция молчала, хотя уже показала свои возможности в предсказании паршивого будущего. Ладно, город жди меня!       ***       Отряхнув свой потёртый комбинезон рыже-белой расцветки от пыли, я размял пальцами правое плечо — приложился им о ветку дерева во время перелёта на машине пикачу. Да, костюм у меня приметный, срисуют на раз-два, но искать замену некогда и не на что. Дролл согласился меня проводить к ячейкам банка, где у меня был схрон. Ключом служил моя рука и кровь, что малонадёжно, но выгодно мне нынешнему.       Город оказался большим и шумным, по улицам выхаживали представители разных рас, светящиеся вывески слепили глаза. Самыми прикольными из встреченных рас я признал селониан — хорьки переростки, ходящие на двух лапах. Они выглядели очень забавно, хотелось подойти и погладить гордых рыжих зверюшек, но за это могли убить.       Пройдя несколько уровней города, мы с пикачу поднялись на шестой этаж, попав в обширный зал банковских услуг — везде стояли терминалы с голографическими экранами. Подойдя к одному из таких устройств, я выбрал пункт «Изъятие сбережений из ячейки» и прошёл проверку на правомочность требований. Мне выдали пластмассовую карту с данными, с которой я направился к заведующим складами. После нескольких минут бюрократии и заполнения документов, я получил в руки контейнер, который решил вскрыть в предоставляемой банком комнате.       Пикачу раскланялся и ушёл по личным делам, а я пошёл разбираться в наследии. Могу сказать, что было там совсем немало интересного. Мне конечно было известно, что система безопасности держалась на местных джедаях, но личную принадлежность к ним я не ощущал. Найденный же в контейнере хлыст с характерной ручкой меня озадачил. Ручка была обмотана кожей коричневого цвета и выпускала из себя длинный, гибки провод чёрного цвета. При замыкании каких-то контактов внутри рукояти по проводу начинал струится свет медного оттенка.       При этом я ощущал некую родственную связь с данной вещицей, в памяти начали мелькать картины занятий с хлыстом, дуэлей с учителем-джедаем. Это получается, что я принадлежу к данной секте «добра и справедливости»? Может именно из-за этого меня хотели убить, поскольку других объяснений пока не находиться. Раз так, то идея свалить подобру-поздорову кажется ещё более привлекательной.       Из одежды в загашнике был комбинезон для полётов с большой перегрузкой весёлой красно-черной расцветки с защитными щитками на коленях и локтях. Шлема не было, но и не привык я такие консервные банки на голове таскать. На ногах теперь были сапоги из лёгкого сплава, с ребристой подошвой. Вообще, мне мой прикид теперь нравился, нервировала только длинная рыжая шевелюра, которую приходилось собирать в хвост, что бы не мешалась.       С деньгами получалось всё не совсем хорошо — тридцать семь тысяч с копейками, двадцати пяти на подержанный вариант корабля хватит, но вот ремонт и модернизация обойдётся на всю оставшуюся сумму, а ещё предстоит закупка продовольствия и бытовых мелочей. Браться за заказ не хочется, поскольку это может стать путём моего обнаружения предполагаемыми врагами. Конечно, у Кирана здесь были дальние родственники, но идти к незнакомым людям за помощью со стопроцентной вероятностью провалиться в деле изображения знакомого им с детства парня — бред.       Так, отставить панику! Достав со дна контейнера планшетник, я вышел в сеть города, начав поиски подходящего предложения продажи корабля. Несколько предложений заинтересовали — выставляли 1250 модель с модернизацией щитов и брони за двадцать две тысячи. Ещё заинтересовало предложение 1300 модели с модернизацией двигателей и брони, за счёт уменьшение грузоподъёмности. Первый корабль продавался людьми, а второй дроллами из клана Когран. Выбор был очевиден, и я связался с мохнатыми пикачу, ведь всем жителям Кореллии известна их благородность и доверчивость.       