Заноза по соседству

      Привет, я Пак Чимин. А на заставке телефона стоит фотка с моим парнем - Чон Хосоком. Мы встречаемся уже чуть больше года, и я настолько привык к этому комочку нескончаемой энергии, что уже не представляю, что бы делал сейчас без него. Хосок меня вытащил из тлена. Больше трех месяцев он пытался привлечь мое внимание. Flashback       - Хосок, новый заказ, - произнес Чимин, отдавая бумажку с корявыми буковками, в которых еле читалось, что люди пытались заказать.       - Ты ничего не хочешь? - Вдруг спрашивает парень, стоящий у кофемашины.       - В смысле? - Чимин удивленно смотрит на Хосока и нервно отстукивает ритм по столу пальчиками, надеясь скорее свалить от парня подальше.       - Да я так. Думал может тоже кофе хочешь, - разводит в стороны руки Чон, после возвращаясь к кофе, выводит на нем картинку с котиком.       У него необычайный талант к этим рисункам. Сколько Чим тут работает, до прихода Хосока, никто не рисовал. Эта услуга в меню появилась только, когда в кафе появился Чон Хосок – великий бармен. И теперь на пенке красуются котики, сердечки, какие-то узорчики. Один раз он замутил портрет посетительницы. Ее спутник делал ей предложение и попросил по фотке хоть что-то подобное сделать. Хосок сделал, как боженька, нарисовал эту девушку, ну, насколько это позволяла пенка от молока и размеры кружки. Парень отвалил немало денег, но был так доволен, потому что его девушка чуть ли не визжала от счастья и красоты предложения. Самое необычное предложение руки и сердца, которое я видел в своей жизни.       - Я же не люблю кофе, - спустя минуты две отвечает Чимин, когда получает свой заказ. Но лучше, чем рисует, Хосок танцует. Они, как оказалось, учатся в одном универе, на одном факультете, просто Чон на два курса старше. Пару раз Чим-Чим со своими друзьям ходил посмотреть его тренировку, предстояло выступление старшекурсников, и они чуть ли не ночевали в тренировочных залах.       Парни, не скрывая восхищения, сидели с открытыми ртами и смотрели на то, как Хосок один в зале оттачивает свои танцы. У него много соло, поэтому в каждом движении виделся его характер, больше половины связок он придумал для себя сам. То плавные переходы, то резкие выпады, все настолько гармонировало с музыкой, что ты не волей начинаешь жить этой историей, которую зрителям пытается поведать Хосок.       В кафе ребята его прозвали Хорсом, потому что этот парень мало того, что постоянно смеется, так он делает это, как лошадь. Но этот смех настолько заразительный, что сам не замечаешь, как начинаешь смеяться, и даже не из-за шутки или происходящего, а просто от самого смеха парня.       - Прости, забыл, - Хосок закусил язык, после извинения, - тогда может погуляем?       - Что? – Снова удивляется Чима.       - Я после работы тебя забираю. Договорились. – И Хорс отворачивается. Конец flashback       Вот именно после парочки таких бесспорных заявлений Хорс завладел сердцем Чимина. Ему было хорошо с ним, спокойно. Хосок знал, как развеселить всех, он прекрасно сошелся с Чонгуком и Ви. Когда-то друзья сказали Чиме, что хорошо, что Юнги исчез, теперь Чимину никто не будет разбивать сердце, а Хорс обязательно сделает его счастливым. И Чимин поверил.       - Гукки, вы придете сегодня? – Чимин шел по улице с магазина, и разговаривал по телефону с другом. Они с Хорсом решили устроить патичку дома. Парочками собраться, выпить, Хосок с Ви любили рассказывать истории из жизни и каверить какие-нибудь женские группы, тем самым веселя своих парней.       - Да, выпивка с нас, с тебя еда, как всегда? – Спрашивает Чонгук. все необходимое. – Говорит Чима, прощается и кладет трубку. О времени они договорились еще днем. Сейчас девятый час, парни придут к половине одиннадцатого, значит у него есть немного времени, чтоб придумать что-нибудь незамысловатое.       Чимин хочет положить телефон в карман, но не успевает. Его резко хватают за руку, разворачивая, и он встречается взглядом с парнем в кепке. От резкого движения телефон выпадает из рук и падает на землю, от чего на экране появляется множество мелких трещин. Чимин чертыхается из-за таких слабых телефонов.       - Что вам надо? – Гневно смотрит он на человека, который его потревожил. Телефоны не такие дешевые, и он не сможет вот так просто заменить его.       - Думаю, ты сможешь мне помочь, мальчишка. – противным голосом произнес парень, пьяно улыбнувшись. Алкоголем от него разило за километр, из-за чего Чимин поморщив носик, хотел уже освободиться от хватки. Но сильная рука сжимала кисть до фиолетовых кровоподтеков на кисти.       - Что вам от меня надо. Отпустите. – Чимин начинает паниковать. Пьяные люди очень непредсказуемые, поэтому лучше от них держаться подальше.       - У меня закончились деньги, поэтому сейчас ты меня спасешь. – И парень хватает Чиминовский рюкзак. Но Чима сегодня последние деньги истратил на продукты, страх сразу же исказил лицо, если этот паренек не получит желаемого, может случится все что угодно. И случилось.       Только потянув за рюкзак, не успев толком схватится за лямку, его отбрасывают в сторону. Он пролетает наверно чуть больше метра и больно приземляется на спину, крик показался достаточно громким на пустой улице, что в некоторых окнах загорелся свет. Чима никогда не понимал, смысл включать свет, если выглянуть в окно, ты увидишь свое отражение, так еще и внимание привлечешь к себе.       