Грязный Мартини

Риа помнит, как в детстве они любили после школы садиться на автобус и приезжать сюда. Вернее, мальчики приезжали с какими-нибудь подружками, а Риа следовала за ними, потому что: «Нечего им гулять без неё». Но озеро Сокчхон вечером выглядело красивее: здесь собирались парочки, а отражение луны в воде придавало этому ещё более романтичную атмосферу. Ехали они недолго, но достаточно для того, чтобы младшая Ким успела полазить в бардачке и поиздеваться над тем фактом, что презервативов стало меньше, на что Бобби ответил: «Ты сейчас у меня через окно вылетишь». Машину припарковали недалеко от озера, потому что дальше шла маленькая тропинка вниз, куда заезжать было невозможно. Где-то в глубине парка находилось их любимое дерево, под которым Ханбин закопал «клятву дружбы», и тот, кто её нарушит, должен пробежать вокруг озера сто кругов. А озеро – огромное. Слишком огромное для того, чтобы сделать сто кругов и не умереть. - Я устала, у меня нога болит, - ноет Риа, когда они проходят каких-то жалких пять минут. Но Бобби прекрасно знает эти приёмы, она и в детстве так делала. Тогда Ханбин немедленно сажал её на спину и продолжал свой путь по тропинке, а иногда это делал Бобби. И последнее Рие нравилось больше. - Даже не думай, - усмехается Чживон и, засунув руки в карманы, идёт дальше, но младшая Ким остаётся стоять на месте. Парень, закатив глаза, разворачивается к ней. – Серьёзно, Риа? Так и будешь стоять? - Буду! – брюнетка скрещивает руки на груди и поднимает ногу в воздух. – Говорю, у меня нога болит! - Покажи, что с ней, - Бобби вздыхает, качает головой, но всё равно подходит к девушке и приседает на корточки. Обвив пальцы вокруг её щиколотки, он осматривает ногу, отчего Риа еле удерживает равновесие и кладёт одну руку рэперу на плечо. Ей чертовски нравится всё, что происходит. Чуть выше того места, где держит Бобби, у неё свежие царапины, видимо, разодрала во время побега, но это всё равно не мешает ходить, и парень это прекрасно понимает. Просто Рие хочется залезть ему на спину, вот и всё. Он поднимает глаза и видит, как она улыбается, даже не скрывает своих махинаций. – Твоя взяла, капризуля Рири, - с этими словами Чживон разворачивается к девушке спиной, всё ещё сидя на корточках, тем самым сдавшись. Улыбка на лице брюнетки становится ещё шире и она, довольная до чёртиков, обвивает руками шею рэпера, прижавшись тесно к его спине. Бобби тут же поднимается, подхватив ноги Рии под коленками, а она, проведя носом по его затылку, глубоко вдыхает запах кожи, отчего голова начинает кружиться и становится приятнее вдвойне. Камни под ногами Бобби хрустят с каждым шагом, который приближает их к знакомому дереву. У озера только мимо проезжает какой-то парень на велосипеде и где-то далеко на скамейке пара целуется. Рие бы тоже так хотелось. Очень хотелось. С Чживоном. Но она знает его и знает, что это он назовёт «хернёй». Наверное, он даже ни разу с девушкой на нормальное свидание не ходил, не говоря уже о том, чтобы держаться за руки и целоваться в парке. Да и зачем ему это собственно, когда в комнате общежития его может ждать красноволосая, ну или же та – рыжая, ну или же ещё кто-нибудь. От ветра тело покрывается мурашками и Риа сильнее обвивает шею парня, а затем кладёт подбородок на его плечо. - Замёрзла? – спрашивает Бобби, чуть повернув голову к девушке, отчего трётся о её щеку и Рие становится чертовски приятно. - Да, - отвечает она и прячет лицо в его шее. – Ночью дождь обещали, - бурчит, отчего щекочет кожу Чживона, но он не против. - Не волнуйся, машина близко. Дойдя до любимого дерева, рэпер