Дролл, представившийся как Яку, озвучил ошеломляющую цену в двадцать девять тысяч кредитов, но все плюшки предлагаемые этими техниками были настолько аппетитны! Изначально бывший грузовым, кораблик получил несколько дополнительных опор, благодаря которым цифра выдерживаемой перегрузки повысилась на две сотни. Броня стала более прочной и обзавелась неплохими стационарными щитами, завязанными на стационарный блок питания, расположенный в грузовом отсеке.       Двигатели были полностью синхронизированы и подчинялись любому пожеланию пилота, который предполагался в единственным экземпляре. В общем, из-под рук умельцев дроллов вышла манёвренная и подвижная машинка, имевшая из вооружения только спаренные турболазерные турели. Я задал логичный вопрос: почему такое чудо решили продать по такой низкой цене? Яку печально пофыркал в трубку и признался, что заказчик остался недоволен работой их рода, а контрабандисты решили подождать цены ещё ниже.       Я сказал, что готов купить эту птичку, если мне позволят осмотреть её внутренности, попробовать поднять её в атмосферу и проведут покупку по банковской выплате, не указывая покупателя. Пикачу посовещался с родичами и предложил мне подъехать в седьмой ангар, дабы пообщаться в непосредственной близости к товару. Я согласился, поскольку это было не так уж и далеко от банка — два этажа наверх и вправо.       Выходя из комнаты банка, я радовался, что мне досталось такое продвинутое тело — учился у джедаев, замечательный пилот, боевик не плохой. Попади я сюда в своём теле — умер бы в первые часы пребывания здесь. Во-первых, атмосфера другая, давление тоже другое, я бы успел здесь переболеть всеми возможными болезнями. Во-вторых, без денег и связей с тем же спасшим меня пикачу, я стал бы рабом борделя или гладиатором Хаттов. В-третьих, память прошлого владельца тела помогала сильно — реалии Далёкой-Далёкой оказались чересчур непривычными.       Ох уж эти вежливые поклоны при встрече знакомых или высокопоставленных морд, запрет на вольное поведение в общественных местах, чрезмерное эмоциональное самовыражение тут воспринимали как нанесение оскорбления всем присутствующим. Пока я шёл до подъёмников моя интуиция аккуратно проводила меня мимо людей, знакомых с Кираном. А мне начинает нравиться эта Сила, которую оказывается легко чувствовать.       Хотя моей заслуги в этом может и не быть — всё же дожил как-то до восемнадцати лет мой контрабандист, состоя в организации безопасности планеты? Видимо был паршивой овцой в стаде джедаев, раз никто его так и не арестовал. А вот световой хлыст мне нравится — нет заморочек с невесомым лезвием меча, поскольку хлыст имеет свой вес, хоть и не большой.       В махании мечом сложно рассчитать нужную силу инерции, которую надо придать невесомому лучу энергии, что бы он разрезал что-то или защитил от чужого меча. Хлыст же имеет рабочую поверхность с определённой массой, и придать ускорение металлу, проводящему силу, достаточно легко. Да, это оружие мало подходит для дуэлей, но вот виртуозное обращение с ним спасёт владельца от самой ситуации, когда возможна дуэль.       Конечно, стоило ещё соединить знания во владении хлыстом из памяти с личной практикой, дабы не ударить в грязь лицом при использовании на людях. Столько планов, но пока мне надо развернуться спиной к проходящему мимо патрулю и свернуть к лифту до ангаров. Так, вверх и к ангару с цифрой семь. Меня встретил дролл, забавно осмотрел большими честными глазами и пригласил пройти за собой.       Увидев предлагаемого мне красавца, я придавил собственную жадность — оно того стоило. Корабль с чёрно-красной расцветкой, блестящими в свете ламп иллюминаторами. Он выглядел как приготовившийся к прыжку кот, сонный, но готовый сорваться за добычей в любую секунду. Дроллы провели меня на борт, искренне рассказывая все достоинства и недостатки конструкции.       