Рождественское

Амадейя на цыпочках прокралась к большой рождественской ели, украшенной множеством блестящих игрушек. Электрическая гирлянда медленно вспыхивала и погасала, отбрасывая на стены таинственные разноцветные огни. Девушка поправила длинный свитер Пьетро, который свободно болтался на теле и доходил до середины бедра. Рукава постоянно нужно было закатывать, но Дейя любила этот пуловер. Он был насыщенно-зеленого цвета с парой красноносых оленей, вышитых на груди. Максимофф смешно морщился, когда надевал его, но, как бы он не отрицал, это был замечательный рождественский свитер. Больше, чем малину, Амадея любила только Рождество. В Г.И.Д.Р.Е. этот праздник отмечали довольно скупо. Да и глупо было бы, если бы нацистская организация, за время своего существования погубившая миллионы людей, дружно пила глинтвейн у камина, раздаривая друг другу подарки. Единственное, что было прекрасно – это огромная ель, украшенная очень просто. Но это была живая ароматная ель! Дейя помнила, как будучи маленькой девочкой, она забиралась под раскидистые нижние ветви дерева, глубоко вдыхая морозный хвойный запах ели. Это был запах праздника, счастья и гармонии. Поэтому, когда они с Пьетро решили украсить их небольшую квартирку к празднику, Джонс первым делом потащила парня выбирать самое лучшее рождественское дерево. На календаре было двадцать третье декабря, снег большими хлопьями летел с неба, пытаясь засыпать улицы Нью-Йорка. А Амадейя нервно покусывая губы и кутаясь в свитер, пыталась успокоиться. У спасителей Земли не бывало выходных и праздников, и вот уже третий день, Джонс пыталась не думать о том, где сейчас самые ее близкие люди. Стив, Пьетро с сестрой, Наташа и Барнс не выходили на связь уже сутки, и, Господи, Дейя готова была ехать на их поиски сейчас же. Вот только после потери половины силы, единственным ее талантом осталось заживление ран. Ни воскрешать, ни убивать, девушка теперь не могла. Когда раздался звонок в дверь, Амадейя пожалела, что не имеет суперскорости. Длинные шерстяные гольфы скользили по ламинату, заставляя брюнетку хвататься за все косяки, чтобы не упасть. Добежав до двери, Дейя рывком распахнула ее, сдувая пряди волос с лица. Перед ней стояли близнецы Максимофф, Романофф, Стив и Барнс. Живые и невре… - Это кровь? – побледнев, спросила Дейя, наблюдая, как Наташа вымученно улыбается, прижимая руку к животу. – Быстро в комнату. Рыжую шпионку уложили в гостиной, стараясь не растревожить нехорошую на вид рану. Джонс, не теряя ни секунды, отправила всех на кухню, а сама аккуратно положила ладони на ранение. - Одна пуля. Отравлена. Тебя кто-то заказал, - прикрыв глаза, констатировала брюнетка. – При нынешнем количестве моих сил я вылечу тебя минут через двадцать. - Отлично, - благодарно пробормотала Романофф. – А я пока… - Не спать! – Амадейя чуть надавила на рану, заставляя рыжую шпионку сжать зубы. – Прости, но тебе, правда, нельзя спать. Из под ладоней Джонс начали вылетать синие искорки, погружаясь в ранение Романофф. Дейя чуть расслабила плечи, позволяя силе спокойно струиться сквозь пальцы. Это было приятно. - Ты испачкала кольцо, - Наташа кивнула на обручальное кольцо на левой руке брюнетки. - Ничего, - мотнула головой Джонс. – Как у вас с Брюсом? - Хорошо, - русская выдохнула, чуть улыбнувшись. – А у вас с Пьетро? Когда свадьба? - Мы пытаемся спланировать так, чтобы его и вас всех не выдернули на задание за пять минут до церемонии, - поджала губы Амадейя. – Пока не выходит. - Полгода прошло, - ответила Наташа. – Вы не сможете выбрать идеальный день. - Баки сказал то же самое, - зло буркнула Дейя. – А еще про то, что мы с Пьетро никогда… - Не будете по-настоящему счастливы, - закончила рыжая. – Он прав. Счастье не для Мстителей. - Но Старк и Пеппер счастливы, - упрямо настаивала Джонс. - Уверена? – изогнула бровь Романофф. – Пеппер каждый раз