ставит Рию на землю, а потом, нагнувшись, начинает искать место, куда Ханбин закопал листочек, но в слабоосвещенном парке это немного сложно сделать. - Кажется, это где-то здесь, - говорит Риа и указывает носком от обуви справа от дерева. Бобби сразу падает задницей на это место, а потом и вовсе растягивается в траве, подложив руки под голову. - Я ужасно не хотел подписывать эту клятву, потому что сто кругов вокруг озера - это нереально, - хохочет Чживон, устремив взгляд в небо без единой звездочки. Кажется, точно будет дождь. - А ты собираешься нарушать её? – Риа садится рядом, опираясь на руки сзади себя и кладёт ноги на ноги Чживона, чтобы трава не колола кожу. А ещё, потому что ей это просто нравится. - Может быть, - пожимает плечами Бобби и смотрит на младшую Ким, которой это «может быть» очень нравится. – Что у тебя случилось? Опять маме гадостей наговорила? – он переводит взгляд на щеку, которая была красная час назад. - Это она мне наговорила, - фыркает Риа и отворачивается. Все привыкли, что она изводит маму, но сегодня, по сути, она даже ничего плохого не сделала. - Ну да, конечно, - хохочет Бобби и не верит ни единому слову. Ханбин всегда рассказывал, что она начинает первая и вечно не слушается мать, из-за чего и происходят ссоры в доме. Да и в детстве так было. Ханбин слишком уважал мать, чтобы не слушаться её. А Риа не считала, что послушание связано с уважением или любовью. – По-любому, ей виднее, - говорит Бобби, явно не представляя в чём суть, на что Риа усмехается. - Она хочет выдать меня замуж за хлюпика, ну или ему подобного. Правда думаешь, что ей виднее? – Риа прищуривается и смотрит парню в глаза. Вот теперь Бобби не уверен, и его челюсть, которая сжимается, говорит об этом. Ему явно не нравится то, что он услышал. - Замуж? Да ты ведь ещё даже несовершеннолетняя, Риа. Не преувеличивай, - рэпер отшучивается, но чувствует острое желание избить до полусмерти хлюпика и всех ему подобных. - Я не преувеличиваю. Она правда так сказала. Вот представь, а вдруг она правда решит меня выдать замуж? - Ну тогда ты снова спрыгнешь с окна, а я тебя поймаю, - Бобби улыбается, а фраза эта определённо очень нравится младшей Ким. Она подвигается ближе и заглядывает в лицо парню. - Правда? И куда мы поедем на этот раз? - В город разврата, - голос Чживона становится ниже, и он с прищуром закусывает нижнюю губу, чтобы придать этим словам ещё больше пошлости, а потом, не в силах сдерживаться, заливается смехом. - Придурок, - смеётся младшая Ким и пихает его ногой. Хотя, по правде, она с огромным удовольствием поехала бы в такой город вместе с Бобби. Внезапно сверкает молния, а за ней гремит гром на весь парк, отчего вода в озере, будто затряслась. Риа дёргается от неожиданности, а Чживон снова смотрит на небо. - Кажется, ты была права, - задумчиво тянет он, но не собирается вставать. Однако, его спокойствие нарушается, когда первая капля падает прямо в глаз, отчего брюнет трясёт головой и тут же поднимает туловище с земли. – Блять, - срывается с его губ, а потом капель резко становится больше. Риа тут же вскакивает и тянет его за руку. - Ну я же говорила. Бежим! Дорога до машины теперь кажется куда длиннее, чем когда они шли от неё. В воздухе сразу запахло мокрой травой и землёй, и это было бы чертовски приятно, если бы не факт, что льёт как из ведра и вещи начинают прилипать к телу. Чживон на ходу вытаскивает ключи от машины из кармана. Заперевшись в салоне, оба пытаются перевести дыхание. Они всё же успели добежать прежде, чем промокли бы что называют «до ниточки». Риа начинает стучать зубами и обхватывает себя