***
Тетсуя проснулся от раздражающего вибрирования телефона на тумбочке. Взяв сотовый в руки, он увидел незнакомый номер. — Алло. Я вас слушаю, — голос отдавал хрипотцой. — Куроко Тетсуя. Я администратор клиники. Ваш питомец уже полностью пришёл в себя, вы можете его забрать. — Хорошо, во сколько? — Мы ждём вас до 22:00. — Спасибо, до свидания. Буквально вчера, Тетсуя сам выписался из больницы. После того пьяного происшествия, ему было стыдно возвращаться за Куроко №2. Близнецы в последнее время не объявлялись, что безусловно радовало и давало надежду, что и сегодня они не пересекутся. Куроко взглянул на время. 8:45. В принципе можно еще поспать и выходить. После обеда парень решил съездить в какой-нибудь зоомагазин и прикупить всё необходимое для нового питомца. Он закончил и приехал в больницу около 20:00.***
— Где. Мой. Пёс? — рычание само вырвалось из горла. Тетсуя, мягко говоря, был раздражён. — Акаши его забрали для дополнительного осмотра, — девушка испуганно вжалась в кресло. — С какой это стати они забрали моего пса? — Ну они же его курируют. — Куда они его забрали? — Тетсуя пытался говорить спокойно, но играющие жевалки выдавали недовольство. — Я не знаю, — администратор пожала плечами, что-то ища в своём журнале. Ярость заливала глаза. Вечерняя, спасительная для жаркого города прохлада, совсем не приводила в чувство. Здравый смысл кричал на отголосках сознания, что не стоит ничего предпринимать в данный момент, но чувства оказались сильнее. На него слишком много всего навалилось в последнее время. СЛИШКОМ много. Куроко, не особо давая отчёт своим действиям, вызвал такси, припоминая адрес виллы, что до недавнего времени была его проектом. По плану её уже должны были обустроить и переселить туда близнецов. Небольшой зелёный дворик встретил весёлым лаем пса, что играл с какой-то игрушкой. Тетсуя сжал кулаки, пытаясь успокоится. Хотелось немедленно забрать то единственное, что принадлежало ему, но в то же время хотелось отомстить своим обидчикам. Он настойчиво постучал в дверь, что почти сразу отворилась с противным писком от домофона, пропуская внутрь. На пороге стояли близнецы выжидающе всматриваясь в перекошенное от злости лицо Тетсу. Слова вылетали из уст быстрее, чем парень успевал подумать над ними. — Как только я вас встретил, вся моя жизнь пошла под откос, — глаза начало предательски пощипывать и первые слезы выступили в уголках. Тетсуя сделал глубокий вдох. — Вы отобрали у меня семью, работу, хобби и даже собаку. — Парни, подтолкнув за плечи, молча посадили его в рядом стоящее кресло, внимательно слушая гневную тираду. Тетсуя до побеления в костяшках сжал подлокотники. Истерика всё больше накатывала не желая отступать. — Я же ничего вам не сделал. — Он сглотнул, выдержав небольшую паузу и задал главный интересующий его вопрос: — Зачем вы разрушили мою жизнь? Он опустил голову и не смог перестать рыдать, взахлёб рассказывая всё то, что давило на него в последнее время: про дальнейшие ссоры с отцом, про то, как он хотел сбежать, но сбил этого несчастного щенка, про то, как ему жаль о случившейся аварии и как он себя корит за это, про то, что близнецы и не представляли, как сильно они запали ему в душу, не покидая его мысли ни на секунду, что он даже ушёл в работу полностью с головой, чтобы не гложить сердечные раны. Тетсуя просто взял и выдал себя с потрохами, выплеснул всё, что накопилось. Он так устал нести этот груз, что просто сдался. Проиграл. Проиграл своим чувствам. Так наивно выложил всё, что его терзало, полностью открывшись перед парнями. Близнецы молча слушали от начала до конца. В тот момент они сломали очередную игрушку, которая теперь казалась бесполезной. Но почему-то в ту же секунду Тетсуя оказался в теплых объятиях и две пары рук с нежностью гладили его по голове и плечам, успокаивая и снимая дрожь. Парни не до конца давали отчёт своим действиям, не понимая самих себя. От сломанной игрушки нужно избавляться, так почему они хотят вернуть всё как было? Акаши не знали как помочь Куроко, как заглушить боль, которую сами причинили. Это совсем не то, чего они хотели. Привыкнув добиваться чего-угодно любыми возможными способами, они совсем не подумали о том, что чувствует тот, кто давно стал для них важнее всего. Они помогли Куроко встать и отвели того на крышу. Солнце уже давно село, раскрывая бездонное чёрное небо с бесконечным количеством звёзд. Здесь стоял огромный телескоп, скрывающий в объективе всё, что прячется в тёмном небе. — Мы взяли этот участок, потому что именно здесь открывается отличный вид на самое прекрасное созвездие Орион. Смотри, — они вытерли слёзы с его лица и подвели к телескопу. — Тебе должно понравиться. Куроко наклонился, заглядывая в окуляр. Не смотря на богатство родителей, ему впервые предоставилась возможность посмотреть на небо самому. Он не мог поверить в увиденное — потрясающая картинка скрывалась в объективе: красно-синяя дымка вокруг маленьких и больших огоньков, что сверкали ярче самых драгоценных камней. Звёзды, будто хаотично разбросанные вокруг туманности, излучали голубой, желтый и белый свет разной интенсивности и оттенка. Он словно открыл совсем другую вселенную. — Невероятно, — совсем тихий шепот слетел с губ. — Твои глаза так похожи на сверкающие звёзды самого холодного голубого оттенка. Тетсуя обернулся к братьям. Парень прекрасно осознавал, что никогда не дождется извинений от Акаши. Они просто не умеют извиняться. Как бы там ни было, при взгляде в обе пары глаз сердце делало внутри очередной кульбит, предательски трепеща, словно у девчонки. Куроко смущённо отвёл глаза. — Мы подарим тебе всё на свете, — Сейджи приблизился к нему на один шаг. — Достанем всё что угодно, будь то звезда с неба или самый драгоценный камень, — Сейджуро повторил действие брата. — Любое твоё желание, — старший близнец коснулся его руки. — Или прихоть. — Всё, чего ты пожелать. — Будет в твоих руках. Братья отзеркаливали движения друг друга, сокращая расстояние, что разделяло их от Тетсу. — Потому что самое дорогое, что у нас есть, уже полностью в твоей власти, — Акаши, нежно взяв его ладони в свои, поднесли к груди, аккурат в место, где сердце отбивало свой ритм в таком же бешеном темпе, как у Куроко, выдавая безумное волнение хозяев. Тетсуя не знал, что делать. Поток мыслей, что буквально только что роем гудел в голове, разом испарился, оставив его наедине с собственными чувствами.