Мой предмет обожания

"William Henries & Michael Holborn - Sunbird"

Не знаю, чем ещё можно себя занять, поэтому просто сижу перед телевизором и листаю каналы. Их может и восемьсот, но смотреть все равно нечего. Джемма тут ещё болтается. Явно хочет что-то сказать, но то ли стесняется, то ли боится.       - Джемс, ты что-то хочешь? – Я не выдержал.       - А? Что? О, ну... – Она сделала то же самое движение, что и я, когда несу чушь рядом с Томлинсоном: приподняла плечи, уткнулась в пол и вскинула брови. – В общем, нас мама зовет на новый год домой...       - С чего это? – Я развернулся на триста шестьдесят градусов, как сова.       - Она думает, так будет лучше.       - Не будет, - бубню я, отворачиваясь с ухмылкой на лице. – Ты хочешь поехать?       - Немного...       - Хочешь – езжай, я не против. – Я пожал плечами, не привлекая особого внимания.       - Правда?       - Да, почему нет? Ты не должна оставаться дома только потому, что твой брат – помешанный на парне, гей.       - Ты хороший, Гарри. Ты самый лучший. – Она принялась меня обнимать, а я лишь самодовольно улыбался. – А можно я сегодня поеду?       - Так рано? Какое число сегодня? Двадцать третье ноября, двадцать четвертое?       - Двадцать третье... – Джемма скисла, а я не желал её такой видеть. Я хотел сказать, что она может поехать и сегодня, но не успел. – Я просто думала, что...       - Если ты хочешь поехать сегодня, езжай сегодня, Джемма. Я думал, она завизжит. Всё-таки девушки странные. Джемма едет на два месяца, а с собой тащит всю одежду. Была бы возможность, она и шкаф бы с собой захватила, уверен.       - Слушай, если что-то пойдет не так, если у тебя будет приступ, если тебе будет грустно, если что-то произойдет между тобой и Лу, - она стукнула меня плечу, - обязательно мне звони, хорошо? Я не хочу потом приехать домой и...       - Найти меня в душе, да, да, да, я знаю. – Я наигранно закатил глаза.       - Самый умный? – Сестра вскинула брови, поставив руки в боки. Злостно.       - Все, Джемс, лекция прочитана, памятки выданы, печати поставлены. Езжай, я справлюсь.       - Обещай мне, - она подставила мизинец.       - Серьезно? Нам не по пять лет...       - Мне иногда кажется, что тебе и этого много. – Она подошла ко мне впритык, оттопырив палец. Пришлось ответить. Вот и стояли так парень с девушкой. Двадцать три и двадцать шесть лет. Обнимаясь и держа мизинчики обещания. Как-то это уныло. – Ладно, я поехала. Я кивнул ей и стоял на крыльце, провожая взглядом уезжающее такси, как в кинофильмах. Зашел домой и понял, что Джемма не приедет где-то два месяца и стало так гнусно и тоскливо. Плюхнулся на диван и продолжил свое интересное занятие: переключать каналы. В какой-то момент в голове мелькнула мысль позвонить Зейну, но мне казалось, что это уже слишком. Мы перезванивались с ним иногда с нашей прошлой встречи, но мне все равно неуютно, когда мы хоть каким-то боком затрагиваем эту тему. Зейн только отшучивается, а я напрягаю все тело, чтобы не ляпнуть что-нибудь не то. Иногда мне чудится, будто Малик надо мной просто издевается, зная, что мне неприятно, хотя должно быть наоборот. Мой Малик отходчивый. Грубый и слишком громкий – для дружелюбных людей – стук в дверь вернул меня в гостиную. Пришлось подниматься, но я в глубине души надеялся, что это Зейн. Почему Зейн? Я должен думать о Луи. Вообще, я думаю, что начинаю сдаваться. Мне все тяжелее проводить время с Луи, смотреть на него, нечаянно касаться его и ещё что-нибудь в этом роде. Мне тяжело и физически и эмоционально. Тело прямо разрывается, как хочет почувствовать Томлинсона с собой (ну, или под собой).       - Ты! – Темный шатен влетел в прихожую, снеся меня с ног. – Где он? Я знаю он здесь!       - Ты, вообще, кто такой? – Четко, с расстановками, произнес я, как не услышишь и в лучших театральных постановках.       - Я? – Парень хмыкнул, самоуверенно окинув меня взглядом. – Я Лиам Пейн. Сосед твой. Наши мамы уже тридцать лет дружат.       - А, так это к вам мама ходила, когда приезжала? Ну, привет что ли... – Я протянул ему руку для рукопожатия.       - Ты мне зубы не заговаривай, - он вскинул брови, посмотрев на мое движение с каким-то презрением. – Где Малик?       - А мне почем знать? Я его уже дней двадцать как не видел, - я пожал плечами и сел на диван, пока Лиам рассеянно метался от стены к стене.       - Эта скотина не является домой уже вторую неделю. Молчит ещё: на звонки не отвечает. – Пейн всплеснул руками и сел рядом, поставив локти на колени.       - Ты не думаешь, что с ним могло что-нибудь случиться? – Я наклонился к нему.       - С такими людьми никогда ничего не происходит, - парень отвращено нахмурился, взглянув на меня. – Ты Гарри, да? Я кивнул, встав с дивана. Честно, я переживал за Зейна. Я ни разу не слышал, что он вот так пропадал без связи. Может, он, конечно, и исчезал на пару дней, но я всегда был в курсе его выходок. У нас с ним были какие-то особые отношения. Мне это нравилось. Я взял две бутылки пива и вернулся к Лиаму.       - Что это? – Спросил он, чуть отстранившись.       - За знакомство, - такой ответ его устроил, и он принял бутылку, чуть поколебавшись.