руками. - Он был пиздец внезапным, - говорит она, еле попадая зуб на зуб. - Печка не работает, пролезай назад, там плед, - говорит Чживон, замечая состояние девушки. Брюнетка смотрит назад и правда видит в углу сиденья плед. Утром его там не было. Неужели это для того, чтобы ей было отныне комфортнее спать в его машине по дороге домой в выходные? Риа улыбается своим подозрениям и тут же лезет на заднее сиденье. Бобби лезет за ней и помогает укрыться. Риа скручивается в углу и, прислонившись к дверце спиной, откидывает голову на сиденье. Чживон садится рядом, а она, чтобы ноги были в тепле засовывает их под задницу парня. - Помнишь, как мы чуть не сдохли, когда тут потерялись, - Риа улыбается, вспоминая, как однажды зимой, вечером, они все вместе пришли сюда и каким-то чудесным образом умудрились заблудиться. Всё было как в фильмах: у всех сел телефон, снег был мокрый и неприятно оседал на шапки, а из-за минусовой температуры ноги отказывали идти. Ханбину тогда влетело от матери, что он потащил с собой Рию, а он молча принимал наказание, хотя это она не послушалась его и не отправилась домой после школы. Он всегда выгораживал сестру и Риа к этому, в конце концов, чертовски привыкла. - Ты так же дрожала от холода, - кивает Бобби и прикуривает. Салон машины заполняется дымом, отчего становится, будто бы теплее, потому что парень выдыхает его прямо напротив, в сторону Рии. Будь это кто-то другой, она бы уже успела повозмущаться. – Мы тогда испугались, что тебя с нами больше не пустят, - хохочет Чживон и делает очередную затяжку, устроившись поудобнее и закинув одну руку вдоль спинки сиденья так, чтобы кончиками пальцев касаться волос младшей Ким. - Хотя я вас и доставала, но, признай, вам было весело со мной, - она всегда знала, что несмотря ни на что, парни её любили, причём каждый по-своему. Чживон ничего не отвечает, а лишь хрипло смеётся и попутно выпускает дым. - Что изменилось, Бобби? – Риа перестаёт улыбаться и задаёт вопрос вполне серьёзно. Чживон тоже перестаёт хохотать и, почесав нос большим пальцем, переводит взгляд на девушку. - Ничего, всё так же, - он пожимает плечами, хотя прекрасно знает, что Риа права. Что-то изменилось. - Да? Тогда я могу снова с разбегу запрыгивать тебе на спину? – брюнетка подвигается ближе, чтобы Чживону было легче запустить пальцы в её волосы, что он и делает. - Можешь, - врёт Бобби, потому что нихрена она не может. Это будет выглядеть уже не так. - А тогда я могу сказать Ханбину, что провела сегодня вечер с тобой на озере? – она отлично знает, куда бить. Чживон усмехается и некоторое время смотрит на свои пальцы, которыми играется с её волосами, а потом делает глубокую затяжку. - Не можешь, - говорит он тише, чем всё, что говорил до этого. Риа знала, что ответ будет таким. - Я всё испортила, да? По сути, отношения их изменились после её первого поцелуя. Этот самый поцелуй перечеркнул всю дружбу, и общение натянулось как струны. Риа уже не могла обсуждать вместе с Чживоном его баб, не могла шутить как раньше, не могла прыгать на его спину с визгами «покатай меня». Лето, что она провела в Калифорнии, помогло ей немного притупить свои чувства и, приехав, она делала вид, что вовсе ничего и не произошло. Чживон поступал так же. Он трепал её за волосы, но делал это осторожнее. С того момента он вообще всё делал осторожнее. И хоть они притворялись, но та легкость отношений исчезла без следа. А теперь у них чертовски непонятная недо_дружба. - Нет, малыш, нет, - Бобби подвигается к ней ближе и заглядывает в глаза, - если кто и испортил всё, так это я. Ты по-прежнему моя Рири. Риа