Воришка поднимается на ноги, смотрит на того, кто посмел с ним так поступить, но ничего не предприняв, начинает пятится назад. Смотря на спину своего спасителя, Чима не мог понять, чего пьяница испугался. Но когда этот человек обернулся к Чимину, все встало на свои места. Глаза красным светятся далеко не у всех нормальных людей. Они у людей вообще не светятся.       - Ю……Юн…ги, - дрожащим голосом, запинаясь произнес Чим-Чим. Только одного парня он знал с такими глазами, которые иногда приходили во сне, и смотрели на него, от чего Чимин просыпался в холодном поту, порядком напугав криком Хорса при этом. Парень напротив не отвечал, они некоторое время смотрели друг на друга, пытаясь найти хоть малейшие изменения в лице с последней их встречи.       - Чимин, - наконец-то нарушив тишину, шепотом произнес спаситель Чимы. И Чима даже не сомневался, что голос принадлежит никому иному, как Юнги.       Чим-Чим потянулся дрожащей рукой к Мину, прикоснувшись к груди, проверяя не спит ли он, а может вообще глюк. Но нет, рука упирается в твердые выпирающие ребра, от тела исходит тепло, а грудь тяжело вздымается при вздохе. Мин Юнги настоящий, стоит рядом. И Чимин со всего размаха бьет того в лицо, разбивая губу. От неожиданного удара, Юнги упирается рукой в стену, чтоб не упасть, и поднимает взгляд на Чиму.       - Чимин…       - ГДЕ ТЫ БЫЛ МАТЬ ТВОЮ ПОЛТОРА ГОДА!? Я проснулся один в то утро. ОДИИИИН!!! – Чимин не дает договорить Мину, срываясь на крик, чуть ли не срывая свой голос. Сердце начинает биться с такой силой в груди, пульс обивал ритм в висках, вызывая неприятные боли. Чимина распирало от злости. Как, чертов Мин Юнги, смеет пропасть на столько времени, а потом как ни в чем не бывало появиться.       Чимин замахивается для еще одного удара, от чего Юнги интуитивно зажимается. Но удара не последовало, Чимин упирается ладошкой в стену и целует Мина. Слизывая выступившую кровь из разбитой губы. Как давно не было поцелуя с металлическим вкусом. Поцелуи с Хорсом приторно сладкие, нежные, тягучие. Нет той животной страсти, укусов до крови, царапин на спине.       Поэтому сейчас Чим-Чим позволяет себе эту слабость, выцеловывая губы Юнги, кусая, посасывая, и Мин отвечает, терзая пухлые губы в ответ. Руки Чим-Чима сжимали в кулаки майку на худом теле, прижимая его ближе к холодной кирпичной стене. Чимин не хотя отрывается от таких соблазнительных губ, а Юнги мало, он тянется к парню, но вместо поцелуя получает удар в солнечное сплетение. От боли он сгибается пополам, опускаясь на колени.       Юнги уезжал из города, искал себе новое место, где сможет спокойно жить. Но все было не то. Даже до появления Чимина, в той маленькой квартире было до дрожи уютно и хорошо. Он чувствовал себя там, как дома. А как появился Чимин все стало еще хуже. Парень хоть и избегал соседа, но долго от себя скрывать, что тот нравился, Юнги не мог. Особенно когда он уехал, он понял, насколько сильно нуждается в тепле этого мальчишки.       Была одна единственная ночь без кошмаров. Ночь, после секса с Чимином. Ночь, которой ему не хватало столько времени. После все вернулось в обычное русло – кошмары. Юнги было плохо, скитаясь с места на место, каждый месяц переезжая из города в город. И так прошло больше года. Он не жил, просто существовал. И вот спустя полтора года он решил вернуться. Он не надеялся встретить Чимина.       поднявшись на второй этаж своего дома, он никого не нашел. Возле соседней двери скопился слой пыли, как и возле его, что значило, что тут долго никого не было. Зайдя внутрь своей квартиры, его обдало холодом. Безжизненным холодом. Дыра в душе сквозила из-за пустоты в комнатах. Пройдя в спальню, он увидел валявшуюся на полу скомканную бумажку, не заправленную кровать, следы крови на ней и большой слой пыли. Тяжело вздохнув, он скинул с себя рюкзак и пошел прогуляться.       Бессмысленно скитаясь по улице на протяжении двух часов, он направлялся домой. Но его отвлекло копошение двух людей спереди. Не задумываясь, Юнги пошел к ним. И сколько было удивления, когда он услышал голос Чимина, ему хотелось кричать от счастья, но он не мог себе этого позволить. Поведение парней не выглядело, как дружеское общение, прислушавшись, Мин понял, что Чиму пытаются обокрасть. Сделал он быстрее, чем подумал. В итоге спас Чимина, но оказался стоящим на земле, хватаясь за живот из-за боли.       - Чимин~а, - Юнги поднимает на парня умоляющий взгляд, но сталкивается с холодным безразличием на лице. – Ты не живешь больше на той квартире?       - Тебе какая разница? – Плюнув эти слова в Юнги, Чима разворачивается и собирается уходить. Но в сердце больно йокает и он решает хотя бы поблагодарить парня. – Спасибо, что спас, Мин Юнги. Счастливо.       Чимин скрывается за углом дома, оставляя за собой пустоту на улице. Холодный ветер обдувает безэмоциональное лицо Юнги. Но потом он начинает смеяться. Смех превращается в истерику, Мин пытается встать, но без толку. Он просидел возле этого дома на земле, уперевшись в колени лицом, до утра. "Когда все успело поменяться, и теперь Чимин от него уходит, оставляя одного." - Подумал Юнги, перед тем, как утреннее солнце успело осветить его лицо.