Жара

Жара - Сдачи не надо, - протягиваю бумажку водителю и выхожу из душной машины. Рубашка тут же предательски прилипает к телу, а на лбу проступает испарина. Хотя бы легкое дуновение ветерка и слабое колыхание деревьев, но нет, только проклятая жара, заставляющая лица блестеть, точно они смазаны жиром. Я поднимаюсь по ступенькам, втайне надеясь, что внутри будет прохладнее. Ручка двери раскалена до предела - одергиваю пальцы и плечом наваливаюсь на дверь. Влажная ткань еще сильнее липнет к коже. Противно. Как бы я хотел сейчас сидеть дома под освежающим кондиционером и попивать прохладный сок. Правда не уверен, что выдержал бы и минуту пустоты и гнетущей тишины больших комнат. В здании вокзала еще хуже, чем на улице: повсюду люди с покрасневшими лицами сонно обмахиваются газетами, надеясь, что от этого им станет легче. Чушь. Подхожу к обшарпанной стойке и наклоняюсь к окошку с облупившейся местами краской. - Один билет на ближайший автобус. - Куда? - вялый голос кассира. - Все равно. Когда ближайший? - Через полчаса. - Подходит, - отсчитываю деньги и забираю из пухлой руки с мясистыми пальцами влажный билет. У меня есть еще тридцать минут. Я небрежно разглядываю указатели на стене и, отыскав нужный, иду в заданном направлении. Туалет встречает меня неожиданной прохладой. Хорошо, об этом никто не знает, а то здесь были бы толпы разгоряченных тел, коротающих время до отправления автобуса. Не думаю, что я задержусь здесь надолго. Вид у помещения оставлял желать лучшего: когда-то белый кафель пожелтел и был исписан различными фразами. Нет смысла читать, они везде одинаковые. Парочка жирных мух летала в воздухе, ощущая себя полноправными королями этого затхлого местечка. Одинокая лампочка с невыносимым треском разгоняла сумрак. Глупо, могли бы сэкономить на электричестве. Подхожу к раковине и открываю кран, чуть тепленькая струйка воды льется из проржавевшего крана, частично смывая темные разводы со стенок. Ополаскиваю лицо и смотрю на себя в зеркало. Как же я жалок. Неудивительно, что сейчас все так. Отвожу руку и резко выбрасываю вперед, мое изображение на гладкой поверхности покрывается сеточкой трещин. С садистским удовольствием наблюдаю, как я буквально рассыпаюсь на миллионы маленьких кусочков. Пара осколков со звоном падает на пол, ударяясь об грязную плитку. На костяшках пальцев расползаются красные узоры, они извиваются, стекая яркими полосами по коже. Алая паутина опутала мою руку, рисуя на ней свой узор. Странно, мне даже не больно. Я опускаю ладонь под кран, теплая струйка воды стирает следы моего преступления, унося их в потемневший сток. Вот бы кто-нибудь с такой же легкостью убрал твое изображение из головы. Стараясь не смотреть на черные дыры в зеркале, я быстро закрываю вентиль и выхожу в коридор. *** Автобус задерживался, он должен был приехать пять минут назад, но почему-то все еще не появился. Несколько людей на скамейке тревожно поглядывали на часы. Торопитесь? А я никуда не спешу: все равно никто не ждет меня на конечной остановке. Хотя, наверное, лучше подремать в душном салоне автобуса, пропитанном ароматом бензина, чем стоять здесь и ждать пока он с натужным фырканьем откроет свои двери перед нами. До ушей донесся цокот каблуков по асфальту, и я презрительно хмыкаю. Девушка, тебе просто сказочно повезло. Интересно, почему ты опоздала? Сумку не могла застегнуть или ноготь сломала? - Уезжаешь? – слышу твой запыхавшийся голос. Сердце в груди забилось сильнее, я перевожу дыхание, облизывая пересохшие губы. - Да. - Прости... Не знаю, что тебе ответить, да и стоит ли вообще говорить? Ты здесь, ты пришла, и плевать, что я уезжаю какой-то Богом забытый городишко, в котором даже кондиционера нет, и из которого в любой момент можно вернуться на таком же пыльном вонючем автобусе, наполненном запахом пота и дешевых сигарет. - Как ты узнала, что я здесь? – я, наконец, нарушаю тишину. - Твой брат сказал. Уверен, ты сейчас стоишь и пытаешься «сломать» себе указательный палец. Ты всегда так делаешь, когда нервничаешь. Удивляюсь, почему он до сих пор в целости и сохранности пребывает на своем законном месте. - Обещал же не говорить, - возмущаюсь я и добавляю чуть тише. – Пожалуй, за это его стоит сводить на футбол. Никто не заметил, как подул легкий ветерок, он пролетел над городом, разгоняя надоевшую всем жару. Никто не заметил, как небольшие тучки появились на горизонте, они стремительно заполонили небо, заявив на него свои права. Никто не заметил, как первые капли дождя закапали на раскаленную землю, принося долгожданную прохладу...