молча смотрит на него, а он слабо улыбается и начинает гладить её по голове, пытаясь успокоить и заверить, что в том её детском поцелуе не было ничего плохого. Наоборот. В нём было очень много нежности и разных чувств, которые Бобби был не в силах, да и не хотел принимать. И в этом он ахеренно ошибся. Но он просто не может сказать ей вслух, что жалеет. - Поцелуй меня, - почти шепотом говорит она, отчего рука рэпера замирает в её волосах. - Риа, - вздыхает Бобби и отстраняется, отводя взгляд в сторону. Ему и без того хочется её поцеловать с того самого момента, как она спрыгнула с окна, а теперь она ещё больше всё усложняет. Рэпер стряхивает пепел, просунув сигарету через чуть спущенное окно, и надеется, что это наваждение пройдёт, если салон заполнит холодный воздух с улицы. - Смотри, я здесь, перед тобой... и ты можешь делать со мной всё, что захочешь, - Риа тянется вперёд и медленно касается пальцами его щеки, поворачивая лицом снова к себе. Одеяло с её плеч спадает, но оно и не нужно, теперь ей даже жарко. - Никогда не смей говорить такое мужчине, ты поняла меня? - Ты не просто мужчина, ты - мой мужчина. С этими словами, наплевав на всё, брюнетка сама прижимается к губам рэпера нежным поцелуем. Чживон борется с собой и, точно как тогда, просто принимает её такой чувственный поцелуй, но не пытается ответить на него или углубить, поэтому Риа отстраняется и бегает глазами по его лицу, пытаясь понять, что делать дальше. - Ты совсем меня не боишься, да? – сдавленно спрашивает Бобби, облизав губы. Риа и понятия не имеет, как ему хочется взять и поиметь её во всех позах прямо вот здесь, на заднем сиденье его машины. Она и понятия не имеет, что ему хочется с ней делать. Что он может с ней делать, если просто хотя бы на час забудет чья она сестра. Она переспала с каким-то америкосом и думает, что знает о сексе всё. Нихрена она не знает. Нихрена. Она не знает какое дикое желание вызывает в Чживоне, и что это дикое желание может сделать, если выпустить его наружу. Если бы знала, то давно перестала так с ним играть и провоцировать. С одной стороны, он должен заботиться о ней и не думать о таких вещах, но с другой – хочется заставить её кричать так громко, чтобы голос сорвался и чтобы она, кроме его имени ничего не помнила. - А я должна? – Риа продолжает ласкать Чживона по щеке и этим невинным касанием возбуждает его ещё больше. Он пару секунд смотрит ей прямо в глаза, будто взвешивая все за и против, а потом отвечает: - Должна! Бобби резко хватает девушку за бёдра и тянет на себя так, что она тут же спиной падает на сиденье, а он наваливается сверху и с какой-то животной страстью впивается ей в губы. Младшая Ким явно такого не ожидала, да и не успела воздуха набрать в лёгкие, но отвечает на его поцелуй с точно такой же страстью и желанием, которое чувствует в паху, куда Бобби прижимается своим членом. Руки, сжимающие кожу на бёдрах под шортами девушки, медленно поднимаются по влажной от дождя кофте, и сигаретные пальцы через пару секунд сжимают грудь через ткань лифчика, но этого совершенно недостаточно. Недостаточно и того, как младшая Ким разводит ноги и скрещивает их на пояснице рэпера, а ногтями царапает его затылок. Недостаточно и того, как она кусает его губы и позволяет языком ласкать её рот. Недостаточно и того, как Чживон пробует на вкус её шею, оставляя влажные следы от поцелуев. Но становится достаточно, когда Риа начинает тихо стонать, чувствуя, как пальцы парня, больше не в силах сдерживаться, пробираются под чашечки лифчика, приподнимая его вместе с кофтой. Чживон медленными движениями начинает массировать