Джепп и Лекси

      Шестеренке в голове наконец-то закрутились, цепочка событий сама всплыла в моей голове. Скорее всего, это тот парень - человек, из-за которого я пострадала. Он хотел отвезти меня в больницу, чтобы мне оказали помощь, но так как я не имела никаких при себе документов и вдобавок я иностранка, ему просто отказали в медицинском обслуживании. Что ему ещё оставалось делать, если только не отвезти меня к себе и не добиться моего выздоровления?       Парень подошёл ко мне и показал на бок. Футболка, куда пришелся удар, была порвана. Мне срочно надо позвонить подруге! Я стала искать глазами свой рюкзак. Как будет рюкзак по-корейски? Да хоть по-английски? В бок что-то дико кольнуло, и я сморщилась. Ёнгук подбежал ко мне и, схватившись за край футболки, поднял её вверх. Начиная от рёбер и заканчивая талией, у меня был огромный синяк и раны, которые взвывали от боли. Учитывая то, что мне было больно, я всё же смутилась, опустила футболку вниз. Парень поджал губы и куда-то ушёл. Я встала, опираясь о диван, попыталась пройти к двери. Мне здесь нечего было делать. Необходимо найти телефон. Слабость ударила по ногам, я начала падать, как вдруг сильные руки подхватили меня. - Осторожно! – произнёс Ёнгук, поддержав меня.       Его голос, напоминал нотки органа. Он был груб и мужественен. С каждым новым словом его тембр, словно волной, проносился по моим венам, летя напрямик к сердцу, заставляя его колотиться чаще.       Парень подвёл меня к белой деревянной двери, затем открыл её и кивнул внутрь. Это была ванная комната. Тут я заметила, что от меня разит потом, а на одежде и теле были слойки пыли и грязи. Ёнгук подвёл меня к душевой кабине и включил её. Капельки воды стали брызгать из разбрызгивателя, затем он что-то спросил, но думаю, я смогла его понять, и кивнув головой, говоря, что я справлюсь сама, он вышел.       Вода струилась по моему телу, а когда достигала ран, то начинала жечь. Но мне хотелось подольше насладиться этим расслаблением и спокойствием. Взяв мыло, я начала мылить ноги, скользкий кусочек выпрыгнул из моей руки, но я быстро смогла его схватить. Разгибаясь, моя голова треснулась о кран, и очаг боли от затылка стремительно вдарил в виски. Кажется, это был знак. Закончив смывать с себя мыло, я выключила душ и стала выходить, моя нога резко покатилась вперёд и, как пингвин на коньках, упала на кафель. Мой грохот разнёсся по всему дому, я это поняла, когда услышала, как к двери приближаются шаги. Взгляд пал на опускающуюся вниз ручку. - Стоп! – закричала я, - всё в порядке! – мой корейский прозвучал отвратительно, но видимо, тот, кто сюда спешил, понял, что я справлюсь. И ручка вернулась в своё положение.       Встав на ноги, я кружилась вокруг в поиске полотенца. Он не дал мне его! Как мне сказать, чтобы он понял? В голову не приходили идеи. И я решила сидеть в ванной, пока тело само не обсохнет. В дверь постучали. - Всё хорошо! – крикнула я.       Вдруг дверь стала открываться, я подбежала к ней и аккуратно начала надавливать, в проёме появилась рука, которая протягивала мне полотенце. Схватив его, я мгновенно закрыла дверь. Этот парень догадливый.       Выйдя из ванной, я решила отыскать свой рюкзак, пока в комнате никого нет. Было бы неудобно, если Ёнгук увидит меня в своей футболке, которая была для меня как ночная рубашка. Но этот парень появился, как только он проскользнул в моих мыслях.       Что бы вы чувствовали на моём месте? Когда перед вами стоит широкоплечий красавчик, а твои ноги еле прикрывает его футболка?! Именно из-за полного смущения и дискомфорта моё лицо покрылось краской.       Привыкнув к своему образу, Ёнгук проводил меня к столу, на котором был приготовлен ужин. Не знала, что парни вообще умеют готовить, всегда считала это женским занятием. На моё удивление еда оказалась очень вкусной. И, благодаря моим навыкам есть суши, я умело смогла пользоваться палочками.       «Кто-то готовит, а кто-то моет!» - таково было разделение обязанностей в нашей семье, и эта привычка осталась у меня. Встав из-за стола, я подошла к раковине, включив воду, хотела помыть тарелки. Позади я почувствовала тепло, руки парня взяли меня за плечи и отвели в сторону. - Не стоит, я справлюсь, - произнёс он, забрав у меня губку и выключив воду. Мы осторожно поднялись на второй этаж. Там был длинный коридор, по обе стороны которого располагалось по несколько дверей. Парень открыл одну из них, мы зашли внутрь. Комната была не большой. Белые стены успокаивали, а большая кровать так и манила к себе. Ёнгук помог мне лечь, так как каждое новое движение заставляло тело ломиться от боли, и, поправив подушку, что-то спросил. «Сейчас мне бы не помешали знания Тоши», - подумала я. Тоша! Необходимо ей позвонить. - Телефон! – воскликнула я. - Телефон? – удивился парень.       Я кивнула и, Ёнгук достал свой смартфон. Мгновенно набрав номер подруги, я услышала голос, но он принадлежал не Тоше. Это был автоответчик. Телефон отключён.       Разочаровавшись в том, что так и не смогла связаться с подругой, я легла на подушку. Парень взял коробочку, напичканную всякими лекарствами, и достал какой-то флакон. Открыв непонятную штуковину, он стал приподнимать футболку. - Хэй! – возразила я, - ты что, извращенец? – сказала я на русском. - Извращенец? – не понимая слова, повторил он.       Он аккуратно накрыл меня одеялом, так, чтобы оно прикрывало мне бёрда, и взмахом руки показал, что мне необходимо приподнять футболку, чтобы осмотреть мой ушиб. Сделав, как он просит, Ёнгук медленно прислонил флакон с прохладным роликом к моему телу, что спровоцировало появление мурашек. Прохладный ролик нежно катался по изгибам моей талии. Он был похож на шариковый дезодорант с охлаждающим и обезболивающим эффектом. Веки начали тяжелеть. Парень опустил футболку, затем заботливо подоткнул одеяло и вышел. А я тем временем провалилась в сон.