Из-за дополнительных опор в корпусе грузоподъёмность снизилась, но мне она как-то и не нужна была. Ещё управление оказалось несколько переделанным по стандартам дроллов, но мне оно показалось даже удобным — все кнопки и рычажки были на панели разбиты по секторам принадлежности определённым механизмам. Так разделялся сектор щитов, двигателей, турелей. Остальные функции были вынесены на отдельный пульт. В общем, простому пилоту разобраться будет сложно, но мне корабль не перепродавать.       Кредиты я перевёл на их счёт тут же, договорившись об их услугах по доставке необходимого провианта и мелочей для хозяйства. Мохнатые пикачу согласились и позволили мне самому копаться в купленном корабле, побежав за затребованным товаром. Я же уселся в пилотское кресло и начал вспоминать, как управлять всей этой шайтан-машиной. Прогрев оба маршевых двигателя, я провентилировал манёвренные и прогнал тест систем — всё было в норме.       Прошёлся по всему кораблю — три каюты, две секретные комнатки для контрабанды, двигательный отсек, кают-компания. Всё чистое и аккуратное, продуманное для длительной жизни в космосе. Общий срок стационарного полёта был два месяца, а поскольку щиты у меня состояли на собственном обеспечении, этот срок можно смело увеличивать ещё на пару недель. Хорошо живёт на свете Винни-пух.       Полежав час на кровати в самой большой каюте, я услышал сигнал вызова по ангарной связи. Меня попросили отдраить люки и принять заказанные товары, что я охотно выполнил. Попросил оператора ангара внести новые позывные моего корабля в галактическую сеть, присвоив себе имя «Руевит». Диспетчер только вздохнул печально и попросил примерное значение этого слова, что бы переводы на другие языки были неоскорбительны моему слуху. Я и сказал, что обозначает это дословно «сила, воплощённая в небесах и на земле». Бедняга тормозил несколько минут, а потом сухо проинформировал о внесении моих данных в базу и отключился.       Я покинул рубку и пошёл осматривать доставленное имущество. Дроллы честно закупили мне еды на несколько месяцев — рацион питания офицеров КорБеза, списанный со складов каким-то хитрым прапором, которые и в данной вселенной существовали. Ещё мне перепало несколько контейнеров с сухой водой — стоило смеси попасть в кислородную среду, как она превращалась в жидкость, для получения стакана воды требовалась чайная ложка порошка. Ещё мне предоставили несколько комплектов постельного белья специально для космических перелётов, мелочевку: столовые приборы, набор инструментов первой и последующей необходимости, несколько пилотских комбинезонов, продвинутую гарнитуру связи, безликую карту для кредитов и выброклинок работы дроллов.       Вылетело мне всё это в три тысячи кредитов, много выложил за гарнитуру, карту и клинок, заинтересовавший меня способностью прорезать персональные энергетические щиты. Конечно, это оружие было запрещено на большинстве планет, но меня это пока не волновало — хотелось предусмотреть всевозможные каверзы нового мира и прожить подольше, раз выпала такая интересная возможность. Дроллы распрощались и покинули корабль, а я посмотрел на время — было уже к вечеру, учитывая здешнюю длительность суток, двадцать пять часов.       Пора уже выходить в ближайший космос и решать, в каком направлении двигаться. Запустив двигатели на среднюю мощность, я запросил разрешение на вылет, которое тут же и получил.       — Руевит, говорит диспетчер, одиннадцатая полоса взлёта, повторяю, одиннадцатая полоса.       — Диспетчер, говорить Руевит, вас понял, одиннадцатая полоса. Открывайте ангар.       — Руевит, ангар открываю, удачного полёта.       Большие створка ангара начала разъезжаться в стороны, потом погасло красное силовое поле — проход открыт.       — Спасибо, тебе тоже удачи. — я отключил связь.       