грудь брюнетки, а потом сжимает её снизу. Голова младшей Ким от этого начинает кружиться или, скорее, такое чувство, будто по ней кто-то молоточком бьёт. И точно так же возбуждение бьёт вниз живота, до боли. Звук капель дождя, которые попадают на стёкла, дразнят ещё больше. В салоне машины становится безумно душно, хоть и уличный воздух пробирается через окно, которое Бобби так и не приподнял. Риа сильно закусывает нижнюю губу, когда рэпер отстраняется от её шеи и проводит языком по правому соску, а левый начинает гладить большим пальцем одной рукой. Возможно, Чживон и сам не ожидал, но его Рири оказывается чертовски вкусной, чертовски сладкой и чертовски готовой отдать себя. Именно такой, какой он себе её представлял. А в последнее время он представлял очень часто. Слишком часто. Именно поэтому сейчас не может остановиться. Именно поэтому хочется скорее избавиться от вещей и почувствовать какая она горячая и влажная внутри. Хочется скорее посадить её на свой член и дать себе возможность сойти с ума. Именно поэтому рукой он пробирается к пуговице на её шортах, хотя где-то в его голове, что-то диктует, что так делать не надо. От неожиданности младшая Ким втягивает живот и начинает тяжело дышать, чувствуя, как влажно Бобби проводит губами вдоль пупка и ниже. А сам парень ощущает, как она дрожит под его ласками. Его чёрные, мягкие волосы растворяются между её пальцами, и в какой-то момент, замерев, Риа с трудом выговаривает: - Давай... давай, не здесь. Давай, это не в машине будем делать. Поедем куда-нибудь. Эти слова, как холодная вода, пробуждают Чживона. Он резко перестаёт её целовать и пальцы тоже перестают ласкать послушное тело. Тяжело дыша, рэпер отстраняется и даже отсаживается в другой угол сиденья. Он трёт лицо, а потом запускает руку в волосы, откидывая их назад, и смотрит перед собой в одну точку. Риа поднимается за ним и дрожащими руками поправляет чёрный лифчик, опуская его на место. - Прости, я... блять, нет-нет, Рири, ни в машине и ни где-либо ещё. Мы не будем «это» делать. Младшая Ким сглатывает. Она уже жалеет, что остановила его. Он же хотел её минуту назад. Очень сильно хотел, так почему нет? - Так мы никуда не поедем? – Риа пытается контролировать свой голос, но на слове «поедем» он чувствительно срывается. А потом становится очень холодно, когда Бобби переводит свой взгляд на неё и смотрит на результат того, что он сорвался: расстёгнутые шорты, из-под которых виднеется кружевное чёрное белье; задранная кофта, которую Риа поправляет; распухшие и влажные губы; и следы от поцелуев на шее. Блять, Ханбин бы его просто прикончил к херам. - Нет, - твёрдо говорит он и вытаскивает пачку сигарет из кармана, в надежде, что это поможет унять зверское желание, хотя, когда это сигареты помогали возбуждённому члену? Его «нет» так резануло слух, что Рию аж затошнило. Хочется засунуть ему это нет прямо в задницу, да вот невозможно. Теперь её возбуждение уступает место ярости. Но младшая Ким понимает, что сама виновата, не нужно было его останавливать. Но, чёрт возьми, она не хотела трахаться с ним в машине. - Отвези меня домой, немедленно! - она засовывает ноги в кеды и, даже не завязав шнурки, лезет на переднее сиденье. - Ты собираешься из-за этого дуться? – Бобби пролезает на место водителя и разворачивается к девушке, но Риа даже не смотрит на него. – Посмотри на меня, давай, поговорим, - он касается пальцами её подбородка, а она сбрасывает их. - Я сказала, отвези меня домой! – Риа, словно маленькая, закрывает уши руками, показывая, что не желает его слушать и не желает, чтобы он прикасался к