боится и за его жизнь, и за свою, так как она публичная личность, ее легко убить. Заводить детей в таких условиях не вариант. Да, они любят друг друга. Но нужно какое-то развитие. И, если свадьбу они, может быть, когда-нибудь сыграют, то дети? Нет. Старк не пойдет на такое. - А вы с Брюсом? - Он не хочет иметь детей по понятным зеленым причинам, - губы Наташи скривились в улыбке. – Это генетика, ее нельзя заткнуть пальцем. А я не могу иметь детей. Так что мы в тупике. - Вы достойны счастья, - тихо проговорила Дейя. - Не думаю, - легко ответила русская. – Мы оба убили многих людей. А это расплата. Но я не жалею ни о чем. Моя судьба – это не борщ и трое детей где-то в Москве. Я помогаю спасать этот мир. Это мое счастье. Плюс, у меня есть дети Клинта. - И он несчастлив? - Открою тебе секрет, - Наташа говорила тихо, но жестко. – Никто в этом чертовом мире не счастлив. Это нормально. Цени моменты, люби, дружи, но до конца счастливым ты не будешь. Дейя не ответила. Она просто не желала думать, что ее «хэппи-энд» никогда не наступит. Да, девушка любила эту небольшую квартиру, любила Пьетро, любила просыпаться и засыпать с родным человеком, любила проводить время с Джеймсом и Стивом, просматривая старые черно-белые фильмы, в которых звучал джаз и, в которых люди были счастливы. Но иногда Джонс представляла большой загородный дом, детей: маленькую темноволосую девочку и высокого голубоглазого парня. И Дейя знала, что отдала бы все за жизнь, в которой мир нужно было бы спасать, только играя в видеоигру с Клинтом… Почувствовав, как рана Наташи стянулась, отвергая пулю, Амадейя посмотрела на русскую шпионку, которая с равнодушным видом смотрела на рождественскую ель. Губы рыжей чуть приподнялись, делая уставшее лицо моложе и счастливее. - Что ты вспомнила? – аккуратно спросила брюнетка, беря салфетки со стола и оттирая кровь с ладоней. - Я плохо помню свое детство, - поморщилась Романофф, не отрывая взгляда от дерева. – Но, знаешь, я помню Красную площадь и огромную елку. Бой курантов, запах советского шампанского и звезда на башне, покрытая снегом большая красная звезда. - Как у Джима на руке? – боясь спугнуть момент, тихо спросила Дейя, затаив дыхание. - Да, - тихо рассмеявшись от прозвища «страшнейшего убийцы в истории», Романофф откинулась на подушку, прикрывая глаза. – Как у Барнса на руке. Русские очень любят символы. - Ты скучаешь по России? - Нет, - безразлично откликнулась Наташа. – Россия давно перестала быть мне домом. Я думаю о ней, как о старой забытой в детстве игрушке. Да, я помню свои эмоции, это здорово, но я выросла. И теперь мой дом здесь… Телефон шпионки зазвонил, заставляя ту сесть и нажать на кнопку ответа. - Ник? – поправив прическу в зеркале, Романофф начала проверять оружие, прижав головой трубку к плечу. – Да… да. Я поняла. Сейчас? Да, нет, не обязательно. Я напишу, как буду на месте. Поняла. Отбой. - Куда ты? – неловко переступив с ноги на ногу, поинтересовалась Джонс, следуя за Наташей на кухню, где находились остальные члены команды. - Пришло время навестить Родину, - задорно усмехнувшись, ответила Наташа, наливая себе кипяток в кружку и окуная туда пакетик с чаем. – Господа, никто не хочет составить мне компанию на Новый год? - Россия? – Баки неуловимо поморщился, переводя взгляд на Стива. – Не горю желанием. - Ванда? – подмигнула Алой Ведьме русская. - Почему бы и нет, - пожала плечами Максимофф. – Никогда не была в России. - Нам нужно выезжать через, - Романофф кинула быстрый взгляд на часы, - десять минут. Фьюри уже все организовал. Новый год отметим там. - Воспоминания нахлынули, а, Наташа? – подколол Стив, приподнимая губы в улыбке. - Да, - рассмеялась русская шпионка, посмотрев на Амадейю. – Воспоминания... И только Джонс поняла, что рыжая хочет вернуться в Россию. Чтобы снова увидеть звезду на башне. Покрытую снегом, большую красную звезду.