Аккуратно подняв корабль в воздух, я начал разгон, выходя на траекторию одиннадцатого пути — бортовая механика корректировала мой курс, основываясь на пропускной карте Кореллийского космопорта. Выйдя на прямую линию взлёта, я увеличил скорость, прорываясь через атмосферу планеты. Щиты против гравитации включились автоматически, покрыв корабль красной плёнкой. Несколько мгновений дурманящей перегрузки и давления, после чего передо мной открылся бесконечный космос.       Невольно кинул взгляд на отдаляющуюся планету позади, большой сине-зелёный шар с белёсыми облаками. Чувство нереальности происходящего во мне боролось с ощущением обыденности, пришедшем из памяти того, прошлого Кирана Хорна. Для истинного владельца этого тела, подарившего мне богатейший пласт знаний и умений, вылет в космос был делом привычным и несколько надоевшим, для Николая Торнова же, сам факт обладания космическим кораблём и использование его по прямому назначению, вызывал ступор и восторг, погребённый под психологической апатией: «Космос? Великолепно. А что будет дальше?»       Отлетев от планеты на несколько световых лет, я залил в бортовую систему карты контрабандистов, хранившиеся в информационных чипах моей планшетки. Сделать это заранее не позволила моя осведомлённость о системах безопасности порта — все действия с электроникой бортовых компьютеров, большинство сетевых запросов и потоки данных фиксировались и обрабатывались в системе КорБеза. Из всех цифровых и буквенных строчек кода, сохранявшихся в серверах, впоследствии можно было извлечь достаточно информации для поиска всевозможных «потеряшек» и определения их деятельности. Сам по работе таким занимался, отслеживая передвижения опасного уголовного элемента, записывая их пути, высылая аналитикам все доступные данные.       Так, прогрузилась карта. Кореллия находится в Ядре, а мне шумные планеты с развитой инфраструктурой пока противопоказаны. Колонии я тоже исключил из своего возможного места проживания — там все находится под контролем у корпораций и всевозможных правительств, самоуправство и жадность во всей красе. Вот Внутренней кольцо, куда ни шло, осталось определиться с планетой.       В Мандалорский космос мне пока рановато соваться, лучше прогуляться по Хейпскому консорциуму. Там легко затеряться от возможных поисковиков, ведь Скопление Хейпс достаточно сложно и запутанно. Карты этого сектора в официальных источниках почти не достать, но вот контрабандисты достаточно изучили это благодатное место. Раньше там правили пиратские шайки, но потом джедаи их всех уничтожили, предоставив женщинам с планет этого скопления самим править. С тех пор там мир да покой, но вот выходить в открытый космос Хейпанцы не желают.       Мои товарищи по ремеслу утверждают, что все там женщины писаные красавицы, вот что значит селекция на протяжении тысячелетий. Но из-за изобилия звёзд на их планетах нет ночи как таковой и ночным зрением тамошние жители обделены, от слова совсем. Решено, беру направление на Хейпс и… компьютер проложил вектора по Кореллианскому пути, потом по Римманскому торговому маршрут, проходящему невдалеке от нужного мне консорциума. Расчётное время выхода из гипера — три дня и восемь часа по времени Земли. Конечно, я давал неплохой крюк и светился на некоторых кордонах, но двигался без остановок. Ну, а информация о моём перелёте скоро будет погребена под миллионом маршрутов других кораблей — всё же оживлённые трассы передвижения.       Решено, маршрут подтверждаем и начинаем подготовку к прыжку — вводим нужные координаты выхода рядом с Скоплением и ожидаем, когда умная техника зафиксирует данные и предложит выйти на гипердрайв. Так, поступило предложение перейти в гиперпространство. Нажав кнопку согласия, я запустил все доступные амортизаторы и активировал генератор квантового поля, которое должно стабилизовать мою посудину во время перемещения и защитить от трагической встречи с межзвёздным газом или тёмной материей. Двигатель сообщил о достаточном сборе гамма-излучения для начала движения и звёзды передо мной смазались, с большой скоростью пролетая мимо. Поехали.