ней. - Блять, Риа! – Чживон со злостью выкидывает недокуренную сигарету в окно и, несмотря на протест брюнетки, начинает говорить: - Мы можем потрахаться. Ты видела, что мне сорваться - как раз плюнуть. Мне вообще плевать где и когда. Если ты реально хочешь, мы можем потрахаться. Я просто вставлю тебе во все дырки и на этом всё. Но что потом? Действительно, что потом? Его «потом» явно отличается от того, что представляет себе младшая Ким. Глупо было надеяться, что Бобби захочет встречаться с ней «потом». И вот сейчас, его слова лишний раз доказывают это. Он не хочет обращаться с ней так же, как со всеми, но ясно даёт понять, что иначе не может. Если они переспят - именно так и будет. Просто трах, ничего больше. - Если ты сейчас же не отвезёшь меня домой, я выйду из машины и буду мокнуть под дождём, а потом расскажу всё Ханбину! – брюнетка так и не спустила рук с ушей и ни разу не посмотрела на Бобби. Она просто проигнорировала всё, что он сказал, потому что предательский ком в горле образовывается и ещё немного, и она даст волю своей обиде. - Ты стараешься казаться чертовски взрослой, но ведёшь себя как маленькая девочка, неспособная серьёзно поговорить и принять тот факт, что что-то может идти не так, как ей того хочется. Сказав это, Бобби отворачивается, заводит машину и нажимает на газ. Только тогда Риа опускает руки и скрещивает их на груди. Ей плевать, что он сейчас наговорил. Если она начнёт обращать внимание на каждое слово, то наговорит ему всяких гадостей или просто расцарапает машину камнем, как это делают ненормальные бабы. Именно поэтому надо дотерпеть до дому, закусив щеку с внутренней стороны. Чживон хмурится и старается не гонять по скользкой дороге под воздействием эмоций, ведь, чёрт возьми, он сейчас в ответе за Рию. Рию, которая обиделась на него из-за того, что он не захотел где-нибудь с ней трахнуться. В какой-то момент кажется, что, возможно, стоило быть с ней немного помягче, ведь она сегодня и так успела посраться с матерью. Не стоило срываться. Надо было ещё в самом начале просто сдерживать себя и не накидываться на неё. Но блять, вот так всегда – она сама его провоцирует, а потом сама обижается. Эта девчонка доведёт его! *** Казалось, в такси Сора совершенно не была напряжена. Они с Ханбином хохотали, обсуждали всё на свете, но настрой резко поменялся, стоило им зайти в кинотеатр. Ханбин купил огромное ведро попкорна и две огромные колы, и расплывался в улыбке каждый раз, когда Сора хрустела попкориной и пыталась не обращать внимания на его чертовски милые ямочки. А когда они зашли в зал, где народ потихоньку рассаживался, Сора вообще стала жутко нервничать. Ханбин указал ей сесть с краю, потому что нехер непонятно кому подсаживаться рядом. Но по воле судьбы в их ряду больше никого и не было, отчего Сора вообще перестала жевать попкорн. А может, она напрасно себя накручивает? Вон, Ханбин например, спокоен, как удав и сидит тихо в ожидании фильма. А ещё он чертовски привлекателен в этой рубашке, застёгнутой лишь до середины. Вот чёрт. - Эй, ты меня слышишь? – Ханбин щёлкает пальцами перед глазами девушки, и та начинает часто моргать. - А? Что? - Говорю с Рейнольдсом какие-нибудь фильмы смотрела до этого? – усмехается парень, но делает вид, будто не заметил, как Сора зависла. - А... нет, не смотрела. Ханбину то не особо важен ответ. Он улыбается себе под нос и вытягивает ноги, устроившись поудобнее в кресле. В зале темнеет и фильм начинается. В начале много смешных моментов, поэтому Ханбин чертовски наслаждается любимым смехом, а Сора, в свою очередь, просто балдеет от его улыбки и милых ямочек, но