Those Who Cheat Death

Гриммджоу вспомнил самый странный случай с участием Улькиорры, который он когда-либо видел. По каким-то причинам некоторые из эспады выделили несколько комнат для хранения продовольственных продуктов во дворце Хуэко Мундо. Хотя они не нуждаются в пище. Но не обходится в эспаде и без тех, кто жаден до низменных человеческих удовольствий. В конце концов, образовалась огромная кладовая, до краев забитая сладостями и алкоголем, а также предпочтениями каждого. Айзен-сама в принципе не протестовал. Это, само по себе, не было так уж удивительно. Что удивительно, так это отстранение Улькиорры от наблюдения за кладовой. Но иногда, можно было увидеть (очень редко), четвертого эспаду, смотрящего на дверь... и это было немного подозрительно, но хоть Гриммджоу приметил необычный интерес Улькиорры, вскоре он позабыл об этом. Скука настигла Гриммджоу, когда в его апартаментах опустел продовольственный шкафчик. Он потек через залы, тихо, как тень, в поисках чего-то, что могло бы развеять её. Он приблизился к большой кладовой, захватил шесть упаковок какого-то пива и направился обратно к личным покоям. Он услышал звук. Это было достаточно странно, чтобы заставить Гриммджоу замереть и нахмуриться. Он навострил уши, чтобы определить по звуку место его происхождения, и молча прислонился к стене сразу за дверью, которая была приоткрыта. Под таким углом он мог слышать и даже обозревать комнату, не будучи самому замеченным. Глаза Гриммджоу распахнулись в удивлении от увиденного. Улькиорра сидел в кресле за пустым столом, глядя на кусочек клубничного чизкейка так, будто бы этот десерт был самым бесполезным куском дерьма, который арранкар когда-либо видел. Четвертый эспада выглядел смехотворно в своей ярости. Он бормотал под нос так быстро, что Гриммджоу не смог разобрать, что он говорит. Прошло достаточно времени. Атмосфера накалялась, и голос Улькиорры в конце концов поднялся на октаву или две, и его тайный наблюдатель был в состоянии услышать часть из того, что говорилось, от чего Гриммджоу был немного в шоке. — Ты просто отвратительный кусок человеческой еды, и нет абсолютно никакой причины, почему я должен так сильно хотеть тебя, как хочу сейчас. Твоя цель существования — радовать мусор. Ты не заслуживаешь моего внимания. У Гриммджоу отвисла челюсть, когда Улькиорра схватил вилку со стола и злобно ткнул клубнику, которая была на поверхности чизкейка, между тем держа вилку двумя пальцами (должно быть неудобно). — Клубника, как тот дурак Ичиго, настолько ниже ступени моего существования, что по сути не достойны и одного моего взгляда, — Улькиорра зарычал и аккуратно отрезал заостренный конец чизкейка, натыкая большой кусок сыра, корочку и клубнику на вилку. Его глаза сузились, он держал вилку с десертом на уровне глаз. — Решение, к которому я пришел, совершенно нелепо, но я не могу думать ни о чем другом, и это раздражает меня больше всего. — Чизкейк, — продолжил Улькиорра на полном серьёзе, — твое существование должно быть устранено медленно и незаметно. Гриммджоу чуть не умер, сдерживая смех, рвущийся наружу, и хихикал как девчонка, когда его товарищ эспада направил вилку в собственный рот и после издал звук, несомненно одобрительный. Четвертый эспада проглотил чизкейк и горячо прошептал: — Каждую ночь я буду участвовать в этом бессмысленном действе, пока ваше существование полностью и целиком не будет уничтожено. Улькиорра сделал несколько более поспешных укусов чизкейка, и сделал еще одно смелое заявление. — Ты сильный противник. Это сражение доставило мне удовольствие. Гриммджоу чуть не описался от восторга. Это было, пожалуй, самое странное, самое веселящее поведение, которое он когда-либо видел от высокомерного эспады. Это однажды может стать неплохим материалом для шантажа. Однако, до тех пор… Гриммджоу гарантирует, что чизкейки в Лас Ночес никогда не закончатся.