всякий раз отводит взгляд, когда Ким смотрит на неё. А ещё становится жарко, когда они одновременно лезут в ведро с попкорном. Когда Ханбин ухаживал за ней, писал, звонил и приглашал куда-то, даже тогда Сора не замечала за собой такой нездоровой реакции. Так какого чёрта происходит сейчас? Почему тогда он не вызывал ничего, кроме желания оттолкнуть как можно дальше, а теперь только и делает, что смущает её, заставляет думать о всяком и заставляет покрываться мурашками? На экране много крови и мяса, отчего Сора фукает и отворачивается. - Я скажу, когда можно смотреть, - говорит Ханбин с улыбкой на лице, а девушка, зажмурившись, кивает. И это тоже Киму кажется чертовски милым. Через некоторое время на экране показывают знакомство главного героя и его девушки, а потом всё резко переключается на постельную сцену. Ханбин, как ни в чём не бывало, закрывает Соре глаза рукой, как это обычно делает и Рие в такие моменты. - Ой да брось, - говорит Сора и хочет скорее убрать руку Кима с лица, потому что так ещё хуже. Так ощущается его одеколон ещё сильнее и жаром будто обдаёт всю кожу. В итоге ей удаётся это сделать, но, кажется, становится неловко. На экране двое жёстко трахаются, а рядом сидит Ким Ханбин, весь такой... такой, которого хочется поцеловать и который совершенно не скрывает того, что неровно дышит к Соре. Интересно, а каково это... с ним. Сора резко хватает стакан с колой и жадно пьёт из трубочки. Никогда не страдала она такими мыслями, так, блять, какого чёрта? - Расслабься, я не собираюсь тебя есть, пока ты этого сама не захочешь, - внезапно шепчет Ханбин с ухмылочкой на лице, и от этой двусмысленной фразы Соре хочется провалиться сквозь землю. - Чего? – она резко поворачивает лицо к парню, а он теперь невинно и широко улыбается. - Ничего, следи за попкорном, говорю, а то весь сожру, - с этими словами он набирает в ладонь кучу попкорна и одну за другим закидывает в рот. Последующие трагические события на экране заставляют уже окунуться в происходящее, снова закрывать глаза на противных моментах и снова одёргивать руку, когда она соприкасается с ханбиновой в ведре с попкорном. И всё бы ничего, если бы не концовка. Включается песня Careless whisper, которую Сора просто обожает. Главные герои целуются на экране и зал заполняет прекрасный голос Джорджа. Но его внезапно перекрывает голос Ханбина. - Обожаю эту песню, - говорит он шепотом, обдавая ухо и щеку Соры горячим дыханием, но даже не думает отстраняться. - Я тоже, - кивает девушка и боится шевельнуться, потому что Ким Ханбин находится на чертовски опасном расстоянии (если оно там вообще есть). Рейнольдс на экране продолжает страстно целовать свою партнёршу, а Сора ощущает, как тёплые пальцы разворачивают её лицо за подбородок. - Давай, уже прекратим, а? – улыбается Ханбин и нежно прикасается губами к губам девушки. Сора тянется назад, но Ким не даёт ей этого сделать – кладёт руку ей на затылок и углубляет поцелуй под любимую песню. И от такого напора, Соре ничего не остаётся как сдаться и приоткрыть губы навстречу, позволяя проникнуть в её рот языком. Чёрт, ведь она очень хотела этого. Втайне даже от самой себя. Целоваться с Ким Ханбином оказалось безумно вкусно. Сердце начинает биться чаще, а потом резко замирает и снова бьётся чаще. Его пухлые губы целовать одно удовольствие. А ощущение запаха его одеколона так близко проносится по груди вниз, к животу и скручивается именно там. В зале включают свет и это «включает» Сору. Она медленно отталкивает от себя брата подруги, упираясь ладошками в его грудь и, даже не взглянув на него, хватает сумочку и сбегает.